ГЛАВА 1. Теон

— Гребаный сын Ахаза, — выругался Теон, когда с силой задвинул ящик стола и прищемил пальцы.

Он находился в кабинете отца в поместье Ариуса, пытаясь отыскать хоть какую-то зацепку, указывающую на местонахождение Акселя. Не то чтобы он не обыскивал здесь все уже дюжину раз за последние две недели. Он прочесал этот кабинет, личный офис отца в другом крыле дома, его личные покои, и к огромному неудовольствию матери. А затем и все прочие места, куда отец когда-либо запрещал ему входить. Он обшарил помещения под домом Ариуса. Комнаты, где иногда держали пленников и где пытки были обычным делом. Теон и сам провел в этих стенах немало времени: и как жертва, и как палач. Затем он проверил комнаты, которые казались слишком очевидными. Он спускался в Подземелье, обыскав там всю известную недвижимость, но безрезультатно. Ни единого намека на то, где отец мог спрятать Акселя. Тот словно просто испарился.

Советники отца ничем не могли помочь. Главным образом потому, что Теон не мог найти и их. Вся эта ситуация была мутной и беспрецедентной. Считался ли он истинным Лордом Ариусом, если его отец был еще жив? Судя по всему, большинство полагало, что нет. Мать порхала по дому, лепеча, что «он скоро вернется», а дворяне королевства предпочитали игнорировать любые сообщения. Но даже если его не считали правящим Лордом, этого гребаного титула вполне хватило, чтобы исполнить условия Сделки с Тессой. Сделки, которую он заключил, думая, что получил преимущество только для того, чтобы она перевернула все вверх дном.

Снова.

Его взгляд упал на метку на тыльной стороне ладони. Три переплетенных треугольника. Полная противоположность символу метки Ариуса, который он оставил на ее коже несколько месяцев назад. Она была жестокой и мстительной, и он знал, что она его ненавидит. Пути назад не было. Она дала это понять предельно ясно, когда забрала у него все и оставила с половинчатым титулом и без единой души, готовой разделить с ним это бремя.

Аксель пропал.

Она ушла.

Он отправил к ней Луку и велел тому не говорить ему ни слова. Аксель спрятал Кэт. Блэкхарт не отвечал на телефонные звонки. У него остались только двое фейри, Лэнг и Корбин, и боги знают, можно ли им доверять.

И эта гребаная связь.

Она тосковала по Тессе так, как он никогда раньше не испытывал. Они еще ни разу не разлучались так надолго, но это чувство было куда острее, чем просто тоска от расстояния и времени. Казалось, связь понимала, что их отношения теперь не подлежат восстановлению, и корчилась в муках.

Или, может быть, это был он сам.

Теон опустился в отцовское кресло, разглядывая планшет, найденный в ящике стола. Он предполагал, что это какой-то архив, но так и не смог в него войти. Он уже был готов просить помощи у Корбина. Все твердили, что тот мастер в технологиях, несмотря на то что он фейри. Но опять же, вопрос доверия. Он доверял безоговорочно только двоим людям, и оба сейчас были для него недоступны.

С еще одним вздохом он выудил из кармана зеркало Акселя. Он нашел его в своей комнате в таунхаусе в Акрополе — оно завалилось между подушками дивана. Он не знал, как пользоваться этой штукой, как это делал Аксель. Точнее, Сиенна не отвечала ему так, как отвечала брату. Так что ему оставалось только ждать, не имея других занятий, кроме обыска этого тупого дома и загородного поместья неподалеку от Акрополя.

Никогда в жизни он не чувствовал себя таким одиноким.

Еще он нашел телефон Акселя, его наушники и книгу, написанную на древнем языке. У Теона ушли бы месяцы на перевод, и он мог только предполагать, что над ней работала Кэт. Зачем Аксель хранил ее, Теон не знал. Разумеется, связаться с Кэт он тоже не мог. Потому что, опять же, Блэкхарт не отвечал на его гребанные звонки.

Стук в дверь заставил его развернуть кресло на звук. Когда дверь не распахнулась мгновенно, ему потребовалась минута, чтобы вспомнить: отец карал любого, кто входил без разрешения.

