Психопаты – отличные льстецы. Им обычно верят – даже те, кто, как я, должен бы знать лучше.

Похоже, ты думаешь, что хранишь какой-то великий секрет – насчет этой истории с дилдо. Вряд ли. Мои родители знают об этом и о тебе уже несколько месяцев.

Вскоре после разговора с Гордоном Коу в вестибюле отеля «Давенпорт» Джей Уильямс навестил Фреда Коу в тюрьме. На этот раз его старый друг казался спокойнее. Джей взял тускло-черный телефон с посеребренным шнуром и сказал:

– Чувак, у нас проблема. В этом доме живут люди.

Коу пристально посмотрел на него через стекло, потом принялся быстро писать печатными буквами в маленьком блокноте. Он поднял его:

ТЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ ПРОДАВЕЦ. ТЫ МОЖЕШЬ ВЕРНУТЬСЯ В ЭТОТ ДОМ. Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ МОЖЕШЬ.

Джей одними губами спросил: «Как?» Фред написал еще на одной странице и прижал к окну:

ПОЙДИ С ПОРТФЕЛЕМ. СКАЖИ, ЧТО ХОЧЕШЬ ПОСМОТРЕТЬ ДОМ. ИДИ ПОД ЛЕСТНИЦУ, СУНЬ ДИЛДО И СВИТЕР В ПОРТФЕЛЬ – И УХОДИ!

Джей недоверчиво посмотрел на него и сказал:

– Насколько это вообще реально, Фред? Владелец вернулся и снял дом с продажи. Какой мне придумать предлог?

Фред написал большими буквами:

МЫ ДРУЗЬЯ. Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, Я ЛЮБЛЮ ТВОЮ СЕМЬЮ. ДЛЯ ТЕБЯ Я БЫ СДЕЛАЛ ВСЕ. Я БЫ ДЛЯ ТЕБЯ ЭТО СДЕЛАЛ.

Джей отвел глаза. Он не хотел, чтобы его уныние передалось Фреду, но это было трудно скрыть. Где-то вдалеке лязгнула – сталь о сталь – дверь камеры. Он подумал о Фреде, годами сидящем в тюрьме и слушающем такие звуки. Но его деморализующие мысли не делали возвращение вещей реальнее. Коу поднял еще один листок:

ИДИ В ЭТОТ ДОМ И ВОЗЬМИ ЭТИ ВЕЩИ!!! ТЫ ОТЛИЧНЫЙ ПРОДАВЕЦ, ОДИН ИЗ ЛУЧШИХ. Я ЗНАЮ, ЧТО ТЫ МОЖЕШЬ ЭТО СДЕЛАТЬ!

Джей истолковал это как намек на взлом. Все же то было немного больше, чем он был готов сделать ради старой дружеской верности.

– Я не могу! У них собака, – ответил он.

Коу тут же поднял новый листок:

ПОДОЙДИ ПРЯМО К ВХОДНОЙ ДВЕРИ И СКАЖИ ИМ, ЧТО ХОЧЕШЬ ПОСМОТРЕТЬ ДОМ!!!

«А, понятно, – подумал Джей. – Он имеет в виду блефовать, пустить в ход умение убеждать. Ну, это возможно. Рискованно, но возможно».

Возвращаясь в Спокан-Вэлли, он сказал себе не спешить. Ему хотелось лучше понимать, какую роль дилдо играет в деле об изнасиловании. Докажет ли само его существование, что Фред – насильник? Но это ведь доказывается многими способами. Ничто из того, что я могу сделать, не изменит общего сценария, сказал себе Джей. Он сядет в тюрьму с моей помощью или без нее, найдут дилдо или не найдут. Так почему бы не избавить его от публичного позора? В любом случае для него важен только имидж.

Он остановился на подъездной дорожке, прежде чем войти внутрь и встретиться с семьей. Он задавался вопросом, не обманывает ли сам себя, чтобы оправдать этот иррациональный акт чести и долга, – все те же старые добрые semper fideles. Он решил несколько дней подождать, чтобы сначала дать полиции шанс найти дилдо. Если они это сделают, значит, такова воля Господа. Если нет, он воспримет это как знак. Тогда он сам пойдет в дом и, если Господь пожелает, заберет и уничтожит дилдо. Так решение будет не в его руках.

