Дальше местность пошла вверх. Везде были признаки шедших в сторону озера потоков воды.

Колёса повозки периодически вязли в грязи, и раз конюшему пришлось толкать. Я хотела выйти на улицу, чтобы облегчить дело, понимая, что с Вероникой вывожусь как свинка, да что там, по колено будем в грязи. Прохор запретил, по-доброму, по-отечески, видно, тоже это понимал.

Повозка ходила юзом, Ладушка недовольно ржала, но Прохор прекрасно всё выруливал, поэтому мы в итоге благополучно проехали самый опасный участок.

Оставив по левую сторону Лукьяновку, свернули в сторону неизвестных мне территорий — княжеской вотчины.

Я до сих пор путаюсь в местных реалиях и не сразу сопоставила, что наш князь и есть тот самый губернатор. Почему у него здесь имение? Да всё дело в озёрах и охотничьих угодьях, которые очень любит наш сюзерен. По этой причине очень много времени проводит в нашей местности. Сдаётся мне, и прокурор любит ружьишком побаловаться и кнутом. Вспомнился день нашего знакомства, очень мастерски он с седла оприходовал того урода.

Когда мы выехали на княжеский тракт, как его называли местные, сразу повеяло цивилизацией, даже в Петровске не везде такие хорошие дороги. Этот участок шёл по самому краю земель губернатора, так что сам дом, а вернее, практически дворец, мы увидели только издали.

Огромное здание из светлого камня с красноватой крышей, смотрелось очень ярко на фоне пасмурного неба.

Здесь тоже видны были последствия урагана. Мы как раз проезжали сад, невызревшие плоды покрывали землю ковром. Князю-то не грозит голод, да и его деревням тоже. Надеюсь, и я вытяну своё хозяйство.

Так, хватит унывать.

Отвернувшись от окна, я попыталась обдумывать ближайшие события, но упиралась в этот долбаный бал. Что ни взять упирается в этот день, все события начнутся после и, казалось, что было и будет, уже совсем не имеет значения.

Первое, что меня ждёт — это поездка в Верификационный институт. Это неточно, но сомневаюсь, что граф упустит такую возможность, ещё раз меня исследовать.

В этот раз я сама с нетерпением жду результатов. Но что будет, когда прокурор увидит мою развитую грань Разума? Пойдёт всем рассказывать и искать мне жениха? Не исключено. Значит, что? А то, что мне не нельзя светить результатом. Есть ли возможность обмануть артефакт? Не зря же профессор просил меня настроиться на дар, значит, от этого зависит результат. Придётся мухлевать. Жаль, хотелось правдивой картины. А что мне мешает чуть позже самой съездить в институт? Да ничего! Настроение поползло вверх.

За думами, я не заметила, как мы въехали в Петровск. На стоянке у вокзала я увидела знакомый экипаж, а рядом с ним графа. Когда мы с Вероникой стали выходить из повозки, он поспешил к нам.

— Добрый вечер, Екатерина Фёдоровна. Как вы? — удивило беспокойство на лице. — Я послал за вами экипаж, но дорогу размыло. Вокруг уже смысла не было ехать. Вот решил подождать до отправки поезда… Хотел перенести поездку на утро. Простите, дела закрутили, и я забыл вам сообщить…

— Видите, как всё хорошо сложилось, ваше сиятельство, — я тихо, но грустно рассмеялась. — Прохор, мой конюший, с утра разведал дорогу, поэтому мы раньше выехали.

— Всё равно нет мне прощения. И я рад, что вы в хорошем расположении духа.

— У меня не может быть весёлого настроения. Там горе у людей, а я на бал еду веселиться. Неправильно это, — не смогла скрыть своих чувств, взгляд так и потянулся в сторону предполагаемого поместья.

— Вы ничем им сейчас не поможете. У каждого своё место и свои обязанности… — голос Льва Яковлевича был жёстким.

— Плясать и пить шампанское вы считаете обязанностью? — я презрительно сощурила глаза. — Честно сказать, я бы с удовольствием променяла этот проклятущий бал на обычный рабочий день.

Прекрасно понимала, что своими низменными речами могу испортить отношение с графом, но не могла остановиться.

— Но, если общество требует от меня такой жертвы, что ж, так и быть. Пообещайте мне, ваше сиятельство, что в ближайшее время не потянете меня ещё на одно сборище бездельников.

Неожиданно Лев Яковлевич громко рассмеялся, а в глазах было столько удовлетворения происходящим, что он был похож на кота, объевшегося сметаной.

Выходит, я своим отношением к ситуации, наоборот, укрепила наши отношения. Даже стало интересно, что он задумал?

