ОЛИВИЯ

ГЛАВА 28

— Ты абсолютно уверена, что оставила кинжал у Косты? — спросил Роман, пока я мерила шагами спальню с ощущением, будто в животе свернулись клубком змеи.

— На все сто процентов, — ответила я и тут же остановилась. — Ладно, на семьдесят пять. Хорошо, мне кажется, что оставила. Это самое логичное объяснение. Но всё как в тумане. Я просто не знаю. Блядь!

— Amore mio, пожалуйста, успокойся. — Роман спустил ноги с кровати.

— Как я могу успокоиться? Потерять кинжал — это катастрофа. А если его нашёл кто-нибудь вроде Косты? Мне конец! — Я в панике замахала руками.

— Оливия! — резко произнёс Роман.

— Что? — Я круто развернулась к нему.

— Давай восстановим всё по порядку. Начнём с дома Малика, а дальше будем действовать по обстоятельствам, хорошо?

Он был прав. Я паниковала, а это ничем не помогало. Но, встретившись с ним взглядом, я заметила предательские морщинки беспокойства в уголках его глаз.

— О, Роман! А что, если он пропал навсегда?

Роман схватил меня за плечи и пристально посмотрел в глаза.

— Мы пока этого не знаем. Давай разбираться постепенно, хорошо?

— Хорошо, — кивнула я, черпая силы в его спокойствии. — Хорошо. Начнём с дома Малика, как ты и предложил.

Мы молча переоделись в чистую одежду и спустились вниз.

Поместье казалось тихим и пустым, если не считать едва слышного грохота, доносившегося из кухни.

Я последовала за Романом через столовую в просторную кухню в задней части дома, где Беатриче нарезала овощи.

Увидев нас, она остановилась.

— Добрый вечер, мистер и миссис Александр. Хорошо выспались?

— Sì, sì, grazie (прим. пер. итал. — Да, да, спасибо), — ответил Роман, а затем спросил её, где граф Монтего.

— Не знаю. Он ушёл некоторое время назад. Думаю, скоро вернётся к ужину, — ответила Беатриче и снова принялась нарезать овощи.

Роман кивнул.

— Мы с миссис Александр ненадолго отлучимся по делу. Пожалуйста, передайте ему.

— Sì, sì, — ответила Беатриче, сгребла нарезанные овощи в ладони и бросила их в стоявшую рядом кастрюлю.

Мы с Романом вышли через заднюю дверь кухни и направились к конюшням.

Мы выбрали двух молодых резвых лошадей и в рекордное время добрались до дома Малика.

Роман передал взмыленных лошадей конюхам, а я стрелой влетела в дом.

— Есть кто дома? — крикнула я, едва переступив порог.

— В столовой, — отозвался Малик.

Я промчалась через холл и гостиную и обнаружила Малика и Рози за обеденным столом с чашками чая в руках.

Я резко остановилась, застигнутая врасплох этой уютной семейной картиной.

Хотя какая из нас, нахрен, уютная семья? Мы сборище отщепенцев с ненормальными способностями.

Малик поставил чашку на блюдце с тихим звоном.

— Тебе угрожает опасность? Что случилось? — спокойно спросил он.

Рози прижалась к боку Малика, словно боялась, что я заберу её у него. Возможно, он уже рассказал ей, что мы с Романом узнали: в прошлой жизни мы были её родителями.

— Оливия просто расстроена, Рози, — тихо сказал ей Малик. — Я уже говорил тебе, что она не заберёт тебя у меня. Правда, Оливия?

Он пронзил меня пристальным взглядом.

— Да, конечно, — ответила я, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Малик — твой папа, Рози. Но мы с тобой можем быть друзьями, правда?

Она кивнула и, кажется, расслабилась.

Малик промокнул губы салфеткой.

— Так, пожалуйста, объясни мне, почему ты ворвалась в мой дом с таким видом, будто у тебя юбка загорелась? Уверяю тебя, никакого пожара нет.

— О, зато скоро может начаться, — ответила я. — Мой кинжал пропал.

Обе тёмные брови Малика взлетели вверх.

— Здесь я его не видел. Только твой пистолет.

