Три года спустя…

Под толстыми слоями льда, на глубине, куда очень давно не проникал солнечный луч, то и дело мелькали короткие яркие вспышки. В морской темноте, освещаемой редкими всполохами белёсого света, можно было рассмотреть огромный, ледяной купол, протяжённостью до трёх километров. Под ним, аккурат вдоль кромки льда, тянулись сетчатые конструкции, удерживающие в себе чуждого этому миру исполина.

Вытянутая словно зерно форма, имела множество острых отростков, большая часть из которых уходила в кормовую часть, которая по совместительству являлась «потолком» или «верхушкой» корабля. Носовая же, имела более обтекаемую форму, для более комфортного спуска на планету… в том числе и в весьма грубой манере.

По всему кораблю шли спрятанные под бронированными плитами дюзы. Единственные открытые двигатели, являлись по совместительству маршевыми и выглядывали в кормовой части. Два мощных ускорителя, спрятались между «шипами».

Оборонительные системы, так же были встроены в корабль и напоминали собой «наросты» на коже. В случае угрозы, кожух раскрывался как медвежий капкан, а наружу выскакивала турель, вооружённая относительно примитивными системами вооружения. Так, в качестве системы ПРО установлено двадцать лазерных башен. В качестве чего-то более весомого, равномерно размазал по всему корпусу шестнадцать башен, стреляющих самой обычной плазмой. Хах, вот это я зажрался, «самой обычной плазмой», пипец. Но на фоне главного калибра, это и правда что-то обыденное. Ведь в качестве ГК, которое притаилось аккурат в носовой части, установлена протонный ускоритель частиц, работающий по принципу «луча». Накопив заряд, эта штука отправит во врага такое количество протонов, что можно аннигилировать город-миллионик размером с Москву. Его более дешёвый аналог — ПИЧ, пушка импульсных частиц, стреляющая сгустками, имеет ряд своих преимуществ, в том числе в плане экономии энергии, но в ситуации, когда надо резко и много аннигилировать материю, уступает своему потоковому аналогу.

Прямо к кораблю, из недр земли, были подключены несколько «кабелей», а также имелся огромный выход подземной шахты, через которую на борт корабля, через створки главного ангара шла погрузка. Словно муравьи, цефы непрерывной колонной погружались на борт корабля. Проходя по узким коридорам, где тяжело разминутся и двум солдатам, они занимали места в пустых капсулах. Уложенные плотными штабелями, сотни и тысячи капсул, вмещали в себя целую армию.

По соседству, размещались более крупные собратья, вроде бомбардира или Командира Роя. В соседнем отсеке, точно так же, плотнечком занимали свои места скауты, а также их строительные братья — «Мастера». Ещё дальше, находились хранилища для грузов. Переработанные брикеты для строительных принтеров, заполненные разномастной жидкостью баки, всё это занимало меньшую часть корабля, а вот промышленный унифицированный строительный комплекс, отжал наибольший кусок полезного пространства корабля. Прямо за ним, разместился пустотный реактор, запасы «топлива» которого хватит на один единственный небольшой переход. За эти годы, слишком мало аргента удалось синтезировать цефам, для поддержания стабильной чёрной дыры. Однако, даже если его не хватит, в дело вступит сам Альфа-Цеф.

Его бронированная капсула, размещалась в самом сердце корабля, и как и раньше, имела лучшую из возможных защиту. Сам Альфа-Цеф, забрался в неё ещё на этапе строительства, после чего помогал в строительстве корабля, буквально изнутри.

Но вот, последние этапы были пройдены, оставался последний шаг…

***

Легион

— А может не надо?

— Ань, я ведь уже говорил. Мы не прощаемся. Я всегда буду с тобой на связи.

— А вдруг ты не вернёшься? Вдруг… ты там пропадёшь? Мы ведь не знаем, что нас там ждёт!

— Именно поэтому я и должен лететь.

— Врёшь. Будто я не слышу, как горит в тебе интерес исследователя, — возмутилась сестра, полыхнув негодованием. И не то, чтобы она была не права, мне действительно было очень интересно исследовать космос. Посетить другие миры, изучить иные формы жизни, возможно что-то создать. За эти годы, я не раз и не два думал над тем, к чему можно прийти, если направить эту… без преувеличения, огромную мощь роя, не на разрушение, а на созидание. Мне страшно представить, что можно сотворить, если отойти от концепта «распространение» и свернуть на дорожку «изучение».

