ГЛАВА 17. Теон

Пятнадцать лет назад

— Ну же, Теон. Просто сыграй со мной хоть одну игру, — умолял его брат, перебрасывая из руки в руку мяч для Хаосферы.

— Я уже сказал «нет», Аксель, — процедил Теон, переводя взгляд с планшета на открытую книгу на коленях и сравнивая тексты.

Он снова проверил время. Восемнадцать минут. Столько у него осталось до того, как нужно будет вернуться в дом. Через тридцать минут он должен быть в кабинете отца. Этого времени хватит, чтобы прийти заранее.

— Ты обещал, Теон! — сказал Аксель, и Теон услышал в его голосе раздражение и разочарование. Тон брата уже граничил с нытьем.

Если бы сила Акселя уже проявилась, вокруг него наверняка клубились бы тени, подпитываемые растущими эмоциями. По крайней мере, все предполагали, что его силой будут тени, как и у всех в роду Ариуса. Не было причин, по которым он не обладал бы теми же дарами, и они должны были проявиться при сильном эмоциональном всплеске. Восемь лет — это слишком рано. Скорее всего, это случится около десяти. Аксель вел обратный отсчет, а Теон надеялся, что магия его брата проявится позже, чем у других Наследников. Когда появлялась сила, отец отправлял их на более интенсивное обучение.

— Я обещал, что выйду на улицу, — поправил его Теон, беря ручку и подчеркивая что-то в книге. — Вот он я. На улице.

— Ты задница! — парировал Аксель.

— Не ругайся! — ответил Теон, слушая его лишь вполовину.

— Ты и Лука ругаетесь постоянно.

— Мы старше.

— Кстати, где Лука? Он бы точно сыграл со мной разок, пока ты читаешь свои дурацкие книги, — проворчал Аксель, уронив мяч на землю и пнув его.

— Тебе бы тоже стоило почитать «дурацкие книги», — ответил Теон. — Семестр начинается на следующей неделе.

— Вот тогда и буду читать. Где Лука?

— Еще не вернулся.

Правда заключалась в том, что он не знал, где его лучший друг. Отец начал отправлять Луку в тренировочные лагеря, которые длились по несколько дней. Он должен был вернуться сегодня, но Теон не знал когда. Ему не нравилось, когда Луки не было рядом. Когда они были вместе, Теон хотя бы мог пытаться держать все под контролем, но когда того не было…

— Теон, всего одну быструю игру, — заныл Аксель, наклоняясь за мячом.

— Нет, Аксель, — рявкнул Теон. Его тьма вырвалась вперед и вырвала мяч из рук брата, отправив его в полет через самодельное поле для Хаосферы.

— Раньше ты мне нравился больше, — пробормотал Аксель, разворачиваясь, чтобы забрать мяч.

Раньше — это когда?

Теон не знал, но у него не было времени об этом беспокоиться. Однажды Аксель поймет. Однажды его брат осознает, что он его защищал. Однажды он увидит, что все, что он делал, было направлено на спасение тех немногих, кого он действительно любил: брата, Луку, Кэрис и Пен. Пока они в безопасности, ему было неважно, какую цену придется заплатить. Если для этого нужно время от времени их разочаровывать — пусть будет так. Контролируй ситуацию — и ты будешь контролировать результат. Этому он учился. Делай все возможное, чтобы сохранить контроль, потому что контроль означал безопасность для всех.

Поэтому, когда он снова взглянул на часы, он начал собирать вещи в свою сумку-портфель. Книга. Планшет. Ручка. Он трижды проверил, на месте ли телефон. Он лишь однажды совершил ошибку, потеряв его, и отец позаботился о том, чтобы он это запомнил.

Оставив Акселя пинать мяч, Теон отправился к дому. По пути он читал про себя имена всех советников отца, места их проживания, их родословные, дары и роли, которые они играли в королевстве. Затем он перешел к правящим Лордам и Леди, их Наследникам и тем, кого они присматривали в качестве потенциальных Источников. Затем — история Деврама. Все, что должен знать будущий Лорд королевства Ариуса.

