(Середина июня 2014 года)
Документы были подобраны в хронологическом порядке. И первым лежал документ, который привёл моего ботаника в неописуемый восторг.
– Якоб Готлиб Гмелин «Дневник путешествия из Тобольска в Томск, по предгорьям Алтая и дальше в Сибирском государстве», – прочёл я, и Пётр тут же открыл документ в компьютере.
– Слушай, тут много всего, – сказал он. – Гербарии, образцы минералов, зарисовки видов и антропологических типов аборигенов. А предок твой был неплохой рисовальщик.
– Ты читай то, что я сказал, – перебил его, – с гербариями, слава богу, не нам разбираться. И по поводу, как ты выразился, предка – тут бабушка надвое сказала.
– Ага, твоя бабушка! – Петро хохотнул, но, глянув на меня, прокашлялся и начал читать…
* * *
«Дневник путешествия из Тобольска в Томск, по предгорьям Алтая и дальше в Сибирском государстве
1 ноября 1715 года
Прибыли мы в строящуюся Белоярскую крепость. Крепость представляет собой равносторонний прямоугольник из деревянных стен длиной в сто сажен с большой надвратной башней. Господин воевода принял нас с большой любезностью, рассказал о местных достопримечательностях и особенностях отношений с местными аборигенами. В десяти верстах от крепости находится поселение телеутцев, обычаи и нравы которых я описывал выше. Живёт там сильный шаман именем Ока Еруннаков. На расположенной ниже по течению Чёрной горе живёт племя, которое господин воевода называет чудью. Ввиду выпавших обильных снегов и установившихся крепких морозов принял решение зимовать в строящейся Белоярской крепости.
2 ноября 1715 года
Составил план исследований на зимний период. Господин воевода предлагает ждать установления санного пути, чтобы отправить донесение в Санкт-Петербург в Берг-коллегию и де-сиянс-академию. Я присовокупил к сему личное письмо царю Петру, в котором кратко изложил обстоятельства моего путешествия от Тобольска до Белоярска.
15 ноября 1715 года
Установился санный путь. Пришли первые обозы из Томска и Тобольска. Обозы доставили дополнительные припасы и письмо из Берг-коллегии с предписанием дожидаться рудознатцев из резиденции царского любимца и магната Акинфия Демидова – Невьянска.
20 ноября 1715 года
Совершил поездку в стойбище телеутцев. Шаман Ока Еруннаков продемонстрировал мне своё искусство. Бубен его преогромен и очень древний. По словам сего шамана, живёт он более ста пятидесяти лет, но производит впечатление сильного, и на вид ему никак нельзя дать более сорока лет. Впрочем, возможно, я не совсем правильно понял слова сего последнего.
1 декабря 1715 года
В крепость пришли чуди, или чудины, как называют их местные казаки. За всё время моего путешествия не встречал более красивых и гармонически сложенных людей. Пропорциональные черты лица, большие глаза яркого цвета, который редко можно встретить среди жителей этих мест. Росту небольшого, но сила в них чувствуется преизрядная. Предводителем у них является женщина, которую казаки на свой лад именуют Маланья, но имя её звучит как Meteana. Представители племени удивительно чисто изъясняются на русском языке. А Meteana на прощание произнесла, как мне показалось, на латыни.
5 декабря 1715 года
Сегодня посетил поселение чуди. Расположено оно на вершине горного останца, поросшего чёрной пихтой. Поселение представляет собой ряд больших землянок, выкопанных на опушке. Глубина землянки приблизительно около одной русской сажени. Сверху она перекрыта тонкими брёвнами в три наката. Внутри выложена большая печь, свет поступает через входную дверь либо через большое отверстие, закрытое пластиной, как мне показалось, из горного кварца. Внутри жилище содержится в преотменной чистоте. Уборки производятся два раза в день, что нечасто встретишь среди цивилизованных народов. Живёт в посёлке семь или восемь семей. Семьи парные, муж и жена, детей немного – один, редко два. Главой поселения является вышеупомянутая Meteana, которая, по совместительству, видимо, является верховной жрицей. Объектом поклонения являются два дерева-прародителя этого племени и расположенная вокруг священная роща.
