ГЛАВА 13. Теон

Он вздрогнул так сильно, что колено с грохотом врезалось в стол, за которым он сидел в библиотеке поместья. Элиза вскинула на него взгляд. Разик даже не потрудился этого сделать.

— Да что с тобой такое? — спросила Элиза с тяжелым раздражением в голосе.

— Ничего, — ответил Теон, но она продолжала сверлить его взглядом.

У нее была эта нервирующая манера поведения, из-за которой он всегда чувствовал себя огромной помехой просто потому, что дышал. Но в то же время она заставляла его чувствовать, что ей почти не все равно. Каким-то странным образом, который он не мог объяснить.

— Ничего особенного, — повторил Теон, поднимаясь на ноги. — Мне просто нужно прогуляться и размять ноги.

— Все утро ты только и твердил о том, что тебе нужно сделать кое-какие дела для своего королевства. При этом оставляя нас, как обычно, заниматься исследованиями, а теперь ты идешь гулять? — Элиза вскинула бровь.

— Я не оставляю вас делать все исследования в одиночку, — огрызнулся Теон. — Причина, по которой я так отстал от «дел королевства», заключается в том, что я сам по уши в этих исследованиях.

Фейри закатила глаза, но, прежде чем она успела что-то сказать, заговорил Разик:

— Она просто звереет от того, что заперта в этом поместье день и ночь.

— Я не зверею! — парировала она, с возмущением откидываясь на спинку стула.

— Ты права, — сказал Разик, все еще не отрываясь от страниц, которые перелистывал. — Ты в бешенстве уже несколько дней.

Честно говоря, Теон просто полагал, что она такая всегда. Постоянная угрюмость Разика имела смысл, учитывая его драконье наследие, но он не понимал, почему Элиза постоянно носит в себе такую обиду на весь мир. Она ясно дала понять, что в ее мире к Фейри относятся совершенно иначе.

Боги, да они там правили целыми Дворами! Она командовала армиями одного из них и явно была близка со Скарлетт.

Так из-за чего же ей быть настолько расстроенной?

— Я не держу вас здесь в заложниках, — сказал Теон, вставая и смахивая телефон со стола. — Но если вы все же уйдете…

— Да-да, я знаю, — проворчала Элиза. — Мне нужно будет «слиться с толпой».

Теон не мог себе представить, чтобы Генерал Двора фейри когда-нибудь смогла слиться с толпой обычных фейри в Девраме. К тому же Разика определенно заметили бы как незнакомое, но в то же время знакомое лицо. Он все еще не придумал, как рассказать об этом Луке, но, как он уже говорил ему, это было не то, что он собирался разглашать по телефону.

Он снова вздрогнул, когда в его венах, груди и самой душе началось жужжание. Связь натянулась так, что это могло означать только одно.

— Я скоро вернусь, — бросил Теон.

Но Элиза лишь отмахнулась от него и потянулась к книге, которую просматривал Разик, пододвигая ее к себе. На губах Разика играла ухмылка, а его пальцы начали перебирать кончик ее косы. Теон все еще не мог понять, как они работают вместе, и, хотя он наблюдал за ними при каждой возможности, он знал, что упускает какой-то кусочек пазла. Каждый раз, когда он заводил об этом разговор, Элиза быстро переводила тему в другое русло. Разик же просто игнорировал вопрос.

Теон заставил себя идти по поместью обычным шагом. Слуги склоняли головы, когда он проходил мимо. Кэт, Корбин и Лэнг были на своих ежедневных уроках, куда Тристин тайно перемещал их туда и обратно. Кэт бы сразу поняла, что происходит. Она была умной и наблюдательной, но с момента возвращения стала тихой и замкнутой. Она никогда не говорила об этом вслух, но он знал, что тот факт, что Аксель все еще числится пропавшим, тяготит ее.