Все то, что он зубрил, чтобы не почувствовать уколов шипов на лианах Эвианы, которыми отец порол его, чтобы помочь «запомнить». Лианы обвивали его конечности и горло, лишая возможности пошевелиться. Если он что-то забудет сегодня днем, эти удары вскроют раны, которые еще заживали после утренней порки. Аксель оставил свою сумку в вестибюле вместо того, чтобы отнести в комнату, и Теон сказал отцу, что сумка принадлежит ему.

Но это только сейчас.

Однажды он станет таким же могущественным, как отец. Однажды у него будет собственный Источник. Однажды он возглавит Королевство Ариус, его отец станет лишь далеким кошмаром из прошлого, и они будут процветать, признает их остальной Деврам или нет.

Однажды.

Но не сегодня.

Он замер, дойдя до этажа, где располагался кабинет отца, поправил галстук и манжеты пиджака. Он уже поднял руку, чтобы постучать, когда услышал шаги.

— Когда ты вернулся? — спросил он, когда Лука остановился рядом с ним, тоже поправляя манжеты. На нем не было пиджака, но была рубашка и галстук.

— Только что, — ответил друг. — Был вызван прямо сюда.

Волоски на загривке Теона встали дыбом. Это никогда не было хорошим знаком.

— Готов? — спросил он Луку через пару секунд.

Лука кивнул.

— Войдите! — отозвался отец на стук Теона.

Он вошел первым, Лука шел следом. Эвиана сидела в своем обычном кресле, ее бирюзовые глаза скользнули с него на Луку и обратно. Здесь также были двое советников отца — Юлиус и Мансель. Теон подавил страх. Он знал, на что способны их дары.

— Садитесь, — это было все, что сказал отец.

Настоящее время.

Звонок телефона вырвал Теона из воспоминаний. Он вздохнул, увидев, кто звонит.

— Здравствуй, мама, — ответил он, продолжая смотреть в окно.

Небо было серым, как и всегда в последнее время. Этой зимой уже выпало рекордное количество снега из-за некой… была ли она богиней? Он не знал, но знал, что она в ответе за погоду, даже если большую часть времени проводила в Фавене. Каким-то образом Акрополь все равно ощущал на себе всю мощь ее гнева.

— Теон? Слуги сказали, ты сегодня был здесь, — в голосе Крессиды звучали тревога и разочарование.

Он потер бровь. Разик перенес их обратно в поместье за пределами Акрополя, едва удостоив его взглядом, прежде чем переместиться куда-то еще вместе с Элизой. Это было час назад. С тех пор он так и стоял на одном месте в кабинете.

— Да, я был там, — ответил Теон.

— Был? — переспросила Крессида.

— Да. Прости, у меня не было времени зайти.

— Теон Сент-Оркас, твой отец пропал. Твой брат пропал. А ты не можешь выделить и минуты, чтобы проведать мать, когда возвращаешься домой?

Он поморщился, потому что, если выставить это так…

Но кого она обманывает? Она никогда не относилась к нему с материнской теплотой. К тому же Аксель всегда был ее любимчиком.

— Есть новости о брате? Об отце? — продолжала Крессида.

— Несколько зацепок, но ничего конкретного, — ответил он.

— И это то, чем ты там занимался?

— Нет. Я был там, чтобы встретиться с Лукой и Тессой.

В ответ воцарилась тишина. Она длилась так долго, что он убрал телефон от уха, чтобы проверить, не оборвался ли звонок.

— Мама? — наконец позвал он.

— Тесса была здесь?

Ее голос стал холодным и серьезным, каким он его никогда не слышал.

— С Лукой. Да.

Странное состояние матери, казалось, исчезло, голос вернул привычную женственную певучесть, но ледяной тон никуда не делся.

— С ней все было хорошо?

— Что ты имеешь в виду?

— Она выглядела… невредимой?

— С ней был Лука. Конечно, она была невредима. Почему ты расстроена?

— Она поступила с тобой несправедливо, Теон. Мать имеет право расстраиваться, когда ее сына обижают, — наставительно произнесла она.

— Она все еще мой Источник, мама, — ответил он, оборачиваясь на стук в дверь.

— Да, но я ни на секунду не поверю, что исчезновение твоего отца и брата вскоре после ее заявления о свободе — просто совпадение. Думаешь, она что-то с ними сделала?

Теон закатил глаза, услышав тревогу в ее голосе, хотя она и была небезосновательной. Тесса действительно кое-что сделала с его отцом, и он жалел, что она не довела дело до конца.

