Однажды это была полицейская подсадная утка.

Если я – насильник, почему я не набросился на нее? Да, я прятался за кустами и деревьями – но я искал этого парня и преследовал его.

К концу мая в районе Саут-Хилл бушевала эпидемия изнасилований, совершенных, как считалось, одним мужчиной. Специальную полицейскую группу сформировали настолько тихо, что газеты узнали о ней лишь несколько месяцев спустя. А когда узнали, в полиции повторили прежнее объяснение: они не хотели тревожить жителей. Детективы проверяли всех известных сексуальных преступников, устраивали засады в машинах без опознавательных знаков в вероятных местах нападений и отправляли на самые темные улицы подсадных женщин.

На углу Пятой и Адамс – месте, где произошло несколько изнасилований, – они заметили худого молодого человека с волосами до воротника, который шел за подсадной женщиной. Зайдя за дерево, он снял куртку, словно пытаясь изменить внешность. Когда он срезал путь через двор, один из полицейских под прикрытием бросился за ним, но мужчина скрылся.

Позже на том же углу другой мужчина, подходивший под описание насильника, припарковал машину под деревом. Появилась женщина, и он вышел из автомобиля, но прежде чем успел сделать шаг, к ней подошла подсадная полицейская. Женщина тут же подбежала к ней и спросила:

– Можно я пройду с вами?

Подозреваемый уехал. Когда группа вернулась в штаб, сержант спросил:

– Что произошло?

– Наша подсадная все испортила, – объяснил один из детективов.

После этого всем участникам группы, включая подсадных, выдали двусторонние радиостанции.

Две недели спустя полицейская-новобранец Сэнди Брюэр заметила подозрительного молодого человека в нескольких кварталах от того же «горячего» перекрестка. На вид ему было около двадцати пяти лет; темно-русая челка, волосы закрывали уши. Атлетического сложения, ростом около 177 сантиметров, с выразительным носом и жесткой линией подбородка. На нем были джинсы и синий жилет. Незадолго до этого мимо прошла подсадная женщина, и мужчина вышел из тени здания и стал наблюдать за ней из-за дерева. Когда мимо проехала машина, он снова скользнул в темноту, а затем вернулся на прежнее место. Когда подсадная скрылась из виду, Брюэр увидела, как он запрыгнул в припаркованный серебристо-серый «Шевроле Ситейшн» с желтоватыми номерами и на высокой скорости поехал на юг по Мэдисон. Проверка показала, что автомобиль зарегистрирован на Гордона Х. Коу, пятидесяти девяти лет.

На этом все и закончилось. Мужчин, преследовавших женщин, в Спокане хватало, и если бы полиция арестовывала каждого похотливого преследователя, окружная тюрьма быстро переполнилась бы. К тому же новобранец дала расплывчатое описание: мужчине, которого она видела, было явно не пятьдесят девять. Секретная группа по борьбе с изнасилованиями переключилась на другие направления работы, в том числе на наблюдение за известными и предполагаемыми насильниками из уже составленного списка. Вскоре подразделение расформировали.

После восьмидесяти семи дней обследования в Вестерн Стейт Хоспитал под Такомой Блейка Маунси не признали сексуальным психопатом и вернули в Спокан для вынесения приговора по делу об изнасиловании третьей степени. 2 июля судья окружного суда Дональд Н. Олсон, приняв во внимание доклад к вынесению приговора, в котором Маунси описывался как впервые совершивший преступление, «обаятельный, уверенный в себе, очень умный молодой человек», приговорил его к восьми месяцам тюрьмы, половина из которых засчитывалась как уже отбытый срок, а также к трем годам административного надзора.

Полицейское управление Спокана не сделало ничего, чтобы разубедить общественность в том, что именно Маунси был насильником из Саут-Хилл. Не сделала этого и местная пресса. В результате мягкий приговор вызвал у горожан возмущение. Сообщалось, что активистки местного отделения Национальной организации женщин, еще недавно праздновавшие обвинительный вердикт в деле Маунси, теперь готовы были «снять скальп» с судьи Олсона.

– Нас это обескураживает, – сказала исполняющая обязанности директора споканского кризисного центра для жертв изнасилования Сьюзан Фабрикант. – Что еще должно произойти, чтобы сообщество поняло, с чем оно имеет дело? Мы снова и снова говорим женщинам сообщать об изнасиловании – и что в итоге? Три года условно и восемь месяцев тюрьмы, из которых четыре уже зачтены, – это ничто.

Мужья и бойфренды нескольких жертв из Саут-Хилл дали понять, что, когда Маунси выйдет на свободу, они будут поблизости.

Во всей этой суматохе почти никто не заметил одного: за первые пять месяцев 1980 года, пока Блейк Маунси сидел за решеткой, число изнасилований в Спокане выросло на 300 процентов.