Он положил салфетку рядом с тарелкой.

— Может, ты его просто не заметил, — сказала я, заламывая руки.

— Уверяю тебя, Оливия, я не имею привычки «не замечать» предметы столь значительной важности. — Он отодвинул стул от стола.

Следом за мной в столовую вошёл Роман. Они с Маликом обменялись кивками.

— Где ещё он может быть? — спросил Малик.

Я шумно выдохнула.

— У Косты, — сказала я, бессильно поникнув.

— Ох, — произнёс Малик. — Это может стать проблемой. Как он мог там остаться?

— На вечеринке Оливия наставила на меня нож. Я обманом заставил её поверить, будто я незнакомец, добивающийся её благосклонности, — с гримасой признался Роман и потёр шею сзади.

Малик запрокинул голову и расхохотался.

— Отлично, брат!

— Ничего отличного, Малик, — сказала я, чувствуя, как внутри разгораются языки нетерпеливой ярости. — Совершенно ничего.

— Я не отношусь легкомысленно к твоей потере, Оливия, — посерьёзнев, сказал Малик. — Меня лишь забавляет твоя готовность прибегнуть к насилию на секс-вечеринке.

Он наклонился, поцеловал Рози в макушку и сказал:

— Можешь принести деревянную головоломку, которую я тебе подарил? Когда Роман и Оливия уйдут, мы соберём её вместе.

Рози кивнула и торопливо слезла со стула.

Малик сложил пальцы домиком перед подбородком.

— Ты ведь понимаешь, что без кинжала застряла в этом времени, правда, Оливия?

— Просто скажи это, Малик. Без кинжала мне пиздец! — Я рубанула рукой по воздуху. — А если он уничтожен?

— Да, это стало бы проблемой. — Он закрыл глаза. Открыв их, сказал: — Но я не думаю, что его уничтожили.

Я метнулась вокруг стола.

— Ты его видишь? Знаешь, где он? Как ты можешь быть уверен? Скажи мне!

— Я его не вижу, Оливия. Я просто знаю, что он не уничтожен. Его вообще невозможно уничтожить. Что бы ты с ним ни делала, ему невозможно причинить вред, и он не может сгореть. Это магическое, мистическое оружие. — Малик длинными пальцами разгладил лежавшую рядом с тарелкой тканевую салфетку.

— Мы должны ехать к Косте. — Я посмотрела на Романа.

Он кивнул.

— Ты не можешь просто примчаться к Косте в таком состоянии, — сказал Малик. — Он и некоторые его люди всё ещё живы. Тебе нельзя допустить, чтобы они узнали, что ты Рождённая временем.

— Нет, конечно, — ответила я, лихорадочно соображая. — Я не идиотка.

Я нахмурилась, пытаясь придумать план.

— Когда поедете туда, соврите. Придумайте какую-нибудь правдоподобную историю, — сказал Малик.

— Есть предложения? — спросила я.

Наш разговор прервал резкий стук во входную дверь.

Горничная Малика появилась в дверях кухни и поспешила мимо нас узнать, кто пришёл.

В дверях возник сияющий граф Монтего.

— Граф Монтего, — произнёс Малик, поднимаясь и встречая его холодным взглядом.

— Малик, — коротко кивнул граф. — Давно не виделись.

Он пересёк комнату и пожал Малику руку.

— Слишком давно, — ответил Малик, сохраняя непроницаемое выражение лица.

Я наблюдала за ними, гадая, что же на самом деле связывало этих двоих. В их общении чувствовалось что-то странное.

— Я проезжал мимо, — обратился граф к Роману, — и решил узнать, останетесь ли вы здесь на ночь. Я мог бы распорядиться, чтобы вам привезли ваши вещи.

— В этом нет необходимости, — сказал Роман, отмахнувшись. — Оливия кое-что потеряла, а у Малика этого, похоже, нет. Мы подумали поискать у графа Косты.

— Вот как? И что же она потеряла? — Граф Монтего склонил голову набок.

Моя рука взлетела к шее.

— Ожерелье. Я получила его от королевы Елизаветы, — солгала я, надеясь, что мои познания об эпохе Тюдоров меня не подведут.

