-Башку отрубил? – Едва слышно произнесла Лена.

-Да не парься, живой он. Одно передалось всем моим копиям – их хуй сотрёшь, гы-гы.

Помолчал, потоптался на месте. В небе громыхнуло, и наземь упали первые капли холодного дождя. Тучи слились, их цвет стал более глубоким – чёрные тучи стелятся над этим миром…

-Лена, двое из вас – пацан, которого Штык обратил и белобрысая, их способности ещё не проявились? – Он как-то неопределённо взмахнул рукой и добавил к своим словам. – Просто в Сотне таких нет. Эти, как и ты, уникальны для вашего мира. Я их прежде не видел.

-Их способностей мы пока не знаем.

-Понятно…, ну, пошли. Пора напрячь их по-взрослому. – Он хлопнул её по плечу. – Не куксись киса, сегодня для вас начинается новая эра. Время серьёзных дел, время хорошенько тряхнуть ваш тухлый мирок и показать вам, на что вы способны. Даже такие вы, ненастоящие, долбаные копии.

Он вошёл в здание, Лена двинулась за ним.

Ей было тревожно сейчас. Обидно и тревожно – копии, ненастоящие, всего лишь тени каких-то других людей…, что задумал этот пришелец из иного мира? Вскоре она поймёт что. Ей достаточно будет услышать, какие именно задания он приготовил для вампиров Последнего клана, свести всё воедино и ответ будет получен. Она узнает, что задумал Штык из не отсюда.

Только вот Лена сильно сомневалась, что хочет это знать.

17.

В зарослях кустарника, в районе одном, что в закутке на стыке трёх улиц растут, на полянке махонькой, с поваленным деревом в центре, там, где на травке зелёной, пакеты, банки, шприцы и прочие радости бытия валяются, собрались люди. Очень разные люди.

Стоят они полукругом, смотрят все на одного человека, того, что их сюда и привёл.

Старушка, божий одуванчик, с авоськой в сухонькой руке.

Пожилой работяга, с тёмным лицом – шахтная пыль так сильно въелась в кожу, что никаким мылом её так сразу уже и не отмыть. Подросток с плеером в кармане, с кепкой на лохматой голове. Помятый, болезненного вида мужчина с исколотыми иглой венами. Мрачная девица в мятой и нестиранной давно джинсовой куртке, да с внушительным фингалом под глазом. Подтянутый молодой милиционер, в служебной форме.

Что же собрало их здесь? Что могло собрать тут, столь разношёрстную компанию? Что объединило их? Две общие черты были у них у всех. Взгляды обращены в одну точку, но они пусты, ни мыслей, ни выражений, ничего, словно спят они сейчас. И едва заметные искорки пламени в их глазах – красного, зловещего пламени, что не опаляет их лиц.

-Ну, начнём, пожалуй. – Произнёс тот, кто собрал их здесь. Высокий мужчина в чёрном кожаном плаще, с тёмными очками на носу, в миру известный как Лёха Штык, а в миру, что известен не слишком хорошо смертным простым, знают его ещё и как короля вампиров.

Он что-то достал из кармана плаща, пошуршал этим – пакет то, целлофановый. Развернул, а там! Кусочек мяса там. Он его зачем-то понюхал.

-Подтух сука. – Проворчал Штык. Потом рукой махнул. – Ладно, хрен с ним, сойдёт и так.

Он взглянул на людей, ждущих рядом. Собрал их по пути – было лень искать что-то более подходящее, так что уводил за собой всех, кто по пути попадался.

Привёл немного больше чем нужно – на всякий случай. Мало ли? Вдруг не хватит? А у него с переизбытком уже под рукой. Сожрать их сначала собирался, ну, не полностью конечно, только кровь. Однако имелись тут основания, что б от такого дела отказаться. Во-первых, не факт что поглощённой крови окажется достаточно. Потоки он не видит, так что сказать точно, сколько Силы окажется под рукой, не может. Но точно знает, что её будет немного – Кровь капризная Сила, её Потоки слишком тонки, а порой их и вовсе не отыскать намного сотен миль вокруг. Во-вторых, когда используемая кровь в брюхе, от этого немного щиплет под кожей и иногда начинает чесаться.

Так что он избрал более простой вариант.

Штык поднял кусочек плоти в своей ладони повыше, вторую ладонь протянул к застывшим в ожидании людям. Прикрыл глаза, и его пальцы полыхнули красным пламенем.

Люди не кричали, они даже в лице не изменились – их разумы ничего не чувствовали сейчас, они ничего не видели, они словно бы спали. И проснуться, им было уже не суждено.

Тела людей засветились изнутри – он не стал ждать, пренебрёг аккуратностью, лишь прикрыл себя едва видимой светло-алой завесой, а затем буквально в долю секунды обратил кровь несчастных в чистую Силу и собрал её в своей руке.

Тела бедняг разорвало изнутри. Куски мяса, кости, кишки, всё расплескало в разные стороны…, бледные, почти белые куски, в которых не осталось даже самой маленькой капельки крови.

