М-да, всё-таки местные рейдеры какие‑то жалкие. Я-то привык, что каждый рейдер в любой момент готов и убить, и умереть. Нет у местных той ярости обречённых на смерть, нету осознания близкой смерти, нет бешеного драйва, который заставляет кидаться на любого противника — несмотря на броню и оружие. Меня, кстати, так и застали врасплох: думал, что крупнокалиберный аргумент и новенькая броня отпугнут мелкие банды рейдеров, у которых иногда даже взять нечего, и патроны тратить жалко. Или у местных просто нет хорошей химии? Тогда понятно. Любой тщедушный торчок под «психо» может доставить проблем — пусть мелких, но всё равно проблем.

В любом случае план по завоеванию авторитета среди местных дикарей пока работает. Я бы даже сказал — чересчур хорошо работает. Вон та девушка - заложница с номинацией на премию Дарвина, смотрит на меня глазами, полными фанатизма. Видимо, устроенная мной бойня её впечатлила. Какая кровожадная! Мысленная заметка: не устраивать привычную для себя резню — местные крайне впечатлительны.

Так, пора начать второй этап завоевания авторитета. Девушка‑заложница и мужик с ёршиком для супа на лице подходят ко мне вместе.

— Старые… — хотел было начать бормотание про каких‑то старых богов, о которых я слышал, но мне откровенно лень слушать их благодарности и молитвенные стенания, так что я обрываю его в самом начале.

— Ты здесь главный!? — обращаюсь к мужику врубая имплант, придавая голосу нотки авторитета.

— Что!?

— Немедленно ответь на поставленный вопрос и не трать моё время. Повторяю: ты здесь главный!?

— Да! Меня зовут… — как его зовут, я узнаю потом. А пока он под впечатлением от устроенной мной кровавой бани — нужно пользоваться моментом.

— Отлично. Найди мне чистое и просторное помещение и организуй туда доставку всех раненых. Затем найди всех, кто хоть что‑то знает о медицине — они будут мне ассистировать. И пусть принесут с собой весь алкоголь, нитки с иголками, бинты и лекарства, какие у вас есть. Следом организуй поисковые отряды, чтобы добить остатки рейдеров. И не забудь выставить охранение. Не хочу во время операций отвлекаться на убийства. Задача ясна?

— Но?.. — мужик явно не привык, что с ним разговаривают таким тоном, но я был выше его на полголовы, а мой плащ, покрытый кровью его врагов, сыграл мне на руку. А ещё — устроенная мной мясорубка.

— Что «но»? Приступай к исполнению поставленной задачи. Бегом! — по‑доброму я с ними. Сара бы уже провела профилактические избиения для таких непонимающих. Но мужик после «бегом» засеменил куда‑то в сторону замка.

Так. Осталась девушка‑заложница. Жаль, при мне нет фотоаппарата — такое выражение шока, недоумения и удивления заслуживает быть увековеченным. Что с ней, кстати, делать — я не знаю. Хотя…

— Ты! — перевожу взгляд на неё.

— Да, господин! — о, смотри‑ка, сразу поняла кто главный, учится! Не всё потеряно.

— Назначаешься моим временным адъютантом для координации всех действий, касающихся раненых, снабжения и прочей организационной канители, — произношу с нажимом, глядя ей прямо в глаза.

— Э‑э… кем назначаюсь? — осторожно переспрашивает она, моргая, будто я только что заговорил на мёртвом языке.

— Адъютантом, — повторяю, чуть растягивая слово. — Это значит: передаёшь мои распоряжения, следишь, чтобы никто не бездельничал, и докладываешь мне обо всём, что происходит. Поняла?

— А… это как… помощник, да? — несмело.

— Помощник, контролёр, ухо, глаз и кусок совести, если у кого‑то она вдруг появится. Главное — не путай «адъютанта» с «адъюльтером». Всё понятно?