— Она не причинит вреда Акселю, мама, — ответил он, когда дверь открылась и вошел Тристин Блэкхарт.

Теон поднял палец, давая знак, что освободится через минуту. Тристин кивнул и принялся изучать книжные полки.

— И она не может навредить твоему отцу, — продолжала тараторить мать. — Он Лорд Ариуса. Она сможет причинить ему вред, только если ей поможет Лорд Ахаза. Что ты предпринимаешь, Теон?

— Я работаю над этим, — процедил он.

— Где ты?

— Вернулся в Акрополь.

— Как ты добрался туда так быстро? — и прежде, чем он успел придумать ответ, она добавила: — О! Ты научился ходить сквозь тени? Как это чудесно, Теон. Но будь осторожен, пока с Тессой не будет покончено.

— Никто не будет заниматься Тессой, кроме меня, — отрезал он. — Или ты знаешь что-то, чего не знаю я?

— Конечно нет, — цокнула мать. — Ты наследник Ариуса, Теон.

Но что-то в ее расспросах и тоне не давало ему покоя.

— Мама, если отец сказал тебе что-то… что угодно, мне нужно знать.

Он заметил, как Тристин медленно повернулся к нему, явно подслушивая разговор.

— Все, что я знаю — это то, что мой сын вернулся домой и не удосужился даже взглянуть на мать, — сказала Крессида, ее тон стал почти истеричным.

Ради Ариуса.

— Я постараюсь найти время, чтобы увидеться в ближайшие дни, — ответил он, игнорируя нетерпеливый жест Тристина, призывающий закругляться.

— Очень на это надеюсь.

— До свидания, мама.

Он повесил трубку раньше, чем она успела ответить. Убрав телефон в карман, он спросил Тристина:

— Сегодня все прошло нормально?

Обычно этот мужчина просто доставлял фейри и уходил. Он задерживался только тогда, когда у него была информация.

— Насколько мне известно, — ответил Тристин.

— Ты остаешься? Тесса была здесь утром, и…

— Тесса была здесь? — перебил Тристин. — Как она?

Теон моргнул от такой неприкрытой заботы.

— Я бы сказал, что сегодня утром в ней проснулась кровь Ариуса, потому что она была богиней, воплощением самой смерти. Но вскоре после этого она узнала, что статус самой могущественной не всегда гарантирует победу. Мягко говоря, день был долгим.

Он кратко пересказал события, и когда закончил, Тристин спросил:

— Роан в стабильном состоянии?

— Сиенна еще была там, когда я уходил.

Тристин кивнул, в его карих глазах промелькнуло облегчение. — Она сможет сохранить ему жизнь.

— Ты знал, что они Ищейки?

— Да, — признался он. — Но мы можем сказать лишь ограниченное количество информации, прежде чем начнем искушать судьбу.

Каждый раз, когда кто-то произносил эти слова, Теону хотелось что-нибудь ударить.

Судьбы то, судьбы это.

Насколько Теон мог судить, Судьбы покинули их мир так же, как и боги. Если уж на то пошло, Лорд Ахаза использовал «Судьбу», чтобы убедить Тессу, будто ее предназначение — уничтожить род Ариуса.

Но сейчас это не имело значения. Ему нужно было поговорить с Корбином. Ему нужна была информация об этих предполагаемых революционерах, и с играми было покончено.

— Я так понимаю, у тебя есть новости, раз ты еще здесь, — сказал Теон, направляясь к выходу.

— Не столько новости, сколько толчок в нужном направлении, — ответил Тристин. — У тебя заканчивается время, Теон.

— Думаешь, я этого не знаю? — огрызнулся Теон. — Знаешь, ты никогда не объяснял, каков твой интерес во всем этом. Почему это важно для тебя? Ты и Аурион довели ее до этого состояния так же, как и я.

Впервые на памяти Теона мужчине было нечего ответить сразу. Он молчал, пока Теон вел его в жилую зону, где они с фейри обычно собирались по вечерам. Однако там он нашел только Корбина и Лэнга.

— Где Кэт? — спросил Теон.

— Она не сказала, куда идет, — ответил Лэнг. — Но если бы мне пришлось гадать, она пошла искать книги. Сегодня она была сама не своя.