— О! — воскликнул граф. — Ожерелье от самой королевы! Я поеду с вами. Заодно хотел бы узнать, как Коста поживает после трагедии. Мы с ним давние друзья.

— Прекрасно! — сказал Малик. — А теперь я должен провести время с Рози.

Он ушёл.

— Я приехал в карете, — сказал граф. — Поезжайте со мной.

Мы вышли на улицу, где нас встретило небо, обещавшее великолепный закат, хотя искать кинжал в свете угасающего солнца было не лучшей перспективой.

Я сидела в карете, грызя ногти.

Роман и граф поддерживали непринуждённую беседу, но мой муж всё это время держал меня за руку, время от времени ободряюще её сжимая.

Добравшись до поместья Косты, мы выбрались из кареты. Потрясающий закат над головой резко контрастировал с царившими перед нами разрушением и смертью.

Половины виллы больше не существовало, вторая всё ещё стояла. Земля была усеяна мёртвыми телами. Мужчины грузили их в повозки, а женщины сновали между погибшими, закрывая им глаза и кладя монеты на веки.

Я содрогнулась. Воспоминания о горящем здании и криках людей внутри с пугающей отчётливостью захлестнули мой разум.

Возле обломков дома Косты стояла группа мужчин, оживлённо что-то обсуждавших.

Среди них был и Коста. Он повернулся к нам и мрачно нахмурился.

— Граф Монтего, — произнёс он. — Вы видели, что случилось с моей прекрасной виллой?

Он обвёл рукой обгоревшие балки и груды обломков.

— Да, да, какая трагедия, — ответил граф, подходя к нему.

— Бальтазар хочет разрушить мою жизнь, но я его убью, — прорычал Коста.

— Так вы думаете, что это его рук дело? Я ушёл раньше и не видел, что произошло, — сказал граф.

Коста ухмыльнулся.

— Мы все знаем, где вы были, Монтего: уютно устроились между двумя, а то и больше моими гостьями. Я слышал стоны, когда проходил мимо.

Граф никак не отреагировал и лишь произнёс:

— На вечеринке я прекрасно провёл время. Жаль, что всё так закончилось.

Граф развлекался втроём? Или вчетвером? Я была потрясена.

— Действительно, — сказал Коста, переводя взгляд на нас с Романом. — А это кто у нас здесь?

Он окинул моё тело неприятным похотливым взглядом.

— Мои спутники, Роман и Оливия Александер, — с широким жестом объявил граф.

— Incantato (прим. пер. итал. — Очарован), — произнёс Коста, и в его глазах сверкнул дьявольский огонёк.

Коста поднёс мою руку к губам, и мне стоило огромных усилий не выдернуть её.

— На днях Оливия потеряла здесь ожерелье. Она присутствовала на маскараде, — сказал граф.

Коста удерживал мою руку гораздо дольше, чем требовали приличия.

— Вот как? — произнёс он. — Жаль, что мне не довелось ею насладиться.

По коже словно поползли личинки. Я улыбнулась, но в этой улыбке не было ни капли тепла.

Роман едва сдерживал кипевшую в нём ярость.

— Как вам удалось выбраться оттуда живыми? — спросил Коста, пронзая меня мрачным взглядом.

— Мы бросились к ожидавшей графа Монтего карете, — ответил Роман, придвигаясь ко мне и высвобождая мою руку из мерзкой хватки Косты.

— Должно быть, боги вас любят, — с усмешкой произнёс Коста.

— Оливия думает, что потеряла на вечеринке ожерелье. Среди найденных вещей не было никаких украшений? — спросил граф.

Коста окинул меня оценивающим взглядом.

— Значит, вы потеряли ожерелье?

— Да, — тихо ответила я, глядя на профиль мужа. — Это подарок королевы Елизаветы.

— Самой королевы? — снисходительно переспросил Коста. — И как поживает Её Королевское Высочество?

Я пожала плечами, лихорадочно перебирая в памяти всё, что знала о королеве Елизавете I.

— Она боится, что французы собираются вторгнуться в Англию и посадить на престол её кузину-католичку Марию, королеву Шотландии, — ответила я. — Она очень переживает.

