Вадим проснулся первым, но и Велерад долго себя ждать не заставил. Княжич потянулся, ощущая, как тело наполняется бодростью и силой. Словно он не на лавке спал, а в своей комнате на удобной перине. Впервые за долгое время он не чувствовал себя разбитым стариком потому, что сны плохие этой ночью разум его не терзали. Неужели Агнежка эта что-то наколдовала? Но почему тогда ни Вадим, ни Тихомира ему так помочь не могли? Он покосился на седого, который решил подойти к окну и убедиться, что их кони никуда не делись.

– Потому, что к травам этим привыкаешь быстро, – ответил Вадим на незаданный вопрос. – Пару ночей без снов поспишь, а на третью только хуже сделается.

К травам? Так дело в них? Велерад с интересом обвёл глазами пучки сушёных трав, вывешенные вдоль печи.

– И потому ты решил, что друг твой мучиться обязан? – в обеденную вошла Агнежка.

Она переоделась в чистый сарафан зелёного выцветшего оттенка, белую рубашку с затейливой вышивкой, нарядный передник и множество подъюбников, которые тихонько шуршали при ходьбе. Её рыжая коса покоилась на плече, перевязанная зелёной и красной лентой и выглядела куда аккуратнее, чем вчера. Казалось, что хозяйка специально принарядилась, чтобы перед гостями красивой выглядеть.

– Пускай уж немного мучается, чем потом от безысходности на стенку лезть будет, – пожал плечами Вадим. – Трудности воина закаляют.

– А ежели воин не хочет себя трудностями закалять? – Агнежка ухмыльнулась, скрестив руки под грудью. – Ежели он хочет в кроватке нежиться, да бед никаких не знать?

– Тогда и воином его не назвать, – хохотнул Вадим. – Скорее уж старцем.

Ссора казалась какой-то странной. Агнежка метала на Вадима сердитые взгляды, а тот казался непринуждённым и абсолютно спокойным. Но зачем этой девице вообще за княжича заступаться? Они встретились лишь вчера. Как она может знать, чего он там хочет?

– А может лучше поговорим о деле? – предложил Велерад, недовольный тем, что стал предметом их перепалки, на которого вообще не обращают внимания.

– Нет, сначала завтрак, – рубанула Агнежка и направилась к печи.

Велерад бросил взгляд на Вадима, а тот лишь пожал плечами и вернулся за стол. Седой не желал ничего объяснять княжичу, потому что слишком оно муторно. Рыжая принялась греметь горшками, напоминая рассерженную кухарку. Велерад решил, что ведьме просто не нравится помогать им, ведь делает это против своей воли. Вадим же знал, что злится она на него, потому что не понимает зачем друга подвергать опасности. Ей колдун тоже не хотел объяснять свои истинные мотивы.

– А откуда ты знакома с Рафалем? – поинтересовался Велерад.

– Вопросы все после завтрака задавайте! – рубанула Агнежка.

И вновь княжич посмотрел на Вадима, который устроился за столом напротив и вновь плечами пожал. Было немного стыдно от того, как они с девушкой поступили, хоть винить себя княжичу было и не за что. Ему бы не хотелось делать врагом ведьму, которая ещё и оборотнем является. И пускай они сейчас в соседнем княжестве, но это не значит, что вокруг одни только опасности их поджидают. Агнежка не казалась кем-то, кто способен вред причинить. Вадим хмыкнул, читая все эти мысли. Он на этот счёт имел свои собственные. Велерад понял, что друг снова в голову его пробрался, поэтому метнул на него сердитый взгляд.

– Держите, – через какое-то время Агнежка выставила перед ними две миски, наполненные овсяной кашей.

Дальше девушка опустила на стол кувшин молока и маленькую корзиночку с лесными ягодами. Она по очереди посмотрела на гостей, после чего прижала палец к губам, поставила еду для себя и уселась за стол, принявшись за трапезу. Видимо, это значило, что разговаривать во время еды не стоит. Велерад решил не спорить – мало ли какие в этих краях традиции да обряды? У них за столом побеседовать за едой всегда в радость было. Вадим тоже подчинился, а потому завтрак прошёл в тишине. Лишь когда миски опустели, Агнежка убрала со стола и строго заявила:

– Теперь можете и поспрашивать.

– Так откуда тебе Рафаль знаком? – напомнил Велерад свой вопрос.

– Все в Ольховани его знают, – Агнежка беспечно пожала плечами, словно до ответа и так можно было додуматься.

– Но ты то явно не в деревне живёшь, – подметил княжич. – Да и, как мне показалось, с деревенскими не особенно ладишь?

– А с кем там ладить? – девушка презрительно фыркнула. – Своих там принимают, а другим житья не дают. Раньше ведь оно как было? Любой неприкаянный, не нужный нигде мог в Ольховань приехать и осесть там. Главное, чтобы пользу какую деревне приносил – кто одежду шить умел, кто медовуху готовить, кто из дерева безделушки всякие вырезал. Но потом из цыганского табора несколько человек заехали в деревню. Тогда-то всё и изменилось. Что мог простой люд против их сделать? Как-никак, а в магии тоже сведущи, хоть и не так хорошо, как мы. Да и воины среди них хорошие есть… Иными словами, подмяли под себя всю деревню и выдворили всех, кто их не устраивал. Ольховань ведь всегда под защитой Лютобора находилась, вот и облюбовали местечко. Рафаль же сыном цыганского барона был, а теперь и сам им стал. Он свои порядки навёл в деревне быстро, потому как брат у него оборотень и дружки его…

Агнежка замолчала с тяжёлым вздохом. Воспоминания ей были неприятны, но она так давно не разговаривала с нормальными людьми, что истосковалась по простой беседе, потому и вывалила всё это на Вадима и Велерада. Как-никак, а понять должны с кем дело иметь придётся.