Несколько вечеров спустя, после молитвы и медитации, он припарковался у магазина «Серкл Кей» на Альтамонт и легкой походкой бывшего боксера перешел улицу. Подойдя к маленькому дому, он пробормотал: «Господи, это зависит от Тебя. Когда я постучу в эту дверь, я не собираюсь этим людям лгать, никакой лжи. Если Ты хочешь, чтобы дилдо достался полиции, пусть они его получат. Да будет воля Твоя».

Он был с пустыми руками, в спортивной куртке. Фред велел взять портфель, но он забыл. Он даже не выглядел как положено. Это было нормально. Никакой подставы, никакой двурушнической игры, никакой нечестности. Если Господь захочет, чтобы он уничтожил дилдо, Господь даст этому случиться.

Он постучал, и дверь открылась. Маленький мальчик посмотрел на него, а мужчина и женщина выглянули из-за перил наверху. Джей сглотнул и сказал:

– Здравствуйте! Я – Джей Уильямс, агентство Томлинсона. Несколько дней назад мы перекинулись парой слов. Я так понимаю, что вы больше не хотите продавать дом. Верно?

– Совершенно верно, – сказала женщина.

– Ничего, если я все равно посмотрю?

– Ну конечно, – любезно сказала женщина. – Мы с мужем смотрим телевизор. Не возражаете, если мы к вам не присоединимся?

– Вовсе нет.

Он вошел. Женщина спросила:

– Хотите, Томми покажет вам окрестности?

– В любом случае спасибо. Просто занимайтесь своими делами. Я ненадолго.

Семья скрылась из виду. Джей зашел на кухню, открыл и закрыл несколько шкафов и направился вниз по лестнице. Под лестницей он обнаружил кучу игрушек и хлама, почти целиком заполнявших проем. Интересно, как тут копаться, не привлекая внимания. Телевизор гудел прямо у него над головой.

Он принялся искать. С грохотом упала коробка, и он громко откашлялся. Он шарил, ощупывал, переставлял вещи, но не находил ни свитера, ни дилдо. Потом заметил отверстие в задней стене и сунул туда руку. Он нащупал что-то мягкое. Передвинул несколько коробок и вытащил темно-синий пуховик с белой полосой. Коу называл это свитером, но вещь больше походила на жилет для бега трусцой.

В него было завернуто что-то длинное и твердое. Он развернул ткань и увидел цилиндрический предмет длиной больше тридцати и толщиной около десяти сантиметров. В тусклом свете он разглядел, что тот телесного цвета и сделан из пластика. Он пожалел, что ему не хватило здравого смысла немного помочь Господу и захватить с собой портфель. Он попытался засунуть эту штуку под спортивную куртку. Она торчала, как бейсбольная бита. Попробовал пристроить ее за пояс – получилось еще хуже. Сердце у него заколотилось, пока он пытался сообразить, что делать. Фред должен был предупредить его, что эта штука такая огромная! Он ожидал чего-то длиной пятнадцать или двадцать сантиметров, чего-то более реалистичного.

Он заметил окно. «Выброшу его, а когда они уснут, подберу», – сказал он себе. Подошел на цыпочках и коснулся оконной защелки. Прямо под подоконником залаяла собака. Джей отпрянул и подумал: «Если я выброшу дилдо, он достанется собаке, и даже если она не изгрызет его в клочья, как я потом его у нее отниму?»

Наверху послышались шаги – кто-то спускался. Он сунул дилдо под матрас у стены, но край все равно торчал наружу. Адреналин бурлил в крови, и он сказал себе, что выполнит задание, даже если для этого придется вспомнить давние навыки полузащитника и рвануть по разбитому полю к двери.