Он сидел рядом с Корбином, который не отрывался от компьютера. Теон дал ему устройство, чтобы посмотреть, сможет ли тот взломать какие-нибудь базы данных и обнаружить… ну, хоть что-нибудь. Но Кэт была «сама не своя» уже какое-то время. Она продолжала идти вперед, ее решимость не колебалась, но даже Теон видел, что она начинает ломаться.

— Я пойду найду ее, но потом вернусь сюда, — сказал он мужчинам. — Тесса сегодня была здесь и поделилась информацией, но вам двоим пора начать рассказывать все, что вы знаете о Подземелье.

Мужчины переглянулись, но ничего не сказали. Теон развернулся и чуть не врезался в Тристина. Он и забыл, что тот еще здесь.

Вздохнув, он сказал:

— Говори, что нужно, Блэкхарт. Я добавлю твои загадочные предупреждения в список дерьма, в котором мне нужно разобраться.

— Ты ведь знаешь, что я был бы яснее, если бы мог?

— Неужели? — усомнился Теон. — Потому что, с моей точки зрения, у тебя было полно времени, чтобы вмешаться, сделать предупреждение, сделать хоть что-нибудь, но ты ждал, пока появится Тесса.

— И что я должен был сделать, Сент-Оркас? — потребовал ответа Тристин, и Теону могло бы показаться, что его глаза слабо засветились зеленым. — Что бы ты сделал, если бы я явился сюда и рассказал тебе хоть одну гребаную правду? Это изменило бы твои планы? Повлияло бы на твои действия? Ты бы оставил ее в покое, зная, кто она такая? Я в этом сомневаюсь. Это больше, чем ты! Больше, чем Деврам! Здесь столько движущихся частей, о которых ты даже не догадываешься. Один неверный шаг — и этот мир станет лишь воспоминанием.

— Какая разница? — бросил Теон. — Для богов мы и так не больше, чем воспоминание.

— Это не…

Тихий звук деликатного покашливания заставил их обоих обернуться. Там стояла Кэт с книгой в руках. Это была книга, которую ей дала Сиенна и которую Кэт, как знал Теон, кропотливо переводила. Ее черные кудри были собраны на макушке, и Теон видел в янтарных глазах, как сильно она устала. Он был уверен, что на ней рубашка Акселя поверх тренировочных брюк, и он не знал, где она нашла футболку с логотипом «Хаосферы», которую завязала узлом спереди.

— Извините, что прерываю, — сказала она.

— Ты не прерываешь, — ответил Теон. — Я как раз собирался тебя искать.

Она кивнула, заправляя выбившуюся прядь за ухо.

— Чем я могу помочь?

— Дело не в помощи, а в том, что тебе стоит поучаствовать в этом разговоре, — ответил он. — Тесса сегодня приходила ко мне.

При этих словах все фейри обернулись к нему.

— Но прежде чем мы перейдем к этому, ты что-то нашла? — спросил Теон, кивая на книгу, страницу в которой она придерживала пальцем.

— Я не знаю, — ответила она, переминаясь с ноги на ногу. — Но я… Это прозвучит безумно, но мне кажется, Акселю плохо.

— Это не звучит безумно. Я уверен, он страдает, — сказал Теон, хмурясь.

— Нет, я… — она шумно выдохнула. — Это нечто большее. Будто я иногда его чувствую. А потом я кое-что нашла. Но, возможно, я неправильно перевела, и я…

— Дай посмотрю, — Теон подошел ближе.

— Наверняка перевод неверный, — нерешительно сказала она, позволяя ему открыть книгу на нужной странице.

Внутри лежал листок с ее записями. Теон пробежал глазами по словам, а затем снова посмотрел на нее. Она закусила губу, наблюдая за ним.

— Здесь говорится о связи. Связь Источника?

Кэт покачала головой.

— Я не думаю, что это они. Кажется, что-то похожее, но в то же время другое.

— Похоже, мне и не нужно давать никаких «толчков», — сказал Тристин. Теон обернулся и увидел, что мужчина стоит, засунув руки в карманы, с легкой улыбкой. — И, возможно, Судьбы не так уж покинули этот мир, как ты думаешь.

— О чем ты говоришь? Что ты об этом знаешь? — спросил Теон.

Тристин секунду поразмыслил, прежде чем ответить:

— Кое-что знаю, но я верю, что ваши гости знают гораздо больше меня.

