Маленькая собачка вписалась идеально. Подбежала к бойцу, присматривавшему за лодками, обнюхала. Боец погладил ее по спинке. Машинально. Все внимание его было обращено в сторону лагеря, где как раз началась нездоровая суета. Добрый человек. Не буду его убивать.

И не убил. Тюкнул обухом по кожаной шапочке и хватит с него. Потом, этим же топориком перерубил одну веревку, потом другую. Вихорек тем временем волок весла и закидывал их в ту лодку, что попросторнее. Четыре весла, больше нам не надо. Сом и Ангвлад спихивали лодки. Стег бдил с луком наготове.

А я занялся тем, ради чего мы здесь.

Незадачливый отрок обнаружился, где сказано. Грязный, мокрый и грустный.

Увидел меня — сначала не узнал. Я же в маскировке. А когда я меч достал и вовсе затрясся.

— Храбрее будь, новик, не то из дружины выгоню, — посулил я бедолаге, перехватывая Вдоводелом веревки на руках и ногах. — Встал и за мной пошел.

Связывали его грамотно, на ноги новобранец встал без проблем.

Но встал, а не пошел. Забормотал что-то виноватое. Надо полагать, оправдывался. Нашел время! Пришлось дать ему направляющего пинка, а самому быстренько наружу. Помогать связывать концы, которыми чудинские лодки на берегу удерживались.

Нашу деятельность все-таки заметили.

Не из лагеря. Там все еще переживали по поводу стрельбы. Надеюсь, Лосенок успел улизнуть.

Нас спалили рыбаки. Заорали, привлекая внимание соплеменников.

Орали недолго. Потому что первым на их бдительность отреагировал Стег. Дистанция в шестьдесят метров ему — ни о чем. Три стрелы, три покойника. Остальные спрятались за бортом. Вопить, впрочем, продолжали.

Я кинул увязанные воедино восемь концов Вихорьку. Днище девятой лодки уже прорубил Ангвлад и перебрался на десятую. Я залез в одиннадцатую и где-то за полминуты прорубил одну из досок обшивки ближе к днищу и прилично расшатал соседние. Все, что смог. Крепчайшие доски. Прав Стег: попортить все мы не успели бы. Хотя можно было попросту весла прибрать. Пусть ложками гребут.

— Прыгай! — крикнул Стег, уже вставший на банку головной лодки, в то время как борт одной из буксируемых притерся к корме лодки, только что попорченной мной. — Живей, князь!

И собачка тоже поддержала-подтявкнула.

Могли бы и не уговаривать. Зазор-то меж бортами все время увеличивался.

Но была еще одна причина, поважнее этой.

«Причина» эта сейчас с воплями сыпалась на берег с невысокого обрыва. Кто-то особо самонадеянный даже копье в меня метнул. Не добросил. А через полминуты копье не добросил бы и такой герой-метатель, как Стюрмир, потому что четверка моих уже вовсю тянула весла, уводя от берега всю гроздь буксируемых лодок. Хорошо, когда всякий твой хирдман — профессиональный гребец.

Чудины на берегу ярились еще минуты две. Потом наконец-то появились парни с луками и немедленно пустили их в ход. Вот только луки у них были так себе, хотя несколько стрел до меня все-таки дотянулись, но уже так, на излете. Одну я даже рукой поймал.

Скинув на дно лодки чудинскую куртку, я перебрался на нос.

Тем временем головная лодка резко взяла левее, целясь на ту, что с рыбаками.

Из лодку пескариком нырнул один из уцелевших и саженками устремился к берегу. Еще один показал себя храбрецом. Метнул в меня копье. Вернее, не копье, а что-то типа остроги. Почему в меня? Потому что я был ближе: в каких-то десяти метрах.

До настоящих копьеметателей мне, конечно, далеко, но такой бросок мне перехватить по силам. И вернуть отправителю. Не ожидал, рыбачок? А стоило бы. Исподняя рубаха — плохая защита от железа, а крючок на железке здорово затрудняет извлечение наконечника из брюшной полости.

Затруднил бы. «Моя» лодка поравнялась с «рыбачьей», я перемахнул туда.и первым делом избавил храбреца от мучений.

Через минуту ко мне присоединился сын и мы увеличили кормовую базу озера на четыре бывших человеческих особи.

С берега громко и возмущенно орали. Скорее всего требовали, чтобы мы вернулись и сулили страшные кары, если мы откажемся. Это я так, предполагал. Лосенка с нами не было и перевести угрозы было некому.

Добираться до нас вплавь никто не рискнул. Более того, от пляжа чудины тоже отошли после того, как Стег на практике продемонстрировал превосходство качественного степного лука над местными поделками.

Теперь нас пугали с безопасной дистанции. Безопасной, потому что Стег решил не тратить стрелы.

Лодки мы спрятали в укромном затоне неподалеку от того места, где брала начало обещанная Сомом река.

Здесь мы разделились. Стег, Вихорек и я отправились на соединение с Лосенком и лошадками, а Ангвлад, Палийка и Сом с псинкой на рыбачьей лодке, которую сочли наиболее надежной, должны были проследовать до Великой, а по ней — вверх до Плескова. Лодка эта, как, впрочем, и остальные, была крепкой, остойчивой, с возможностью установки паруса и вместимостью до двадцати человек.

Мы бы все в ней легко поместились, но идти вверх по течению нам было некогда. Надо собирать войско и карать вторженцев.