– Ольховань сейчас не похожа на место, которое духи леса защищают, – подметил Вадим.

– А с чего бы им это делать, когда вся деревня теперь цыганами полнится? – невесело усмехнулась рыжая ведьма. – Они духов прогоняют, обряды свои устраивают, лишь бы в деревне те не появлялись больше. Раньше ведь набрести на деревню мог только путник, который надежду всякую потерял, а теперь Ольховань просто на карте значится. Почти любой желающий туда заехать может.

– Но ты ведь сама сказала, что цыгане эту деревню выбрали потому как её Лютобор защищает, – Велерад почувствовал, что запутался в объяснениях.

– То, что духи деревню перестали скрывать, не значит, что охранять местность перестали, – Агнежка сверкнула красными глазами. – Ежели кто по лесу со злым умыслом едет, да без защиты надёжной, так и сгинет на середине пути. А из-за Кшиштофа духи совсем обозлились, потому нападать когда угодно могут. Каждый, кому Ольховань нужна, к колдуну или ведьме обратиться должен, чтобы те ему защитный амулет продали.

Велерад тут же припомнил, как когда-то Тадеуш выдал ему защитный амулет, словно знал, что княжич так или иначе в Ольховань попадёт. Значит вот для чего тот жест был нужен? Колдун наверняка понял, что без посещения той деревни так или иначе не обойтись. Если бы Соломея за ними поехала туда, так и сгинула бы из-за духов разозлённых? Но нет, она ведь и сама колдовать умела.

– А почему сейчас мы с Вадимом спокойно по лесу ходить можем? – поинтересовался княжич.

Он не припоминал, чтобы Вадим брал с собой нечто похожее на амулет, подаренный Тадеушем. Да и сам его оставил дома, уверенный, что рядом с Вадимом ему ничего не грозит.

– А ты это у друга своего и узнай, – Агнежка улыбнулась так, что стало видно её заострённые как у хищника зубы.

– Я с лешим здешним договорился, – но Вадим отмахнулся, будто обсуждать это не интересно. – Ты лучше вот что скажи – куда Рафаль уехал и как давно?

Велерад осторожно покосился на седого. Уже стало понятно, что Агнежка нужна им именно за этим, но неужели Вадим и правда не способен был сам цыгана найти?

– Куда-то на север подался, – девушка пожала плечами. – Почитай месяца три как не видно его в Ольховани. Большего не скажу – тут смотреть надо.

– И что тебе нужно, чтобы увидеть? – уточнил Вадим, кивнув.

– Вещи какие личные, – Агнежка развела руками, словно ответ был очевиден. – Да блюдо серебряное под луной заговорённое. И если блюдо у меня есть, то за личными вещами Рафаля я в Ольховань не сунусь. Меня там каждая псина сутулая знает. Братца своего Рафаль забрал, а вот дружков оставил для охраны деревни. С одним я бы, может, и справилась, но на двоих лезть…

– То есть… – Велерад нахмурился. – Нам нужно в деревню попасть и… Украсть что-то из дома Рафаля?

Вслух прозвучало ещё хуже. Чтобы княжич Хорнянский воровством промышлял? Да, бывали грешки на душе его, но их и достаточно. Зачем ещё на себя вешать?

– Покажи, где его дом расположен, – Вадим же спокойно вытащил из кармана карту города и разгладил её перед рыжей.

– Тут, – она ткнула пальцем в квадратик, стоящий на окраине деревни рядом с пастбищем.

Можно было и догадаться, раз уж на то пошло. Велерад с Есенией были неподалёку, когда в прошлом году за Вадимом ездили.

– И что? Любая вещь подойдёт? – Вадим внезапно поднялся на ноги.

– Ты… Сейчас отправишься? – вскинул брови Велерад.

– А чего терпеть-то? – Вадим хохотнул. – Или ты, княжич, планируешь по Уровинскому княжеству до скончания времён шататься?

– Нет, но… Там же два оборотня и цыгане, – неуверенно сказал Велерад.

Он просто не мог представить, чтобы они свободно въехали в деревню, обокрали бы Рафаля, а потом спокойно скрылись. Его до сих пор слегка передёргивало, когда он вспоминал о тех ощущениях, что испытал в Ольховани. Находиться там было тяжело. Казалось, что каждая травинка на тебя косо смотрит, а жители непременно поймут, если чужой зло затеял.

– Да и Агнежка сказала же, что любой, кто зло затеял, на гнев духов нарвётся! – осенило княжича.

– Ну, я зло не затеваю, – Вадим пожал плечами. – Просто одолжу пару вещей, а потом на место верну. Если получится.

– Не получится, – вклинилась Агнежка.

– Притворимся, что я об этом не знаю, – хмыкнул седой. – Так что? Любая вещь подойдёт?

– Любая, – девушка кивнула. – Гребень, например, одежда какая, а то и украшение, если повезёт.

– Если повезёт? – повторил Велерад, всё меньше веря в то, что подобное действие не будет рассматриваться как злое.

– Агнежка, тогда оставляю друга своего на тебя, – Вадим шагнул к выходу. – Уж развлеки его, пока меня не будет.

– Не волнуйся, чай не помрёт тут, – хихикнула девушка.

– Ты ещё и один собрался?! – Велерад не выдержал и тоже вскочил на ноги.