Это тяготило и его. Он всегда защищал Акселя от основной ярости отца. По крайней мере, пытался. Еще одна вещь, в которой он в итоге потерпел неудачу, полагал он, но он тратил все свое время на поиски брата, одновременно пытаясь инициировать плавную передачу власти, которая шла совсем не гладко.

Теон выпустил свою тьму, избавляясь от части напряжения, скопившегося в мышцах. Черная магия устремилась вперед. Она знала то же самое, что и он.

Тесса была здесь.

Связь привела его не в комнаты, которые они делили. Нет, она привела его к кабинету отца.

Или теперь к его кабинету?

Он все еще не знал. Это было какое-то пограничное состояние, которого, как он воображал, в Девраме никогда раньше не видели. Почти, как и весь его опыт в качестве Источника.

Он вытер ладони о штаны, прежде чем потянуться к двери. Он понятия не имел, как все пройдет.

Почему она здесь? Нужен ли он ей? Собирается ли она черпать его силу? Каково это будет? Будет ли драка или просто обмен словами? Одна ли она? С ней ли Лука? Лорд Джоув? Кто-то другой? Тот, кто касался ее, когда она дразнила его через их связь?

Отчитав себя за то, что слишком много думает об этом, он повернул ручку и толкнул дверь.

И вот она.

Сидит на краю стола, закинув ногу на ногу. Ее обнаженная нога виднелась в глубоком разрезе кремового платья. Ее босые ступни не касались пола. Она была такой невысокой и маленькой. Но та мощная сила, которую он видел в ее глазах, все это компенсировала. Ее длинные светлые волосы были уложены мягкими волнами и переброшены через плечо. У платья были кружевные рукава и глубокое декольте, открывающее метку над сердцем. По лифу была искусно вышита тонкая золотая нить. Малейшее движение заставляло ее мерцать в тусклом свете комнаты.

Прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди, он не нашел ничего лучше, чем сказать:

— На улице холодно, красавица. Тебе стоит одеваться теплее.

Она ничего не ответила. Лишь потянулась к стакану с янтарной жидкостью, стоявшему рядом. Не сводя с него глаз, она сделала глоток, оставив след красной помады на стекле.

— Я ничего не чувствую, так что это не имеет значения, верно? — сказала она, покачивая стакан на кончиках пальцев.

— То есть ты хочешь сказать, что если бы ты убрала эти ментальные щиты, которыми овладела… изысканно, должен заметить… то я бы ничего не почувствовал через нашу связь, маленькая буря? — спросил он, оттолкнувшись от косяка и проходя вглубь комнаты. Он щелкнул выключателем, стеклянный камин ожил, и ее взгляд метнулся к пламени.

— Только отвращение, — просто ответила она.

Он остановился в нескольких футах от нее.

— Я приму все, что ты мне дашь.

Она склонила голову набок.

— А если все, что я готова тебе дать — это смерть?

— Ты не убьешь меня, Тесса. — Но изгиб ее губ подсказал ему, что он, вполне возможно, ошибается в этом предположении.

— Зачем тебе это, если я тебе нужен?

— Ты мне не нужен, Теон, — произнесла она слишком сладким тоном.

Его тьма лениво обвилась вокруг ее лодыжки, и он был достаточно близко, чтобы увидеть, как на ее коже выступили мурашки. Отсюда он также видел темные круги под ее глазами, которые говорили о том, что в последнее время она спит не больше него.

— Ты думаешь, что не нуждаешься во мне? — парировал он. — Разве не ты сделала меня своим Источником?

Ее смех был жутковатой мелодией.

— Если бы мне нужно было заменить Источник, я уверена, что нашла бы подходящий. Разве не так принято в Девраме?

— Ты могущественна, Тесса. Тебе нужен могущественный Источник.

— Неужели?

— Почему бы тебе не нуждаться в Источнике?

Та самая колкая улыбка вернулась, когда она спустила ноги со стола. Только тогда он заметил, что с другой стороны платья был такой же глубокий разрез, и увидел золотой кинжал, пристегнутый к ее бедру.