— Да, господин! — вижу: ничего не понятно, но энтузиазм через край. С этим можно работать.

— Имя!

— Мейдж, господин!

— Типа колдунья? (Maege — Мейдж и mage — маг звучат одинаково.)

— Нет, я...

— Плевать. Иди за мной.

Всё прошло довольно легко. Не придётся устраивать резню повторно — и так плащ весь обляпан кровью. Ладно, пора проверить, какое помещение подготовили для раненых. По дороге к замку стоит отряд калек‑подранков и заложницы, которые где‑то нашли предметы одежды, чтобы не пугать людей голой грудью. Все смотрят на меня с раскрытыми ртами и круглыми от удивления глазами. Возможно, мне стоило промолчать, когда я прошёл мимо, но не удержался:

— Я вижу, вы трудитесь изо всех сил… стоя на месте. Впечатляет.

Отряд «Имитация угрозы» принялся изображать кипучую деятельность. Вспоминаю своё золотое время бытия послушником братства: ничего не понятно, но очень интересно, и все хотят тебя избить. Мол, если не дрался с детства за кусок протухшей крысы, то ты автоматически слабак, тряпка и вообще «комбез». Но тогда я уяснил для себя главный принцип любой армии со времён Гая Мария: чем бы солдат ни занимался, лишь бы только задолбался. Главное — чтобы они мне не мешали.

По дороге к замку нас встретил Ершик уже с нормальными воинами. Видимо, калеки должны были дать им время на подготовку и героически подохнуть. А Ершик, оказывается, у нас склонен к самопожертвованию — я на такое решался только когда воля сверху мне это диктовала.

— Господин. Ваша воля мной исполнена! — ого, сколько пафоса.

— Меньше пафоса. Помещения готовы?

— Ты разговариваешь с ...! — новый персонаж; судя по количеству железок, что он на себя напялил, кто‑то из главных. Договорить он, правда, не успел, так как Ершик его прервал.

— Джорах, заткнись! Простите моего сына, господин, он... — главное, я услышал: новое лицо зовут Джорах, и он — сын Ершика.

— Неважно. Джорах, на берегу, в трёх с половиной километрах от посёлка, за холмом, стоят три корабля. Организуй группу преследования с целью полного контроля территории и ликвидации остатков противника. Задача ясна?

— Ты не в праве...! — на что я имею право, а на что — не имею я не услышал, а имплант уже отрубился, но сделал вывод, что он не привык получать приказы по‑военному.

— Просто сделай то, о чём тебя просят, сын. Я потом тебе расскажу, хорошо? А пока возьми людей и... — простите, господин, что такое «километр»? — вот чёрт, придётся учить местные единицы измерения. Надеюсь, у них десятичная система.

— Прощаю. Ладно, Джорах, идёшь на пляж, дальше за холмом увидишь корабли. Пропустить их сложно. Противник дезориентирован и утратил волю к битве и попытается сбежать. Твоя задача — догнать и добить. Справишься?

— Сколько их осталось? — а парень мне нравится, сориентировался быстро.

— Не больше шести десятков. При отступлении бросали экипировку и оружие.

— Люди жаждут крови, они не уйдут!

— Отлично. Теперь ты… — перевожу взгляд с Джораха на Ершика — имя!

— Джиор Мормонт, господин!

— Покажи помещение для раненых. Мейдж, за мной.

Странные имена: Джиор, Джорах, Мейдж. Впервые такие слышу, будто взяты из «Айвенго» напрямую, вроде, не осилил. Ладно, потом разберусь. Сейчас приоритет — раненые. Пропустил удар сердца от вида полевого госпиталя. Моих будущих пациентов разместили бы, хотя их скорее скинули на грязный пол в каком‑то деревянном сарае! Вот она — забота о раненых. Пока ты ещё можешь на что‑то пригодиться, про тебя все помнят и ты всем должен, но стоит стать инвалидом или калекой, как оказывается, что тянешь всех на дно!

