Глава 15. Дипломатический визит.

— А с этим добром что делать? — Мех коротко кивнул на наши автоматы и увесистые разгрузки. — Не идти же к старикам в избу при полном параде, напугаем еще.

— Обойдем жилые дома по дуге, с тыльной стороны, — прикинул я маршрут. — У меня там, на окраине лагеря, в густом малиннике есть один надежный, неприметный схрон под землей. Вот там всё наше железо пока спокойно и полежит до поры до времени.

Мы быстро раскидали стволы и бронники по герметичным мешкам, прикопали их в тайнике и уже налегке, в обычном неприметном камуфляже вернулись к старикам в село.

Приняли нас по высшему разряду. Сначала дед Ваня знатно истопил для нас баньку — с березовыми вениками да ледяной водой из колодца. Пар был такой, что святые выносили. Жаркая, наполненная запахом березы и дуба парная, кафельный пол, скользящий от воды, и тяжелый, влажный воздух, в котором невозможно было дышать, но хотелось жить.

После этой бани, да еще и после изнурительного многочасового марш-броска по двум мирам, моих городских архаровцев окончательно сморило. Док и Механик уползли на боковую и мгновенно уснули мертвецким сном.

А я, чувствуя себя на удивление бодрым и свежим, устроился за массивным столом в просторной избе прямо напротив деда Вани и бабы Матрёны и неторопливо пил крепкий, пахнущий смородиновым листом чай. За окном уже начинало темнеть, и в избе горела керосиновая лампа, отбрасывая мягкий, желтоватый свет на побеленные стены и резные наличники.

И вот только после того, как первая суета улеглась, а чаепитие перешло в ленивую стадию, я решил аккуратно начать самый главный, стратегический разговор.

— Скажу вам честно и без утайки, уважаемые, — я отставил кружку в сторону и серьезно посмотрел на стариков. — Я твердо решил полностью выкупить эту землю вместе с территорией заброшенного лагеря. Построю здесь, в этой глуши, хороший, закрытый санаторий для детей. И сразу оговорюсь: простых ребятишек со сложными диагнозами я собираюсь принимать и лечить здесь абсолютно бесплатно.

Старики удивленно, ошарашено переглянулись между собой. А я веско продолжил:

— А вот всяких зажравшихся богатеев, олигархов да чиновников мы станем лечить за деньги. И поверьте — за очень, очень большие деньги. За счет них всё это хозяйство содержать и будем. Но самое главное... На вас четверых у меня огромные планы. Большие, государственные планы.

Дед Ваня искренне, беззлобно усмехнулся в усы, качая головой:

— Да ладно тебе, Володя, ну какие такие великие планы могут быть на нас, престарелых покойников? Нам тут с бабками и так уже совсем немного до погоста осталось вековать.

— Это уж точно не вам решать, дед Ваня, сколько именно вам на этом свете осталось, — загадочно прищурился я, глядя на его морщинистые руки. — У меня по моей личной смете заложено, чтобы вы все четверо еще как минимум годиков тридцать прожили в полном здравии, да на благо нашего общего дела упорно потрудились. Форму терять рано.

Старики озабоченно, с явной тревогой переглянулись, шутку мою не поняли, и Матрёна осторожно спросила, поправляя платок на груди:

— И кем же ты нас, старых, в своем санатории видишь, Володя? Какую работу доверяешь?

— Я там, в лесах, один полноценный, закрытый городок отстрою, — я облокотился на стол, чеканя слова. — И для управления этим хозяйством мне понадобятся непростые, проверенные временем и советской закалкой люди. Кому попало я такое дело не доверю. Вот я и подумал: деда Ваню я официально назначу главным градоначальником и комендантом нашей крепости. Баба Матрёна станет у меня там все финансовые потоки и бухгалтерию жестко контролировать — мимо неё ни один цент не пролетит. А баба Маша, как бывший завуч — пускай местным образованием и культурой займется, школу для детворы откроет.

Я сделал эффектную командирскую паузу, давая им переварить масштаб моих «бредовых» фантазий.

Матрёна опять первая не выдержала, подалась вперед и с живым женским любопытством спросила:

— А Валю-то нашу куда, Князь, пристроишь? Про неё-то не забыл в своем государстве?

