Командир отряда, да и не только он, побаивался Альбину. Не понимали они её жестокости, её странных желаний. Они тоже убивали, тоже сражались за Родину, но не так, как это делала она. Им было непонятно, зачем она смотрит в глаза фрицам, зачем убивает своими руками, убивает так…

Кажется, монстром она была всегда. Просто она забыла об этом. Вампир, лишь вернул всё на круги своя…, Альбина подняла руку, посмотрела на свою ладонь. Тонкое запястье, узкие сильные пальцы, гладкая белая кожа. Она давно отвыкла видеть себя такой. Ей ведь почти девяносто, а она выглядит, словно юная соплячка, ПТУ едва окончившая. Странно это всё, словно сон…

Страшный сон, полный кровавых смертей и рек сладкой, тёплой крови…, а ведь кровь, солоноватая - раньше была. Теперь у крови немного другой вкус. Хотя, немного, это мягко сказано, кровь стала почти нектаром, сладкой, невероятно вкусной и чудесной…, если сразу из человека. Кровь из пакетов, ей не понравилась – так себе. Хотя, если четвёртая группа, то и из пакета очень вкусно.

А может всё это сон? Может, она спит? Вампиров ведь не бывает.

А что если она умерла? И попала в Рай. Хотя в Раю вампиров вроде быть не должно, да и нет никакого Рая. Всё это опиум для народа, происки верных шавок империализма и преданных слуг поганого капитализма – попов и имамов.

Вспомнились слова Штыка, который король вампиров…, какое-то безумие. Король блин.

Гномы, ифриты, эльфы, колдовство – может это шутка такая была?

Впрочем, не важно.

Альбина смотрела не совсем на площадку. Её взгляд прикован к одному из малышей, что сейчас там играют. Бегают, прыгают, визжат – картина привычная, знакомая. Она много раз водила внучку сюда. Она там сейчас. Тоже играет, тоже визжит. Вампир не соврал, внучка выздоровела…, внучка.

А ведь она правнучка. Внучка вон, сидит на другой стороне площадки, зорко следит за малышкой.

И её родная дочь сидит рядом. Она уже на пенсии. Хотя и молодится, пытается выглядеть не такой старой, какая есть на самом деле, но всё равно видно – она уже старуха. Дочь – постаревшая женщина, вышедшая на пенсию. Внучка – молодая ещё женщина. И эта малышка, её правнучка…, единственная из них, кто теперь выглядит моложе, чем бабушка Альбина.

Может быть, плюнуть на всё, что говорила эта Лена и подойти к ним? Улыбнуться, расплакаться, сказать – не пугайтесь, не спрашивайте ничего, я Альбина, это я, правда, я…

В дурку ведь увезут. Ну, попытаются. Естественно, неудачно попытаются.

Ей не поверят, а когда она явит свою сущность, раскидав санитаров как котят, тогда…, что тогда?

Вряд ли будет как в кино. Скорее всего, они перепугаются до смерти, может даже возненавидят её.

Люди ведь совсем не добрые, в них слишком мало света – она точно это знает. Она видела, что такое человек. Не раз и не два. Война срывает маски, оголяет то, что не хотят видеть люди – их истинную суть. А на эту суть лучше не смотреть. Маски лучше никогда не срывать – можно сойти с ума от того зловонного потока, что исторгнет эта самая человеческая суть.

А может, всё не так? Ведь тогда была война, она видела не самых лучших людей, в не самой удачной обстановке. Тогда всем нужно было выживать. Сейчас ведь всё иначе. Сейчас мир, сейчас…, дочка перекрестилась, на её груди блеснул серебряный крестик.

-Тьфу ты, идиотка. – Буркнула Альбина. Никогда она не понимала этого мерзкого увлечения дочери. Как старость к ней подступила, так она и взялась мотаться по этим шаражкам с бородатыми прохиндеями. Уверовала она, видите ли. Седая уже, а ума как у котёнка.