— Разик и Элиза?

Тристин кивнул.

— Они были здесь все это время и ничего не сказали? — раздражение и разочарование Теона начали закипать.

— Они должны быть осторожны в словах, — ответил Тристин. — Они не знают, что здесь является общеизвестным фактом, а что нет. Их цель четко определена. Они не могут от нее отклониться, иначе рискуют…

— Нарушить баланс. Я в курсе, — перебил Теон. — На данный момент мне плевать на баланс, пока Тесса не стала его жертвой.

Тристин замолчал, но выражение его лица подсказало Теону, что он наткнулся на что-то очень важное.

— Нет, — прорычал Теон. — Она не станет жертвой ради исправления этого дерьма.

Но Тристин не проронил ни слова.

— Все это время она ненавидела меня и обвиняла в том, что я использую ее силу, когда на самом деле это делали все остальные, — прошипел Теон, выходя из комнаты и приказывая фейри следовать за ним. Он не остановился, пока не оказался перед дверью покоев, в котором жили Разик и Элиза. Тьма клубилась вокруг него, когда он забарабанил в дверь.

— Нам нужно поговорить кое о чем! — крикнул Теон, снова ударив в дверь.

Она распахнулась, на пороге стояла раздраженная женщина.

— Ты сегодня невероятно навязчив.

Теон не ответил на колкость. Вместо этого он поднял книгу, открытую на странице, которую перевела Кэт, и показал Элизе. Она пробежала глазами по строчкам и через пару секунд позвала:

— Разик?

Он появился мгновенно, сверля Теона взглядом.

— Что тебе еще нужно?

— Раз, посмотри, — Элиза указала на страницу.

Глаза мужчины сузились.

— Где ты взял эту книгу?

— Сейчас это не твоя забота. Что вы знаете об этой связи? — спросил Теон.

— Ты можешь это прочитать? — спросил в ответ Разик.

— Не бегло. На перевод уходят часы, но это переводил не я, а Кэт, — ответил Теон. — Она говорит, что иногда чувствует Акселя, но ведь это обычное дело между Источником и Хозяином.

— В том-то и дело, что нет, — сказала Элиза, распахивая дверь шире. — Вам всем стоит войти.

Напряженное молчание воцарилось, когда они прошли в гостиную. Тристин вошел последним, все еще храня подозрительное молчание. Катя присела на край кресла, Лэнг и Корбин заняли диван. Теон остался стоять, скрестив руки на груди, ожидая, когда Элиза или Разик заговорят.

— Когда Скарлетт была здесь, она начала кое-что понимать, — начала Элиза. — Но никто из нас не мог понять, как это возможно. Только определенные родословные могут создавать новые метки.

— Какие именно? — перебил Теон.

— Зинта и Тайка.

— Насколько я понимаю, Скарлетт не относится ни к тем, ни к другим.

— Да, но ее история не черно-белая. Она… обрела другие силы. В ней есть часть этой крови, и она может создавать новые метки. Но дело не в этом. Мы твердим вам, что ваши метки Источника — это не метки Источника. А те метки, которые вы используете…

Элиза замолчала, взглянув на Разика.

— В разных мирах существует несколько типов связи, — со вздохом сказал Разик, давая понять, что считает всех в этой комнате раздражающе неосведомленными. — Та связь Источника, что есть у вас здесь — это не то, чем они должны быть. Кто-то когда-то взял священную связь и осквернил ее.

— Можно еще более туманно? — спросил Теон, чье раздражение уже сравнялось с раздражением Разика.

Разик пожал плечами.

— Наверное.

— Хватит, — снова вмешалась Элиза.

Она высвободила руку из рукава и подняла ее так, чтобы они видели. На тыльной стороне была метка: черные нити, расходящиеся и обвивающие большой, указательный и средний пальцы. Она толкнула Разика локтем в бок, он вздохнул и тоже поднял левую руку. Та же самая метка украшала тыльную сторону его ладони.

— У Скарлетт и Сорина была похожая метка, — сказал Теон, подходя ближе, чтобы рассмотреть.

— Не похожая. Такая же, — поправила Элиза. — Только их была завершенной.

— Что это значит? Завершенной?