– Я быстрее один управлюсь, – седой кивнул.

– Да разве ж мы вместе не потому поехали, что помогать друг другу должны?! – возмутился княжич.

Ему показалось, что колдун его обузой счёл. С собой наверняка взял потому, что проклятие в каком-то другом месте снимать придётся. Или Рафаля заставит его рассеивать.

– Успокойтесь, княжич, – Вадим закатил глаза. – Ваш меч мне в этом деле не поможет, зато в другом месте пригодится. Я у Ворсы научился кое-чему, так что обещаю, что быстро обернусь.

Седой махнул рукой на прощание и выскочил из дупла так, будто таким каждый день занимался. Велерад бросился к нему, желая нагнать, но, выглянув наружу, никого не обнаружил. Лишь крупная чёрная птица вспорхнула и скрылась за листвой.

– Не переживай ты так, – немного раздражённо отозвалась Агнежка. – Уж такому колдуну как он точно под силу подобное совершить. А ежели он тебя с собой взял, так ты и выдал бы его тут же. А коли Рафаль узнает, что ты его ищешь, так спрячется куда сильнее, даже я не найду.

Велерад сердито оттолкнулся от края дупла и вернулся в жилище ведьмы-оборотня. Мысль, что придётся сидеть сложа руки его бесила. Не хотелось вновь в долгу перед Вадимом оставаться. Так он и за всю жизнь перед ним не расплатится. Княжич уронил своё тело на лавку, согнулся и спрятал лицо в ладонях, старательно отгоняя самые ужасные мысли. Он знал, что это всё наваждение от проклятия, а потому нельзя было ему поддаваться. Вадим и не в такие передряги встревал, а тут просто выкрасть небольшую вещичку…

– Погоди, поди обернётся быстрее, чем до ста сосчитаешь, – а вот Агнежка с чего-то была уверена в новом знакомом. – Ты лучше силы копи. Дорога нам с вами долгая предстоит, а учитывая что тут после исчезновения Кшиштофа творится… Прав твой друг, меч княжеский нам службу свою ещё сослужит.

Велерад смог выпрямиться и нехотя кивнуть. Действительно. Чего он раскис? Их путешествие только началось.

***

Вадим ещё не до конца привык к ощущениям, которые испытывает тело при трансформации. Как и обещал, он смог выучить умение Ворсы всего за год, даже раньше, но обращаться умел только в ворона или мышь. Ворожея объяснила ему, что для ритуала потребуется кровь животного, в которого обратиться хочет, но пока что нельзя проводить много.

– Если так много кровей смешаются, ты можешь навсегда в каком-то из обликов остаться, – предупреждала Ворса. – Так что не торопись уж с этим.

И он не торопился, выбрав самых неприметных животных, с помощью которых можно было попасть куда угодно. Вот и сейчас он взмахивал крыльями, ощущая, как ветер треплет перья, попутно осматриваясь в поисках деревни Ольховань, спрятанной в Лютоборе. С высоты птичьего полёта было отлично видно, а люди никогда бы и не заподозрили ничего. Вадим спокойно приземлился на яблоневое дерево и встрепенулся, уставившись на тот дом, который был ему нужен. Он ожидал увидеть большой терем, какие строили себе обычно старосты деревень, но избушка Рафаля оказалась куда менее величественной, чем можно бы было представить.

Впрочем, осмотревшись, Вадим осознал, что деревня в целом выглядит бедноватой и обшарпанной. Возможно, умелого плотника здесь давно не появлялось, а потому многие дома и вовсе покосились так, словно внутри никто не жил. Тем не менее люди по деревне расхаживали – старики сидели на лавках, присматривая за малышами, играющими перед домами. Женщины занимались работой – огородами, тащили кадки с грязным бельём к озеру, кормили скотину. Мужчин было совсем немного и те тут лишь для охраны, как понял Вадим.

Он повернул голову в сторону дома Рафаля, чтобы оценить обстановку и решить как лучше туда пробраться, чтобы местные не увидели – дом находился на пустыре, да ещё и возвышался на холме, а потому со входа войти не получится. Увидят тут же. Значит, стоило искать другой вариант. Взгляд Вадима зацепился за мужчину, который нёс два ведра воды для лошадей, что паслись неподалёку от дома на огороженной территории. Высокий, широкоплечий, с суровым лицом. Но не это подсказало Вадиму, что перед ним оборотень, а красная жизненная нить, которая обвивала тело мужчины и была видна лишь взору колдуна. Значит, этот тип был оставлен Рафалем, чтобы за хозяйством присматривать? Вадиму не впервой было оборотней за нос водить.

Он дождался, пока мужчина напоит лошадей, чтобы понаблюдать – куда он направится дальше. Кроме него в округе никого и не было, а значит второй оборотень сейчас где-то в деревне. Хорошо, что полнолуние сейчас шло на убыль, а вместе с ним и сила оборотней. Конечно, она не пропадала совсем, но справиться с ними в этот период куда проще, чем когда на небе полный диск луны зависает. Неудивительно, что Агнежка отказалась в деревню заходить – её бы они вмиг учуяли. Мужчина тем временем скрылся за дверью, совсем не обращая внимание на Вадима в виде ворона. Какое-то время он провёл внутри дома, а затем вышел, зашёл за него, достал из сарая вилы и направился к конюшням. Видимо, собрался их чистить, а значит какое-то время на дом внимания обращать не будет. Вадим взмахнул крыльями и поднялся в воздух, облетая избу кругами и выискивая более удобное место для проникновения.

