Традиционно государства ближнего зарубежья рассматриваются в качестве ключевого регионального приоритета внешней политики Российской Федерации. Начиная с Концепции внешней политики России от 2000 г., когда впервые в основу стратегического планирования была положена система глобальных и региональных приоритетов страны, именно сотрудничество с государствами постсоветского пространства занимает первое место в этой иерархии. Вместе с тем, этот регион нельзя назвать гомогенным, его разбивают на три субрегиональных компонента: восточноевропейский (Белоруссия, Молдавия, Украина), южнокавказский (Азербайджан, Армения, Грузия и частично признанные государства Абхазия и Южная Осетия), центральноазиатский (Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан).
Ключевые задачи России, граничащей с каждым из данных субрегионов, можно сгруппировать следующим образом:
1) развитие интеграционных проектов (СНГ, Союзное государство России и Белоруссии, ОДКБ, ЕАЭС);
2) содействие урегулированию конфликтов на постсоветском пространстве (украинский конфликт, Азербайджан и Армения – Нагорный Карабах, Молдавия – Приднестровье, Грузия – Абхазия и Южная Осетия);
3) укрепление двусторонних отношений с государствами региона.
Главная цель учреждения СНГ заключалась в максимальном сохранении экономических, военно-политических и культурно-гуманитарных связей (форма так называемого «цивилизованного развода»). Сегодня Организация позволяет поддерживать контакты между странами, не участвующими в более узких интеграционных проектах и обладающих ограниченными двусторонними связями.
Для России развитие взаимодействия в рамках Содружества Независимых Государств создает возможности гибкой разноскоростной интеграции, с учетом интересов и степени готовности участников к взаимодействию по конкретным направлениям. СНГ представляет формат, объединяющий наибольшее количество участников постсоветского пространства и поэтому рассматривается в качестве инструмента консолидации региона. В реализацию проектов организации так или иначе привлекаются все региональные акторы, включая Туркменистан (на правах ассоциированного члена) и вышедших из СНГ в 2009 г. Грузию и в 2019 г. Украину. Вместе с тем в связи с изменением экономического положения региона и геополитической обстановки на фоне обострения ряда конфликтов требуется адаптация Содружества к новым реалиям.
Среди важнейших форм взаимодействия в рамках СНГ выделяется Зона свободной торговли, благодаря которой развивается торгово-экономическое сотрудничество и производственные цепочки со странами, не входящими в ЕАЭС. С помощью ЗСТ удалось сохранить единство экономического пространства.
Наиболее слабый компонент работы СНГ – сфера безопасности. Еще в 1990-е гг. из-за сопротивления Молдавии, Украины и Узбекистана не удалось сформировать механизм коллективной обороны в Содружестве, основной платформой для военно-политического взаимодействия стала ОДКБ.
Что касается гуманитарного вектора деятельности СНГ, то краеугольным элементом социокультурного сближения на основе традиционных духовно-нравственных ценностей мог бы стать экспорт российского образования, активизация гуманитарных обменов, продвижение русского языка при одновременном развитии языков других государств региона на территории России.
В новой архитектуре международных отношений на постсоветском пространстве становится все более актуальным сотрудничество между Россией и Белоруссией в рамках Союзного государства, созданного на основании Договора 1999 г. На современном этапе взаимодействие на данной площадке выстраивается в соответствии с союзными программами, которые охватывают широкий спектр вопросов – от гуманитарных до военно-политических аспектов. В Союзном государстве функционирует Парламентское собрание России и Белоруссии.
Развивается координация действий по внутриэкономическим делам, в том числе в контексте гармонизации таможенных, налоговых, валютно-финансовых и иных механизмов. Происходит постоянное согласование позиций сторон по региональным и глобальным проблемам накануне заседаний в многосторонних форматах.
Между странами существует единое миграционное пространство, что позволяет гражданам совершать поездки без прохождения пограничного и таможенного контроля по внутренним паспортам. Помимо этого, граждане двух государств обладают единым набором социальных гарантий – выплата пенсий, исключение двойного налогообложения, доступ к бесплатной медицине и образованию и т. д.