— Джиор, какая у тебя была задача?

— Найти чистое помещение для раненых и...

— И уже «залёт», Джиор. Это по‑твоему чистое? Да тут только мёртвую скотину я бы хоронил, и то в крайнем случае!

— Господин, другие помещения не вместят всех раненых в битве. А чистоту в данных условиях невозможно организовать.

— Оправдания, Джиор, как дырка в заднице — есть у всех, а мне нужно чистое помещение, чтобы никто во время операции не умер от сепсиса и абсцесса.

— Простите меня, господин.

— Не извиняйся, — делаю древнейшее упражнение для снятия напряжения — мысленно представляю, как потрошу Бутча. — Значит так: найдите чистую воду и слейте туда самое крепкое пойло, которое у вас есть, и вымойте тут всё так, чтобы сама Дева Мария постеснялась тут ходить. Мейдж — организуй.

— Какая дева? — подал голос мой адъютант.

— Святая. Дальше, Джиор, ты нашёл мне ассистентов?

— Когда вы мне это сказали, я не совсем понял, что вы имели в виду, но подумал, что вам нужны помощники для врачевания?

— Ты очень догадлив, Джиор, — судя по не совсем довольному лицу, с концепцией сарказма Джиор прекрасно знаком, — ну так нашёл?

— Таких было немного, господин. Две повитухи, местный знахарь, фермерша, что умеет скотину лечить, да и один бывший солдат, что помогал мейстерам в войне. — Мда, не густо. Повитух сразу отбрасываем, и остаются три человека, что могут более‑менее, хотя скорее менее, мне помочь. А мейстеры это видимо местные врачи.

— Ладно, познакомь нас. Мейдж, ты ещё тут?

— Господин, я хотела...

— Мейдж, у тебя нет своих собственных желаний, права выбора, голоса или самостоятельности, пока ты мой адъютант. Единственное право, которое у тебя есть, — исполнять мои приказы. Понятно?

— Да, господин!

— Ну раз понятно. Найди мне тех, кто вымоет тут всё, как я сказал. Подожди, организуй, чтобы раненых доставили сюда после мытья, и не забудь про наш бравый отряд «Имитация угрозы».

— Кого?

— Ты с ними в плену была, а рядом был отряд из раненых. Ну тупи.

— Простите, господин.

— Прощаю. И не смей ложить моих пациентов на голый пол. Раненые не должны лежать на грязном, холодном полу. Организуй кровати, столы, кушетки, скамейки, если понадобятся. Не хватает мебели — постелите циновку и размещайте пациентов на ней. Всё понятно?

— Да, господин. Я вас не подведу, я всё...

— Иди уже.

Хорошая девушка. И симпатичная. Извинюсь перед ней, когда всё закончится, и у местных перед мной будет моральный долг с размером бомбу в Мегатонне. Но это на будущее. А пока — раненые и забота о них.

— Вот, господин, эти люди помогут вам врачевать... — пора знакомиться с моими ассистентами. Повитухи — две дородные женщины, которые в жизни повидали некоторое дерьмо; знахарь — мужик, который знает, где в округе растёт лучшая трава или грибы; солдат — судя по роже, считал своим долгом получить все раны, какие возможно, и не один раз. А фермерша удивила: несмотря на некоторую потасканность от фермерской жизни, она сумела сохранить красоту. И ведь не скажешь, что умеет вправлять скотине конечности и копаться в их содержимом.

— Кто из вас представляет, с чем мы столкнёмся? — задаю вопрос всей группе, ведь я должен знать, не вырвут ли они на пациентов, когда я буду оперировать.

Они стоят молча и поглядывают на Джиора. В принципе логично: они не видели, как я двадцать два человека за несколько минут в ближнем бою положил, и поэтому не боятся. А бояться — значит уважают, всё по Макиавелли.