В итоге колдун приземлился так, чтобы его не было видно ни со стороны деревни, ни со стороны конюшни. Он вновь обратился человеком, потому что колдовать в виде ворона неудобно, и провёл пальцами по оконной раме, заставляя задвижки отъехать в сторону. Вадим подцепил раму и потянул окно на себя, распахивая его. Он залез внутрь, очутившись в небольшой обеденной. Обычно такие комнаты были самыми большими в избах, ведь редко когда семья была маленькой, но здесь словно и не старались построить дом для большого количества человек. Вадим выпрямился и осмотрелся, пытаясь зацепиться взглядом хоть за что-то.

В углу под лавкой был сундук, который, судя по следам на полу, частенько вытаскивали. Возможно, в нём здешний оборотень хранит свои вещи. На печи валялась тонкая ткань, используемая вместо простыни, и подушка. Всё было помятым, что натолкнуло Вадима на мысль – мужчина спит именно здесь. Вадим шагнул к двери, магически поглощая все звуки и запахи от себя. Много времени, чтобы найти комнату истинного хозяина дома, не ушло. Она оказалась немногим больше обеденной и тоже имела лишь одно окошко, выглядывающее на деревню. Поэтому Вадим взмахнул рукой, чтобы никто с другой стороны не увидел, как он тут копошиться будет.

Здесь обнаружилась деревянная кровать, добротный сундук и платяной шкаф для зимней одежды, а в углу стоял табурет, на котором покоилось нечто, укрытое шкурой волка. Вадим в первую очередь присел на корточки и распахнул сундук. Одежды внутри было немного – видно, Рафаль забрал с собой в путешествие, а может и вовсе не имел много нарядов.

– Раз оставил, значит, не так уж и часто носит, – пробубнил Вадим, отодвигая в сторону вещи.

На дне сундука нашлись лишь ботинки, внутри которых оказалось пусто, но тут из угла раздался тихий всхлип. Колдун бросил взгляд на шкуру, из-под которой звук и послышался. Может, показалось просто? Да даже если и нет, он ведь здесь совсем не за этим. Вадим поднялся, сделал шаг в сторону и распахнул шкаф. Зимняя одежда висела на месте.

– Не охота как-то тащить тяжелую шубу, – снова тихо подметил Вадим, будто это действительно было весомой проблемой для него.

И вот опять из-под шкуры донёсся странный звук – слабое шуршание вперемешку со стоном. Вадим прикрыл глаза на секунду. Он здесь совсем не за этим. Вновь присел на корточки и выдвинул нижние ящики шкафа. Там он наткнулся на кое-что куда интереснее – амулеты и обереги, но выглядело всё так, будто Рафаль их не для себя собирал, а на продажу. Колдун порылся немного среди этих вещей, но натыкался лишь на слабые защитные амулеты. Они по любому нужны жителям, чтобы покидать безопасно деревню. Наверняка духи Лютобора их атакуют в дороге. И вот снова из-под шкуры волчьей раздался тихий стон, за которым последовало шуршание. Нет, кто-то там точно шевелился.

Вадим сосредоточился на своих поисках. Сначала дело. Потом любопытство. Он выдвинул второй ящик, где обнаружил пару книг, одну из которых всё же сунул в карман, белый платок с вышивкой одуванчиков – явно работа какой-то девицы. Возможно, подарок? Но если бы был дорог, забрал бы с собой. Тем не менее и его Вадим сунул в карман. А ещё нашёл три сломанных кольца. Они выглядели довольно заношенными – вот их Рафаль наверняка использовал, но оставил тут до лучших времён. Возможно, хотел починить, а может сменить камни треснувшие да продать какому-нибудь путнику глупому. И снова до Вадима долетел всхлип.

– Я ведь об этом жалеть буду, – сказал колдун, закатив глаза к потолку, но всё же закрыл все ящики и шагнул в угол комнаты.

Он ощущал магию под этой волчьей шкурой, но сама она ничем магическим не являлась. Вадим сорвал её и так и застыл, уставившись на то, что под ней оказалось. Он то думал, что дух какой лесной заточённый погибает, но всё оказалось куда хуже. Небольшая птичья клетка была сделана как будто из серебра, а на каждом прутике ветвились руны, но не этого удивило седого. Внутри на дне этой маленькой тюрьмы лежал крошечного вида котёнок, не больше яблока размером. Он был серо-чёрного цвета, мех был длинным и спутанным в некоторых местах, хоть он и свернулся калачиком, а всё равно было видно, что ушко одно загнуто. Иногда котёнок вздрагивал и вздыхал, оттого и звуки, которые Вадим слышал. Невольно он крепче сжал шкуру волка, жалея, что метнуть её сейчас со злости не в кого. Разве можно так с домовым обращаться? И ведь клетку какую купил где-то! Немалую сумму денег за неё отдать пришлось. Зачем цыгану домовой? Захотел себе защитника в доме завести? Довести беднягу до истощения, а потом сделку заключить насильно?

– Неудивительно, что духи цыган недолюбливают, – Вадим швырнул шкуру на пол и присел на корточки, чтобы осмотреть замочную скважину.

Вряд ли он найдёт где-то здесь ключ, но ведь тут и по иному открыть можно. По ощущениям он уже слишком долго возился – конюшни чистить не две минуты, но оборотень может куда быстрее человека управиться.