Минск и Москва разделяют позицию о необходимости укрепления обороноспособности, что открывает дополнительные возможности для сотрудничества в военно-политической сфере. У стран существует совместная группировка, у которой имеются сухопутная и воздушная составляющие.
«Планомерно расширяя правовую базу взаимодействия, мы открыли широкополосные магистрали для активизации бизнеса, сотрудничества научных кругов, творческих коллективов, партнерства молодежных объединений. Свобода передвижения граждан и капиталов, равные возможности для образования и трудовой деятельности – все это неоспоримое преимущество нашей интеграции в глазах обычных белорусов и россиян».
Несмотря на широкие перспективы сотрудничества между Россией и Белоруссией, существует ряд трудностей. Отношения между двумя государствами носят циклический характер. Камнем преткновения выступает проблема цен российских поставок энергоносителей в Белоруссии и условия поставок белорусской сельскохозяйственной продукции в Россию, а также размеры денежных субсидий Минску.
Основным проектом, направленным на углубление экономической интеграции на постсоветском пространстве, остается Евразийский экономический союз, учрежденный в 2015 г. в составе «евразийской пятерки» – России, Белоруссии, Казахстана, Армении и Киргизии. На базе данной организации создан таможенный союз, а в перспективе планируется развитие общего рынка.
Российская Федерация уделяет приоритетное внимание:
«…укреплению системы взаимовыгодного всеобъемлющего многостороннего сотрудничества, основанной на сопряжении потенциалов СНГ и ЕАЭС…»;
«формированию в долгосрочной перспективе интегрированного экономического и политического пространства в Евразии»;
«задействованию экономического потенциала добрососедства, прежде всего с государствами – членами ЕАЭС и государствами, заинтересованными в развитии экономических отношений с Россией, в целях формирования более широкого интеграционного контура в Евразии».
ЕАЭС развивает связи с внешними партнерами в различных гибких форматах. Статусом наблюдателя обладают три государства – Молдавия, Узбекистан и Куба. Сформированы зоны свободной торговли с Вьетнамом, Сингапуром, Сербией и Ираном. С Китаем заключено Соглашение о торгово-экономическом сотрудничестве. Ведутся переговоры по расширению экономического взаимодействия с Египтом, Индией, Индонезией, Израилем, ОАЭ и другими государствами.
России участие в этом интеграционном проекте дает дополнительный ресурс экономического развития страны и сопредельных государств, а также один из элементов стратегии по формированию Большого Евразийского партнерства. Содействие технологическому развитию и повышение конкурентоспособности региона рассматриваются в качестве приоритетных целей ЕАЭС. Российская Федерация играет роль лидера в евразийской интеграции, что, с одной стороны, позволяет укрепить ее позиции и имидж на международной арене, а с другой – повышает зависимость интеграционных процессов в ЕАЭС от ее внутреннего социально-экономического положения.
Важнейшее значение в противодействии традиционным и новым вызовам на постсоветском пространстве имеет Организация Договора о коллективной безопасности, созданная в 2002 г. В состав ОДКБ входят шесть государств – Россия, Белоруссия, Казахстан, Киргизия, Армения и Таджикистан, а статусом наблюдателя наделены Сербия и Союзное государство.
Для России ОДКБ – это инструмент поддержания региональной стабильности и безопасности и борьбы с внешними, в том числе трансрегиональными угрозами (терроризмом, экстремизмом, наркотрафиком, организованной преступностью, нелегальной миграцией и киберугрозами). Такой акцент на новых вызовах и угрозах возникает из-за близости Афганистана – их основного источника в регионе.
Кооперация развивается как внутри ОДКБ (проведение операций, сотрудничество в формате Коллективных сил быстрого реагирования), так и с внешними акторами – ООН, СНГ, ШОС и др.
«Участники ОДКБ взаимодействуют в рамках совместных механизмов по линии МИДов и министерств обороны, советов безопасности, парламентов.
Регулярно проводятся консультации, в ходе которых вырабатываются согласованные позиции по политическим и военно-стратегическим вопросам, актуальным проблемам региональной и международной повестки».