— Войдите! — рявкнул Теон, не утруждая себя тем, чтобы встать.

Вошел мужчина-фейри. Не Форд. Этот ублюдок сидел запертым в камере под поместьем, куда Теон лично препроводил слугу отца сразу же. Он знал, кому верен этот тип. Только его отцу, а не королевству Ариуса в целом. Стоящий перед ним сейчас мужчина был другим членом домашнего персонала.

— У вас посетитель, мой Лорд, — произнес фейри, склонив голову.

— У меня нет назначенных встреч, и я никого сейчас не принимаю, — ответил Теон, уже отворачиваясь.

— Я понимаю, мой Лорд. Но он сказал…

Слуга вздрогнул, когда Теон снова резко развернулся к нему.

Теон не мог его винить. Отец бы уже велел Эвиане проучить его за то, что он продолжает говорить.

— Кто пришел? — спросил Теон, стараясь звучать миролюбиво, но, видит бог, он был не в настроении кого-либо видеть.

Мужчина тяжело сглотнул, прежде чем продолжить дрожащим голосом:

— Он отказался назвать свое имя, но сказал, что когда вы откажетесь его принять, я должен передать вам: «спасение или разрушение — это ваш выбор».

Тристин.

Гребаный.

Блэкхарт.

У этого типа нет времени ответить на звонок, зато он может заявляться сюда когда пожелает и требовать встречи.

Теон поднялся, и слуга непроизвольно отпрянул. Теон убрал зеркало в карман, а планшет швырнул обратно в ящик стола. Пройдя мимо мужчины, он направился по коридору в фойе, где его действительно ждал Блэкхарт.

Тристин стоял, засунув руки в карманы темных джинсов, и рассматривал портрет на стене. Его каштановые волосы были слегка взлохмачены. Теон привык видеть его безупречно подстриженным и уложенным. Карие глаза с рыжеватым отливом поднялись, встречая его взгляд.

— Наследник Ариуса, — протянул тот, оглядывая Теона с ног до головы. — Или теперь уже Лорд?

— Что ты здесь делаешь? — спросил Теон, остановившись в нескольких футах.

Его тьма проявилась, скапливаясь у ног и медленно подбираясь к стоящему перед ним Наследию. Тристин бросил на нее взгляд, но не выглядел ни капли обеспокоенным.

— Я здесь, чтобы отвести тебя к тем, кто может помочь с твоим… затруднительным положением, — наконец ответил он.

Теон фыркнул.

— Как будто ты хоть что-то знаешь о моем положении.

Глаза Тристина, казалось, вспыхнули. Рыжий цвет на мгновение стал почти светящимся, прежде чем погаснуть.

— Я был там, когда Тесса выбрала сторону. Я пытался вернуть ее к тебе в ту ночь. Я пытался… — он стиснул зубы. — Полагаю, неважно, что именно я пытался сделать. Я потерпел неудачу. И теперь вот я здесь, чтобы предложить помощь.

— Пытался вернуть ее ко мне? Что это, блядь, значит?

— Ровно то, что я сказал. Я пытался вернуть ее к тебе. Точнее, к вам обоим. Тебе нужна моя помощь или нет? — спросил Тристин.

Теон внимательно его разглядывал. Тот выглядел измотанным и помятым. Его рубашка была не заправлена, пуговицы застегнуты вразнобой. Сверху была надета потертая коричневая кожаная куртка, вышедшая из моды лет тридцать назад. От него даже пахло как-то не так.

— Ладно. Куда мы идем? — наконец произнес Теон, выпрямляясь.

— В Подземелье.

— Мне нужно взять с собой Лэнга и Корбина.

— Бери кого хочешь, — отозвался Тристин. — Только живее.

Теон метнул в него свирепый взгляд, но повернулся к фейри, который доложил о приходе гостя, и велел позвать Лэнга и Корбина. Пока они ждали, он сказал Тристину:

— До Подземелья ехать минимум день.

— Я могу перемещаться.

Теон моргнул раз, другой.

— И как это ты умеешь перемещаться?

— Так же, как и Лука. Я родился не в этом мире. Следовательно, наложенные здесь чары и защитные барьеры не действуют на меня в полной мере, — ответил Тристин.

