Германский вопрос оставался центральным для прусской политики. Но сначала нужно было уладить внутренние проблемы. После роспуска нижней палаты парламента встал вопрос о том, что делать дальше. Представители реакции настаивали на полной отмене конституции. Однако король решил провести новые выборы в нижнюю палату и совместно с парламентом пересмотреть основной закон государства. Система выборов была изменена: избирателей поделили на три класса в зависимости от выплачиваемой ими суммы налогов. В ответ демократы бойкотировали выборы, и поэтому в открывшей свои заседания 7 августа нижней палате большинство оказалось в руках консерваторов.
Конституция была пересмотрена, и ее новую версию опубликовали 31 января 1850 года. Теперь она представляла собой компромисс между умеренными консерваторами и умеренными либералами. Монарх сохранял господствующее положение в политической жизни страны; армия осталась целиком и полностью в его руках, как и бюрократический аппарат. Правительство продолжало действовать в умеренно-либеральном ключе; это не полностью соответствовало пожеланиям монарха, однако Фридрих Вильгельм IV предпочел поддерживать данную линию, рассчитывая, что она принесет ему дивиденды в германском вопросе. 2 марта 1850 года был опубликован закон, окончательно решавший аграрный вопрос и предусматривавший освобождение крестьянских наделов от остатков феодальной зависимости. Дворяне бурно протестовали против него и смогли убедить короля в своей правоте, однако министр внутренних дел Мантейфель ценой огромных усилий смог добиться принятия закона. 11 марта 1850 года двумя законодательными актами была введена единая для всего королевства система местного управления, в рамках которой исчезала разница между городскими и сельскими общинами. Полномочия помещиков в судебной и полицейской сферах стали достоянием прошлого. Провинциальные ландтаги перестали быть дворянскими собраниями, большую роль здесь стали играть представители городов и сельских общин.
Одновременно Берлин проводил активную политику в германском вопросе. 15 мая 1849 года была опубликована королевская прокламация, призвавшая правительства немецких государств продолжить начатое во Франкфурте дело и созвать новый общегерманский парламент. Руководство этим направлением взял на себя Радовиц — не имея никакой формальной должности, он пользовался полным доверием короля и исключительным влиянием при дворе. Радовиц выдвигал идею формирования немецкой федерации, которая будет находиться в тесном союзе с Австрией. Были немедленно начаты переговоры с Веной, однако они провалились из-за жесткой позиции главы австрийского правительства князя Шварценберга, не желавшего и слышать о прусском доминировании в Германии ни в какой форме. Когда 17 мая в Берлине открылась конференция представителей немецких княжеств, она с самого начала проходила под знаком австрийской враждебности.
На конференции прусская сторона предложила создать федерацию, во главе которой встала бы коллегия монархов под председательством прусского короля. Права центрального правительства были сильно ограничены, выборы в нижнюю палату двухпалатного парламента должны были проходить по прусскому образцу. Поскольку Бавария воздержалась от участия в этом проекте, 26 мая появился на свет Союз трех королей с участием Пруссии, Саксонии и Ганновера. Фундамент его, однако, был очень непрочным, поскольку короли Саксонии и Ганновера поставили свое окончательное согласие в зависимость от согласия баварского короля.
Тем не менее, первый шаг на пути к объединению страны был сделан, и многие представители национального движения приветствовали его. В июне 1849 года в Готе собрались 148 бывших депутатов франкфуртского Национального собрания, которые опубликовали призыв к немецкому народу поддержать прусскую политику. К Союзу трех королей начали присоединяться малые государства. Однако Бавария 8 сентября окончательно отказалась от вступления в состав федерации. Напряжение в австро-прусских отношениях росло, и позиция средних немецких государств становилась все более неопределенной.
Тем не менее, новый союзный парламент открыл свои заседания в Эрфурте 20 марта 1850 года. К этому времени, однако, из Союза трех королей вышел Ганновер. 27 февраля 1850 года в Мюнхене провозгласили создание Союза четырех королей (Бавария, Вюртемберг, Ганновер и Саксония), который должен был стать базой для воссоздания Германского союза. Австрийцы были согласны на это предложение, однако требовали принятия в состав Германского союза всей территории монархии Габсбургов, настаивая также на своем вступлении в Таможенный союз. Для Пруссии это, разумеется, было неприемлемо.
Фридрих Вильгельм IV колебался все сильнее. Надвигавшийся конфликт с Австрией страшил его, и он только скрепя сердце поддерживал дальнейшее движение на пути к созданию национального государства. Его консервативные советники выступали категорически против проекта либеральной конституции, обсуждавшегося в Эрфурте. По предложению прусского правительства депутаты Эрфуртского парламента пересмотрели проект конституции, однако это не устранило колебаний Фридриха Вильгельма IV.