Я открыто, искренне улыбнулся:

— Ну, коли вы меня тут все поголовно Князем величаете, то и расклад будет соответствующий. Будет у меня там построен большой, рубленый терем, самый настоящий дворец. А какому же приличному княжескому дворцу без классного, проверенного Шеф-повара обойтись? Вот Валентина и станет у меня главным поваром всего нашего суверенного княжества. Кормить дружину и гостей — дело государственной важности.

Старики дружно, заливисто рассмеялись, сочтя мои речи за хорошую, душевную армейскую байку после бани. Но дед Ваня смеяться быстро закончил. Он внимательно, не мигая, посмотрел мне прямо в душу своими цепкими, умными глазами бывшего директора и очень тихо, веско спросил:

— Красиво говоришь, Володя. Складной из тебя сказочник. А если без шуток? Напрямик скажи, чего задумал-то?

— А я, дед Ваня, и не шучу, — я аккуратно опустил кружку на стол и заглянул старику прямо в глаза. — Вот скажи мне честно... Вы ведь с мужиками сегодня в баньке вместе парились. Ничего в моих ребятах странного не заметил? Может, показалось чего необычного?

Дед Ваня медленно разгладил усы, его взгляд стал пугающе серьезным и мудрым.

— Так я, Володя, не только в ребятах... Я и в тебе кое-какие перемены заприметил.

Я вопросительно и молча посмотрел на него, ожидая, что именно выдаст бывший директор лагеря.

— Старый я уже, конечно, но память у меня еще крепкая, — тихо вздохнул старик. — Помню, когда ты прошлым летом у нас в бане мылся, у тебя вся спина в шрамах была — и осколочные, и от пуль следы четкие, страшные. А сегодня я спину твою глазом обвел — и не разглядел ничего. Чистая кожа. Грешным делом подумал сначала, что слепнуть к старости стал, двоится в глазах. Да и вообще... Гляжу я на вас троих — а тела-то у всех поджарые, крепкие, молодые стали, словно вам снова по тридцать лет от роду. Ходят ваши Серега с Андреем, а в коленях ни скрипа, ни тяжести.

— Нет, деда, всё правильно ты своими глазами заметил, — я понимающе улыбнулся, решив больше не юлить. — Моложе мы стали. Намного моложе. Вот сидите теперь с бабой Матрёной и думайте над этим на досуге. Но только сразу оговорюсь, без обид: я пока сам до конца не просек, как именно на научном уровне работает это чудо. Но я очень, очень сильно надеюсь, что со временем эта чертовщина и вам всем четверым поможет здоровье вернуть да старость отодвинуть.

Однако этот серьезный вопрос мы с вами поднимем строго после того, как все официальные документы на землю лагеря оформим. А то не дай бог, приедем в министерство, а вас там по старым паспортам чиновники в упор не признают!

Я негромко засмеялся, глядя на то, как ошарашенно и озабоченно вытянулись серьезные лица стариков. Матрёна только воздух ртом перехватила, не зная, что сказать на такую новость.

— В общем, если вы не против, мы тут у вас в селе еще на пару-тройку дней погостим, — подытожил я, поднимаясь из-за стола. — Мне завтра с утра нужно будет в город на машине рвануть, кое-каких продуктов и припасов докупить. Вы посидите, составьте список, может, и вам из цивилизации привезти чего надобно? Не стесняйтесь.

На этой важной ноте мы и разошлись по комнатам. Ночь прошла абсолютно спокойно и беззвучно. Стоило моей голове коснуться прохладной подушки, как глубокий, богатырский сон без сновидений мгновенно завладел мной — новое тело восстанавливалось как часы.

Утром я проснулся с первыми петухами и сразу вышел на крыльцо, чтобы сделать привычную армейскую разминку. Не успел я сделать десяток наклонов, как из дверей бесшумно выкатился Андрей — бодрый, подтянутый, с аккуратной седой бородой.

— Князь, на утреннюю пробежку собрался? — заулыбался он, разминая плечевой пояс. — Я с тобой. Не против компании?

— Только за, Мех. Разминайся пошустрее и побежали.

Вся наша пробежка по раскисшим лесным тропам вокруг заброшенного лагеря прошла в абсолютной тишине. Мы просто мерили шагами километры, но по довольной, широкой физиономии Андрея я без всяких слов понимал, какое это неописуемое, дикое удовольствие для него — снова чувствовать себя абсолютно здоровым, молодым мужиком, у которого при беге не ноет сустав и не заходится в хрипе сердце.

Утренний лес дышал свежестью, туман стелился по низинам, а солнце только начинало пробиваться сквозь кроны деревьев, окрашивая всё вокруг в золотистые тона.