— Ты действительно пришла сюда вооруженной? — спросил он, и осознание шоком пронеслось по его телу.

— Не притворяйся удивленным, — фыркнула она. — Я же говорила тебе, что убью тебя. Это ты поступил глупо, явившись сюда без оружия.

Он инстинктивно сделал шаг вперед. Никто не смел ему угрожать. Это вбивали в него слишком долго. Любая угроза немедленно встречалась демонстрацией силы, и его рука уже потянулась к ее горлу.

Пока он не обнаружил, что не может ею пошевелить.

Он посмотрел вниз и увидел нить света, обмотанную вокруг запястья.

В недоумении он снова перевел взгляд на нее. Ее улыбка стала хищной. Резкий рывок ее силы вывернул его руку за спину. Когда она проделала то же самое с другой рукой, он стиснул зубы.

— Ты меня не пугаешь, Тесса, — процедил он.

Она насмешливо надула губы.

— А на самом деле очень, очень стоило бы меня бояться, Теон, — ответила она и, грациозно соскользнув со стола, снова дернула своей силой.

Застигнутый врасплох, он упал на колени. Из-за разницы в росте с этого ракурса он все еще был на уровне ее торса, и, подняв на нее глаза, увидел в ее руке тот самый золотой кинжал.

— Это та часть, где ты убиваешь меня, умная буря? — спросил он, выдерживая ее взгляд.

Теон не мог прочесть ее эмоций. Он никогда не мог этого сделать, и ее щиты по-прежнему намертво блокировали их связь. Он знал, что единственный способ заставить эти щиты дрогнуть — это заставить ее немного потерять контроль, и он слишком хорошо знал, как довести ее до такого состояния.

— Глупый мальчик, — укорила она, лениво крутя рукоять кинжала в пальцах. — Я не могу убить тебя прямо сейчас.

— И почему же?

Она протянула руку, запустив пальцы в его волосы. И, черт бы все побрал, он прильнул к ее руке. Связь подпрыгнула от первого физического контакта с ней за последние недели. Затем ее хватка ужесточилась, запрокидывая его голову назад. Она наклонилась так близко, что он чувствовал каждое сказанное слово на своих губах.

— Я сказала твоему отцу, что стану погибелью его рода и заставлю его стать свидетелем всего этого, прежде чем убью его. Я держу свои обещания, Теон.

Произнося его имя, она позволила своим губам едва коснуться его губ, и он дернулся в своих оковах, отчаянно желая притянуть ее ближе. Сделать этот поцелуй жестче. Напомнить ей, что только он может дать ей то, в чем она нуждается.

Но она разжала пальцы, делая шаг назад и оставляя его с чувством неудовлетворенности. Ему всегда было мало ее.

— Как там Фелисити? — небрежно спросила она.

Он вздрогнул от внезапной смены темы.

— Что? С чего бы мне это знать?

— Потому что она твоя пара, — просто сказала она, обходя стол. Ее кончики пальцев скользили по поверхности, кинжал все еще был в руке.

— Которую я никогда не хотел.

Она замерла, глядя на него через плечо.

— Какая ирония.

И да, он видел иронию в этом заявлении. Она была принуждена к тому, чего не хотела, и сопротивлялась этому так же сильно, как он сопротивлялся этому союзу.

— Тесса, я…

— Ты ведь знаешь, что я могла бы занять это место, если бы захотела, верно? — перебила она, вонзив кинжал в столешницу и опускаясь в кресло его отца.

Кресло было чрезмерно величественным, как и весь декор его отца; она откинулась на спинку, проводя руками по подлокотникам. Она выглядела королевой больше, чем его отец когда-либо выглядел королем.

— Это место не твое, красавица, — сказал он и его тьма начала струиться вокруг света, сковывающего его.

Она, казалось, не заметила этого:

— Оно могло бы стать моим, если бы я захотела.

— Ты не справишься с ответственностью, которая идет в придачу с этим креслом.