Тем временем австрийцы перешли в наступление, пригласив все германские государства направить своих представителей во Франкфурт-на-Майне для восстановления старого Союзного сейма. Фридрих Вильгельм IV был возмущен, однако все равно не мог решиться противопоставить австрийской политике решительные действия. В результате князья, участвовавшие в прусском проекте, один за другим переходили на сторону Австрии. Принятая в Эрфурте конституция так и не вступила в силу. 16 мая Союзный сейм во Франкфурте возобновил свою работу; не участвовали в нем только представители Пруссии и тех немецких княжеств, которые по-прежнему поддерживали Берлин.
Германские государства раскололись на две группы. Обстановка продолжала обостряться. В июле Шварценберг предложил компромисс: Пруссия может образовать федерацию со своими союзниками, если одновременно даст согласие на воссоздание Германского союза. Это означало бы существенное усиление Берлина, однако лишь ценой отказа от планов по созданию национального государства. Пруссия надолго утратила бы симпатии немецкого национального движения. Радовиц выступил против этого плана, и Фридрих Вильгельм IV согласился со своим советником. Противостояние продолжалось, и еще более опасным его делал продолжавшийся конфликт в Шлезвиге.
В северных герцогствах переговоры, последовавшие за перемирием в Мальмё, не увенчались успехом, и в апреле 1849 года датчане возобновили боевые действия. Прусские войска смогли добиться новых успехов, однако правительство сдерживало их продвижение. Фридрих Вильгельм IV хотел скорейшего окончания конфликта, чтобы полностью высвободить ресурсы для решения германского вопроса. 10 июля 1849 года было заключено новое перемирие. В январе 1850 года принц Вильгельм отправился в Россию, чтобы встретиться с Николаем I и прозондировать его позицию. В Берлине вынуждены были оглядываться на восточного соседа, от которого зависело многое. Бороться в одиночку против двух империй Пруссия не могла. Президент Франции, Луи Наполеон Бонапарт, предлагал свою помощь, однако для Фридриха Вильгельма IV такой союз оставался абсолютно неприемлемым. В итоге 2 июля 1850 года в Берлине был заключен мир, по условиям которого Шлезвиг оставался под властью датчан.
После этого вопрос северных герцогств оказался на рассмотрении европейских держав. В Лондоне 2 августа был подписан протокол, в соответствии с которым личная уния сохранялась. Пруссия первоначально не присоединилась к нему, опасаясь, что это окажет негативное воздействие на ее авторитет в Германии. Однако вскоре и австро-прусский конфликт оказался разрешен. Роль арбитра взял на себя Николай I, настаивавший на сохранении мира в Германии. Российский император настаивал на восстановлении Германского союза, не становясь, впрочем, полностью на позиции Австрии. Однако Шварценберг сумел завоевать расположение Николая I, полностью поддержав Россию в шлезвиг-гольштейнском вопросе.
Осенью 1850 года внутренний конфликт вспыхнул в Кургессене. Здесь монарх ввел без согласия парламента новые налоги, что привело к восстанию. Курфюрст бежал во Франкфурт и попросил помощи у Союзного сейма, который постановил организовать интервенцию силами австрийских и баварских войск. Тем временем пруссаки вмешались в происходящее на стороне парламента. В Берлине не могли допустить появления австрийских войск на территории Кургессена, расположенного между двумя половинами прусской монархии. Кроме того, княжество формально оставалось в составе созданной пруссаками конфедерации, и прусский король считал именно себя единственным законным арбитром в начавшемся конфликте. В Пруссии началась частичная мобилизация. В ответ 11 октября Австрия, Бавария и Вюртемберг заключили военный союз и также начали готовиться к войне. Однако до столкновения дело не дошло; обе стороны обратились к Николаю I, который вновь должен был сыграть роль арбитра. Российский император поддержал Австрию практически по всем пунктам. С его точки зрения, Пруссия обязана была согласиться на воссоздание Германского союза.
Граф Бранденбург, который вел переговоры с прусской стороны, оказался вынужден согласиться на эти условия. После его возвращения в Берлин в кабинете министров начался острый конфликт. Радовиц требовал полной мобилизации армии и оккупации Кургессена. В начале ноября состоялся коронный совет; Фридрих Вильгельм IV выступил за то, чтобы провести мобилизацию, однако продолжать переговоры с Веной. Большинство министров поддержали графа Бранденбурга, считая, что мобилизация приведет к войне с Австрией и Россией, которая завершится неминуемым поражением. Радовица поддерживал принц Вильгельм.