— Как же удобно, — сухо заметил Теон.

— Весьма, — согласился тот, когда послышались шаги.

Корбин и Лэнг выглядели настороженными, и Теон не мог их винить. Их перемещали по разным поместьям для фейри, после чего они оказались в таунхаусе при Некрополе, а теперь сюда. Только теперь рядом не было ни Тессы, ни Кэт, которые могли бы их направить. Блядь, даже Аксель, казалось, умел с ними общаться и мог успокоить.

Не говоря ни слова, Теон жестом велел им подойти ближе. Тристин проследил, чтобы они все касались друг друга, и затем Теон почувствовал рывок в районе пупка, которого никогда прежде не испытывал. Лука определенно никогда не перемещался вместе с ним. Этот ублюдок хранил свое умение в секрете гребаные десятилетия.

— Я не могу переместиться прямо в Подземелье, — сказал Тристин, когда они материализовались у главных ворот. — Большинство районов Деврама не защищены от перемещений, потому что здесь этого никто не ожидает, но Подземелье всегда было особенным местом.

— Ты много чего знаешь, Блэкхарт, — пробормотал Теон, пытаясь сглотнуть подступившую тошноту. С него хватило рвоты на всю жизнь после того, как Тесса обманула его с той последней меткой Источника.

Тесса.

Связь мгновенно натянулась при одном лишь упоминании ее имени, и Теон на мгновение закрыл глаза, подавляя и это желание. Но он все равно видел ее в той тонкой темно-синей юбке в пол, такой темной, что она казалась почти черной. Ее волосы рассыпаны по плечам, свет обвивает руки. Фиолетовые глаза, полные злобы и восторга, когда она запрокидывает голову, оседлав его и забирая свое удовольствие.

Умная и изысканная.

Жестокая и злонамеренная.

Спасение и разрушение.

— Пока ты прожил неполные три десятилетия, я прожил больше трех столетий. И слишком много из них — в этом богом забытом мире. Я обязан много чего знать, — ответил Тристин, пока они углублялись в проходы Подземелья.

— Так почему бы не поделиться знаниями? — парировал Теон. — Всего этого можно было бы избежать.

— А почему ты держишь свои знания в секрете? — вопросом на вопрос ответил тот, и Теону нечего было возразить. — Но кроме того, что секреты — это валюта, а игры с Судьбами — опасная штука. Расскажу я слишком много, и это могут счесть попыткой повлиять на свободу воли ради конкретного исхода. Безопаснее не говорить вообще ничего.

— Но ты говорил, — возразил Теон. — Выдавал крупицы информации то тут, то там. Зачем так рисковать?

Тристин остановился и повернулся к нему. Его глаза снова вспыхнули, и он не отводил взгляда от Теона, когда произнес:

— Потому что ради некоторых вещей стоит рискнуть всем и даже больше.

Больше они не проронили ни слова, пока шли по туннелям Подземелья. Теон оглядывался, чтобы убедиться, что Корбин и Лэнг все еще с ними. Они шли тихо, держась за руки и не отставая. Теон не совсем понимал, зачем взял их с собой, но оставлять их в доме Ариуса он не решился. Не то чтобы он им не доверял. Он не доверял больше никому другому.

Тесса будет в ярости, если с ее друзьями что-то случится, а меньше всего ему сейчас хотелось давать ей еще один повод для ненависти.

Хотя, какая теперь разница.

— Раз уж я с тобой, полагаю, это не тот «визит без сопровождения», о котором ты договаривался? — спросил Теон, когда они свернули в очередной проход. Теон не знал, куда они идут, и начал задаваться вопросом, откуда Тристин так хорошо знает лабиринты Подземелья.

Тристин взглянул на него с ухмылкой.

— Считай, что долг погашен, мой Лорд.

Теон уже собирался огрызнуться, но они шагнули в просторную пещеру, которую он узнал мгновенно. В центре стояли три рабочих стола, стены были уставлены полками с травами и ингредиентами. Здесь было три очага, в одном из которых над огнем дымился котел.

— Ты знаком с Сиенной! — сказал он утвердительно, оглядываясь в поисках ведьмы, но ее нигде не было видно.

