После семейного конфликта Виктор начал объяснять каждую поездку пользой: автомобиль безопаснее, тренировки экономят на врачах, новая одежда нужна для работы. Он словно не имел права сказать простое «мне нравится».

Когда удовольствие долго считалось необязательным или детским, человек сначала лишает себя его, а затем возвращает в форме бунта. Покупка должна стать настолько большой, чтобы никто не мог её отменить. Вместо просьбы о личных деньгах появляется тайное изъятие из общего резерва.

Зрелый договор оставляет место желаниям, которые не обязаны приносить доход или спасать здоровье. Но место имеет границы: общая безопасность, согласованный бюджет, обязательства. Право на удовольствие становится устойчивее, когда его не приходится доказывать полезностью и оплачивать чужой тревогой.