Шаги замерли. Он взглянул на синий жилет и задумался, как такой безобидный предмет может быть уличающим или смущающим. Жилет для бега – это просто жилет для бега. Слишком уж странно тащить его под носом у ничего не подозревающих людей в доме. Он скомкал его и сунул обратно под лестницу. «Если полиции он действительно нужен для возбуждения дела об изнасиловании, – сказал он себе, – что ж, он все еще здесь. Хоть немного справедливости…»

Он сунул дилдо под мышку. Тот тянулся от подмышки до талии. Куртка не застегивалась. Рука торчала под углом, словно он пытался спрятать длинный французский батон. Он поднялся по лестнице. Он понимал, что его обман никого не обманет. План был один: дойти до входной двери и сбежать. Он добрался до двери и взялся за ручку.

Через перила перегнулась женщина и спросила:

– Вы хорошо все рассмотрели?

– Да, – сказал он. – Отлично. Большое спасибо!

Он вышел и направился к своей машине, но потом понял, что ему придется пройти мимо окна дома. Он не хотел, чтобы хозяева снова посмотрели на него или запомнили номерной знак машины. Он повернул в противоположную сторону и обошел квартал. Он был уверен, что женщина заметила бугор под его курткой. К этому времени они, должно быть, уже сложили два и два и решили, что он вор, который обманом проник в дом, чтобы что-то украсть. И ведь это правда – он и есть вор! Ему уже мерещились заголовки: «Мирской проповедник задержан за кражу с незаконным проникновением». Вот уж способ воздать хвалу Господу.

Он засунул дилдо под переднее сиденье, нажал кнопку блокировки дверей и завел двигатель. Такого страха он не испытывал даже во Вьетнаме. «Я не хочу, чтобы эта штука была в моей машине! А что, если я умру от инсульта? А что, если в меня врежется грузовик?» Перед глазами возник еще один заголовок: «Местный риелтор найден с сексуальными принадлежностями».

Выезжая со стоянки, Джей вспомнил инструкции Фреда:

ВОЗЬМИ ДИЛДО И РАЗРЕЖЬ ЕГО НА СТО КУСКОВ! РАЗБРОСАЙ КУСКИ ПО ПУСТЫРЯМ! ПО ОДНОМУ ЗА РАЗ!

Это заняло бы всю ночь. И где его резать? Дома? Туда в любой момент могут зайти Сью или дети. Примерно в миле от теннисного клуба в Центральном парке он заметил стоящий у обочины мусорный контейнер. Завернул дилдо в бумажные пакеты и засунул его в мусор так глубоко, как только смог дотянуться рукой.

На следующий вечер он сказал Фреду:

– Я сделал это.

Он был удивлен бесстрастной реакцией.

– Ну, э-э, это хорошо, – ровным голосом сказал Фред. – Молодец.

Джей огляделся по сторонам, прежде чем поднять еще одну неприятную тему. Кабинки по обе стороны были пусты, а охранник в диспетчерской, казалось, был слишком занят, чтобы прослушивать телефоны.

– Фред, ты просил меня еще об одной вещи?

– О чем именно?

– Э-э… сказать, что я ходил в платье?

Коу погрозил пальцем. Джей быстро сказал:

– Этого я сделать не смогу.

Он не хотел, чтобы Фред провел еще одну ночь, думая, будто он и правда способен на какую-нибудь глупость, вроде заявления, что пытался соблазнить насильника из Саут-Хилла в платье, пока Фред ехал за ним в машине. Кто старше шести лет поверит в такую историю?

Коу встревожился.

– Почему бы и нет?

– Ну, Фред, я же… христианин.

– Да? И что с того?

– А то, что я не могу поклясться говорить правду, а потом солгать.

Теперь озадаченным выглядел уже Коу.

– Не можешь?

– Нет.

– Я думал, нас учили, что ложь допустима, если она служит высшему благу.

Теперь настала очередь Джея удивляться.

– Где нас этому учили? – спросил он.

Мальчиками они оба ходили в епископальную церковь Святого Стефана, и Джей ничего подобного не помнил. Может быть, Коу что-то перепутал.

– А, неважно, – сказал Фред.

Разговор иссяк, и Джей ушел.