Продолжается совершенствование коллективных сил быстрого развертывания и оперативного реагирования, коллективных авиационных и миротворческих сил. Регулярно проводятся мероприятия по поддержанию их боевой готовности, улучшению системы управления и повышению выучки военных кадров.
Вместе с тем критика Организации связана с отсутствием реакции на внутриполитические кризисы (вопросы традиционной безопасности). Согласно Договору о коллективной безопасности, приоритетом ОДКБ является отражение внешней агрессии.
Конфликт вокруг Нагорного Карабаха
Один из очагов напряженности на постсоветском пространстве – Нагорный Карабах. Этот внутригосударственный интернационализированный конфликт носит характер межэтнического противостояния между Азербайджаном и Арменией. Начало вооруженной фазе конфликта было положено на рубеже 1991–1992 гг. и сопровождалось взаимными этническими чистками. В 1994 г. было принято бессрочное соглашение о прекращении огня. Роль посредника в урегулировании конфликта осуществляла Минская группа ОБСЕ (Россия, США и Франция). Основными вопросами стали статус Нагорного Карабаха, освобождение оккупированных районов и возвращение беженцев и перемещенных лиц.
Несмотря на попытки разрешить конфликт в конце 1990-х – начале 2000-х гг., противоречия между сторонами-участницами сохранились. В сентябре 2020 г. произошла реэскалация конфликта. В результате Азербайджану удалось сохранить завоеванные территории, а в Армении разразился политический кризис. По итогам Заявления о прекращении огня в Нагорном Карабахе от 10 ноября 2020 г., который подписали премьер-министр Армении и президенты Азербайджана и России, было разблокировано транспортное сообщение между западными районами Азербайджана и Нахичеванской Автономной Республики через Армению, а в Нагорный Карабах были введены российские миротворческие силы[10].
Вопреки достигнутым договоренностям режим прекращения огня многократно нарушался, что привело к обострению кризиса в 2023 г. Позиция Российской Федерации заключается в признании необходимости содействовать созданию дополнительных условий для устойчивого мира на основе принципа обеспечения территориальной целостности Азербайджана. Сейчас разворачивается борьба за посредничество: если ранее Минская группа выступала единым фронтом, то теперь, на фоне обострения отношений с западными странами, Армения отдает предпочтение США. В частности, наблюдаются стремления Армении к участию в совместных американо-армянских учениях при одновременном сворачивании связей по линии ЕАЭС и ОДКБ (которая, по словам Н. В. Пашиняна, не смогла «защитить» Армению от агрессии Азербайджана).
Ключевой вопрос на первом этапе урегулирования конфликта заключается в делимитации и демаркации границы. При этом помимо непосредственно Нагорного Карабаха возникает проблема Зангезурского коридора.
КСТАТИ Зангезурский коридор – это транспортный коридор через территорию Сюникской области Армении, расположенной недалеко от Ирана. Зангезурский коридор соединяет Азербайджан и Нахичеванскую Автономную Республику (эксклав Азербайджана). Строительство железной дороги в этом районе позволит обеспечить связь Армении с Россией и Ираном, а Азербайджана – с Нахичеванской АР. Параллельно с этим усиление присутствия Азербайджана в Зангезурском коридоре приведет к укреплению позиций Турции.
Одним из камней преткновений в российско-армянских отношениях является проблема российской военной базы в Гюмри, размещенной в соответствии с договором между Арменией и Россией. Действующее руководство Армении настаивает на сворачивании военного присутствия Российской Федерации в стране. Российская сторона исключает возможность вывода базы, отмечая, что она обеспечивает безопасность не только России, в том числе поддержку систем ПВО, но и самой Армении.
Споры вокруг выбора посредников, сохранение присутствия российских миротворцев в Нагорном Карабахе и проблема Зангезурского коридора говорят о том, что конфликт влияет не только на развитие отношений на постсоветском пространстве, но и меняет положение внерегиональных держав.