Нет, основная задача никуда не делась, я буду искать остальных цефов и решать с ними вопрос. Возможно, радикально… хотя мне того и не хочется. Но рой слишком радикален, он не потерпит рядом с собой другой разумный вид, поэтому конфликт неизбежен. Но это не помешает, в процессе, исследовать окружающий мир. Ещё будучи человеком, я подозревал, сколь многогранен и загадочен мир, сколько в нём тайн предстоит открыть…, а сейчас, будучи цефом, я понимаю — что мои познания — ничто на фоне тех тайн, что сокрыты не только в глубинах космоса, но и даже в квантовом мире. Что уж говорить о знаниях людей? Так что, мысль Иона о том, что они просто «тараканы», не такая уж и оскорбительная как я думал, главное с какой стороны на это смотреть.

И теперь, в этот миг, когда все приготовления закончены, когда орбита Земли малость почищена, мы готовы отправляться к звёздам. Вернее сказать, ещё не совсем к звёздам, сначала я хочу заглянуть на ту станцию пришельцев, а уже потом можно и к звёздам.

— Не без этого, Анют.

— Эх… береги себя, Братик. Удачи.

Я прервал с ней контакт и сфокусировал внимание на пилотах. Цефы первого поколения, проводили последнюю предстартовую диагностику. Тогда как одни считывали данные через нейроинтерфейс, другие проверяли их же через консоли. Вместо ИИ, для лучшего управления кораблём, я вырастил и поместил в районе центра управления специального цефа, которого обозвал «Капитаном». Таким нехитрым образом, корабль имел три дублирующие системы управления. Первая — Капитан, вторая — пилоты, третья — вспомогательный персонал, работающий по старинке, через терминалы. Таким образом, даже получив критические повреждения, корабль должен сохранить контроль.

«Готовность — десять секунд…» — отдаю команду, после чего отстраняюсь чтобы рассеять внимание и пронаблюдать за всеми сразу.

Заводы по переработки застыли в магмовом море, исчезли расположенные у поверхности промышленные комплексы, ушли под землю «Разумы улья». Последние убирать не стал, ограничившись тем, что спрятал. Всё-таки они мне ещё нужны, хотя бы затем, чтобы проще было коммуницировать с моими миньонами на земле.

«Готовность — пять секунд…»

С лязгом раскрылись герметичные боковые заслонки, открывая дюзы. Лёгкая вибрация, прошла волной по кораблю, неся с собой гул антигравитационной установки. ВАК узлы засияли с новой силой, готовясь к увеличению нагрузки, с громким «щелчком» отсоединились тянущиеся к кораблю кабели и трубы. Красные молнии начали бить во все стороны, набирающая обороты система, проверяла проводники, а установка «вампир» в тестовом режиме поглощала из ионизированного вокруг корабля воздуха энергию.

«Запуск…»

Внутри, корабль оставался непоколебим, ВАК узлы гасили любую вибрацию и перегрузку, но вот снаружи… снаружи корабль дрожал словно под отбойным молотком. Дюзы ревели, поднимая носовую часть вверх, кричал от натуги антиграв. С грохотом и треском, проламывая защитную корку льда, корабль поднимался вверх. Вода тут же хлынула через трещины, запуская цепную реакцию и разрушая остальную конструкцию, но несмотря на напор и давление, судно упорно стремилось вверх.

«Зафиксирован незначительный ущерб носового обтекателя…»

«Зафиксирован незначительный ущерб обшивки на верхнем борту…»

«Повышение мощности реактора… 60 процентов… оптимально».

Плавно и уверенно, корабль постепенно всплывал, дабы не поднять своими действиями ценами. Всё-таки, корабль имел большие размеры, что может быть чревато для столь хрупкой планеты и её экосистемы.

«Зафиксирована морская фауна… разбегается…»

«Порог выронен, устанавливаю курс…»

«Крен — сорок два процента»

«Активация маршевых двигателей…»

«Мощность — двадцать процентов»

«Запрещаю»

«Принято. Мощность пять процентов».

«Поверхность… триста метров…»

«Инициализация защитного экрана…»

«Проектор активирован — мощность экрана — двадцать процентов».