17 декабря 1715 года
Предпринял несколько попыток попасть в поселение чудинов. Однако дорогу найти туда без проводника невозможно. Об этом же говорят и местные казаки. Тропы настолько скрыты, что можно находиться на расстоянии двух шагов и не заметить никаких следов. Вместе с тем дороги здесь гладко утрамбованы и очень твёрды, что нечасто встретишь даже в цивилизованных странах. Найти какие-либо кроки местности не представляется возможным. Вспоминается рассказ приобских остяков о народе сииртя, живших в этих местах до их прихода. С приходом остяков эти люди ушли под землю и до сих пор с ними можно встретиться только с их согласия. Всё это мне напоминает немецкие сказки о феях, эльфах и кобольдах. Но встретиться с этими преданиями в глубинах Азии – это выше моего понимания.
20 января 1716 года
Имел продолжительную беседу со жрицей Meteana. Разговор шёл на российском наречии, временами она переходила на достаточно беглый германский и латинский языки. По словам Meteana, племя чудь является одним из древнейших на Земле. Задачей их является сохранение неких знаний о временах допотопных. Настоящие времена они характеризуют как дикость, в которой проявляются только первые зачатки истиной цивилизованности. С представителями других народов в сношения они предпочитают не вступать, отдельные случаи у них строго наказываются. Знаниями предпочитают делиться только с людьми просветлёнными. Попытки взять их богатства и знания силой могут закончиться плачевно как для самих чудинов, так и для посягателей. Meteana глухо сообщила о неких стражах, не живых, но и не мёртвых, которые охраняют покинутые поселения и тайные ходы сообщений этого удивительного племени.
3 марта 1716 года
Предприняли вылазку в поселение чудинов. Экспедиция состояла из двух рудознатцев, присланных господином Демидовым, и десяти казаков, любезно предоставленных господином воеводой. Рекогносцировка закончилась плачевно. Селение чудинов обнаружено нами не было; расположенная там священная роща нового вида растений погибла в результате выброса термальных вод. Начавшаяся буря едва не привела к гибели всего нашего маленького отряда. На обратном пути отряд подвергся преследованию, как мне представляется, одного из стражей горы. Пришлось прибегнуть к одному из заклинаний, любезно сообщённых мне Meteana. Фраза на латыни «Vade retro monstrum!» возымела удивительное действие.
6 марта 1716 года
Разговор с телеутским шаманом Окой Еруннаковым состоялся сегодня. Шаман сообщил мне, что чудь ушла в свои каменные дома, расположенные у корней гор. Народ телеутцев тоже откочёвывает в Алтайские горы, к родственному народу теленгитов. По его словам, русские пришли в Сибирь и на Алтай надолго, если не навсегда. Так же, по словам оного Оки Еруннакова, чудь не живёт там, где растут берёзы.
7 марта 1716 года
Продолжил своё путешествие в город Кузнецк»…
* * *
– Этот документ ты читал в архиве?
– Откуда понял? – удивился ботаник. – А! Понятно – «Vade retro monstrum!». Да, здесь прочёл. В архивах рылся, и на этот дневничок наткнулся. Вообще, путешествие Якоба Гмелина давно введено в научный оборот, ещё в восемнадцатом – девятнадцатом веках на него ссылались. Вот только вот эта часть о зимовке и контакте с чудью в официальные тексты почему-то никогда не включалась. Я очень удивился, найдя этот документ в не разобранных архивах томского университета. Видимо, в Томском архиве была копия с копии. Ладно, тут список длинный. Что дальше смотрим?
– Сейчас. – Я медленно перекладывал бумаги на столе, мысленно пытаясь сформулировать вопрос.
