Вадим ругал себя вслух при жене: «Я всё испортил, я оказался слабым». Ему казалось, что он честно признаёт ошибку. Жена слышала скрытое требование: либо утешить его, либо признать себя соучастницей провала.

Самообвинение иногда является способом получить оправдание, не попросив его прямо. Человек занимает место обвиняемого и вынуждает близких стать судьями или спасателями. Разговор о нанесённом ущербе снова сосредоточивается на его страдании.

Ответственность звучит менее драматично: что именно я сделал, кому это повредило, что можно исправить, как я буду действовать иначе. В ней нет требования немедленно снять вину. Поэтому она труднее самонаказания и полезнее.