Аки ледокол, разбивая лёд, корабль постепенно вырывался из-под воды, раскидывая целые глыбы льда. Переливаясь в свете защитного энергетического экрана, опоясывающего контур корабля, словно ещё один слой брони. Крохотные проекторы, распределяли нагрузку, выталкивая из-под барьера воду и не пуская к корпусу инородные объекты.

На момент взлёта, уцелевшие спутники преднамеренно смотрели «в другую сторону», а радарные станции повсеместно отключены. На обсерваториях произошёл внеплановый выходной, а ближайший судоходный корабль проплывал в сотнях километрах. Единственный, одинокий самолёт, с особым пассажиром на борту, летел недалеко от точки взлета, отслеживая успешный запуск космического корабля.

«Всплытие завершено…»

«Увеличение тяги… десять процентов».

Двигатели вспыхнули и взревели с новой силой, начали прятаться бортовые дюзы, нос продолжил задираться к небу, а корабль набирать разгон. Я наблюдал за тем, как отдаляюсь от родного дома и переваривал обуревающие эмоции. Восторг и предвкушение бурлили словно котёл, лёгкая грусть накатывала волнами и колола всякий раз, когда вспоминал былые дни.

Земля… мой дом. Точка, откуда я начну свой путь. Возможно, я сюда ещё вернусь, будут ли мне рады — большой вопрос. Для всех, без Альфа-Цефа, пришельцы постепенно умерли с голоду, а без них отключились и их машины. Часть технологий, были отправлены на луну, тогда как другая показательно уничтожена ввиду высокой опасности оных и невозможности это самое понять.

Забавно, но несмотря на прошедшие годы, люди не смогли привыкнуть к цефам. Раны, которые мы нанесли, оказались слишком глубокими, что не удивительно. Тот же вирус выкосил столько народа, что любая чума удавится, а потом ещё и войска «полирнули» выживших. Потери и правда ужасают, настолько, что несмотря ни на какие запреты и угрозы, всё равно находились те, кто кинут камень, нарисуют на стене арт-объект цефа в виде захватчика, или вкинут в интернет какую-нибудь гадость бередя старые раны. И самое печальное, что я даже не хочу их разубеждать, ведь по большей части так оно и есть. Уж лучше пусть люди считают цефов угрозой и будут готовы к новому конфликту с ними.

Меж тем, Спора вышла на околоземную орбиту, сделала виток вокруг планеты, используя её гравитацию для разгона, а после «провалилась» в подпространство используя для этого гравитационную воронку, искажающую само пространство и на сверхсветовой скорость, ушла прямо к космической станции.

В отличие от прошлого раза, в этот скачок занял меньше секунды. Вот мы у Земли, вот мир снаружи сначала растягиваться, превращаясь в вытянутую трубу, а затем теряет все краски, так как световые волны не успевают проникнуть в образовавшийся «карман». Короткий миг, и вот мир точно так же возвращается к своим обычным видам. Интересный момент, скорость такого прыжка можно регулировать посредством глубины кармана. В прошлый раз, когда я летел на Воине, подпространственный карман был меньше и слабее, потому к нему пробивались случайные световые волны. Интересно, а что будет если наоборот, сделать карман ещё глубже? У меня просто нет данных на этот случай, если цефы и проводили тесты, то мне тупо не «заложили». А из имеющихся знаний, могу предположить сразу несколько вариантов, начиная от того, что корабль порвёт на куски, и заканчивая созданием какой-нибудь временно-пространственной аномалии.

Оказавшись у станции, даю команду на сближение. Корабль медленно, словно крадучись, начал приближаться к станции со стороны, как мне кажется, кормы. Остановившись в считанных метрах, что в условиях космоса можно сравнить с обнимашками, выпускаю передовую группу, а с ней и подготовленное устройство. Станция имеет квантовый защитный экран, и что не говори, а это очень серьёзная штука. Избавиться от него можно, по сути, тремя способами: первый, это перегрузить щит. Вдарить так, что количество направляемой на поддержание барьера энергии, окажется на порядок меньше, чем собственно удар. Второй вариант — запустить точно такой же квантовый барьер внутри другого. Одни частицы выпихнут другие и с вероятностью в девяносто процентов мы получим «бдыщ» вызванный генератором от перегрузки. Третий же вариант, предполагает «встроится в систему», ведь квантовая частица штука своеобразная и живёт своей жизнью и по своим законам. И если первые два варианта предполагают то, что мне не надо, то вот третий позволит зайти тихо и аккуратно.