После эскалации конфликта в 2023 г. порядка 100 тысяч жителей бежали в Армению. Были инициированы переговоры между непризнанными властями Нагорного Карабаха и Азербайджаном. В результате этих событий президент непризнанной Нагорно-Карабахской Республики С. Шахраманян подписал указ, предписывающий «распустить все государственные учреждения и организации, находящиеся в их ведомственном подчинении до 1 января 2024 года», при этом Республика Нагорный Карабах (Арцах) «прекращает свое существование». Население Нагорного Карабаха, в том числе те, кто находятся за пределами республики, должны «ознакомиться с условиями реинтеграции» в Азербайджанскую Республику и принять решения относительно «возможности пребывания (возвращения) в Нагорном Карабахе». В перспективе встает вопрос о выходе на соглашении между Арменией и Азербайджаном о демаркации и делимитации границы.
Российско-грузинские отношения. Проблема Абхазии и Южной Осетии
После «пятидневной войны» августа 2008 г. были разорваны дипломатические отношения между Россией и Грузией (которая также вышла из СНГ). Несмотря на это, контакты поддерживаются через секции интересов при посольствах государств в Швейцарии[11]. В мае 2023 г. возобновилось прямое авиасообщение между Тбилиси и Москвой и был отменен визовый режим с Грузией. Государство остается популярным туристическим направлением среди россиян.
Помимо этого, действовал полуформальный канал связи по практическим аспектам двусторонних отношений (пражский механизм) «Карасин – Абашидзе». Традиционно российскую сторону представлял заместитель Министра иностранных дел, курирующий отношения со странами Постсоветского пространства (2ДСНГ, 3ДСНГ и 4ДСНГ), – он возглавляет делегацию России в Международных женевских дискуссиях. В центре внимания были вопросы торгово-экономического и транспортного сотрудничества, гуманитарной проблематики. С 2022 г. это направление российско-грузинских переговоров заморожено.
В то же время, сегодня в Грузии разворачивается активная внутриполитическая борьба, в обществе формируется мощный антироссийский консенсус. Примером могут послужить скандал на телеканале «Рустави 2» (нецензурная брань в эфире ведущего телеканала Г. Габунии в адрес российского руководства) или инцидент в Межпарламентской Ассамблее Православия (трибуна была заблокирована, российских делегатов выдворили из зала, а заседание было досрочно прекращено после того, как председатель Ассамблеи – депутат Государственной Думы России С. Гаврилов – занял кресло спикера).
После начала специальной военной операции на Украине в 2022 г. Грузия стала одним из центров релокации российских граждан. Это повлияло и на внутриполитический расклад сил – большинство национальных политических сил выступают за ужесточение мер в отношении Российской Федерации, которая рассматривается в качестве агрессора в конфликте августа 2008 г. и страной, оккупировавшей территории Абхазии и Южной Осетии.
Что касается самих республик, то их позиция в отношении России различна. В Южной Осетии периодически к власти приходят политические силы, выступающие за проведение референдума о присоединении к России. В Абхазии руководство категорически против объединения с Российской Федерацией, отдавая приоритет укреплению независимости. При этом обе республики заинтересованы в развитии связей с российским государством – ключевым донором их национальных экономик и страной, признавшей их независимость в сентябре 2008 г. В 2014 г. был подписан Договор о союзничестве и стратегическом партнерстве с Абхазией, а в 2015 г. – Договор о союзничестве и интеграции с Южной Осетией. Более того, граждане республик стремятся получить российские паспорта, что открывало бы им возможность свободного передвижения. В Грузии такие действия характеризуются как расширяющаяся российская экспансия.
Главным дипломатическим механизмом урегулирования конфликта были Женевские переговоры по Закавказью под сопредседательством ЕС, ОБСЕ и ООН при участии России, США, Грузии, Абхазии и Южной Осетии. Мандат данного формата включал такие вопросы, как пути обеспечения безопасности и стабильности в регионе, проблему беженцев и перемещенных лиц и другие аспекты, внесенные с взаимного согласия сторон.