Увы, яд империализма, вся эта капиталистическая погань, глубоко проникла в тело СССР. Так глубоко, что его и вовсе не стало, а без него, страшный яд мирового империализма свободно растёкся по всей планете. Вот как? Как? Как можно верить в какого-то там бога, и прочий чёртов бред? Как…

Эльфы. Колдуны. Ифриты…, а что если вампир не соврал?

Что если мир совсем не такой, каким казалось ей?

И как же ей теперь жить?

Альбина достала из кармана блузки записную книжку – купила на днях. Она почти такая же, как та, что у неё была в сорок втором. Разве что новенькая, обложка глянцем блестит, да какой-то придурок напечатал в уголке изображение ордена. Совсем мир с ума спрыгнул. Ордена это не картинка для развлечения. Орден, это то, что выдают за заслуги…, хотя, сейчас их за что попало выдают. Это уже в прошлом – время, когда ордена что-то значили. Теперь они просто побрякушки.

Она открыла страницу, на которой записала адрес, продиктованный Леной.

Она не знала этого места, никогда не была в той части города. Там ей предстоит сегодня устраиваться на работу. Ничего особенного – она умела работать, недаром орден имеет и звание героя социалистического труда. Но идти туда, не хотелось совершенно. По одной простой причине – там нет людей. В этом месте работают только вампиры. Только монстры.

Пожалуй, самое место для неё…, причём оно таким было задолго до того, как она стала вампиром.

Альбина тяжко вздохнула – а ведь она уже почти скопила себе на похороны. И гроб заказала.

А теперь, получается, вся жизнь впереди. Жизнь, в юном сильном теле, жизнь, со вкусом человеческой крови на губах. Жизнь убийцы и монстра, жизнь, которую она хотела забыть.

Хотя, Лена говорит, что убивать им не рекомендуется. Есть кодекс, конечно…, она перевернула страничку. Кодекс Альбина записала целиком. И вот опять читая его, она, округлив глаза, качает головой. Ей как-то по-другому представлялись вампиры, эти сказочные существа, выдуманные капиталистическими проститутками, попами и прочей антисоветчиной. А они, оказывается и правда есть, вампиры эти. Да, есть они...

«Ментов не жрать - западло», первое правило кодекса. Рядом мелким убористым почерком Альбина записала пояснение от Лены, разъяснявшее правило более детально и понятно. На самом деле, ментов жрать можно. Но только если нет иного выхода – если сильно захотелось есть, если от этого зависит твоя жизнь, если…, таких если много. Это да.

«Чисто по приколу, ментов жрать можно, но только если сильно надо» - второе правило кодекса.

В первый момент ей показалось, что Лена зачитывает ей сборник анекдотов или просто чей-то пьяный бред. Но нет, это и правда, их кодекс, свод правил целого клана.

-Увы, такова воля нашего Носферуса и короля всех вампиров. – Разведя руки, с большой грустью произнесла Лена, отвечая на её вопросительный взгляд.

В принципе поверить не сложно – она с ним общалась достаточно долго. Ей короли представлялись как-то немного сильно иначе. Король вампиров…, неправильно это. Не должно быть никаких королей. Есть только партия и генеральный секретарь.

Она закрыла книжечку и снова посмотрела на свою ладонь.

Чистая белая кожа, тонкие пальцы, красивые ногти. И эти пальцы способны рвать металл.

Кажется, она полностью выпала из привычной реальности, более того, она вообще больше не часть известного ей мира, с его правилами, нормами и убеждениями.

Теперь, она нечто иное, в каком-то совершенно ином мире. Все старые правила, наверное, больше не работают, все прошлые убеждения больше не важны…

Её взгляд обратился к веселой девчушке, что играет на площадке – её правнучка, маленький солнечный человечек…

Эта жизнь исчезла, осталась в прошлом. Малышке не стоит видеть изнанку мира, на которой угораздило оказаться ей. Монстрам не место рядом с людьми.