– Бабушка мне как-то ловушки для духов показывала, – забормотал Вадим, внимательно рассматривая вязь рун на изделии. – Лишь бы найти слабое место…

Выцепляя из памяти уже давно заученное, Вадим нашёл нужное место и ткнул в него пальцем, уничтожая руну. На миг все знаки вспыхнули, а потом исчезли, поэтому Вадим спокойно открыл клетку. Он осторожно протянул руку и дотронулся до домового. Тот распахнул два янтарных глаза, которые вспыхнули в темноте ярче свечи, а шерсть тут же вздыбилась, так что пришлось убрать ладонь.

– Я тебя не обижу, – заверил Вадим. – Я помочь хочу. Унесу тебя в безопасное место, хочешь?

В дуплянке Агнежки домового он не почувствовал, а потому был не уверен, что девушка захочет приютить духа – не все с ним совладать могли, но не бросать же его здесь? А к Тихомире и подавно не оттащить – там уже есть свой домовой.

– Убирайс-с-с-ся! – зашипел котёнок и чуть подвинулся, видимо, желая отползти от Вадима как можно дальше.

Колдун его не винил – домовой явно не самую лучшую жизнь проживал здесь. Но раз не напал, значит есть шанс. Дух сильно ослаб, а потому даже без ловушки не мог сопротивляться. Но домовые упрямые. Возможно он и сам не захочет у Агнежки жить.

– Сам ты отсюда не выберешься, – уговаривал Вадим. – Я просто вынесу тебя прочь, а там уж сам решай в какую сторону пойти. Принуждать ни к чему не буду. Сердцем клянусь.

Такое обещание поумерило пыл котёнка, и он уставился на Вадима, а потом медленно моргнул – сил на то, чтобы ответить у него тоже не осталось. Но и этого жеста было достаточно. Вадим осторожно подхватил комочек ладошками и вытащил из клетки.

– Ты прости уж, но придётся тебе немного в тесноте побыть, – извинился Вадим прежде, чем сунуть духа в карман.

Хоть он и использовал магию расширения на нём, но в тот раз домовой Тихомиры постоянно ворчал, что там внутри развернуться негде. Он надеялся, что этот котёнок не сильно на него разозлится в конце. Быстро укрыв клетку шкурой, чтобы выглядело как было, Вадим обвёл помещение взглядом, но решил, что нашёл достаточно личных вещей Рафаля, а потому направился к окну – стоило убираться, а то небось Велерад там извёлся весь.

***

Княжич действительно не находил себе места, а потому долго сидеть на лавке не смог и принялся расхаживать по обеденной. В голову лезли самые неприятные мысли, особенно после того, как он досчитал до ста, как ему и советовали, а Вадим не вернулся. Агнежка сидела спокойно за столом, подперев рукой подбородок, а её узкие зрачки наблюдали за метаниями княжича. Девушка явно не испытывала никаких эмоций по поводу задержки Вадима. Да даже если бы он не вернулся – она бы рада только осталась.

– Хочешь чай липовый заварю? – в итоге Агнежка устала от движений княжича.

– Нет, благодарю, – Велерад мотнул головой даже особенно не слыша вопрос.

Его мысли сейчас полнились другим – как спасать Вадима, если он всё же попал в беду? Пробраться в деревню дело десятое, но ведь нужно Клятву с собой тащить, ведь чем они друг от друга дальше, тем княжич сильнее с ума сходит. С какой стороны деревни коня лучше оставить будет? А есть ли у них там темница какая, чтобы Вадима заточить? И что делать, если оборотни вдвоём нападать станут? Мыслей о том, что Агнежка помочь может у Велерада даже не возникло.

– Чего ты так переживаешь? – Агнежка зевнула. – Я давно таких сильных колдунов не встречала. Не пропадёт Вадим твой.

– Так говоришь, словно он всесильный какой, – буркнул Велерад, не желая признавать её правоту.

Он вроде и понимал, что страх поднимается из-за проклятия, но просто уже не мог контролировать. Словно не только Клятва, но и Вадим рядом должен быть постоянно, чтобы спокойнее стало.

– А ты так панику разводишь, будто он немощный, – хохотнула рыжая и похлопала ладошкой по столу. – Иди-ка сюда, я сделаю кой-чего, тебе полегче станет.

Княжич остановился и недоверчиво посмотрел на Агнежку, но та мягко улыбалась и продолжала постукивать ладошкой по столу, призывая его сесть напротив. Велерад замешкался, чувствуя, как внутри всё сдавливает и леденеет, но встретив красные глаза ведьмы, он всё же нашёл в себе силы осторожно сесть на лавку. Поначалу её красные глаза пугали, но в данный момент наоборот веяло от них необъяснимой теплотой.

– Дай мне руку свою, в которой меч держишь, – попросила Агнежка мягко.

Велерад протянул правую, и девушка тут же обхватила грубоватую большую ладонь, опустив на неё взгляд. Какое-то время она молча пялилась, бегая глазами по линиям, но потом тихо заговорила:

– Да уж… Тяжёлая у тебя судьбинушка. Злобы-то как много осталось… Но сейчас она спит. Не следует её внутри хоронить…

– Ты будущее предсказываешь что ли? – перебил Велерад.

Ему как-то рассказывали дружинники, что в других княжествах такое развлечение бывает. Даёшь ведьме ладонь, а она тебе будущее рассказывает. Но зачем Агнежка это делает? Велерад не просил. Или она успокоить хочет? Расскажет, что с Вадимом случится?

– Будущее так не увидеть, – но она головой мотнула. – Я так о прошлом человека узнать могу. Согласись – ежели я помогать вам буду, то должно и знать мне с кем дело имею?

Велерад попытался невольно убрать руку, но Агнежка подняла на него строгий взгляд, и двигаться тут же перехотелось. И правда нечестно выходит – они у неё помощи не просто попросили, а заставили против воли. Будет честнее, если девушка хотя бы поймёт кто перед ней.