— Колотые, резаные раны, разрывы кишок и порванное брюхо, когда кишки наружу и контуженные от ударов в голову. Этих сразу лучше добить, чтобы не мучались. Ну и сломанные кости и отрубленные конечности, но лучше таких тоже добить, чтобы родных не обременяли, — сказал солдат за всю группу. А ведь он почти прав. Если бы лечил знахарь, половину можно было хоронить заранее.

— Как зовут?

— Микен.

— Микен, откуда это знаешь?

— Дык, с лордом Джиором мы вместе войну Девятигрошевых Королей прошли. С мейстерами, которые солдат лечили, туго было, большинство за благородными были приставлены. Ну я и подсматривал, когда возможность была, чтобы если что брат не умер, дожидаясь помощи. Брата спасти не сумел, но почти все, кому я помог, потом клялись, что по гроб жизни обязаны.

Интересная информация, нужно будет узнать поплотнее историю местных.

— Микен, будешь помогать мне врачевать, и увидишь, что сегодня никто, кому мы поможем, не умрёт.

— Врёте вы, господин. Чудеса рассказываете.

— Ты сам эти чудеса сначала увидишь, а если захочешь — сам будешь кудесником. Я научу.

Микен поглядывал на меня с явным сомнением, что дает ему репутационные плюсы в моем лице. Ведь с его точки зрения я непонятно кто, который помыкает их лидером и нагло врет ему прямо в лицо. Я бы на его месте тоже бы не поверил. Ситуацию сгладил Джиор.

—Микен, этот воин сначала спас мою сестру и невестку, а потом он спас твою племянницу из лап Железных пиратов убив тех.

— Джейни жива?! — переход из состояния "пусть мир катиться к черту" в " я не верю своему счастью" было непередаваемым.

— Жива. Этот воин пошел в одиночку против войска чтобы спасти наших родичей. А сейчас не прося награды он хочет вырвать из лап смерти всех остальных. И я ему верю. Он один раз невозможное совершил и верю что он совершит второй. Прошу тебя помочь ему не как твой лорд, а твой друг.

Отдаю Джиору должное, он оказывается целый лорд и ветеран, пользуется авторитетом у населения. Не считает зазорным подчиняться если это принесет выгоду его людям. Но то что он лорд, немного так напрягает. Видимо кто - то давным-давно решил откатиться в развитии - от плазмы и лазеров, до копий и мечей как средневековье. Правда это не объясняет отсутствие огнестрела, даже примитивного. Потом разузнаю все у Джиора.

— Слушая ваши приказы на Ступенях мы сумели оттуда выбраться живыми господин. И племянницу мою к себе приблизили. Я и так вам всем обязан. Следующий раз прикажите и я исполню. Да и посмотреть на вашу диковинку в деле охота. Ведь все здесь согласны.

Коллективные кивки слегка заметное женское "хм" от фермерши служило согласием. Отлично, когда люди думают что они делают что-то добровольно они в разы продуктивнее. Теперь надо вернуться и проверить как там Мейдж.

А я смотрю она в своей стихии. Активно раздает команды и отвешивает стимулирующий подзатыльник нерадивым. А голос, какой, высший паладин Кросс что заведовала обучением послушников боевого крыла братства была бы в от нее в восторге. Все вымыто настолько, насколько это возможно, большинство пациентов лежат правда на циновке, но большего от нее требовать уже свинство. Замечая меня она подходит, видимо хочет доложиться.

— Господин. Все ваши указания выполнены. Мы очистили помещение и расположили больных к сожалению большинство раненых пришлось расположить на полу. Мы не смогли найти достаточно целой мебели для всех. Принято семьдесят пять человек в разной степени ранения!.

- Я вижу. Мейдж ты молодец - от такой простой и обыденной похвалы девушка прям расцвела и слегка смутилась, едва заметные румянец на щечках выдавал полностью - Узнай вдруг Джиору нужна помощь и проследи чтобы выставили охранение.