Альбина поднялась на ноги и пошла прочь – её ждёт новый мир, новая, странная, жизнь.

13.

-По закону вы не можете баллотироваться в мэры. – Произнесла девушка.

-С хуяли вдруг? Офанарела? Как так не могу? – Возмутился кандидат, ёрзая на стуле и стирая со лба пот – лето на дворе, а он в кожаном плаще.

-Я проверила вас в компьютере. Вы сидевший.

-И чё? Я сидел-то мальца совсем. Да ж не понял до конца, чё как там по понятиям.

-Нельзя.

-Да какого хуя? Можно блять!

-Нет, нельзя.

-А так? – Кандидат в мэры, положил на стол шестизарядный, хромированный револьвер.

Девушка подняла голову, взгляд замер на револьвере. Охранник нахмурился, к ним шагнул.

-Слышь! – Рявкнул кандидат. – У меня блять патроны то же есть!

Охранник слегка побледнел, потоптался на месте, кашлянул смущённо и потянулся к рации.

-Вот блять только попробуй – Менту звякну уедешь блять в отдел, как наркоша сраный.

-Я… - Глухим голосом сильно испуганного человека, произнёс охранник.

-Головка от хуя! Гы! Короче, осади в натуре. Я Штык.

-Кто?

-Конь в пальто. – Буркнул Штык. Поправил полу плаща, снова на охранника глянул. – Не в этом смысле. А в смысле…, да короче. На хуй, не пыркайся. Я те отвечаю – не получится.

Охранник, потея активно, рацию тискать перестал, на девушку умоляющим взглядом посмотрел, на месте стоит, делать чего не знает, а жить-то как охота!

-В-вам, всё равно н-нельзя. – Пискнула девушка.

-Всё равно?

-Угу. – Кивает она в ответ.

-Вот блять…, не, ну я правда совсем чутка сидел. Отвечаю. И давно было прям пиздец давно.

-С-сильно давно?

-Лет десять уже как.

-П-пистолетик п-пожалуйста… - И осеклась – взгляд от револьвера отвести не может.

-Да не ссы киса. Я ж так, для понта. Он игрушечный.

-Правда?

-Да не, гоню я. Настоящий ствол, реальная пушка. Башку сносит на раз – ну, я сам не знаю, пацаны рассказывали. Но тебе же легче стало? – Штык убрал револьвер обратно в наплечную кобуру, в наступившей гробовой тишине, всем немногочисленным офисным работникам и посетителям, сейчас стало понятно, зачем в такую жару нужен сему человеку столь просторный кожаный плащ.

Девушка стала что-то в компьютере искать. А там никак – найти не может.

-Кис, ты мимо клавы пальцами щёлкаешь.

-С-спасибо. – Поблагодарила девушка и исправилась – стал слышен щёлкающий звук нажимающихся кнопок. Прошла минута, другая, третья. Девушка, чуточку бледная, посмотрела на кандидата в мэры. – Я ошиблась. Извините. Вам можно. Срок давности истёк, вы можете.

-В мэра баловаться?

-Да, в мэра…, что простите?

-Ну, того. Мэром я хочу стать.

-Да-да, вы можете. Вот, тут на бумажке всё написано, чего вам принести и чего вам…, - девушка замолчала, стала листком бумаги, словно веером, себя обмахивать. – Простите, что-то мне нехорошо.

-Базар-вокзал, всё понял. – Штык взял бумажку, где всё написано и поднялся на ноги. Постоял пару секунд, глазами текст ещё раз пробежал, потом затылок поскрёб пальцами. – И чё прям реально тыщу типов надо на подписи? – Девушка кивает, бледность с неё уходит, вроде как полегчало ей. – Ну, чего поделаешь…, блять. Тыща это дохуя. А пиздить можно?

-Кого?

-Ну, что б подписались. По почкам хуяк и всё, чего хочешь подпишет.

-Вы что из милиции? – Спросил кто-то слева, посетитель какой-то непонятный.