Приднестровье и российско-молдавские отношения
Конфликт в восточноевропейском регионе постсоветского пространства связан с проблемой Приднестровья. Это единственный конфликт в регионе, который не носит ярко выраженного этнического характера и не препятствует сохранению двусторонних контактов между Кишиневом и Тирасполем. Россия не имеет непосредственных границ с Приднестровской Молдавской Республикой, она выступает в урегулировании конфликта в роли посредника в группе формата «5+2» (Россия, США, Украина, ЕС, ОБСЕ, а также Молдавия и Приднестровье). Российский подход основан на необходимости обеспечения территориальной целостности и нейтрального статуса Молдавии при наделении особым статусом Приднестровья.
Начиная с 1992 г. Приднестровский конфликт отличала относительно низкая интенсивность, позволяя ему оставаться «замороженным». Наблюдалось скрытое противостояние России и ПМР, с одной стороны, и Молдавии, Украины, ЕС и США – с другой. Динамика Специальной военной операции влечет риск обострения кризиса вокруг Приднестровья.
Предпосылки к обострению ситуации в ПМР и негативные тенденции в российско-молдавских отношениях наметились после прихода к власти в Республике Молдова прозападно настроенной Майи Санду, взявшей курс на румынизацию страны. Один из принятых в период ее президентства законов был направлен на признание румынского в качестве государственного языка Молдавии (вместо молдавского). Власти ПМР, в свою очередь, выступают против слияния Молдавии и Румынии.
После занятия поста президента Майя Санду стремится пересмотреть любые договоренности с Россией и свести к минимуму российское присутствие, выражая солидарность с политической линией Европейского Союза и НАТО. Одним из наиболее сложных вопросов стало согласование поставок энергоносителей со стороны Газпрома.
В отношении России камнем преткновения стало размещение российских миротворцев в Тирасполе и Колбасне. Несмотря на то, что контингент России размещен в этих районах на основании Соглашения о принципах мирного урегулирования вооруженного конфликта в Приднестровском регионе Молдавии от 1992 г., Молдавия периодически выступает с заявлениями о неправомерности российского военного присутствия.
«С целью реализации вышеуказанных мероприятий в подчинение Контрольной комиссии придаются созданные на добровольной основе воинские контингенты, представляющие стороны, участвующие в выполнении данного Соглашения. Размещение этих контингентов и их использование для обеспечения режима прекращения огня и безопасности в зоне конфликта осуществляется в соответствии с решениями Контрольной комиссии на основе консенсуса».
Отношения России с «пятеркой государств» Центральной Азии
При рассмотрении Центрально-Азиатского региона следует отметить неоднородность входящих в него стран, а также высокую степень внутреннего противоборства вследствие территориальных споров, тесно связанных с проблемой доступа к водным ресурсам – основе развития сельского хозяйства.
Характер отношений России с государствами Центральной Азии зависит от экономического потенциала страны, динамики внутрирегиональных конфликтов, влияния внешних акторов (в первую очередь Китая). В частности, отношения между Россией и Китаем в Центральной Азии характеризуется как взаимоотношения «нового поколения» между великими державами: Китай сохраняет преимущество в экономической сфере, а Россия – в военно-политической области.
Как показал саммит России и государств Центральной Азии, прошедший в 2022 г., приоритетные сферы сотрудничества охватывают политическую, торгово-экономическую и гуманитарную области, сферы транспорта, энергетики, экологии, здравоохранения и санитарно-эпидемиологического благополучия, миграции, информационных технологий и массовой коммуникации, а также вопросы региональной безопасности в связи с ситуацией в Афганистане. В современных реалиях антироссийского санкционного давления страны Центральной Азии стремятся извлечь выгоду путем перетягивания логистических цепочек и выступая в качестве хабов реэкспорта различной продукции на российские рынки.
«Продолжим регулярную практику наших встреч для обсуждения общих актуальных вопросов и ключевых тем международной повестки дня, а также выработки согласованных подходов к ним.
Подчеркиваем общую приверженность шестистороннему сотрудничеству в сферах торговли и экономики, транспорта, здравоохранения, а также в других отраслях, представляющих взаимный интерес».
Ключевым российским партнером в данном субрегионе является Казахстан, обладающий продолжительной границей с Россией. Кроме того, Казахстан стоял у истоков евразийской интеграции, проект которой был озвучен Н. Назарбаевым в МГУ им. М. В. Ломоносова еще в 1994 г.