К этому располагает и то, что станция имеет уязвимые сегменты в покрытии. Ведь имей она стопроцентное покрытие, то не смогла бы коммуницировать с объектами извне, а значит, должен быть узел, который выступает за барьер, и такой нашёлся, да не один, а два. Первый находился в хвостовой части и выглядел как небольшое скопление радиолокационных систем. Второй же находился спереди и нёс на себе уже конкретный массив сенсорных и связных систем.

Развернув зонд, с помощью моего карманного «учёного», инициализирую запуск квантового экрана. Системе зафиксировала частицы, в определённой зоне, после чего задействовала их собратьев в другой области. Так как мы знаем, что если повлиять на одну частицу, неизбежно это же действие отразиться на другой, то возможно с помощью второго комплекта тех же частиц, просто «открыть» проход. Но! Второй комплект содержится внутри самой станции и посредством воздействия на него, обеспечивает непосредственно защиту. Вот только, частиц может быть больше, чем две, это как два зеркала поставленных друг напротив друга. Что делаешь с одним, отражается в другом и наоборот. Но между ними-то тоже что-то есть, и это что-то отражается в обоих зеркалах сразу! Аналогия глупая, примитивная, но доходчивая.

Запустив систему, и определив «промежуточные» и связные с ними частицы, задаю направление для изменений. Миг, и кусок барьера исчезает, притянутый третьей стороной. Но чего я не ожидал, так это того, что вместе с барьером исчезнет и кусок станции. Идеально ровная дыра, тянулась до самого генератора щита, ориентировочно метров пятсот. Несмотря на отсутствующий кусок, посредством квантового моста, сигнал успешно переходил из одного провода в другой, из-за чего всё продолжало функционировать, как и до этого. Интересный феномен, надо будет поэкспериментировать.

«Ион… твой выход…»

Ожидавший команды бывший Альфа-Цеф, пребывал, так сказать в «эконом-режиме», стоя в ангаре в окружении других цефов. Стоило прозвучать сигналу, как вся пачка в размере ста единиц, тут же очнулась и рванула вперёд. С разбега выпрыгнув из ангара, они залетели в брешь, после чего, разбиваясь на части, отправились исследовать станцию.

Проходы станции хоть и напоминали чем-то наши технологии, но в тоже время имели другие фундаментальные корни, и… задачи. Вот вроде коридоры для прямо шагающих пришельцев, но они непропорционально здоровые, в таких и пара Бомбардиров без проблем развернуться. Стены и двери имели один состав материала, но задавали такое впечатление, что автор сего творения, пытался за счет углерода удешевить уже имеющиеся технологии в металлургии и сделать что-то среднее. Получилось… оригинально и по-своему хорошо. По крайней мере дешево и сердито. Стал бы ли я похожим пользоваться? Скорее всего нет, так как материал имел некоторые, для меня решающие негативные свойства, да хотя бы тот же вес. СЛИШКОМ тяжело.

К моему удивлению, эта штука была полностью автоматической. Мои миньоны облазили всю станцию, и не нашли не то, что жилых кают, а даже жилых блоков, словно персонал здесь изначально не предполагался. Забавно, но отсутствовал и центр управления, или хотя бы его аналог. Зато, в наличии были сервера. Много серверов, что говорит о том, что станция автоматическая.

Притащив прямо к серверной разум улья, Ион прокинул провода и напрямую подключил его к системе. Мои ручные хакеры, только получив доступ, тут же взялись за дело. Система была нам незнакома, но имела определенные паттерны, за которые мы и смогли зацепится, после чего начали распутывать этот клубок.

Работы предстояло много, но главное я уже понял — эта станция, всего-лишь катапульта, которая предназначена для быстрой транспортировки космического тела из пункта А в пункт Б, скорее всего до точно такой же станции. Вопрос с тем, кто её построил остаётся открытым, но совершенно точно ясно, что этой штуке очень… очень много лет. Несёт ли она военное предназначение? Первый анализ говорит о том, что нет, это исключительно гражданский объект, предназначенный для упрощения перемещения меж звёзд. Этот факт успокоил мою паранойю, и по меньшей мере позволил отложить мысль об уничтожении на полку.