– Но могу я и ещё кое-что сделать, – и тут ведьма сунула руку в передник и вытащила какую-то травку.

Велерад не успел её рассмотреть, но когда она растёрла пальцами, в нос ударил терпкий аромат полыни. Агнежка опустила указательный палец на ладонь княжича и принялась вырисовывать знак.

– Страх отведи, смелость верни, – шёпотом приговаривала она. – Страх отведи, смелость верни…

Велерад почувствовал жар на ладони, который пополз вверх по руке и достиг самого сердца.

– Ну вот, – Агнежка улыбнулась и отпустила его руку. – Пока мест полегче стать должно. Ну, а как запах полыни выветрится…

– Что это было? – перебил её Велерад, сжимая и разжимая пальцы.

Ни Вадим, ни Тихомира подобного колдовства не творили.

– Заговор обычный, – Агнежка пожала плечами.

Обычный? Но для Велерада сейчас произошло что-то поистине необъяснимое, а страх и правда отступать стал. И чего он распереживался? Вадим колдун сильный, справится и один. Чтобы его заточить где-то понадобится очень постараться.

– Спасибо, – выдохнул Велерад в итоге.

– Тяжело тебе приходится, когда в друзьях такой как он, – Агнежка лишь хмыкнула. – Вроде и колдун сильный, а таких простых вещей не знает.

– Но… Заговор твой ведь не спасёт меня от проклятия? – осторожно подметил княжич. – Только временно поможет.

– Не спасёт, – согласилась Агнежка. – Но и хуже не сделает, так ведь?

Спорить с ней не хотелось. С одной стороны обидно, что Вадим вообще ничего не сделал за целый год, а Агнежка за пару минут облегчила состояние. С другой стороны Вадим часто поступал, как хотел, ничего не объясняя, а в итоге оказывалось, что не просто так он всё это делал.

Дальнейшие размышления княжича прервал звук хлопающих крыльев. Велерад слегка вздрогнул и обернулся на вход в жилище Агнежки, но успел лишь мельком заметить крупного чёрного ворона, который тут же скрылся за пеленой молочно-белого тумана. Из него вышел Вадим, махнув рукой так, что тумана словно и не бывало. Он не был ранен, но на лице застыло какое-то обеспокоенное выражение.

– Ты ничего не нашёл? – поинтересовался Велерад, догадываясь в чём дело.

– Скорее – нашёл больше, чем хотел, – Вадим отрицательно мотнул головой и подошёл к столу, попутно засовывая руку в карман.

Сколько бы раз это ни происходило, а все равно удивляло княжича, как в первый. Колдун принялся выкладывать предметы, а карман при этом выглядел абсолютно пустым. Сначала появилась книга, сверху он положил платок, а потом высыпал три старых кольца. Агнежка приподнялась, чтобы лучше рассмотреть вещи.

– Ну-у-у, – протянула она неуверенно. – Может, что-то из этого и сойдёт…

– А это ещё не всё, – остановил её Вадим и на этот раз сунул руку в карман так, словно ожидал, что тот откусит ему парочку пальцев.

Брови Велерада свелись к переносице, потому что он не сразу понял, что Вадим достал. Это был какой-то тёмно-серый пушистый комочек, больше похожий на дым от костра. Казалось, что если чихнуть – он и вылетит прочь сквозь дупло. Но комочек вздымался и опускался, потому что дышал, а ещё слегка подрагивал, будто ему было холодно. Присмотревшись, Велерад смог рассмотреть острое ушко, второе было загнуто, глазки закрыты, а чёрный носик спрятан под пушистым хвостом. Оно походило на котёнка, но какого-то неимоверно крошечного, размером не больше яблока.

– Это… – Велерад выдохнул, но вопрос задать не успел.

– Ты где его взял? – строго спросила Агнежка. – И зачем ко мне приволок?! Не видишь, что плохо ему?!

– В доме Рафаля клетка была, – объяснился Вадим. – В ней он запертым и сидел. Лучше молока ему принеси с мёдом.

Агнежка сердито зыркнула на седого, но бросилась как можно скорее выполнять его поручение. Оно и немудрено было – казалось, что котёнок вот-вот исчезнет. Вскоре на столе появилась тарелка, в которую ведьма щедро налила молока и сдобрила ложкой мёда. Велерад подумал – а не придётся ли им котёнка отпаивать? Сможет ли он в таком состоянии сам поесть? Но зверёныш, учуяв угощение, открыл янтарные глаза, повёл носиком и послушно опустил мордочку к тарелке, принявшись лакать. Было сложно услышать, но комочек тихонечко замурчал, хотя на лапки до сих пор не поднялся. Он пил медленно, не торопясь, смог осилить лишь четверть порции, а потом вновь свернулся калачиком.

– Настолько слаб… – жалобно выпалила Агнежка, не сводя с котёнка глаз.

– Зачем Рафалю было мучить животное и запирать его в клетку? – сурово спросил Велерад.

– Это не просто животное, княжич, – Вадим мотнул головой из стороны в сторону. – Перед нами домовой. И я понятия не имею как цыгану удалось его в клетку заманить…

У Вадима и самого в голове сейчас крутилось много вопросов. Домашний дух не так глуп, чтобы на чужие уловки попадаться, но этот совсем молодой пока. Неужели Рафаль настолько искусен в обмане? Или же дело в другом совсем?