Она замерла, ее фиолетовый взор впился в него.

— Что это должно значить?

— Эта работа требует заботы о тех, кто живет в королевстве Ариуса. Думаю, тебе будет трудно это делать, если твоя цель — убить все Наследие Ариуса. — когда она лишь прищурилась, он продолжил: — Я знаю, что ты внучка Ариуса, Тесса. Но правление этим королевством — это нечто большее, чем просто статус самого могущественного существа. Почему, по-твоему, я хотел забрать эту роль у отца? Я никогда об этом не лгал.

— Нет, — отрезала она. — Ты лишь использовал меня, чтобы достичь этой цели.

— А ты чем-то отличаешься? — парировал он. Его магия осторожно вплеталась в ее свет.

— Почему все продолжают попрекать меня этим?! — вскипела она, и Теон замер: ленты света начали стремительно обвивать ее руки.

Воздух вокруг нее зашевелился, заряжаясь хаотичной энергией, и следующие слова она сказала скорее себе, чем ему:

— Они сами сделали меня такой. Они пытались сделать меня незначительной. Слишком дикой. Слишком импульсивной. И теперь, когда я присоединяюсь к ним? Становлюсь монстром? Одной из них? — ее взгляд снова впился в него. — Я именно то, чем ты хотел меня видеть, — в ее голосе прозвучали безумные нотки. — То, кого они боятся так же сильно, как тебя.

— Вместе, красавица. Я хотел, чтобы они боялись того, кем мы станем вместе, — поправил он.

Все в нем пришло в состояние повышенной готовности, когда в воздухе вокруг нее заплясали искорки, похожие на золотую и серебряную золу. Или, возможно, это были тлеющие угли.

— И не ценой моего народа. Не ценой жизни Акселя.

— Ты сам сделал меня такой, Теон, — рявкнула она, вскакивая на ноги. Она вырвала кинжал из стола, искры энергии посыпались по золотому лезвию. — Ты и Лука. Твой отец. Мать Корделия. Все это гребаное королевство. Вы не имеете права выбирать злодеев. Вы не имеете права выбирать жертвы.

— А ты имеешь?

— Это то, чего требует от меня Судьбы, — резко ответила она.

— Судьбы не имеют права владеть тобой, Тесса.

— А ты имеешь? — передразнила она.

— Твои слова о том, что это судьба, ничем не отличаются от слов Лордов и Леди о том, что предназначение фейри — служить, — сказал он.

Его тьма просачивалась в свет все сильнее.

Смех Тессы прозвучал резко.

— Ты хочешь сказать, что внезапно поверил в то, что у фейри должен быть выбор, Теон Сент-Оркас?

Говорил ли он это на самом деле?

Дни были такими загруженными и беспокойными, что у него едва хватало времени поговорить с Корбином и Лэнгом о том, что им известно, а когда удавалось — они говорили туманно. Это само по себе бесило, но он пытался…

Выстроить доверие, что ли?

Он не знал.

Во всем этом он уже не был до конца уверен, во что верить. Но он знал, что ему нужно защитить свое королевство и невинных людей, которые даже не подозревают, что вот-вот станут жертвами в войне, о которой они даже не знают. Он верил в это так же сильно, как она верила в то, что ее цель — разрушить все до основания.

Нам всегда было суждено уничтожить друг друга.

Он отбросил эхо ее слов и, сменив тактику, сказал:

— Я говорю, что это кажется трусостью — не заботиться о ком-то, кто так сильно заботился о тебе. И чтобы мы друг друга правильно поняли, я сейчас говорю об Акселе.

Это уточнение заставило ярость на ее лице застыть.

— О, продолжай, — промурлыкала она. — Расскажи мне еще, какая я трусиха.

Он заставил себя сдержать эмоции еще немного, чувствуя, как его тьма осторожно освобождает запястья от ее света.