– Формула интересная – «Vade retro monstrum»… – Петро будто прочёл мои мысли. – Универсальная, я бы сказал. О ней ещё Апулей в «Золотом осле» упоминает. Это формула отражения демонов, – он покрутил пальцем у виска, добавив: – Согласно заблуждениям древних мистиков. Но тем не менее подействовало – и действует до сих пор.
– Да на что действует-то?! – Я вскочил на ноги, со злостью бросив бумаги на стол. – На что? Я не люблю загадок! Не понимаю всей этой мистики. Для меня всё должно быть просто и логично, а если кто-то пускает мистическую пыль, то только с одной целью – запутать следы. А следы путают в двух случаях: когда хотят сбить со следа погоню либо увести от лакомого куска конкурентов. И мне весь этот бред с монстрами, или как ты их там называешь, поперёк глотки стоит. Исмаилыча убили, потому что он мог привести конкурентов, и я не удивлюсь, если ещё несколько трупов припрятано в лесу. И тут без всякой мистики понятно, что те, кому Исмаилыч поставлял институтские металлы, просто так без бутерброда с икрой не останутся…
– О-ооо! – Ботаник демонстративно зааплодировал. – Какая длинная тирада, мой немногословный товарищ! Слушай, а может, ты и в Бога не веришь? – И закатив глаза, он гнусаво затянул: «Господу помолимся-я-аааа… помо-ооо-олимся-яааа».
– Да заткнись ты, шут гороховый! Хоть что-то серьёзно можешь сказать? – Ботаник умолк, но смотрел на меня, продолжая улыбаться. – Ну да, верю! – ответил я на его вроде бы шуточный вопрос. – Верю, он есть. Но существует он по законам, понимаешь? По законам нашего мира. По естественным законам, по законам природы, в конце концов! И если мы их не знаем, то не доросли. И никакого доброго дедушки на облаке, щедро рассыпающего халяву над миром, нет в принципе….
– Т-ссс! Тише, Яша, тише! Успокойся. И потом, кто физик – я или ты? Но тут небольшая поправка – те, кто хорошо знают физику и математику, в Бога верят, причём безусловно. Хотя для юриста такое бескомпромиссное понимание законов похвально.
– А кто законы эти установил? Законы-то устанавливают. Какой-то сверхБог?
– Не знаю, как это объяснить, сам Бог и установил, но сам же Бог по ним существует. Он самоограничил себя, понял? В этом-то всё и величие. Всё величие – ограничить до простого соблюдения тех правил, которые ты сам же и установил…
– Так, хватит… всё… Всё! У нас какой-то богословский спор пошёл. Но я не специалист по теодиции, так что обращайся в святейшую консисторию, в Ватикан. Там этим давно занимаются. Но сейчас у нас другие вопросы, и замечу, мой увлекающийся комсомольский друг, которые не решаются с помощью мистики.
– Так я тоже по институту не зря лазал. Не только детали для Исмаилыча с приборов снимал. Есть пара мыслишек. Кстати, а давай по бутерброду приготовлю? У меня где-то банка шпрот была… – он отъехал на кресле от стола и подкатил к холодильнику. – О, вот она! И хлебушек свежий. Тебе как делать? С чесноком или без?
– Позже поделишься. И поешь позже. Давай закончим. Кстати, какой дебил шпроты с чесноком ест?
– Я ем, – простодушно ответил ботаник, на что я только махнул рукой.
– Ладно, пока ты портишь шпроты чесноком, скажи-ка, что сам думаешь про эту, как ты выразился, формулу? Только кратко, прошу тебя, без словесного поноса и гипотез – у нас тут ещё гора документов.
– А у нас так мало фактов, что мы можем только строить гипотезы. Давай примем за рабочую гипотезу, что гору охраняет некий робот, который действует по заложенной в давние времена программе, которую останавливает кодовая фраза «Vade retro monstrum»?