Пока я возился с инопланетными языками, архивами и базами данных, Ион пробивался к сердцу станции — реактору. Вопреки здравому смыслу, эта часть станции была наиболее открыта. Ядро выглядело как сфера вокруг которой вращаются кольца. Оно питает всю станцию, но мощь этой штуки настолько велика, что её можно сравнить с атомным реактором, который построили для зарядки ручного фонарика. Нет, я понимаю, что межзведные перелеты штука энергозатратная, но здесь речь о СЛИШКОМ больших цифрах. Куда столько???

Ответ мне дал сам Ион. Это станция… это не просто катапульта, нет. Это нечто, с чем цефы ещё никогда не сталкивались. Нечто, что безусловно заинтересует весь рой. Прямо в ядре, Ион нашёл новый, неизвестный доселе элемент, который способен влиять на массу объекта, увеличивая её, или наоборот уменьшая. Другими словами, эта штука обнуляет массу запускаемого объекта и только после этого, отправляет в путь.

Я смотрел на этот элемент и облизывался. Это же какие перспективы! Сколько открытий! Да у меня глаза разбегаются от количества открывающихся возможностей! И первая мысль — разобрать этот объект по винтикам, но я подавил этот порыв в зародыше. Во-первых, вполне вероятно, что элемент можно синтезировать, в станции его задействовано СТОЛЬКО, что у меня масса споры кратно меньше. Во-вторых, такие станции должны стоять «на учете». И потеря одного такого объекта, даст понять, что в этом регионе кто-то есть, чего мне бы не хотелось. Станция отключена? Отключена. Это главное. Будет намного лучше, если мы заминируем пространство у ретранслятора подвижными минами. Вот это будет отличная мера защиты, а там если что можно и рубильник дёрнуть, тем более я знаю как.

В целом, так как на станции остался наш передатчик, моё дальнейшее присутствие здесь было не нужно. Главное, я убедился, что угрозы нет и можно лететь дальше. Ну а сновым элементом ещё стоит разобраться. Нет-нет, но пару тонн мы из ядра таки упёрли, чисто в научных целях. И если что, я всегда могу вернуться сюда и откусить ещё.

«Уходим…»

Короткая команда, и цефы возвращаются на борт. Исчезнувший кусок станции вернулся на место, словно так и было, а мы отправились дальше, к окраине системы.

«Готовьте варп двигатель… идём через подпространство».

Цефы послушно начали разгонять блок. Нет, можно было бы воспользоваться и червоточиной, я предусмотрел эту систему, но тут есть ряд… нюансов. Технология червоточин, требует особого подхода. Прыгнуть вслепую возможно, но лучше не стоит, потому что ты не знаешь, что тебя ждёт на той стороне. А прыжок будет именно слепой. Почему? Потому что космос, штука сложная! А космическая навигация — вообще отдельная сказка. Чтобы правильно рассчитать слепой прыжок и не убиться, надо о-о-о-очень заморочиться. Предположим, что мы будем использовать звезду как точку выхода. Нам надо за ней проследить и понять траекторию движения, чтобы понять, где она будет через пять, десять, да хоть сто лет. Почему? А потому что надо учитывать скорость света, примерное расстояние до звезды, и то, сколько нужно времени, чтобы свет дошёл до точки, из которой будет совершаться прыжок. Лишь после этого, можно будет ввести «примерные» координаты, где должна оказаться звезда и туда прыгать. И то, есть нехреновые такие шансы обо-что-нибудь убиться, типа случайного астероида, или той же звезды, или разлететься на пыль если ошибиться в расчете. И при всём при этом, нет никакой гарантии, что ты выйдешь даже в пределах нужной звёздной системы, акцентирую внимание, что при слепом прыжке, погрешность в четыреста миллиардов километров, от ориентировочной точки выхода, считается чем-то «в пределах нормы». А уже после выхода, можно либо попробовать прыгнуть ещё раз, уже скорректировав маршрут, или долететь с помощью подпространства.

При этом, энергии на это мероприятие надо много, порой — неприлично много. Именно поэтому, цефы любят использовать маячки, а ещё лучше — если тебе откроют дверь с той стороны. В таком случае, точность перехода через червоточину, приравнивается к ста процентам. Если же использовать маяк, то там так же есть место для погрешности.

Так что в нашем случае, мы будем летать пусть дольше, зато точно долетим куда надо! А место я уже себе присмотрел, фактически «на соседней улице» с солнечной системой. Шестнадцать планет, крупная звезда, один газовый гигант… ресурсов должно быть более чем достаточно, так что оттуда и начнет развитие мой Легион.

«Прыжок».