Граф пригласил нас выпить чай перед отъездом, с удовольствием согласилось. Хоть и потеплело, но от переживаний немного морозило, да и за дорогу немного проголодалась. Так что небольшой перекус будет, кстати.

— Как успехи по развитию дара? — спросил Лев Яковлевич, когда мы ждали заказ. В глазах был неподдельный интерес.

— Пока особо не продвинулась в личном развитии, времени нет. Вот линейку духов запустила, — я улыбнулась.

— Да, наслышан. Моя супруга тоже приобрела пару флаконов. Ваши люди очень мастерски предложили образцы, и Анастасия Сергеевна не смогла с собой совладать. Вы на удивление предприимчивая барышня.

Пришлось прерваться. Подошёл официант и выставил на стол чай и выпечку. Отхлебнув согревающий напиток, а ответила на невысказанный вопрос.

— Мне не оставили выбора. Мне пришлось научиться зарабатывать деньги. И единственное, чем я владею — это мой дар. Я ни в коем разе не упрекаю отца, у нас довольно сложное финансовое состояние в семье… — ну да, столько транжир, — и с его стороны было любезно выделить хоть какие-то средства на существование. Но вы же понимаете, что женщинам нужно больше, чем еда и новое платье к Пасхе.

— Особенно такой женщине, как вы, дорогая баронесса, — взгляд графа мне не понравился, уж очень много в них было интереса. Надеюсь, он не собрался ко мне сам подкатить?

Но пока он не предпринял никаких действий, нужно пользовать нейтральным положением. Хотя сама вероятность таких событий пугала. От этого хищника я точно не уйду. Вспомнился день нашего знакомства, интерес в глазах точно был.

Так, успокоилась! Непохож он на страдающего от вожделения мужика. Да и возраст уже не тот, чтоб ухлёстывать за молодухами, тем более совсем непростой вариант для удовлетворения сексуального желания. За столько времени он бы уже предпринял хоть какие-то действия, — охлаждала свои панические мысли.

— Всё хорошо, Екатерина Фёдоровна? — опять беспокойство. Сегодня он напоминает заботливого папашу.

— Да, просто дело одно не даёт покоя. Вот думаю, как попросить у вас профессионального совета, — я скромно улыбнулась.

— Заинтриговали. Рассказывайте.

Вместо слов я достала заготовленные записи. Несколько листов, где я расписывала своё видение дела с птичником, риски с обеих сторон и, конечно же, сам договор.

Прокурор углубился в чтение. А Вероника ничего с собой не могла сделать и пыталась заглянуть в записи, ну да она же их не видела — непорядок!

Граф прочитал всё дважды, напомнив манерой изучения текста того профессора-попутчика из Саратовского Университета. Он заучивал текст, видно было интересно.

— Это вы писали? — взгляд на меня, потом на Веронику. Он знал, что почерк мой, но всё равно сомневался. — Очень сложная схема, — он постучал по бумаге. — Я всего пару ошибок заметил, вернее риски не в полной мере прописаны. А так очень грамотно составлено, всё учтено, даже более чем достаточно. Вы учли перспективу на очень долгое развитие, словно читаете будущее данной отрасли.

Я сглотнула образовавшийся комок в горле, казалось, он мне сейчас ткнёт пальцем в лицо со словами: «Вы из будущего⁈»

— У вас дар, дорогая Екатерина Фёдоровна! Вы не просто предприимчивая, вы настоящая хозяйка с завидной деловой хваткой. Ваши бы способности, да на большой капитал! — опять это выражение объевшегося сметаной кота. — Никогда не думал, что захочу предложить такое женщине, — я напряглась, — вы бы не хотели получить экономическое образование, дорогая баронесса? Вам прямая дорога в Члены Совета Министра финансов. Я бы для вас специально сделал череду послаблений, чтобы вы прошли к этой должности как по ковровой дорожке, — Льву Яковлевичу так понравились его мысли, что он довольно рассмеялся.

— Не хочется говорит крамолу, но при предвзятом отношении общества к таким, как я, это невозможно.

— Начнём с того, что таких, как вы больше нет. И это не только к дару относится. Сколько вы у нас в Петровске, чуть больше четырёх месяцев? О вас в какой-то мере знают все, не в лицо и это отлично. Ваши дела вас славят. Куда ни ткни — Устиновка, Чудо возрождения родника, благословенный дар, баронесса Милославская, Дивный сад Екатерины. Странно, что никто не догадывается, что и духи — ваших рук дело. Но Эдуард Васильевич молодец, не побоялся поддержать ваш прекрасный порыв. Кстати, я бы с удовольствием инвестировал в вашу будущую парфюмерную фабрику.