– А оставили этого робота некие высокоразвитые пришельцы, потерпевшие аварию на нашей старушке-Земле? – Я издевался и даже не скрывал этого, и уж тем более не смущался. – Или нет, скажем, оставившие тут бомбу времени – хранилище внеземных технологий и знаний. Или, скажем, не инопланетяне, а погибшая цивилизация атлантов с гиперборейцами. Всё, читаем дальше…
– Кстати, на мой голос наш Топотун не реагирует. Сколько раз пробовал. А вот тебя сразу послушался. А у тебя глаза того же цвета, что у чудинов были. И зовут тебя как того немца, – ботаник обиженно засопел, а тарелка с бутербродами перекочевала к компьютеру, забыв сделать остановку возле меня.
– Всё, хорош. – Я в примиряющем жесте поднял руки к груди, ладонями к Петру. – Наш Топотун, как ты выразился, едва не переломал ноги в силосной яме – к великой радости пастухов и скотников. – Ботаник усмехнулся, запихал в рот кусок бутерброда, а я, отложив в сторону несколько бумаг, попросил его:
– Давай дожёвывай быстрее и перейдём сразу к пробному коммунизму, предысторию пропускаем. Тут какие-то приказы, акты, ну их. Открывай семнадцатый документ. Ник-Ник про пустоты под Чёрной горкой упоминал, так вот, если мы здесь что-то об этом найдём, то очень облегчим себе задачу…
* * *
«Председателю Комитета Государственной
Безопасности при Совете Министров СССР генералу армии Серову И.А.
Докладная записка
Довожу до Вашего сведения, что в период с 01.10.1953 года по настоящее время на территории объекта «Лесное» сложилась серьёзная ситуация, угрожающая выполнению задач, поставленных Партией и Советским руководством. Прежде всего, во исполнение Указа президиума Верховного Совета СССР от 26.03.1953 года, был ликвидирован лагерь № 14-БИС. Ликвидационная комиссия амнистировала содержащийся в лагере контингент. Здания и сооружения законсервированы. Всё это привело к резкому снижению выработки готовой продукции и поставило под угрозу выполнение плана.
26.06.1953 года, во исполнение заявления президиума Верховного Совета СССР о нормализации взаимоотношений с Японией и мерах по скорейшему заключению мирного договора в качестве жеста доброй воли, ликвидирован находящийся на территории объекта лагерь японских военнопленных. Японские военные отправлены в Хабаровский лагерь для последующей отправки на родину, что привело к полному прекращению работ. Новое руководство объекта «Лесное» во главе с генерал-майором Петровым А.В. не смогло обеспечить объект необходимым количеством вольнонаёмного персонала. В то же время среди сотрудников академических институтов, расположенных на территории объекта, а также среди военнослужащих наблюдались симптомы, которые можно назвать эпидемией нераспознанной болезни (см. приложение 1, приложение 2). В настоящий момент количество случаев впадения в коматозное состояние достигло 250 человек (см. список, приложение 3), отмечено также несколько случаев самопроизвольного выхода из коматозного состояния. На территории объекта «Лесное» приказом генерал-майора Петрова А.В. введён карантин. Сообщаю, что в пробах готовой продукции (производство продолжается малыми сериями силами работников института) концентрация продукции снизилась до нуля, что ставит под вопрос дальнейшее развитие производства на объекте «Лесное». О расследовании деятельности бывшего начальника режима отдела Лесное майора Жатько Виталия Сергеевича будет сообщено дополнительно.
Дата: 15.06.1954 года
Подпись: ВРИО зам начальника в/ч 30001 подполковник Иванов А.Т.».
– и сверху наложена размашистая резолюция: «Объект передать в 15-е Главное управление, обеспечить консервацию и охрану. Личный состав эвакуировать» за подписью Серова И.А.
* * *
– Вот так и кончился коммунизм. Попробовали и подавились, – хмыкнул Петро. – Что дальше читаем?
– Следующую докладную. О деятельности майора Жатько.
– А! Вот она! – Петро открыл документ, пробежал его глазами и присвистнул: – Ничего себе, майор-то твой накуролесил, хоть кино снимай.