- Будет исполнено.

Ну что же пора приступать.

Мейдж Мормонт.

Жизнь на Севере учит принимать смерть как давнего друга. Что говорить если даже летом, когда зимние сугробы отступают и все празднуют наступление лета, простолюдины из дальних деревень узнают об окончании зимы через месяцы, если деревня пережила зиму. Мейдж была готова проститься с со своими подругами и людьми что были сильно ранены пиратами, да что говорить она была готова дать избавление от страданий самостоятельно.

И снова странный воин проявил чудеса. Сначала он заставил ее брата, воина которого уважает весь Север, из старого и очень уважаемого рода, воина что прошел самую кровавую войну за последние двадцать лет подчиниться как какого то новобранца! В тот момент она подумала что в его брате взыграет его гордость высокородного, но нет! Воин был высок, выше ее брата на полголовы и покрыт с ног до головы кровью пиратов, которых он сразил. Почти две дюжины пиратов были убиты им. Этот факт, вид воина и голос в котором чувствовался непререкаемый авторитет заставил Джиора подчиниться.

Воин говорил быстро, четко и по существу, четко поставив задачи и распределив обязанности. А ее саму назначил странным словом «адюльтером» или адъютантом, что означает быть личным помощником воина. Многие оскорбились бы что ее отправили мыть полы, но она прекрасно понимала зачем это делается - чтобы помочь раненым. Да и как можно перечить посланникам богов. А похвала сказанная воином была приятной, ибо его одобрения она хотела заслужить искренне.

Уже на выходе она хотела поблагодарить воина за все что он сделал, но застыла мгновенно увидев как он снимает свой шлем. Она ожидала увидеть умудренного и бывалого мужчину что пришел из обители богов, но никак не к тому что воин который спас весь остров в одиночку и убил сразил самого известного и кровожадного пирата Семи Королевств окажется юнцом, моложе ее племянника Джораха. Еще юное лицо перечёркивает тонкий шрам у глаза, придающий суровость, короткая стрижка под гребень. И глаза. Яркие алые глаза что повидали слишком многое для своих лет выражали усталость.

А голос. Когда воин начал говорить он притягивал внимание всех окружающих. Никто не мог отвести взгляд и все с жадностью слушали каждое его слово.

- От наших действий будет полностью зависеть умрут ваши близкие или выживут. А чтобы они выжили четко следуйте моим указаниям. Вопросы лучше задать сейчас, потом будет некогда. - Все промолчали. - Хорошо, а теперь знайте, что я не никому не дам здесь умереть, все ваши родные выживут. И прежде чем начать вымойте тщательно руки чистой водой, ясно?

Сам воин принялся снимать свои доспехи и когда он снял доспехи, взору открылась его фигура — идеальное мужское тело без лишнего грамма жира состоящее из тугих канатов мышц. Мейдж не могла отвести взгляд, ибо воин был воплощением мечты любой женщины о мужчине. Но все немного портило многочисленные шрамы, происхождение которых она могла только догадываться.

Одев белоснежно белую рубаху с короткими, не доходящими до локтей рукавами и небольшой сумкой за поясом Воин приступил к лечению. Руки что недавно отправили железнорожденных на встречу с их богом, сейчас аккуратно лечили северян. Ни одного лишнего движения или трясущихся рук. В особо тяжелых случаях воин доставал из своей сумки какие-то странные механизмы предназначения которых она не понимала и вкалывал их в тяжело раненых. И все это он делал в одиночку, его помощники только придерживали раненых и выполняли его наставления.

Мейдж уверовала в посланника богов еще сильнее. Ведь человек не может быть настолько многогранным. Учение мейстеров которые постигаются только в зрелом возрасте принося обет безбрачия, силу с боевым мастерством которые не снилось и воином королевской гвардии и непревзойдённые навыки лидера не могут сочетаться в обычном человеке, только в избранниках богов.