— Вроде того, — ответил Тристин, подходя к столу и бросая какой-то порошок в котел.

— Я бы не советовал трогать ее вещи, — предупредил Теон, прекрасно зная, что бывает с теми, кто попал ведьме под горячую руку.

— Я с ней справлюсь, — отозвался Тристин.

Словно вызванный его словами, из бокового туннеля донесся голос Сиенны:

— Никогда от тебя нет толку, когда ты нужен, а теперь ты еще и лезешь в мои зелья.

Теон почувствовал, как его лицо вытягивается от изумления, когда Сиенна и Джиа, ее любовница, вошли в пещеру в сопровождении еще двоих. Одной была девушка с рыже-золотистыми волосами, заплетенными в косу. Определенно фейри. За ее спиной был меч, а к кожаной броне также пристегнуто множество оружия.

Но мужчина…

Он выглядел в точности как Лука.

Его каштановые волосы были не такими длинными, но вились вокруг ушей. Кожа была чуть темнее, словно он проводил больше времени на солнце. Но этот квадратный подбородок? Черты лица? Сапфирово-синие глаза? Телосложение и осанка?

Они не могли не быть родственниками, но это также означало, что этот мужчина — дракон-оборотень.

Сколько у тебя братьев и сестер?

Вот какими были ее издевательские слова. Та заносчивая сереброволосая королева знала все уже тогда.

— Значит, она здесь? — спросил Теон.

— Кто? — отозвалась Сиенна, отпихивая Тристина в сторону, чтобы заглянуть в котел.

— Скарлетт, — ответил он.

— Нет, — произнесла незнакомка. — Ей… запретили вмешиваться.

— И поэтому она прислала вас двоих?

Мужчина вздохнул с таким видом, будто его до смерти достало все происходящее.

— Она невероятно искусна в поиске лазеек. Это одновременно и гениально, и невыносимо.

— Видимо, это семейное. Ее кузина такая же, — пробормотал Теон, скрестив руки на груди и прислонившись бедром к столу. — Значит, ты ее Хранитель? Она упоминала одного.

У мужчины стало такое выражение лица, которое ясно говорило Теону: он скорее проглотит битое стекло и истечет кровью из глаз, чем станет Хранителем Скарлетт.

— Нет, я Хранитель ее брата.

Теон кивнул.

— Она упоминала брата. — взглянув на девушку, он спросил: — А ты та самая сестра, которая пыталась ее убить?

Ее брови в недоумении сошлись на мгновение, прежде чем пришло понимание.

— О нет! — фыркнула она со смешком. — Я бы не отказалась называться Призраком Смерти, но это Нури. Я Генерал Двора Огня.

— Огня? — переспросил Теон. — Значит, ты фейри огня?

Она кивнула, окинула его взглядом и перевела взор на остальных.

— Это Элиза, — сказал мужчина, незаметно делая шаг ближе к ней. — А я Разик Грейбейн.

— Ты определенно более щедр на информацию, чем Скарлетт, — заметил Теон.

— Скарлетт вообще никому ничего не говорит, — ответил Разик.

— Это неправда! — перебила Элиза.

Разик бросил на нее красноречивый взгляд и снова повернулся к Теону.

— Тебе не нравится Скарлетт? — спросил Теон.

— Нет! — отрезал тот.

— Раз! — рявкнула Элиза, ткнув его локтем в бок достаточно сильно, чтобы он резко втянул воздух.

— Не вижу смысла лгать об этом, — ответил Разик, уклоняясь, когда она попыталась ткнуть его снова. — Хватит, mai dragocen. Это ведь не станет для тебя откровением.

Элиза закатила глаза, скрестила руки, и ее серый взгляд остановился на Теоне.

— Я так понимаю, ты принц королевства Ариуса или типа того?

— Наследник королевства Ариуса. То есть Лорд. — Он вздохнул, проводя рукой по волосам. Он и сам уже не понимал толком, кто он такой.

Элиза еще мгновение изучала его, а затем произнесла:

— Я не особо уверена в твоей способности управлять королевством, если ты даже своего титула не знаешь.