После некоторых колебаний Фридрих Вильгельм IV решил вопреки собственным убеждениям согласиться с большинством. Как и всегда в подобных случаях, он возложил всю полноту ответственности за принятое решение на своих министров. Радовиц ушел в отставку. Несколько дней спустя скончался граф Бранденбург — нервное напряжение последних месяцев сыграло в этом не последнюю роль. Главой правительства стал Мантейфель.
В Вену было отправлено послание, составленное в примирительном ключе. Однако практически сразу же в Берлин пришел австрийский ультиматум, требовавший безусловного вывода прусских войск из Кургессена. Одновременно из Петербурга поступила информация о том, что российский император будет рассматривать отклонение ультиматума как объявление войны. 6 ноября в Пруссии началась мобилизация. В Кургессене уже произошли первые боевые столкновения между прусскими и австрийскими солдатами.
Тем не менее, в Берлине не хотели войны. Мантейфель отправился в Ольмюц для переговоров со Шварценбергом. 28 ноября здесь было подписано знаменитое соглашение. Пруссия уступила по всем пунктам: мобилизация была отменена, войска из Гольштейна выведены, Берлин давал согласие на восстановление Германского союза. В прусском парламенте Мантейфель произнес знаменитую фразу о том, что Пруссия вынуждена сделать шаг назад, однако будет пытаться прийти к цели другим путем. Но все было напрасно: авторитет Берлина в Германии был разрушен, разочарование патриотов оказалось огромным.
Создание национального государства отодвинулось в неопределенное будущее. В восстановленном Германском союзе вновь правила бал реакция. В 1852 году был ликвидирован немецкий флот — последнее достижение франкфуртского Национального собрания. Корабли распродали с аукциона.
Серьезный кризис произошел и в Таможенном союзе. Австрия попыталась добиться своего безусловного принятия в эту организацию. Пруссия выступала категорически против, однако Вену поддержали южногерманские княжества, Саксония и Кургессен. Возникла опасность, что договоры, срок действия которых истекал в 1854 году, попросту не будут продлены. В поисках выхода в Берлине начали переговоры с Ганновером, который до этого оставался вне Таможенного союза, предложив большие льготы. В 1851 году был заключен договор, в соответствии с которым северо-западные княжества присоединялись к Таможенному союзу. С Австрией в 1853 году подписали торговое соглашение, по условиям которого через шесть лет должны были возобновиться переговоры о присоединении монархии Габсбургов к Таможенному союзу. В том же году продлили и сам Таможенный союз, который в результате кризиса даже вырос в размерах.
Пруссия доминировала в Таможенном союзе, однако в Германском союзе руководящую роль играла по-прежнему Австрия. Противоречия между двумя державами продолжали существовать.
В самом прусском государстве в конце 1850 года обозначился явный поворот к реакции. Ольмюцское соглашение лишило правительство поддержки либералов в парламенте. В результате у руля оказались радикальные консерваторы. Фридрих Вильгельм IV уже не собирался считаться с национальным движением, требуя покончить с революцией. Министром внутренних дел стал фон Вестфален — человек «камарильи». Он отменил большую часть либеральных законов о местном управлении; права дворян в сельской местности были восстановлены практически в полном объеме. В 1853 году было издано новое постановление о городском самоуправлении, значительно сокращавшее объем полномочий последнего.
«Камарилья» во главе с Герлахом и консервативная партия, представлявшая интересы помещиков, пользовались господствующим влиянием при дворе. Мантейфель по мере сил противостоял «камарилье» и тем самым навлек на себя неудовольствие короля, который, однако, не мог обойтись без энергичного и прекрасно зарекомендовавшего себя министра. Последнему удалось добиться от монарха важной уступки: 8 сентября 1852 года Фридрих Вильгельм IV издал указ, ограничивший самостоятельность отдельных министров. В частности, их коммуникация с королем могла осуществляться теперь только при посредничестве главы правительства.
Мантейфель не стал модифицировать существующую конституцию в консервативном ключе, как того желал король. Глава правительства считал подобного рода планы бессмысленными и даже опасными. Поэтому в Пруссии, в отличие от Австрии, конституция сохранила свое действие в полном объеме. Лишь принцип формирования верхней палаты парламента был изменен: в 1853 году по воле короля был принят закон, в соответствии с которым членов «палаты господ» назначал монарх на пожизненный срок. В результате верхняя палата прусского парламента стала представительством аграрных интересов.
Государство стремилось пресечь любые проявления недовольства. За подозрительными в политическом отношении фигурами был установлен полицейский надзор. Чиновничий аппарат очищался от всех носителей либеральных взглядов. Кабинет министров был вынужден вести постоянную борьбу за власть против «камарильи». В 1851 году был опубликован весьма жесткий закон против «злоупотребления свободой прессы». Правительство активно вмешивалось в процесс выборов в нижнюю палату парламента. Наиболее ярко реакция проявила себя в сфере религии и народного образования. Любое свободомыслие подавлялось, в школы внедрялся религиозный, консервативный дух.