– Давай читай, – одёрнул я его…
* * *
«Председателю Комитета Государственной
Безопасности при Совете Министров СССР генералу армии Серову И.А.
Докладная записка
В дополнение к докладной записке от 15.06.1954 года довожу до вашего сведения результаты служебного расследования деятельности майора ГБ Жатько Виталия Семёновича. Майор Жатько прибыл на объект «Лесное» 16.08.1946 г. переводом из в/ч «Марфино», утверждён на должность заместителя командира части по режиму. Первоначально замечаний по службе не имел. В 1952 году, во время прохождения курсов по повышению квалификации Высшей школы МГБ, вступил в законный брак с гражданкой Конюховой Варварой Петровной, скрыв от неё, что длительное время сожительствует с контролёром внутреннего караула Балашовой Валентиной Сергеевной. После прибытия супруги связь с Балашовой не прервал, продолжая с ней сожительствовать. 21.09.1953 г. Жатько был обнаружен в коматозном состоянии в зоне отчуждения станции Лесная-Специальная. На квартире Жатько В.С. обнаружена его супруга Варвара в бессознательном состоянии. Ребёнок, которым была беременна Жатько В.П., обнаружен не был. Врачи роддома посёлка Лесной констатировали преждевременные роды. Жатько В.П. спасти не удалось. Предпринятые оперативные поиски ребёнка по пути женщины от больницы до дома, куда она была отпущена на два часа, результатов не дали. Сожительница майора Жатько Балашова В.С. весь день 21.09. 1953 года провела со своими подругами Тимаковой, Семёновой, Ванунцевой, что подтверждается их показаниями. Нахождение Балашовой в Доме учёных вечером также подтверждается большим количеством опрошенных. В настоящий момент Жатько находится в коматозном состоянии, из которого, несмотря на усилия лечащих врачей, вывести его не удаётся. Также довожу до вашего сведения, что в период с сентября 1948 года по ноябрь 1952 года в окрестностях объекта «Лесное» зафиксировано восемнадцать случаев нахождения останков людей, убитых необычным способом. Расследованием установлено, что все вышеуказанные убийства связаны с попыткой несанкционированного проникновения на объект. В последнем случае от 20.11.1953 года личность погибшего удалось установить. Им оказался уроженец города Харбин Моколовский Василий Анимподистович, сотрудник разведки японской императорской армии, затем работавший в Центальном Разведывательном Управлении США. Оперативными методами установлено, что Моколовский В.А. контактов с Жатько В.С. не имел, фактов контакта с зарубежными разведками майора Жатько и ефрейтора Балашовой также не установлено.
Дата: 16.06.1954 года
Подпись: ВРИО зам начальника в/ч 30001 подполковник Иванов А.Т.».
Резолюция: «Передать все материалы по делу Жатько в 2-ГУ. Майора Жатько из системы КГБ уволить с выделением ему воинской пенсии согласно штатному расписанию» за подписью Серова И.А.
* * *
– Странно, что начальнику режима сам председатель КГБ столько внимания уделяет, – Петро крутанулся на винтовом кресле, попутно зацепив со стола бутерброд.
– Ничего странного, он первый впал в кому и первым вышел из неё, тут ещё вот пара докладных, – ответил я, уткнувшись в бумаги. – И список убитых в районе Чёрной горки в разные годы. Впечатляющий, скажу тебе. Причём больше всего доставалось тем, кто собирался посетить вершину горы. Хотя давай на карту наложим предполагаемые маршруты бедолаг, может, что и получится.
– Угу, – промычал ботаник с полным ртом и тут же тонкие пальцы запорхали над клавиатурой. – Но на это дня три уйдёт. У меня есть, конечно, макеты в 3D, но с тех пор и рельеф менялся, и места могли неточно обозначить. Но разброс можно более или менее точно определить. Тем более знаем, где погибли Исмаилыч и его родственники. Хотя… постой… тут уже по их картам что-то намечается… Глянь-ка, Яш, какая картинка получилась красивая!
