Как-то в воскресенье утром Кира завела разговор.

— Жорочка… — начала ласково она, — ты же знаешь, что моя мама Женечку еще не видела. А он ведь ее внук. Я хочу поехать в Минск и показать его ей. Затем хочу на недельку заскочить в Москву. Повидаться с подругами. Танечку увидеть, Лену. Они, когда увидят Женьку, просто обалдеют! Хэ! Я так соскучилась по ним. Ты же знаешь, у меня здесь никого нет. Ну, кроме тебя, конечно… Маша тоже теперь «замужняя женщина!» Все время чем-то занята.

Гога пожал плечами. Он уже привык, что Кире всегда чего-нибудь не хватает.

— Если хочешь, поезжай! — простодушно ответил он.

Кира, видимо, такого быстрого согласия не ожидала. Она бросила на него взгляд, подумала и очень тихо и осторожно спросила:

— Значит, ты не против?

Гога вновь пожал плечами.

— А что мне быть против?

Помявшись, Кира продолжила:

— Только знаешь, Жорочка, мне надо будет вписать Женечку в свой российский паспорт. И для этого нужно твое согласие.

— А зачем? Что, с американским нельзя?

— Да это целая волокита! Нужна виза… А это куча бумаг! Он же американский гражданин…

— Ну, хорошо, как хочешь. Вписывай!

— Ой, Жорочка! Ты правда не против? — воскликнула Кира и бросилась ему на шею. — Спасибо, мой родной!

Через десять дней Кира собралась, забрала трехлетнего Женю и улетела.