Я вызывающе встретила взгляд Косты. Спасибо школьным урокам истории.

Он нахмурился, явно раздражённый моим столь «близким» знакомством с королевой. Наверняка надеялся поймать меня на лжи.

— Что привело вас в Италию? — спросил Коста.

— Мы с женой исследователи. Путешествуем по миру в поисках примечательных артефактов, — ответил Роман, укладывая мою руку на сгиб своего локтя и улыбаясь мне.

— Да, — подтвердила я, отвечая ему улыбкой. — Скоро мы вернёмся домой.

— И где же ваш дом? — Коста склонил голову набок.

— В Великобритании, — ответил Роман.

Я кивнула.

— Уверена, королева захочет снова нас увидеть. Представьте, как она расстроится, если я явлюсь ко двору без подаренного ею ожерелья.

Коста прищурился, переводя взгляд с меня на Романа. Он облизнул губы, словно хищник.

— Что ж, непременно. Посмотрим, не нашли ли ваше ожерелье.

Мы с Романом пошли следом, нервно переглянувшись.

Граф неторопливо шагал рядом с Костой, о чём-то с ним беседуя.

Мы пересекли уцелевший внутренний двор и вошли на виллу.

От вони разлагающихся тел и обугленного дерева меня едва не вывернуло. Я вцепилась в руку Романа и прикрыла рот ладонью, чтобы не стошнило.

Как мужчины умудрялись настолько спокойно передвигаться среди всего этого, оставалось для меня загадкой.

Мы шли по поместью, оставляя справа обгоревшие развалины и груды обломков.

Коста повёл нас наверх, в свой кабинет.

Сердце гулко колотилось, пока я лихорадочно искала глазами кинжал. Где же он?

— У вас здесь много интересных рисунков, граф Коста.

— Неужели? — елейным голосом протянул он.

— Да. — Я провела кончиками пальцев по одному из рисунков с подписью «белладонна». — Вы увлекаетесь садоводством?

— Растения всегда меня завораживали.

От его пронизывающего взгляда мне стало не по себе.

— Найденные драгоценности я сложил сюда, — сказал он, наклоняясь за небольшим деревянным сундучком. Он достал из кармана ключ, вставил его в замочную скважину и открыл крышку, под которой оказалось множество изысканных украшений. — Видите своё ожерелье?

Я перебирала украшения, пока не наткнулась на ожерелье с изумрудами и бриллиантами.

— Да, кажется, вот это моё.

Веки Косты опустились, когда он вытащил кинжал из ножен на поясе.

Ох, блядь, блядь, блядь! Это мой кинжал!

Я постаралась сохранить невозмутимое выражение лица, но боялась, что бешеный стук сердца выдаст меня.

Коста внимательно наблюдал за мной, оценивая мою реакцию. Он просунул остриё смертоносного клинка в сундучок и подцепил им нить изумрудов и бриллиантов.

— Вот это? — Он протянул ко мне мой кинжал, с лезвия которого свисало ожерелье.

— Да, определённо моё. — Кончиками пальцев я осторожно сняла сверкающее изумрудное ожерелье.

— Жаль, — сказал Коста. — Я надеялся оставить его себе.

— Боже мой, какой великолепный кинжал, — произнёс Роман.

— Не правда ли? — Коста повертел рукоять из стороны в сторону. — Я нашёл его в своём кабинете. Признаться, был весьма удивлён. Кто-то побывал здесь без моего разрешения.

— Кроме того, я обнаружил нескольких своих людей с перерезанными глотками. Кто мог сотворить такое на устроенном мной празднике? — Кончик его языка коснулся резца и скользнул по зубам. — Вы когда-нибудь слышали о Рождённых временем? Связанных временем?

Его лицо ничего не выражало.

— Возможно, нам доводилось слышать о них во время путешествий, — ответил Роман. — Оливия, тебе эти названия о чём-нибудь говорят?

— Насколько я помню, нет, — нахмурившись, ответила я.

— Боюсь, наш друг просто помешан на Рождённых временем и Связанных временем, — вмешался граф Монтего, небрежно махнув рукой. — Он возглавляет загадочную группу людей, которые охотятся на них.

Он поджал губы.