По алой завесе, сползали ошмётки несчастных – мгновение и стена исчезла, останки людей попадали вниз. Вся эта крошечная проплешина в зарослях, бревно на земле, листва, всё теперь в том, что ещё мгновение назад, было людьми. О том напоминали теперь, пожалуй, лишь лохмотья изорванной, а кое-где и иссохшей в прах одежды.

В руке короля вампиров, пылал рубиновый сгусток, настолько насыщенный цветом, что при взгляде на него, болели глаза. Он свёл ладони вместе, не открывая глаз.

Пламя вспыхнуло и сердито загудело.

-Да хуй тебе сука! Подчиняйся! – Зашипел вампир, чьё лицо исказилось от натуги.

Пламя яростно полыхало несколько минут. Полянка внутри зарослей, стала заметно шире – отдельные языки коснулись листвы и веток. Теперь они в воздухе летают в виде серой пыли.

Наконец, огонь начал затухать. Всего несколько секунд и от него не осталось и следа.

Штык развёл руки и посмотрел на кусочек плоти в своей ладони – он ещё сиял алым светом, но не превратился в пыль, не изменился, остался тем же кусочком плоти, каким и был. Более того, отражение древней магии, что было в нём, осталось на месте, не рассеялось, не оборвалась связь с источником. И то, что он пытался сделать, сработало.

Вампир бросил кусочек мяса в рот и стал жевать, попутно морщась. Потом проглотил и замер в ожидании. Ничего не происходило – с некоторым облегчением, выдохнул.

-Ну, так. Это же я, не могло не получиться. – О том, что произошло бы, если бы не получилось, он думать не очень хотел. Конечно, ничего страшного не случилось бы – так, по мелочи. Ну, может, его бы разорвало на куски – первый раз что ли? Дополз бы куда-нибудь, сожрал бы кого-нибудь и снова как новенький, делов-то. Однако это больно. Когда на куски, да изнутри.

-Ну, поехали. – Проговорил он тихо и закрыл глаза.

Печать, временно - а больше ему и не нужно, перешла и на него. Теперь, для Печати, существует два Штыка, два короля вампиров и того факта, что их два, а должен быть один, Печать не понимала, не умела она это понимать. В её структуре не было ничего, что могло бы дать ей даже подобие такой возможности. И потому, обмануть её было достаточно просто.

Когда он открыл глаза, заросли, изувеченные останками нескольких человек, исчезли.

Он стоял на гранитном полу, в окружении разномастных тронов, на коих обычно восседали короли рас, населявших этот мир. Сейчас их нет, сейчас тут пусто.

-Н-да. – Сказал он, глянув на трон короля вампиров. Он его безошибочно нашёл и узнал – побочный эффект от Печати королей. – Моя копия здесь хоть и более-менее, но один хуй, обсос какой-то. – Трон ему совсем не понравился. Какой-то он был комичный и несуразный…

Тьма, окружавшая зал королей, ожила. Он ощутил это прежде, чем увидел.

Пламя Крови вспыхнуло в его ладонях, клыки вышли наружу, он был готово сразиться – две секунды примерно. Потому как очень скоро ощутил уровень мощи, исходившей от Тьмы.

-Ты не можешь меня вышвырнуть или что-то ещё сделать Нортумес. – Проговорил он, погасив огонь Крови и выпрямившись, лицом хмурый, но спокойный. На деле ему было не по себе, даже немного страшно, но этого лучше не показывать сейчас. – Печать при мне и по праву. Я вампир и я победил короля в сражении. Я не убил его, но он повержен – по твоим же правилам, новый король вампиров, это я. Ты не следуешь своим правилам Нортумес?

Тьма двигалась, в ней что-то происходило, но понять, что именно, было невозможно.

Чёрное щупальце вырвалось из Тьмы, изогнулось над тронами и приблизилось к вампиру. Оно замерло в полуметре от его лица и приняло форму – нечто вроде гротескного подобия человеческого лица. И вот теперь Штык ощутил нечто – нечто очень знакомое. Когда щупальце втянулось во тьму и исчезло, а странная дрожь в ней прекратилась, и снова зал королей стал просто залом посреди непроглядной темноты, тогда он вспомнил.

Глаза вампира расширились, брови приподнялись.

-Мать твою! – Сказал он и ухмыльнулся. – Ах, ты ж пиздабол! А говорил, не помню, не знаю, одному Потоку известно! Ну, ты пиздец! Нортумес. – Он скривил губы, покачал головой и кивнул куда-то во тьму. – Ну, хоть понятно, почему имя другое. Нортумес – ёбнутое имя какое-то.

Он какое-то время стоял на месте, с улыбкой глядя в темноту.