В сфере искусств никакого упадка не наблюдалось. Большую роль в этом сыграл сам король, который прекрасно умел рисовать и покровительствовал художникам. Он также живо интересовался архитектурой и садово-парковым искусством. Правда, главный проект короля — строительство нового большого собора — так и остался нереализованным. Однако многие здания в Берлине несут на себе отпечаток этой эпохи. В 1843 году был основан Новый музей, ставший очередным звеном в плане Фридриха Вильгельма IV по организации в центре столицы Музейного острова как форума искусств.
Время правления Фридриха Вильгельма IV стало также эпохой промышленного подъема. Активно внедрялись новые технологии, в 1848 году была открыта телеграфная линия, связавшая Берлин со Франкфуртом-на-Майне.
Хотя Фридрих Вильгельм IV был по своему характеру человеком мирным, армия оставалась объектом его заботы и внимания. Он продолжал традицию прусских королей, в соответствии с которой существовала тесная связь между монархом и его войском. При Фридрихе Вильгельме IV была введена новая униформа, остававшаяся неизменной на протяжении нескольких десятилетий. Знаменитый прусский «шлем с пикой» был личным изобретением короля.
В области внешней политики непростые для Пруссии времена вновь настали после начала Крымской войны. Англия и Франция желали присоединения Берлина к антироссийской коалиции, и либеральная общественность в Пруссии целиком поддерживала этот проект. Той же точки зрения придерживался принц Вильгельм и его умеренно-консервативное окружение. «Камарилья», напротив, выступала за союз с Россией. Обе стороны исходили не столько из внешнеполитических интересов, сколько из идеологических предпочтений. Король при поддержке Мантейфеля сделал в этой ситуации выбор в пользу нейтралитета. В апреле 1854 года он заключил союз с Австрией, направленный на то, чтобы удержать Вену от вступления в войну. Однако в результате возникла опасность того, что Пруссия, наоборот, окажется вовлечена в конфликт в интересах Австрии. Договор 1854 года вызвал недоверие в Петербурге, и Фридрих Вильгельм IV был вынужден отправить в отставку сторонников прозападной ориентации — министров Бонина и Бунзена. Кроме того, отношения между королем и его младшим братом, принцем Вильгельмом, серьезно обострились.
В этой ситуации Фридрих Вильгельм IV руководствовался скорее чувством справедливости, нежели трезвым пониманием прусских интересов. Ему не хотелось выступать против своего старого союзника вместе с ненавистной ему наполеоновской Францией. В итоге, однако, политика нейтралитета привела к дальнейшему падению прусского авторитета в Европе. Только с большим трудом удалось добиться согласия других держав на участие представителя Пруссии в мирном конгрессе, открывшемся в 1856 году в Париже.
В 1856-57 году окончательно разрешился и конфликт со Швейцарией из-за Невшателя. С тяжелым сердцем прусский король вынужден был освободить своих тамошних подданных от присяги и отказаться от любых прав на этот кантон. Это поражение Фридрих Вильгельм IV принял очень близко к сердцу, и его состояние стало быстро ухудшаться. Первые симптомы серьезной болезни появились уже летом 1857 года. Врачи предостерегали короля от нагрузок, связанных с участием в осенних армейских маневрах. Но Фридрих Вильгельм IV считал присутствие на учениях своим долгом. 8 октября с ним случился апоплексический удар. За ним последовала долгая и тяжелая болезнь; участвовать в государственных делах он был уже не в состоянии. 2 января 1861 года монарх скончался во дворце Сан-Суси.
С октября 1857 года Пруссией правил брат короля — принц Вильгельм. Сначала он являлся местоблюстителем, однако в октябре 1858 года стал регентом и начал править по собственному усмотрению. В прусской политике началась новая эра. Вильгельм без долгих колебаний принес присягу на верность конституции, чего категорически не хотел его брат. В политическом завещании Фридриха Вильгельма IV содержались слова о том, что его преемник должен совершить переворот, заменив конституцию королевской хартией. Король до конца считал конституцию детищем революции, несовместимым с монархическим государством. Однако принц-регент не стал выполнять его волю.
В 1858 году принцу Вильгельму исполнился 61 год. Он был совершенно здоров и полон сил. В тот момент еще никто не знал, что именно ему предстоит стать первым германским императором. Однако значительная часть пути, приведшего Гогенцоллернов к власти над всей Германией, была уже пройдена. Впереди оставался последний, самый сложный этап.