Россия остается важнейшим союзником для Казахстана. В январе 2022 г. Российская Федерация сыграла ключевую роль в подавлении волнений с опорой на силы ОДКБ (первый боевой опыт организации) на казахской территории. Благодаря помощи России удалось укрепить положение действующего Президента Казахстана Касыма-Жомарта Кемелевича Токаева, вступившего в должность в 2019 г. Однако после начала Специальной военной операции российско-казахстанские отношения несколько раз ухудшались. Наиболее ярким поводом стало заявление Токаева на Петербургском международном экономическом форуме в 2022 г. о непризнании «квазигосударств» ДНР и ЛНР. Подобное признание, по мнению главы государства, могло бы стать прецедентом для других территорий. Применительно к Казахстану речь шла об опасения за судьбу северного Казахстана с большой долей русскоязычного населения. Казахстан – большой игрок на газовых рынках с активно развивающейся газовой инфраструктурой. Это создает предпосылки для соперничества с Россией за рынки сбыта энергоносителей. Современный Казахстан предпринимает попытки дистанцироваться от России, усиливая взаимодействие с Китаем в экономической и энергетической сферах. В то же время, диверсификация торгово-экономических связей не означает сворачивание контактов с российским государством, в том числе в рамках евразийского интеграционного проекта.
Активным участником экономических (ЕАЭС) и военно-политических (ОДКБ) интеграционных процессов выступает Киргизия, который остается значимым союзником России в Центральной Азии. У этого государства нет такого объема энергетических ресурсов, как у Казахстана, по ВВП (по ППС) на душу населения оно уступает всем странам региона, кроме Таджикистана. В силу этого, выше зависимость Киргизии от России. В доле ВВП Киргизии денежные переводы трудовых мигрантов из России в 2022 г. достигли практически 23 % национального ВВП. Страну характеризует противостояние южных и северных кланов, последние более заинтересованы в сближении с Россией. В дополнение к экономическому взаимодействию Российская Федерация наращивает гуманитарное присутствие в стране путем строительства русских школ.
В качестве военно-политического союзника России в Центральной Азии рассматривается Таджикистан. От других государств региона, входящих в тюркоязычную группу, Таджикистан отличает национально-этнический компонент: принадлежность к юго-западной группе иранских языков. У страны напряженные отношения с Киргизией и Узбекистаном из-за наличия споров по вопросам о границе. Уязвимость безопасности Таджикистана повышается в связи с внешней угрозой со стороны Афганистана. Связи с Россией в военно-политической области поддерживаются с середины 1990-х гг., когда в Таджикистане была размещена 201 российская военная база, внесшая весомый вклад в урегулирование гражданской войны. При этом политика Таджикистана в отношении России амбивалентна ввиду опасений усиления зависимости российской экспансии. Учитывая низкий уровень экономического развития Таджикистана, страна значительно зависит от Российской Федерации – около 30 % ВВП формируется за счет перечислений мигрантов, проживающих в России.
Узбекистан придерживается курса на сбалансированную политику («маятниковую дипломатию»), предполагающую не полный отказ, а ограниченное участие в интеграционных процессах на пространстве Евразии (без полноправного членства). Особое внимание диверсификации связей с внешними партнерами начал уделять Шавкат Мирзиеев. Такая позиция обусловлена непростыми отношениями с соседними государствами и сложной внутриполитической ситуацией (проблема Автономной Республики Каракалпакстан, большая часть населения которой – казахи). Для Узбекистана важно не допустить эскалации конфликта, поскольку это может спровоцировать социальный взрыв на территории всей страны. Существуют опасения и по поводу обострения ситуации в Ферганской долине. Поэтому особое внимание уделяется взаимодействию в рамках Шанхайской Организации Сотрудничества. Как и в ситуации с Таджикистаном и Киргизией, большую роль в экономическом развитии страны играют доходы трудовых мигрантов, которые находятся в России (примерно 12 % национального ВВП). После начала специальной военной операции на территории республики разместились российские релоканты.