— Это грубо, Элиза, — укорил ее Разик, но дернувшийся уголок его губ подсказал Теону, что он ее подначивает.

Лука делал точно так же, черт бы его побрал.

Элиза цокнула, махнув рукой в сторону Теона.

— Нас прислали ему помогать, а он даже не знает, кто он такой, Раз. Как нам с этим работать?

— Что именно она велела вам здесь делать? — спросил Теон, косясь на Сиенну и Тристина, которые подозрительно притихли.

— Это ты должен был нам сказать, — резко парировала Элиза.

Теон вскинул брови от такой фамильярности.

— Ты всегда так разговариваешь с представителем Наследия? — затем он взглянул на Разика. — И ты позволяешь ей так разговаривать с Наследниками?

Губы девушки дернулась, обнажая зубы, а рука потянулась к кинжалу на бедре. В ее глазах определенно плясало пламя, когда она ответила смертельно спокойным голосом:

— Он мне ничего не «позволяет». И если ты еще хоть раз заговоришь с ним о моих поступках, ты обнаружишь, что уже зарезан и истекаешь кровью.

— Помнишь, я пытался объяснить, что здесь к фейри относятся иначе? — вмешался Тристин, отступая, когда Сиенна снова отпихнула его от рабочих столов.

Девушка явно собиралась добавить что-то еще, но Разик вклинился:

— Ей плевать, и мне тоже! Но давайте обсудим что-нибудь другое, пока она не перешла к насилию. — Элиза сердито посмотрела на него и с фырканьем снова скрестила руки. Он глянул на нее сверху вниз: — Я не говорил, что стану тебя останавливать, если ты решишь его зарезать, mai dragocen.

Девушка выругалась себе под нос, но отвернулась, видимо, закончив этот разговор.

— Раз с этим разобрались, — сказал Разик, положив руку Элизе на поясницу.

Она тут же немного успокоилась, напряжение покинуло ее плечи. Затем она слегка склонила голову, словно к чему-то прислушиваясь, и Теон прищурился, заметив это движение. Это было чертовски похоже на…

— Пожалуй, нам стоит обсудить девушку, которой не должно существовать, — продолжил Разик, и эти слова заставили Теона мгновенно сосредоточиться.

— Если ты о Тессе, то тебе не поздоровится, — прорычал Теон, и в его руке из вихря тьмы возник короткий меч.

— Я так и предполагал, — протянул Разик, выглядя столь же обеспокоенным видом оружия, как Тристин чуть ранее — силой Теона. — Разве не об этом все это пророчество?

— Какое пророчество?

— Ради всех богов! — проворчала Элиза. — К фейри тут относятся как к мусору, но Наследия ни хрена не знают. Как это вообще работает?

— Это не…

— Он много чего знает. Просто его знания — это ложь и искаженная история, — перебила Сиенна, и в комнате воцарилась тишина.

— Я все равно не понимаю, как это возможно при таком техническом развитии этого мира, — сказал Разик. — А они кто?

Теон проследил за его взглядом и обернулся. Корбин и Лэнг тихо стояли в стороне, впитывая каждое слово.

— Это фейри на службе королевства Ариуса, — ответил Теон.

Глаза Элизы сузились, и он мог бы поклясться, что в ее рыже-золотистых волосах промелькнули искры.

Повернувшись к Тристину, он сказал:

— Если это та помощь, о которой ты говорил, боюсь, затея провалилась. Если у тебя нет действительно полезной информации, больше не связывайся со мной.

Он уже зашагал к выходу. Он не знал точно, как найдет дорогу обратно через лабиринты Подземелья, но он что-нибудь придумает.

— Теон Сент-Оркас! Ты сядешь и выслушаешь то, что должно быть сказано! — бросила ему в спину Сиенна. — Она ведь рассказывала тебе о своих снах? О том, как ты убиваешь ее?

Он замер и медленно обернулся к ведьме.

— Откуда ты о них знаешь?

Ее улыбка была острой и мрачной, когда она ответила:

— Я думаю, тебе стоит больше беспокоиться о том, что эти видения станут реальностью. Потому что, если ничего не предпринять, это будет единственным способом ее остановить.