— Он сражался за тебя, Тесса! — рявкнул он. — Он дал тебе время сбежать от Павила и Матиаса. Он пытался спасти тебя в ночь церемонии Проявления. Он бежал вместе с тобой, и… Ему было, блядь, не все равно, а тебе — явно наплевать.

Он освободил руки как раз вовремя, чтобы остановить выброс силы, который она в него швырнула.

Тьма встретилась со светом.

Он почувствовал силу этого столкновения, когда оно разошлось волной, но сумел устоять на ногах. Тьма мгновенно окутала его подобно броне. Тесса могла быть сильнее него, но это не значило, что она может легко его одолеть. Он никогда по-настоящему не давал ей отпор. И из-за этого она, похоже, решила, что победа над ним не потребует усилий. Ее потрясение от того, что он освободился от пут, было тому доказательством.

Его тьма потекла по полу густым чернильным туманом по колено. Появились его теневые крылья, широко распахнувшись за спиной. Теон знал, что его глаза сейчас больше черные, чем зеленые. Черные сферы парили возле его рук, готовые выпустить оружие из карманного измерения, а магия пульсировала в ладони, ожидая приказа.

А Тесса смотрела на него, широко раскрыв глаза. Ее щиты упали, и он смог ее почувствовать. В ней не было ни капли страха. Нет, все, что он чувствовал, было…

Желанием? Этого не могло быть.

Но на него смотрел благоговейный трепет. Ее магия казалась такой же завороженной, как и она сама. Нити света потянулись к его тьме. Он позволил своей силе подняться навстречу ее силе, дразня и искушая. Магия Тессы хотела того же, чего и она сама, и Теон не был удивлен.

Сила всегда будет тянуться к силе, и, несмотря на ее присутствие в этом мире. Теон все еще оставался одним из самых могущественных из представителей Наследия в Девраме. Это был первый раз, когда он позволил ей увидеть всю полноту своих даров.

— Нравится то, что видишь, красавица? — спросил он, понимая свое превосходство. Ее сила по-прежнему искала его.

— Нет! — но это прозвучало прерывисто.

Глаза Тессы все еще блуждали, медленно скользя по его телу и задерживаясь. Через связь определенно шло желание и потребность. Ее магия была в вибрирующем неистовстве, которое он физически ощущал.

— Ты ведь лгала мне той ночью, правда?

— Что? — спросила она, завороженная магией вокруг.

Теон сразу понял, что если он не выведет ее из этого состояния в ближайшее время, у него будут проблемы посерьезнее. Ее магия поглотит ее, а по словам Луки, она так и не научилась ее контролировать.

Он сделал шаг к ней, произнося:

— Никто больше не касался тебя после меня. Не было никого между твоими бедрами… ничьих рук на твоем теле… ничьих губ на твоих…

— Ты ошибаешься, — сказала она, и он почувствовал рывок, когда магия попыталась вернуть Тессу себе.

— Неужели?

— Да, — отрезала она, наконец встретившись с ним взглядом. — Буквально вчера я целовалась с другим. Разве не для этого ты прислал его ко мне?

Он замер.

Лука поцеловал ее?

Ее улыбка стала шире, и он почувствовал, как ее сила взметнулась в ответ.

А затем он почувствовал рывок своей собственной силы.

Он цокнул языком, погружая тьму в ее магию.

— Думаешь, все будет так просто, умная буря?

Тесса нахмурилась, магия снова взметнулась, а на ее лбу пролегла морщинка от концентрации. Она была так сосредоточена на попытке забрать его магию, что не почувствовала, как его темная сила обвивается вокруг нее. Пока она не коснулась ее горла, словно пальцы.

— Ты можешь быть сильнее, Тесса. Твоя мощь может быть больше, но не обольщайся. Тебе не будет легко, — сказал он низким, угрожающим голосом. — Но я всегда дам тебе то, в чем ты нуждаешься.