– Интересно девки пляшут, – вырвалось у меня. – Сколько времени надо, чтобы обработать это всё?
– Сказал же, за пару дней управлюсь.
– Управься быстрее… А пока давай ещё один документик прочтем. Вот, попалась на глаза докладная.
– Что там?
– Японец. Коэтиро Кайфу.
– Да брось, это неинтересно, – отмахнулся Петро.
– Ну, тебе я и не навязываю. Хотя тут могут интересные вещи для пытливого ума без пяти минут доктора наук быть. Всё-таки роща реликтовая, а человек вроде и пропал, и не пропал… – Я усмехнулся, наблюдая, как загораются глаза ботаника.
– Ну-ка, ну-ка, что там? Какой номер? Ну не томи, Яш!..
* * *
«Председателю Комитета Государственной
Безопасности при Совете Министров СССР генералу армии Серову И.А.
Докладная записка
По вашему запросу от 10.07.1954 нами была проведена дополнительная проверка обстоятельств исчезновения японского военнопленного Щ-1224 Коэтиро Кайфу. Материалы служебного расследования от 25 января 1953 года отправлены в Главное управление в соответствии с правилами служебной переписки. В дополнение к материалам служебной проверки сообщаю следующее. 24 января 1953 года по запросу Главной Военной прокуратуры военнопленный Щ-1224 Коэтиро Кайфу был этапирован в Хабаровск для проведения следственных действий в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Вопреки сложившимся правилам, Коэтиро Кайфу был отправлен на станцию Журавлёво-Специальное на автомобиле комендатуры. Помимо конвойных рядовых Тансекбаева А.С. и Смирнова Н.Н., вышеупомянутого Коэтиру Кайфу сопровождал начальник режима в/ч 31001 майор Жатько, хотя это и не входило в его должностные обязанности. В ходе следования по маршруту автомобиль, на котором производилась перевозка, заглох вблизи высоты Чёрная горка. В нарушение инструкции майор Жатько принимает решение лично этапировать заключённого на станцию Журавлёво-Специальное пешим порядком, хотя в этом не было никакой необходимости. В районе объекта «Роща» Жатько отсылает конвойных к заглохшей машине. Далее со слов Жатько записано: «Заключённый Щ-1224 предпринял попытку побега, воспользовавшись начинающимся бураном, и был мною застрелен при попытке к бегству. Прибывшие на звуки выстрелов рядовые Тансекбаев и Смирнов тела не обнаружили по причине его отсутствия из-за образовавшихся провалов и выбросов термальных вод. А начавшийся буран не позволил продолжить поиски». Проведённые через два дня поисковые мероприятия результатов не дали. По Вашему запросу проведены дополнительные поисковые мероприятия в районе объекта «Роща» с привлечением военнослужащих, расквартированных в посёлке Лесной военных частей, результатов не дали. Многочисленные выходы термальных вод не дают возможности проведения правильных следственных мероприятий.
Дата: 20.07.1954 года
Подпись: ВРИО зам начальника в/ч 30001 подполковник Иванов А.Т.».
* * *
– Фу-ууу… Какой тяжёлый канцелярит, еле продрался! – Я вытер вспотевший лоб. – А этот Жатько ещё тот фрукт! Сволочь редкостная!
– Не понял? Ты о чём? – Петро нахмурился, внимательно посмотрел на меня. – Яш, давай завязывай, хватит на сегодня архивов. Ты, чего доброго, сейчас заявишь, что лично этого гэбиста знал.
Я вздохнул. Этого гэбиста я не просто знал лично, я знал его, казалось, лучше, чем он сам себя знал. Неприятно всё же осознавать, что мой родной дед был редкостным подлецом и убийцей. Бросил бумаги на стол, потянулся, встал, сделал несколько наклонов. Взгляд упал в зеркало, висевшее как раз над столом. Замер… Если бы глаза были серыми и волос тоже прямым, серого цвета… На какой-то миг показалось, что из зеркала на меня глядит майор Жатько.