-Ты ж получается, сопля совсем ещё. Хех. Не ожидал, вот отвечаю, не ожидал такого прикола. Шуточки Мироздания, хули тут скажешь. – Штык повернулся к трону, скривил губы в отвращении – не нравился ему этот трон…, поверхность сидения исказилась, поблекла, и спустя мгновение, обрела новый вид. Вампир улыбнулся, повернул голову к темноте. – Благодарю братуха, а то реально стул стрёмный был. – Он сел на ровное, мягкое сидение, откинулся на спинку, по чёрному фону которой, стекали застывшие в камне, красные потёки крови. Положил руки на подлокотники, напоминавшие нагромождения черепов от множества самых разных существ. Закурил сигарету, стряхнул пепел в пепельницу, оставшуюся на одном из подлокотников. Она имела вид чаши, с постоянно изменяющимися стенками. Они трепетали, меняли форму и цвет, словно этот аксессуар и сам не знал, каким он хочет стать в конце. Или же, он просто боялся остановиться, стать чем-то – ведь обретя свою последнюю форму, он останется таким навсегда и однажды, в какой-то момент, его существование утратит всякий смысл, будет скучным и пресным. Он станет ничем, артефактом давно исчезнувших миров, артефактом событий, которых никто не помнит, пылью столь древних лет, что о них забыло и само Мироздание…

-Блядский сука стул… - Буркнул вампир, глядя на пепельницу. – Начинаю думать, что та стрёмная поебота, была куда как лучше…, а! Начинаю догонять. – Он затушил сигарету и ухмыльнулся Тьме. – Эти стулья отражают сущность, ведь так? То, чем ты являешься внутри, этакий Роршех по магической ботве. Понятно, чё…, - он хрустнул пальцами и выпрямился. – В очко короче, я всё равно сюда снова уже вряд ли приду. Итак, голубая кровь, короли мать их.

Он сосредоточился на одной мысли – простой как морковка.

Нортумес созывает своих королей, ибо один из них, намерен сказать, но не будет слушать.

Один за другим они возникали на своих тронах. В их глазах тревога, в их лицах беспокойства тень – они чувствуют, что что-то не так. Они знают, что этот совет, им не понравится.

-Вы лишили меня права голоса, - заговорил король вампиров, с улыбкой на губах, - но в подобном случае, этот запрет не действует. Вам придётся выслушать.

Они, молча, смотрели на него, они ждали его слов.

Но никто не ожидал, даже близко не ожидал того, что услышать пришлось.

-Вампиры объявляют о том, что перестанут скрываться. Мы более не будет соблюдать некоторые положения, установленные Нортумесом. Вампиры станут частью этого мира, о них узнают люди. Мы будем жить с ними бок о бок, в мире и согласии – по возможности, конечно, право защищать себя, у нас остаётся согласно законам Нортумеса. Нас не интересует ваше мнение, мы не отказываемся от места в зале королей, но мы больше не будем скрываться.

Он выждал несколько секунд, явно наслаждаясь ошарашенными лицами королей.

-Вы можете скрываться и дальше, а можете стать частью будущего – для вампиров это не имеет никакого значения. Мы выходим из тени.

Он глухо рассмеялся и исчез – король вампиров вернулся туда, откуда пришёл.

Несколько долгих минут, в зале королей стояла гробовая тишина.

-Безумец, проклятый безумец… - Прошептала королева эльфов, круглыми глазами глядя прямо перед собой. Никто не сказал больше ни слова - слов у них просто не нашлось.

18.

Отдав последние распоряжения, генерал Туманов, вернулся в кабинет. Но войти в него решиться не смог. Он стоял у дверей собственного кабинета, в полном одиночестве смотрел на стол своего секретаря. Парнишку он прогнал матерным криком – нервы, всё это от нервов…, может быть, он сейчас зайдёт в кабинет, а там нет ничего? Просто стол, просто стены, никаких отрубленных голов, никаких тебе трупов безголовых. Ну, вдруг? По спине стекла струйка пота. Если там никого нет, тогда всё, крыша у него потекла конкретно и пора сдаваться. Санитарам.

А если эта голова там…

-Господи, боже мой. – Прошептал генерал и перекрестился.

Потом собрался с силами, выпрямился, поправил китель, осмотрелся. Пусто в этом предбаннике секретарском. И на этаже пусто – всех разогнал. Спустился вниз, отдал распоряжения и вот, вернулся сюда…, может, всё-таки нет ничего, может, привиделось просто? Дурдом ещё, куда ни шло, можно как-то разумно объяснить. А как объяснить это вот? Вампиры, говорящая отрубленная голова…, которая непрерывно ругается матом и обещает всех тут «раком нагнуть».

-Там ничего нет, мне всё просто привиделось. – Решительно сказал он, и вдруг помрачнев, грустно так вздохнул. – Давно уже на пенсию пора. Совсем я что-то расклеился, кажется вот уже что попало. – Он слабо улыбнулся. – Отрубленные головы, хех, вампиры, это же просто…

-Я типя слысу пидол ты стлёмный! – Донеслось из-за двери.

Генерал застонал, словно от боли и толкнул дверь.

Голова на месте, лежит на шкафу. Смотрит на него злобными красными глазами, с уголка крепко сжатых губ, течёт кровь, из-под отрубленной шеи натекла лужица крови…, почему эта кровь дальше не стекает? Генерал тряхнул головой – нашёл о чём думать.

Он подошёл к окну - не мог просто видеть этот ужас. Он словно в кино какое-то попал. Кошмар какой-то, где ожившие мертвецы и прочие сказки…, взгляд сам собой скосился в сторону головы.