Мысль, что ему придется еще два года сидеть за одной партой с дебилами в два раза старше его, становилась невыносимой. Со студией было покончено. Жар-птица улетела. Возвращение в порт — исключено! Гога помрачнел, потускнел и осунулся. Произошедшее мучило его целыми днями. Он стал выпивать, терзал своих ни в чем не повинных подруг. Хотел отомстить всему свету! Он понимал, что проиграл. И проиграл по-крупному. Упустил единственный шанс в жизни.

Удача, может, и была гулящей, но никогда не бросала его. Окончить среднюю школу он был обязан. Без этого в институт не поступишь. А институт теперь — единственное спасение. Но еще два года он не выдержит!

Гога шел по улице, нахмурившись, в подавленном настроении, будто окутанный в черное облако, когда столкнулся со своим старым знакомым. Увидев его унылую рожу, тот поинтересовался:

— Привет! Че это с тобой?!

Гога вкратце описал ситуацию.

— Два года точно не выдержу. А что делать, понятия не имею.

Дружок неожиданно усмехнулся, с хитринкой посмотрел на него и хлопнул по плечу.

— Да ты че, старик! Какие проблемы?! Устроим тебя! И сразу в одиннадцатый класс!

— Это как? — опешив, спросил Гога. — Я девятый еле вытянул. Какой одиннадцатый? Я же ни бум-бум!

— Вот ты дурной! — рассмеялся дружок. — Думаешь, все эти работяги, закончившие среднюю, что-то соображают?! Ну, ты даешь! Разве не знаешь, что наша великая Родина дает шанс всем? Ей необходимо показать: народ у нас образованный! Понимаешь?

Гога покачал головой:

— Нет.

— Послушай. За городом существует заочная школа для рабочих, где экзамены можно сдавать экстерном и появляться там надо лишь пару раз в неделю.

— И?

— И директор этой школы — мой хороший приятель и деловой человек. За 15 рублей я тебе нарисую аттестат, что ты закончил не девятый, а десятый класс, в свою очередь директор за вознаграждение в двадцать пять рублей впишет тебя сразу в одиннадцатый. Понял? Таким образом, еще годик и ты свободный человек! Ну?! Как тебе идея?!

Гога не мог поверить, что в Стране Советов такое в принципе возможно. Все это казалось крайне сомнительным.

— Подумай! За качество услуг отвечаю! — бодро добавил приятель.

Попрощавшись, Гога не знал, что и думать. С одной стороны, это звучало так неправдоподобно. А с другой… и неожиданная радость прокатилась по сердцу!

Малый не солгал и сделал все как обещал. Первые несколько недель Гога на уроках покрывался потом от страха. Особенно во время химии и математики. Он даже потерял сон с перепугу. Но постепенно стал привыкать и осваиваться. Даже что-то кумекать. А больше, оказывается, и не требовалось. Главное — сделать мину, будто внимательно слушаешь и все понимаешь. Никто же проверять не собирался! Ну, а зачеты? Там тоже были свои расценки. В общем, Гога воспрял!

Тут произошло еще одно радостное событие — его пригласили солистом в бит-группу. Он уже был хорошо известен благодаря своему красивому голосу и умению петь на «английском».

Школу Гога закончил. Даже умудрился пофлиртовать с учительницей химии. Та на его попытку мило улыбнулась и поставила четверку. Ладно четверку за умение химичить, но по химии?! Рисунок на гобелене его судьбы был лишь в зачатке, работа над ним продолжалась.