Особый статус в регионе, зафиксированный в международном праве, сохраняет Туркменистан – статус нейтрального государства, который, по сути, стал «внешнеполитическим кредо» государства. Такой подход позволяет сохранить «свободу рук», выстраивая более гибкую политику с внешними игроками. Несмотря на это, в разные периоды Ашхабад становился площадкой для различных дипломатических форумов, например, в 2019 г. туркменская столица провела заседание Совета глав государств СНГ. С Россией Туркменистан развивает сотрудничество в политической, торгово-экономической (Россия – один из главных экономических партнеров Туркменистана) и гуманитарной сферах, а также в области безопасности (включая биологическую и информационную) в рамках курса на углубление «стратегического партнерства».
«Каспийская пятерка»
Каспийское море важно для Российской Федерации, ведь оно занимает стратегическое положение в центре, на перекрестке транспортных и энергетических артерий, и в нем сосредоточено большое количество запасов полезных ископаемых и биоресурсов. Подход России в отношении этого региона основан на принципе исключительной компетенции пяти прикаспийских государств (Азербайджан, Иран, Казахстан, Россия и Туркменистан) в решении вопросов взаимодействия в зоне Каспийского моря. Ключевая цель – обеспечение безопасного, стабильного и устойчивого развития региона и содействие максимальному использованию экономического и транспортного потенциала Каспия.
В 2018 г. на Пятом каспийском саммите в Актау «пятерке» государств удалось согласовать текст Конвенции о правовом статусе Каспийского моря, которая закрепляет за ними суверенные права в отношении моря и его ресурсов.
«Деятельность Сторон на Каспийском море будет осуществляться на основе принципов:
1) уважения суверенитета, территориальной целостности, независимости, суверенного равенства государств, неприменения силы или угрозы силой, взаимного уважения, сотрудничества, невмешательства во внутренние дела друг друга;
2) использования Каспийского моря в мирных целях, превращения его в зону мира, добрососедства, дружбы и сотрудничества, решения всех вопросов, связанных с Каспийским морем, мирными средствами;
3) обеспечения безопасности и стабильности в Каспийском регионе;
4) обеспечения стабильного баланса вооружений Сторон на Каспийском море, осуществления военного строительства в пределах разумной достаточности с учетом интересов всех Сторон, ненанесения ущерба безопасности друг друга;
5) соблюдения согласованных мер доверия в сфере военной деятельности в духе предсказуемости и транспарентности в соответствии с общими усилиями по упрочению региональной безопасности и стабильности, в том числе в соответствии с заключенными между всеми Сторонами международными договорами;
6) неприсутствия на Каспийском море вооруженных сил, не принадлежащих Сторонам;
7) непредоставления какой-либо Стороной своей территории другим государствам для совершения агрессии и других военных действий против любой из Сторон;
8) свободы мореплавания за внешними пределами территориальных вод каждой Стороны при соблюдении суверенных и исключительных прав прибрежных государств и установленных ими в этой связи правил в отношении определенных Сторонами видов деятельности;
9) обеспечения безопасности мореплавания;
10) права на свободный доступ из Каспийского моря к другим морям, Мировому океану и обратно на основе общепризнанных принципов и норм международного права и договоренностей соответствующих Сторон с учетом законных интересов Стороны транзита в целях расширения международной торговли и экономического развития;
11) осуществления плавания в Каспийском море, прохода в/из него исключительно судами под флагом каждой из Сторон;
12) применения согласованных норм и правил по воспроизводству и регулированию использования совместных водных биологических ресурсов;
13) ответственности Стороны, допускающей загрязнение, за ущерб, причиненный экологической системе Каспийского моря;
14) охраны природной среды Каспийского моря, сохранения, восстановления и рационального использования его биологических ресурсов;
15) содействия проведению научных исследований в области экологии, сохранения и использования биологических ресурсов Каспийского моря;
16) свободы полетов гражданских воздушных судов в соответствии с правилами Международной организации гражданской авиации;
17) проведения морских научных исследований за пределами территориальных вод каждой Стороны в соответствии с согласованными Сторонами правовыми нормами при соблюдении суверенных и исключительных прав прибрежных государств, а также установленных ими в этой связи правил в отношении определенных видов исследований».