— Об этом ещё рано говорить. Я с ураганом и так много масла потеряла, так что пока не могу обеспечить поступление ресурса. К следующему году, надеюсь, построить ещё одну теплицу.

— Я об этом и говорю. Хочу инвестировать сейчас, за долю в будущем деле. Договор оформим…

— Да, я там не прописала, — я перешла на шёпот, — мне нужен этот договор лично на меня и моих потомков, в обход отца.

Лев Яковлевич сощурился и очень пристально на меня посмотрел.

— Это практически невозможно, вы ещё не достигли совершеннолетия. Если вы ставите вопрос так, то придётся рассмотреть возможность замужества.

От этих слов я у меня нервно дёрнулось лицо, не смогла сдержать эмоции.

— Для начала, я не хочу выходить замуж за кого попало, мне нужен мужчина, который не будет препятствовать моей деятельности. А ещё хочу выйти по любви. Вы же согласитесь, что я такая замечательная имею на это право? — я быстро совладала с эмоциями и самодовольно посмотрела на графа.

— Более чем имеете, но и здесь не всё так просто… Ладно, оставим эту неприятную для вас тему.

— Вы сказали, что практически, значит, можно поискать лазейку? Вы же понимаете, что устиновская курица не может ждать, клиенты не хотят ждать. Может, вы меня осуждаете, но я не хочу делиться с семьёй, которая меня выкинула из своей жизни.

Я глянула на Веронику, у неё аж зубы скрипнули, так она поддерживала мои чувства.

— Проконсультируюсь по вашему вопросу с коллегами. Но вернёмся к самому делу. У борона Сухарева, в хозяйстве, я имею долю. А здесь вы пишите, — он перевернул лист, — в заметке про развитие ресторана быстрого питания очень интересные рассуждения и перспектива развития впечатляет. Очень достоверные детали… убедительно. С хозяином ресторана уже беседовали?

— Нет, это пока просто идея. Без договора с бароном не имеет смысла, основа как раз мои куры.

— А вы не хотите сами открыть ресторан, в будущем?

— Вы сами сказали: у каждого своё место и свои обязанности… Есть профессионалы — исполнители, зачем мне забивать голову тонкостями дела? Моё дело — глобальные идеи.

Лев Яковлевич неожиданно пару раз тихо хлопнул ладонями.

— Завидую тому роду, который отхватит такое сокровище.

— Вы опять о своём? — я сделала грозное лицо.

— Всё, всё… — граф примирительно поднял руки, а сам не мог сдержать улыбку. — Пойдёмте, сейчас объявят посадку.

Поездка была ничем не примечательная. Лев Яковлевич погрузился в думы, периодически просматривая мои записи и не только по барону-птичнику. Я рассказала, что у меня сестра получила целителя и для неё я тоже начала разрабатывать учебную программу. Пока просто намётки в виде коротких тренировок.

Очень подмывало рассказать о своих родичах, как они дистанцировались от умирающей дочери, чтобы стимулировать графа на поиски решения по моему делу. Но, судя по лицу он и так более чем мотивирован, ведь дело сулит огромный доход, а он, зная мои планы, имеет возможность быть на шаг впереди всех остальных инвесторов.

А ещё я боялась привлечь излишнее внимание к тому, что было с Ириной. Знающий человек, а тем более маг Разума его уровня, быстро вычислит нестыковки, и он узнает об уровне моего развития. И тогда точно начнёт искать мне мужа, похлеще моего папаши. Так что не буду распространяться, и так в курсе уже, более чем достаточно.

— Екатерина Фёдоровна, — граф привлёк моё внимание. — Я всё же настаиваю, чтобы вы на балу внимательнее присмотрелись к кандидатам на вашу руку. Понимаю, что принудить вас не смогу, не имею права. Но помолвка упростит вам жизнь.

— Лев Яковлевич, вот скажите честно, вы же сами не верите в это, — прошептала, чуть склонившись к нему. — Но обещаю, что если появится мужчина, который будет не просто состоятельным, а сможет соответствовать мне по духу, то я рассмотрю его кандидатуру. Хотя есть немаловажное условие, для начала он сам должен мной заинтересоваться, без стороннего вмешательства.

— Как раз уточнение и лишнее. Сложно будет найти молодого человека, которому вы придётесь не по вкусу, — граф нехорошо так улыбнулся. И у меня сложилось впечатление, что своими речами я дала ему карт-бланш. И дар Управителя в этом случае меня может не спасти.