– Думаю, он пытался его ослабить, чтобы подчинить и к дому своему привязать насильно, – выдал вслух Вадим догадку. – Поэтому и принёс его к тебе. Ты не волнуйся, я ему обещание дал – как оправится, сам будет волен дорогу свою выбирать. Так что не сердись уж так сильно.

– В таком состоянии его знаешь как долго выхаживать?! – но Агнежка всё равно возмутилась. – А нам уходить надобно! Одного его тут не оставишь, и что теперь? Малыша с собой тащить? У тебя в голове поди один ветер гуляет, раз решил, коли так лучше будет!

Вадим сжал губы, не сводя глаз с котёнка, который сжался ещё сильнее и продолжил дрожать. После еды его состояние ни на каплю лучше не стало.

– Может тогда подождём просто? – предложил осторожно княжич. – Сколько ему нужно, чтобы в себя прийти? Неделю?

– Месяца три не меньше! – фыркнула Агнежка. – А то и год весь!

Велерад шумно выдохнул. Столько времени у них и правда в запасе не найдётся сейчас. Вадим ещё у Тихомиры в избе объяснил – Рафаля нужно до зимы этой поймать. Почему? Не ответил.

– Ну что уставился, ирод? – обратилась ведьма к застывшему Вадиму. – Не подумал головой, обещание дал, а теперь делать что будешь?

Колдун помолчал немного, а потом взмахнул рукой, призывая кинжал. Он вытащил его из кожуха, сжал лезвие ладонью как следует и резко вытащил, взрезая собственную плоть. Велерад не понял зачем это надо, а Агнежка охнула.

– Чего ты творишь?! – прижала она ладони ко рту, пока Вадим выставил раненую руку над миской с молоком.

Немного крови упало в жидкость и растворилось, сделав молоко слегка розоватым.

– Духи могут силы быстро восстанавливать с помощью крови нашей, – сухо отозвался Вадим. – Так быстрее будет, сама знаешь.

– Но так… Нельзя… – выдохнула Агнежка, но сокрушаться было уже поздно.

Котёнок вновь распахнул глаза и сначала уставился на Вадима, как на умалишенного, а потом неуверенно повернул мордочку к молоку.

– Чего смотришь? Пей давай, – Вадим кивком указал на тарелку.

Велерад никак не мог понять с чего такая реакция, если колдун просто помочь пытается? Но судя по выражению, застывшему на лице Агнежки, Вадим делал нечто очень опасное. Котёнок же моргнул, а потом послушно принялся лакать молоко. На этот раз выпил всё до конца. Его цвет стал чуть насыщеннее, теперь шёрстка не так просвечивала, но ощущение, что перед ними клочок дыма от костра всё равно никуда не делось. Домовой тихо икнул и вновь свернулся калачиком, зато теперь больше не дрожал.

– Что ж ты наделал… – тихо выдохнула Агнежка то ли восхищаясь его смелости, то ли считая последним дураком.

– Ты лучше вещами займись, – Вадим рассеял кинжал и теперь принялся залечивать рану при помощи мази. – Тащи своё блюдце серебряное или что там тебе нужно было.

Судя по дикому взгляду, ведьме было что высказать, но вместо этого она развернулась на пятках и скрылась в другой комнате, шурша юбками.

– А что… Произошло? – осторожно поинтересовался Велерад, не совсем понимая гнев девушки.

– Ничего, – Вадим беспечно пожал плечами, сосредоточившись на порезе. – Немного помог домовому.

Это его “немного помог” прозвучало как-то слишком уж подозрительно.

– А что тогда Агнежку рассердило? – уточнил Велерад.

– Да кто ж её знает, – Вадим хохотнул.

– А ощущение, будто ты что-то неправильное сделал, – подметил княжич.

– Это кто так решил? – Вадим сунул баночку с мазью в карман. – Она что ли? Ты княжич, поменьше переживай лучше. Не твоё это дело.

– А ты мне теперь совсем не доверяешь, раз даже мелочь такую рассказать не в силах? – Велерад нахмурился.

– Княжич, – Вадим тяжело вздохнул. – Просто невежливо некоторые вещи вслух сейчас обсуждать.

Он сказал это со странным нажимом и слегка кивнул на спящего домового, словно намекая, что нельзя перед ним произносить. Велерад немного смягчился, поняв, что вспылил на пустом месте. Но разве мог он знать?

Агнежка вернулась, всё ещё бросая на Вадима сердитый взгляд, а седой лишь осторожно подобрал домовёнка и перенёс на тёплую печку. Ведьма бурчала что-то себе под нос, выставляя на стол большое круглое серебряное блюдо. Велерад слегка наклонил голову, рассматривая знаки, вытравленные по ободку. Княжич в них ничего не смыслил, но не раз видел, как Вадим некоторыми из них пользовался.

– Давай начнём с платочка, – ведьма перегнулась через стол и пальцами зацепилась за нужный предмет.

Достать его было сложно, что Вадима позабавило – он усмехнулся в кулак. А вот Велерад поспешил придвинуть все остальные предметы поближе к Агнежке, чтобы той больше не приходилось тянуться. Она одарила его быстрой улыбкой, но пришлось отдать всё внимание делу. Девушка расправила платочек и накрыла им тарелку, а потом принялась выравнивать, чтобы всё было по центру.

– Но это же женский платок, – подметил Велерад, рассматривая вышитые жёлтые цветы в уголочке.

– А вам, княжич, девицы влюблённые никогда таких подарков не делали? – хмыкнул Вадим.

– Нет у меня привычки принимать подарки, когда чувств ответных нет, – сердито парировал Велерад.