— Существует связь, называемая узами близнецового пламени, — сказал Разик, обнимая Элизу за талию. — Данная метка — это и есть метка близнецового пламени, и если оба принимают ее, начинаются испытания.

— Что это за испытания? — спросил Теон, не отрывая взгляда от узора.

Скарлетт никогда не давала ему рассмотреть свою Метку, а он был слишком занят поисками Акселя и разгадками Тессы, чтобы беспокоиться о татуировках на руках этих двоих. И да, он чувствовал себя глупцом, понимая, что возможный ответ был перед ним все это время. Но ведь они могли сказать хоть слово.

— Испытания здесь не так важны, — ответил Разик. — Важно то, что могут близнецовое пламя. Как только узы активированы, они могут чувствовать эмоции друг друга и общаться мысленно.

Теон медленно поднял взгляд на Разика.

— Повтори.

Тот не стал. Вместо этого Элиза добавила:

— А когда узы завершены и освящены, носители могут объединять свои силы так, чтобы один или другой мог ими пользоваться.

— Не вижу, чем это отличается от связи Источника, — вставил Корбин. — Мы просто называем это по-другому, разве нет?

Элиза покачала головой.

— Насколько я могу судить, фейри здесь не выбирают сами связь Источника, но это не самая тревожная часть. Найти свое Близнецовое Пламя — большая редкость. Более того, это не ограничивается только самыми могущественными. Любой фейри и представитель Наследия могут быть близнецовым пламенем.

— То есть эти узы могут возникнуть только между фейри и Наследием? — уточнил Теон.

— Верно, — ответил Разик. — Говорят, что эти узы — дар богов для фейри в благодарность за то, что они являются Источниками силы для представителей Наследия.

— Это не то, что можно навязать фейри силой, — вмешалась Элиза, ее тон ужесточился. — Если они приняты обеими сторонами, это нечто священное. Близнецовое пламя — это единственная душа, с которой тебе суждено быть вместе, с которой ты соединен с начала времен. Считается, что души близнецового пламени узнают друг друга, как-то находя друг друга среди звезд. А в этом богами забытом мире их использовали, чтобы поработить фейри.

Теон отступил на шаг, пока она говорила: в ее глазах разгоралось пламя, а в рыже-золотых волосах плясали искры.

— Мы не знали, — почти шепотом произнес Теон.

— Кто-то знал, — парировала она. — Кто-то это сделал.

Разик нежно притянул ее к себе, целуя в макушку. Она кивнула, и Теон понял: все это время они общались через свои узы. Сорин и Скарлетт делали так же. Элиза высвободилась из объятий Разика и ушла в спальню.

— Ей нужно время, — сказал Разик.

— Мы не знали, — повторил Теон, не зная, что еще сказать.

— Я это понял, — сухо ответил Разик. — Скарлетт говорила нам о своих подозрениях, но, честно говоря, мы ей не поверили. Взять что-то столь священное и использовать для… Мы не верили, пока не пришли сюда.

— И ты уверен?

Разик кивнул, подошел к столику и взял книгу. Он пролистал ее, и Теон мгновенно узнал четыре метки Источника. Положив книгу на кофейный столик, Разик сел рядом с фейри на диван, положив руку рядом со страницами.

— Потребовалось время, чтобы все сопоставить, но, похоже, в вашем мире они каким-то образом деконструировали метку близнецового пламени, — объяснил он, и Теон действительно увидел сходство.

— Но первая метка — это просто символ бога, — сказал Лэнг, наклоняясь, чтобы рассмотреть. Кэт и Корбин сделали то же самое.

— С этой частью я до конца не разобрался, — признался Разик. — Но думаю, что эта часть — настоящая метка Источника. Когда дается истинная метка Источника, одна сила должна подавить другую. Но вот следующая… — он коснулся второй метки. — Эта часть — вот этот фрагмент метки близнецового пламени.

Разик обвел несколько линий на своей руке.

— Третья метка — вот этот фрагмент, — он указал на другую часть узора на руке. — Над последней мне пришлось подумать подольше. В ней есть следы символа близнецового пламени, но также есть и метка Источника вместе с…

— Меткой Хранителя, — закончил Теон, переводя взгляд с руки Разика на метки. Он был прав. Местами сходство было тонким, но оно было.

И Скарлетт увидела это мгновенно, когда была здесь.