Ноздри Косты раздулись.

— Их нужно стереть с лица земли.

От ярости в его голосе по моему позвоночнику пробежала дрожь.

— Что они вам сделали?

Он презрительно усмехнулся.

— Они существуют. Мне этого достаточно. — Он убрал мой кинжал обратно в ножны. — На моей вечеринке оказался Связанный временем. Можете поверить? Какой идиот добровольно явится на маскарад, устроенный известным Охотником за временем?

— Очевидно, тот, кто не знал ваших правил, — сказал Роман.

Коста проигнорировал его и посмотрел на графа.

— Вы должны присоединиться к нам, Монтего. Нам пригодился бы человек вашего положения.

— Полно вам, полно, — отмахнулся граф. — Я старик. Мне почти семьдесят два.

— И всё же посмотрите, как вы управились с теми женщинами. По стонам, которые я слышал, совершенно ясно: даже в вашем возрасте вы способны подарить женщине умопомрачительный оргазм. Не сомневаюсь, они до сих пор говорили бы о вас, будь они ещё живы.

Коста хлопнул графа по спине.

Граф тяжело вздохнул.

— Жаль, что они погибли в огне. Тем не менее благодарю за предложение, граф Коста. Мы уже много раз это обсуждали, и я вынужден отказаться.

— Жаль, — сказал Коста, закрывая крышку деревянного сундучка и запирая его. На его лице промелькнуло лукавое выражение.

— Не хотите поохотиться со мной? — спросил он, обращаясь к Роману.

Роман замешкался.

— Нет, благодарю. Боюсь, нам пора. — Он протянул руку. — Ваша вечеринка была великолепна. Мне очень жаль, что всё закончилось трагедией. Мы никогда не забудем время, проведённое здесь.

Коста пожал Роману руку, холодно разглядывая его, словно змея, оценивающая добычу. Затем перевёл взгляд на меня, и по спине пробежал холодок. Было очевидно: он не поверил нашей истории.

По дороге обратно к Малику граф Монтего сказал:

— Как замечательно, что вам удалось вернуть ожерелье. Прекрасное украшение.

— Я так рада, — ответила я, сжимая драгоценности в руке.

— Коста ведёт себя крайне странно из-за своего ордена. Вся эта чушь о Рождённых временем и Связанных временем. По-моему, полнейшая нелепица. — Граф покачал головой.

— Действительно, — произнёс Роман, глядя в окно на ночное небо. Он взял мою руку и положил себе на колени.

— Если хотите, я высажу вас у Малика, а утром велю слуге привезти ваши вещи. Жаль, что вам приходится так скоро уезжать. Мне было очень приятно ваше общество. — Граф улыбнулся.

— Благодарю, — сказал Роман. — Вы были невероятно щедрым хозяином.

Граф махнул рукой.

— Пустяки. Для меня это было удовольствием.

Остаток пути мы провели в молчании.

У поместья Малика нас ждал он сам с факелом в руке.

Роман помог мне выбраться из кареты, и, попрощавшись с графом, мы подошли к Малику.

Ночные тени ложились на лицо Малика, придавая ему ещё более загадочный вид.

— Что произошло у Косты?

— Кинжал у него. Он носит его при себе. Мы не смогли его вернуть, — сказала я.

— Мы скормили ему выдуманную историю, — добавил Роман. — Сказали, что мы исследователи, путешествующие в поисках артефактов.

— И ещё сказали, что собираемся немедленно уехать, — добавила я.

— Да, да. — Малик потёр челюсть. — Значит, уедем все. Здесь наша работа закончена, и никто из нас не может остаться — это слишком опасно. Я найду способ вернуть кинжал.

В сердце вспыхнула надежда.

— И нам нужно отправляться на запад, чтобы найти лунный кинжал, — продолжил Малик.

— Таков план, — сказала я, массируя виски.

— Утром Монтего привезёт сюда все ваши вещи из своего дома. К тому времени у нас уже будет план. — Малик направился к своему поместью.

Мы с Романом последовали за ним.

И вот я снова была в бегах. Только теперь мой кинжал находился в руках смертельного врага, и положение было хуже, чем когда-либо прежде.