С этими словами его сила сжалась на ее горле, давая ей именно это: выход для ее ярости, отчаяния и нужды. Кого-то, кто бросит ей вызов, потому что он осознал, что это было нужно и ему самому. Он жаждал ее неповиновения, подталкивая ее к этому бунту, а затем наказывал за это. Это было мрачно и извращенно, но это питало его потребность в контроле. Теперь он это видел. То, как он заставил ее стать той, кем она должна была быть для него.

Она не ошибалась.

Они сами превратили ее в это, и если он опоздал и ее уже не вернуть — он позаботится о том, чтобы дать ей то, что ей нужно сейчас. Чего бы это ни стоило.

С воплем ярости ее свет вцепился в его силу зубами, и он стиснул челюсти. Из него вырвалось рычание. Он не стал бы намеренно причинять ей боль, но его сила все равно будет защищать его.

И, боги… Тесса была сильна.

Если бы только она научилась правильно использовать эту мощь. Она не могла ее контролировать. Она просто позволяла своей силе делать то, что та хочет, выпуская ее на волю и надеясь, что она сделает то, что нужно. Конечно, Тесса удерживала контроль на короткие промежутки времени, но она никогда не сможет удерживать его достаточно долго, чтобы выиграть бой. Она уничтожит всех: и союзников, и врагов. Никто не уцелеет, если этот Хаос воцарится.

Сила, обвивавшая ее руки, теперь потекла по груди и торсу; ее волосы хаотичным облаком парили вокруг головы. С молниями на кончиках пальцев она вцепилась в тьму у своей шеи, каким-то образом ухватив ее и отрывая от горла.

Она с силой толкнула воздух, и удар пришелся ему прямо в грудь, словно она ударила его физически. Дело было в том, что она швырнула в него его собственную силу, и это отбросило его назад. Крылья удержали его в вертикальном положении, но всплеск силы разошелся широко, с грохотом отбросив столик к стене. Тот разлетелся в щепки, осколки дерева разлетелись во все стороны. Теон едва успел выставить щит, как на него обрушился новый поток магии. Но это уже была ее сила, и заряд энергии, врезавшийся в его тьму, не рассеялся. Он запрыгал вокруг него, словно запертый внутри, желая остаться там, и Теон почувствовал вибрацию во всем своем существе. Острые уколы силы жалили, но эта боль только злила его силу.

Плеть молнии метнулась к нему, и он, покрыв руку чернильной силой, перехватил ее так же, как она перехватила его силу. Он дернул, и Тесса качнулась вперед, врезавшись торсом в стол, за которым все еще стояла. Теон услышал ее тихий стон через всю комнату, и когда она подняла на него глаза. Он мгновенно понял, что ее ярость только растет. Он потянул сильнее, и Тесса взобралась на стол, чтобы он не впивался ей в живот. Но при этом она выбросила руку, заставляя его уклоняться от очередного всплеска света, перемешанного с этими гребанными золотыми и серебряными искрами.

Крепко удерживая свет, он создал вокруг себя более плотный щит, надеясь, что ее магия просто срикошетит от него, а не заставит его полностью уйти в оборону. Прошло много времени с тех пор, как ему приходилось призывать полную мощь своих даров, потому что обычно…

Между ними вспыхнуло черное пламя.

Он услышал вскрик удивления Тессы, но Теон воспользовался моментом, чтобы перевести дыхание и поудобнее перехватить ее магию. Лука был именно той причиной, по которой Теону редко требовалась вся мощь его способностей. Связь Хранителя всегда заставляла его вмешиваться.

Пламя отступило. Лука стоял между ним и Тессой, которая все еще оставалась на столе.

— Что вы, блядь, творите? — потребовал ответа Лука. Его взгляд скользнул по Тессе, прежде чем он повернулся к Теону.

— Просто беседуем, — ответил Теон, тяжело дыша. — А ты-то какого хера здесь делаешь?