Уже после того, как мы вернулись к дому и знатно окатились ледяной водой прямо из колодца, Андрей резко замер, протянул мне свою мозолистую ладонь и очень тихо, с искренней мужской теплотой произнес:

— Спасибо тебе, командир. За всё спасибо.

Я лишь молча, крепко пожал его руку в ответ. Такие вещи в нашем отряде в лишних словах не нуждались.

Когда мы уже сидели в избе и лениво заканчивали сытный завтрак, из своей комнаты наконец соизволил вылезти Док. Наш великий медицинский светило уставился на нас заспанными, мутными глазами, смешно почесывая взъерошенную бороду.

Андрей моментально сориентировался и шутливо махнул ему рукой:

— О, проснулся, профессор! Давай, не стесняйся, проходи к столу. Мы тут с Князем как раз уже собираемся на боевой выход. Решили без тебя рвануть, а то ты так сладко и нежно спал, аж будить жалко было такую принцессу.

— Это... это как это «без меня»?! — Док в секунду протрезвел от сна, лицо его испуганно вытянулось, а в голосе прорезались панические нотки полевого врача. — Совесть у вас вообще есть, обалдуи?! Опять всю тактическую медицину побоку пустить решили? А если там что-то случится, кто кроме меня вас, дураков, с того света вытаскивать станет?! Я спрашиваю...

Дать Сереге договорить мы просто не дали — нас с Андрюхой одновременно прорвало, и мы начали ржать на всю избу, как два полковых коня. Док замер на пороге и недоуменно, со злостью переводил взгляд с одного хохочущего лица на другое.

Наконец я решил сжалиться над нашим эскулапом и сквозь смех пояснил:

— Да расслабься ты, Серёга, выдохни! Ни на какую ту сторону мы без тебя не идем, успокойся. Мы просто в город решили на моем «Чероки» рвануть — банально продуктов свежих докупить, конфет хороших, заморских фруктов побольше взять. Мы ведь вчера Стояну и древлянским ребятишкам официально пообещали в гости с визитом прийти, а у нас, у Князей, не принято с пустыми руками на дипломатические переговоры являться. Обустроим им праздник.

Дока мгновенно отпустило, его побледневшее было лицо начало стремительно приобретать естественный, здоровый камуфляжный цвет.

— Обалдуи малолетние, вояки хреновы... — беззвучно, сердито пробормотал он себе под нос, маскируя облегчение, демонстративно махнул на нас широкой рукой и протопал на веранду умываться ледяной водой под наш продолжающийся дружный хохот.

В нашу городскую поездку компанию в салоне внедорожника составили баба Валя и баба Матрёна — старушкам тоже позарез нужно было кое-что прикупить по хозяйству в крупных магазинах, да и изголодались они по цивилизации в своей лесной глуши за долгие месяцы изоляции.

Дорога на мощном «Чероки» прошла тихо, спокойно, по-семейному уютно. В райцентре мы споро, слаженно и масштабно скупились на оптовой базе всем, чем хотели — под завязку забили огромный багажник джипа коробками с молочным шоколадом, мешками с ярко-рыжими мандаринами, крупами, сахаром-рафинадом и припасами длительного хранения. Заодно и нашим верным смотрителям лагеря «Дружба» знатно помогли, полностью оплатив им все необходимые покупки, лекарства и одежду из моих личных, неисчерпаемых финансовых закромов.

Обратно на территорию заброшенного лагеря мы вернулись уже поздним субботним вечером, когда над вековыми кронами Полесья одна за другой беззвучно зажглись первые крупные весенние звезды.

Наш стратегический плацдарм в XXI веке был полностью подготовлен, легализован и обеспечен всем необходимым МТО, а впереди нас троих ждал грандиозный, решающий дипломатический поход в зеркальный десятый век.

Колеса истории закрутились на полную мощность.

Друзья, первая книга полностью готова. Но чтобы не пропустить выход второго тома («Да будет Княжество») и оперативно получать ссылки на новые главы (в том числе на других площадках), подписывайтесь на мой официальный Telegram-канал: Владимир Пайлодзе | Книжный клуб. Жду вас!

Уважаемые читатели! Если вам интересен роман, обязательно нажмите кнопку "Мне нравится" и добавьте книгу в библиотеку и обязательно подпишитесь на автора, то бишь меня. Это очень поможет развитию истории! Спасибо!