Вадим лишь пожал плечами, не желая спорить, а Агнежка тем временем успела достать мешочек с сушёными травами. Она взяла небольшую горсть, принялась растирать меж ладоней и бормотать что-то под нос, закрыв глаза. Девушка резко развела руки в стороны, осыпая платок перетёртыми травами, отчего предмет вспыхнул так, что пламя взвилось почти до самого потолка. Велерад от неожиданности отпрянул, Вадим и Агнежка даже бровью не повели. Видимо потому, что огонь быстро успокоился, оставляя после себя на серебряном блюде лишь горстку пепла вместо платка. Агнежка открыла глаза и уставилась на результат, Вадим тоже подошёл чуть ближе, но для Велерада всё это было чем-то обычным. Он не видел того, что могли видеть они.

Тем временем Агнежка задумчиво подцепила пальцами бледную нить, светло-голубого оттенка и немного за неё потянула. Она выглядела как паутина очень крупного паука и казалась довольно крепкой, но натянулась и оборвалась.

– Не то, – мотнула Агнежка головой. – Этот предмет он у мёртвой забрал. С ним он слабо связан.

– Зачем ему платок мёртвой девушки? – нахмурился Велерад.

– Попробуй это, – Вадим поднял книгу, игнорируя вопрос княжича.

Ему не хотелось разбираться в таких вопросах.

– Справочник травничества? – Агнежка презрительно фыркнула и подобрала кольцо. – Лучше это попробуем.

Велерад был уверен, что седой сейчас возмутится и будет стоять на своём, но он просто положил книгу на место. Это было как-то необычно – Вадим не пытается кому-то свою правоту втолковать?

Агнежка смахнула пепел и вновь принялась размещать предмет в центре блюда, повторяя манипуляции. Магический огонь взвился, выбросив в воздух сноп искр, но снова погас, оставляя пепел даже после тяжёлого перстня. Нить опять появилась, на этот раз чуть ярче, но как только Агнежка потянула, оборвалась даже быстрее первой. Рыжая выругалась, смахнула прочь пепел и схватилась за следующее кольцо. И снова не вышло.

– Может, всё же книгу лучше? – предложил Вадим, видя, как девица тянется за последним перстнем.

– Да не в этом дело! Мне будто мешает что… – отмахнулась Агнежка.

– Поди сил магических не хватает, – предположил Вадим. – Или может, потому, что он далеко слишком уехал?

– Может и так! – рыкнула Агнежка. – И что предлагаешь теперь? В центр княжества Уровинского тащиться, чтобы результат был?!

– Можно и проще немного, – Вадим обошёл стол, встал позади Агнежки и положил руку ей на плечо. – Попробуй теперь.

Девушка удивлённо захлопала глазами, а потом как-то странно свистяще выдохнула.

– Что вы де..? – хотел поинтересоваться княжич, но тут пламя взвилось до самого потолка, заставив его отпрянуть почти к стене.

Он ощутил жар, которого ранее не было, а огонь тем временем зарычал, облизывая потолок. Казалось, что сейчас всё загорится, но пламя превратилось в тонкую нитку и с громким хлопком исчезло, не оставив ни следа копоти. В глазах Агнежки плескалось восхищение, а пальцы медленно обхватили ярко-голубую ниточку. Велерад, конечно, этого не видел – для него ведьма просто странно водила рукой над блюдом. Агнежка сжала нить сильнее и потянула, та засветилась чуть ярче, но всего на несколько мгновений дольше предыдущих, а потом звонко оборвалась – даже княжич услышал.

– Почти вышло, а ведь я с тобой хорошо так силой своей поделился, – подметил Вадим. – Может, ты заклинание давно не использовала, вот и разучилась? Эх, знал бы, побольше вещей бы принёс…

– Не в заклинании дело! – Агнежка скинула его руку со своего плеча и развернулась, сердито покраснев. – И вообще! Я аж до Свислочи его отследить смогла! Коли уж туда доберёмся…

– А что если и там не сработает? У нас из вещей только книга осталась, а значит попытка одна всего, – Вадим ткнул девушку указательным пальцем в лоб. – Предлагаешь мне снова в дом его лезть? Там и полезного больше не осталось.

– Поди плохо искал! – Агнежка отступила в сторону и показала Вадиму язык.

– Так ты сама попробуй, что уж там, – хмыкнул Вадим.

– Так может просто по старинке найдём? – попытался вмешаться Велерад. – Раз он туда поехал, по пути его точно кто-то да видел.

Княжич давно заметил, что Вадиму нравится всех вокруг из себя выводить, но ему самому не по духу было.

– Так он быстро узнает, что его кто-то ищет и мы никогда его не поймаем! – возразила Агнежка так, словно изначально была с ними.

– Да, не вариант, – согласился Вадим, задумавшись. – Так мы с тебя проклятие не снимем…

Все замолчали, размышляя как бы теперь поступить лучше, но вариантов было мало. Получается, что без магии Агнежки они Рафаля тихо найти не смогут, но ей поближе к нему подобраться надо, а попытка всего одна осталась и то не факт.

– Я з-з-знаю, куда Раф-ф-фаль поех-х-хал, – раздался шелест со стороны печки.

Точнее для Велерада это был шелест, но Агнежка и Вадим обернулись, разобрав слова домового. Котёнок сидел на печке и, видимо, давно уже наблюдал за их попытками, сверкая своими янтарными круглыми глазами и слегка помахивая хвостом. Агнежка и Вадим переглянулись, явно подумав об одном и том же, и лишь Велерад растерянно следил за их взглядами, совсем не понимая, что происходит.