— Я решил, что когда вы двое в одном месте…

Договорить ему не дала тьма Теона, отпихнувшая его в сторону, чтобы избежать очередной атаки Тессы…

И на этот раз она не остановилась. Видимо, появление Луки дало и ей мгновение, чтобы прийти в себя, потому что за светом последовал порыв ветра, а затем последовала полоса молнии, которая змейкой прошла по полу и ударила в стены. Она продолжала наступать, и пока он был занят тем, что убирал Луку с пути, сам получил удар под ребра.

— Блядь! — прорычал он. Его сила уже стягивалась, пытаясь вытравить ту энергию, что впивалась в кости.

Она ударила снова, и он вскинул руку; щит отбросил ее магию в сторону. Окно треснуло и разлетелось, осколки стекла почему-то брызнули внутрь, а не наружу.

— Тесса! — рявкнул Лука. Черное пламя охватило его руки, когда он сделал шаг к ней.

— Нет! — окрысился Теон, его сила снова оттолкнула Хранителя. — Это наш бой, Лука. Не вмешивайся!

— Не вмешивайся? — насмешливо переспросила Тесса. — Разве не ты послал его именно мешаться? Рада видеть, что эти двойные стандарты распространяются не только на меня.

— Если бы ты потрудилась выслушать любого из нас, ты бы знала, что это не так, — парировал Лука.

— Я не могу вам верить! — вскричала она. — Я никому не могу верить!

— Во имя Эйналы, что здесь происходит?

Все обернулись на женский голос. В дверях стояли Элиза и Разик, и… блядь. Лицо Луки окаменело в редком проявлении эмоций.

— Э-э, Раз…? — запнулась Элиза.

— Я вижу, mai dragocen, — ответил Разик. Его сапфировый взор был прикован к Луке.

Тишина затянулась, пока Тесса не начала смеяться, ликующим, безумным смехом.

— Что в этом смешного? — процедил Теон.

— Все! — задумчиво ответила она. — Рано или поздно, Теон, тебе придется посвятить других в свои планы, потому что все, что ты делаешь — это даешь другим новые поводы тебе не доверять.

— А как насчет тебя? — парировал он, заметив, что Лука вернул самообладание, но отказывается смотреть на него.

— Я с самого начала говорила, что я отличная лгунья, — сказала она, и это безумие отразилось в ее чертах, когда она оглядела комнату. — Но ты создаешь не меньше Хаоса, чем я, не так ли?

Она спрыгнула со стола, словно паря, прежде чем направиться к нему.

Лука не пытался вмешаться. Он даже не напрягся, когда опасность начала подкрадываться к его Подопечному.

Тесса остановилась в нескольких футах от Теона, слегка запрокинув голову, чтобы посмотреть ему в лицо.

— У твоего отца есть место в Районе Развлечений в Подземелье. Поговори с Альфой и Бетой и прихвати побольше монет.

Ничто из того, что она сказала, не имело смысла. У его отца не было никаких владений в районе Развлечений, а Альфа и Бета, заправлявшие там, были непостоянны. И им нельзя было доверять. Они предадут союзника ради более выгодного предложения в мгновение ока.

Позади нее вспыхнул портал. Тесса развернулась, чтобы уйти, но замерла перед самым шагом. Глядя через плечо, она добавила:

— Чтобы ты понимал — это одолжение для него, а не для тебя. Потому что мне он, вообще-то, тоже был не безразличен.

И она исчезла.

— Лука, подожди. Дай мне объяснить, — начал Теон, видя, как его друг гасит пламя, которое все еще горело в его руках. Почти так, словно он забыл о его существовании.

— Мне нужно проследить, чтобы она ничего не разнесла, — ответил тот, прежде чем раствориться в воздухе.

Теон сжал переносицу большим и указательным пальцами, зажмурившись. Он глубоко вдохнул, задержал дыхание на несколько секунд и резко выдохнул.

— Я так понимаю, это была Тесса, — осторожно начала Элиза. — Но тот мужчина был…

— Мой Хранитель, — сказал Теон, открывая глаза и встречаясь с потрясенным взглядом Разика. — И если верить твоей королеве: он еще и твой брат.