— Ваша королева умна, — пробормотал Теон, продолжая изучать схему.

— Она не моя королева, — отрезал Разик.

Теон взглянул на него.

— Я думал, она Верховная королева Странников между Мирами?

— А я, блядь, не Странник.

— Но Элиза служит при ее Дворе? — спросила Кэт. Слава богам, не только Теон был в замешательстве.

— Она Генерал Двора Огня. Технически она служит принцу, — ответил Разик, убирая руку и откидываясь на спинку дивана.

— За которого Скарлетт замужем, — подытожил Теон.

— Да, но брат Скарлетт правит другим континентом. Его жена — моя королева, — пояснил Разик. — Кстати, а где Аурион?

— Какое отношение Аурион имеет к делу? — спросил Теон, снова возвращаясь к книге. Но тут его взгляд метнулся к Кэт. — Ты веришь, что вы с Акселем — близнецовое пламя.

Это не было вопросом. Он увидел, как румянец залил ее щеки.

— Я этого не говорила, но такая мысль могла промелькнуть, — ответила она. — Но выслушав все это, я не думаю, что она верна.

— Почему нет? — спросил Лэнг. — Ты фейри. Он Наследие. Разве это не единственное требование?

— Именно так, — подтвердил Разик.

Это означало, что Тесса не могла быть его близнецовым пламенем, понял Теон. Она не могла быть ничьей, потому что она не была ни фейри, ни Наследием. Она не могла принадлежать ему, несмотря на то что метки Источника пытались навязать это.

— Но ты сказала, что чувствуешь его?

Все обернулись на голос Элизы, которая стояла в дверях спальни.

— Я не могу сказать наверняка, — пробормотала Кэт, глядя на свои руки, сложенные на коленях.

— Можешь, — сказала Элиза, возвращаясь в комнату.

Разик следил за каждым ее движением, уже встав и встретив ее на полпути. Он взял ее за подбородок, заставляя поднять голову. Снова ни слова, но Теон видел, что происходит безмолвный диалог.

Вот это.

Это то, чего он хотел с Тессой.

Не те отношения, которые он видел между отцом и Эвианой. Не ту связь, что была у других представителей Наследия с их Источниками. А вот это.

Он просто не осознавал этого раньше, а теперь? Тристин прав. Время уходит, а он до сих пор не знает, как добиться… Ну, этого.

— Ты чувствовала его? — Элиза остановилась перед Катей. — Когда?

— Я… — начала Катя, бросив взгляд на Теона. Он кивнул, призывая ее продолжать. — Я не знаю, действительно ли я чувствовала его.

— Насколько хорошо ты его знаешь? — спросила Элиза. — Он отправил тебя в укрытие, чтобы защитить?

— Да, но…

— И вас необъяснимо тянуло друг к другу? — продолжала давить Элиза.

— Не сразу, — возразила Кэт.

— Но Акселя тянуло, — вставил Теон. — С того самого момента, как он увидел ее на церемонии Проявления. Он настоял на том, чтобы мы забрали ее в королевство Ариуса. Сделал это раньше, чем мы успели его остановить.

Кэт снова покраснела, а Разик добавил:

— Мужчина обычно чувствует притяжение первым.

— А когда эмоции зашкаливают — страх, печаль, агония — другой иногда может почувствовать это даже до наложения метки, — сказала Элиза. — Если тебе кажется, что ты его чувствовала, велика вероятность, что так и было.

Катя смотрела на них широко открытыми глазами и прошептала:

— Ему плохо, а я…

— Ты можешь его найти, — сказала Элиза.

— Что? — одновременно переспросили Кэт и Теон.

— Наложение метки, если это истинные узы близнецового пламени, позволит ей говорить с ним. Он сможет сказать ей, где он. Или, по крайней мере, описать обстановку. Она будет чувствовать связь все сильнее по мере приближения к нему, — объяснила Элиза.

Прямо как с первой меткой Источника.

— Но что, если они не близнецовое пламя? — спросил Корбин.

Элиза поджала губы, взглянув на Разика. Ответил он.

— Как и у любой Метки, здесь есть своя цена. Принятие метки близнецового пламени — это принесение в дар части своей души другому. Если двое — истинные близнецовое пламя, их души узнают друг друга, и начинаются Испытания. Если нет — метка со временем исчезает, а вместе с ней исчезает и отданная часть души. Некоторые верят, что нашли свое близнецовое пламя, но слишком боятся испытывать это меткой, поэтому предпочитают просто быть вместе без связи.