-Опух бля? Какой я тебе мент? Я реальный пацан! – Рыкнул Штык. Подумал, добавил. – И король вампиров вообще-то. Так что не хами в натуре.

-Простите…

-Да забей братан. – Штык махнул рукой и пошёл к выходу, в думы весь погружённый.

Тысяча подписей – он думал, будет проще. А тут тысяча! И где столько морд набрать, которые подпишутся? А они ещё и по прописке должны быть. С паспортами, с постоянным местом жительства и со справкой из психбольницы, что они не психи. И на кой справка эта нужна? Психи что, не люди уже? С другой стороны, вампиры то же не часто в мэры избираться идут. Ладно, уж, пусть их, со справкой этой. Но это ещё ничего – документы которые он сам собрать должен. Там же целый вагон макулатуры разного смысла и характера! Справка отсюда, справка оттуда…

Справка из морга. Странно. Этот пункт прочитав, он долго стоял на крыльце администрации города и скрёб затылок пальцами. Потом ещё почитал. И ещё. Развернулся и обратно.

-Господи спаси! – Пискнула девушка.

-Да, с пистолетом. Только что ушёл, явный ба… - Онемев и побелев, голос потерял охранник.

Штык потрепал его по плечу, взял телефон, позвонил.

-Здорово Мент. Как оно? Да похуй, я из вежливости спросил. Короче, тут тип один, не верит мне, прикинь? Попизди с ним, что б засох, а? Ага. Норм. Слышь, - он трубку протянул охраннику. – На, начальник СКМ нашего гадюшника, с тобой по базарить хочет. – Охранник трубку взял, к уху приложил. Штык к девушке широким шагом и над столом навис. – Киса, ты не попутала? Нах так шутишь в натуре?

-П-простите, вы о чём? – Девушка вжалась в кресло, чуть ли не в комочек свернулась.

-Как о чём, ебать вас в рыло!? – Штык сунул ей в лицо бумажку формата А4, гневно сунул, но аккуратно – начинать свой путь в мэры с трупа, не лучший выбор. – Какой на хуй сексопатолог?

-Ну как же. – Девушка подтянула ножки и таки совсем в комочек превратилась.

Дрожа как осиновый лист, она всё же не могла смотреть никуда, кроме как ему в глаза – кандидат в мэры, снял очки, что были у него на носу прежде. Яркие красные зрачки завораживали, она не могла просто оторвать своего взгляда от них. Жуткие, красные глаза, пистолетные рукояти торчат из-под плаща…, а ещё, она вспомнила, где слышала это прозвище.

Штык. Тот самый, что ржавой пилой вскрыл грудину коммерсанта, отказавшегося платить и потом, на глазах у всей банды, съел сердце несчастного…

-Не убивайте меня… - Пискнула несчастная.

-Киса, у тебя шикарные ножки. Как я тебя убью? Ты ж реальная такая. Не…, вот если выебать, но чисто добровольно. Я ж не этот, ну, маньячило какой. Я реальный. У меня и хер реальный. Отвечаю.

-Ыыыы… - Плачет бедняжка.

-Короче, реальный список давай.

-Это и есть, реальный. – Она всхлипнула, личико в коленках спрятала.

-Да блять быть не может! Какой сексопатолог? Я что в венеричку на приём иду? Чё за на хер?

-Это муниципальный фильтр. – Шмыгнув носом, отвечает девушка. – Нужно справку, что у вас нормальная ориентация. Что вы не гей.

-Чё? Совсем ёбнулись? Какой блять гей?

-П-простите…

-Ладно, проехали. – Штык выпрямился, задумчиво нахмурился. Потом, слегка ошеломлённый, вдруг произнёс. – Блять, а ведь логично в натуре. На хуй нам пидоры в мэрах? Вообще не надо. Блять, в натуре. Чёт сразу не въехал. Но бля, а это? Какой в жопу венврач? Это что ещё за хуило такой?