— Но если я приму ее, а Аксель нет, как мы узнаем? — спросила Кэт.

— Принятие метки близнецового пламени в одиночку — это подношение части своей души, которую может найти кто угодно. Она стремится к своему пламени, но если ее не принимают, она продолжает искать свою половину, истощая владельца. Это ослабляет их до тех пор, пока магические резервы не иссякнут или пока что-то другое не найдет ее, — тихо сказала Элиза.

— Что-то другое? — переспросил Корбин.

— В разных мирах полно существ. Некоторые черпают силу из чужих душ, — мрачно ответил Разик.

— Есть другой способ найти его, — вмешался Теон, которому все это очень не нравилось применительно к Кэт.

— О чем ты? — спросила она.

— Это то, что мне нужно было обсудить с тобой. Тесса сегодня была здесь и дала информацию, которая может помочь его найти.

— Может? — скептически переспросила она.

— Я не знаю, насколько это правда, но мы можем начать с этого. Она сказала, что у моего отца есть владения в районе Развлечений в Подземелье. Если это правда, я об этих владениях ничего не знал.

— Как ты это проверишь?

— Мне нужно навестить Альфу и Бету оборотней. Они контролируют районе Развлечений и должны знать.

— Когда ты пойдешь?

— В этом-то и дело, — Теон потер затылок. — Я отправил официальный запрос на встречу, но должен дождаться их ответа.

— Ты Лорд королевство Ариуса, — в голосе Кэт зазвучала паника, она вскочила на ноги.

— Я знаю, но лучше их не злить, пока я официально не назначен на должность, — ответил он.

— Прошли недели, Теон! — настаивала она.

— Я знаю, Кэт. Знаю, но…

Но один неверный шаг мог вывести его мир из равновесия окончательно.

Она повернулась к Элизе.

— Я сделаю это. Наложи мне метку.

— Кэт, нет, — вмешался Теон. — Дай мне хотя бы день.

— И если они не ответят, этот день будет потрачен впустую, — возразила она.

— Это всего один день, Кэт!

— А его нет уже слишком много дней! — вскричала она. — Если я действительно чувствовала его… Теон, ему плохо.

Он шагнул вперед, мягко взял ее за плечи.

— Как ты думаешь, что сделает Аксель, если я позволю тебе это сделать, и все окажется не так, как они говорят? Пожертвовать частью души?

— Это будет мое бремя, — ответила она, в ее глазах стояли слезы.

— Но он обвинит меня! — сказал Теон.

Она долго молчала, не отводя от него янтарных глаз. Наконец она произнесла:

— Он пожертвовал всем ради меня. Меньшее, что я могу сделать — пожертвовать частью себя ради него. Я прошу тебя позволить мне сделать то же самое, что ты сделал бы для Тессы, не раздумывая.

— Я его старший брат. Моя работа — защищать его, а не твоя.

— Теон, ты не можешь защитить нас всех, — мягко сказала она.

— Могу. Мне просто нужно еще немного времени, — настаивал он.

— Тебе не кажется, что мы уже живем в долг?

Когда он не ответил, она добавила:

— Ты всего лишь один, Теон. Ты не можешь спасти мир в одиночку. Он тебе нужен, и я… Я не знала, что он нужен мне, пока он меня не нашел.

— Я не могу позволить тебе это сделать, Кэт, — сказал он. — Если что-то случится…

Грустная улыбка тронула ее губы.

— Я сделаю это, Теон. Каким бы ни было наказание за неподчинение тебе — я его приму. Это того стоит.

— Я не стану наказывать тебя за попытку спасти Акселя, Кэт, — с горечью произнес он.

Но стоило бы.

Разве не этому его учили всю жизнь? Фейри здесь, чтобы служить. Но все, что только что рассказали ему Элиза и Разик, в корне противоречило всему, что он знал. Снова.

Кэт продолжала смотреть на него тем самым взглядом, который говорил: она точно знает, о чем он думает. За последние недели они провели вместе столько часов, что неудивительно — она научилась его понимать.

Еще одна вещь, за которую его бы наказали.