Узнав, что Эллиотт увлекается астрономией, Сандрина и Жорж подарили ему телескоп и книги о космосе и его тайнах. По выходным при условии, что домашнее задание сделано, они разрешали ему не спать до десяти и, сидя на террасе, рассматривать звёзды и планеты.

Эллиотт старался держаться в тени, чтобы женщина из службы защиты детей ни о чём не узнала. Именно поэтому он и не хотел защищаться, когда Эдуар и его дружки дразнили его. Ведь если он разозлится и даст отпор, кто знает, что может случиться?

Эллиотту нравилось находиться рядом с друзьями: они успокаивали его, и ещё… раньше у него никогда не было друзей. К тому времени, как он находил приятеля в новом классе, он уже оказывался в новой семье или доме и, соответственно, в новой школе. Но здесь он был почти год. Тамара и Гедеон жили в том же районе, что и он, и ходили в ту же школу. Они были неразлучны с прошлого лета, когда Гедеон строил в своём саду, который находился по соседству с садом Эллиотта, солнечные часы. Увлечённый астрономией Эллиотт, конечно же, предложил свою помощь. Мальчик согласился, а потом по счастливой случайности в тот день к нему в гости пришла Тамара. Спустя всего несколько часов ребята приняли Эллиотта в свою компанию, и они начали дружить втроём.

Тамара, шедшая быстрее, повернулась к Эллиотту: тому приходилось делать больше шагов, чтобы успевать за ней.

– Ну, Эллиотт, уезжаешь на каникулы?

– Нет, у Жоржа и Сандрины много работы. А ты?

Темнокожая девочка с карими глазами покачала головой.

– Не в этот раз.

Она замедлила шаг, чтобы идти вровень с другом, и с грустным видом наклонилась к нему. Немного замявшись, Тамара на одном дыхании проговорила:

– Боюсь, что мама с папой разводятся. Сейчас они не очень хорошо ладят друг с другом. Из-за работы папа поздно приходит домой. И на днях мама не выдержала – они поссорились.

Эллиотт смутился. Он слышал эту ссору, как, вероятно, и все соседи, но не хотел, чтобы Тамара об этом знала. Наверное, ей было нелегко.

– Я уверен, что они помирятся, – сказал Эллиотт, чтобы подбодрить подругу, но не понимал, что ещё добавить.

Ничего не зная о жизни с настоящими родителями, он совершенно не представлял, какую тревогу может вызвать страх того, что они расстанутся. Он боялся сказать не то, что в такой ситуации нужно говорить.

– Да уж, я о своих так же думал! – вмешался в разговор Гедеон.

Он жил вместе с отцом и свою мать, которая, как он всегда говорил друзьям, «стала странной», видел редко.

– Прекрати так говорить, у Тами ситуация совсем другая! – поспешил ответить Эллиотт.

Гедеон снова пожал плечами. Это был его любимый способ общения. Тамара поблагодарила Эллиотта широкой улыбкой, и тот почувствовал, как в груди разливается приятное тепло.

– Если хочешь, можешь прийти ко мне в гости. Нам пришла полная коллекция фильмов о Гарри Поттере на DVD. Мы с братом решили устроить марафон и посмотреть все части подряд. Приходи с ночёвкой, поедим попкорн и мороженое.

Эллиотт улыбнулся.

– Звучит здорово. Я никогда не устраивал таких марафонов.

Гедеон уже хотел было вставить, что тоже хочет прийти, как за их спинами раздался голос, увы, знакомый до боли:

– Тройка ботаников, которые всегда тусуются вместе. Ну что за неудачники! Даже тротуару, по которому вы ходите, стыдно за то, что он должен держать такое ничтожество!

Эдуар ухмыльнулся и грубо толкнул Эллиотта в спину.

– Эй! – крикнул он, едва не упав. – Отстань от нас!

– Отстань от нас! – визгливым и плачущим голосом передразнил Эдуар.

Он снова толкнул Эллиотта, и в этот раз тот упал на колени, вытянув вперёд руки и ободрав ладони об асфальт. Кожу жгло от боли. Тут мальчик почувствовал, как внутри закипает злость, а тело начинает бить дрожь. Закрыв глаза, он постарался успокоиться и взять себя в руки. Не хватало ещё, чтобы друзья увидели его странные глаза – тогда они больше никогда не захотят разговаривать с ним.

Тамара подбежала к другу, чтобы помочь ему подняться. Её близость успокоила Эллиотта, и он повернулся к Эдуару, уверенный в том, что его глаза по-прежнему серые и что никакой странный огонь в глубине зрачков не выдаст его.

– Посмотрите-ка! Ему нужна помощь девчонки, чтобы встать. Какой же ты жалкий!

– А ты лучше срывайся на ком-то своего уровня! – воскликнула Тамара, бросив на обидчика гневный взгляд.

Эдуар в ответ рассмеялся, а потом пнул Эллиотта по лодыжке, прямо по косточке, где больнее всего.

– И защищает тебя девчонка! Позорище!

Подошедший Гедеон хотел вмешаться, но Эдуар толкнул и его. Мальчик упал на спину, издав странный звук.

Эдуар уже собирался нанести ещё несколько ударов, когда на его плечо опустилась чья-то рука.

– Что это ты тут делаешь с моей сестрой и её друзьями? – спросили басом.

Эдуар обернулся и побледнел. Перед ним стоял подросток на добрых тридцать сантиметров выше его, с тёмной, как у Тамары, кожей, широкоплечий и с очень низким голосом. Эдуар ничего не ответил и, вырвавшись из хватки подростка, молча убежал.

– Спасибо, Габ, – выдохнул Эллиотт, надевая рюкзак.

– Да, спасибо, – добавил Гедеон, потирая ноющую поясницу.

– Не за что. Я его знаю: его брат учился со мной в одном классе коллежа[2]. Так же доставал всех. Не давайте ему спуску, иначе он от вас не отстанет.

Эллиотт грустно кивнул.

– Я знаю, но он гораздо выше меня и весит на тонну больше! Я не смогу с ним справиться и не хочу проблем.

Габриэль махнул рукой, как бы говоря «делай, как хочешь», и пошёл вместе Тамарой и её друзьями. Он уже учился в лицее и так вымахал за прошедшее лето, что по сравнению с учениками начальной школы выглядел внушительно.

– Как хочешь, но подумай над моим советом…

Они молча пересекли небольшую главную площадь города. С одной стороны возвышалась мэрия, окна которой в любое время года украшали цветы, придавая ей очаровательный и жизнерадостный вид. С другой стороны стояла церковь из серого камня, слишком большая для такого городка. Её острые шпили и колокольня устремлялись в тёмное небо, а из-за водосточных труб за прохожими наблюдали ужасные гаргульи.

Эллиотт старался не смотреть на них. Не потому что боялся, а потому что не хотел их провоцировать. Да, Эллиотт, помимо вспышек гнева, которые пугали людей и которые он с трудом мог контролировать, обладал ещё одной необъяснимой способностью: он оживлял все встречающиеся ему изображения ящериц и других рептилий. Впервые он осознал это, когда ему было шесть: он смотрел на фотографию хамелеона в магазине. Свой испуг он запомнил на всю жизнь. Сейчас мальчик уже привык к этому, но всё же лишний раз старался не пробуждать дар, который его беспокоил и который он не мог объяснить.

В классе Эллиотт постоянно отворачивался от висевшего на стене плаката с изображением комодского варана. В музее обходил стороной залы, где выставлялись динозавры. Как-то раз, когда он шёл по длинной галерее, за ним начал следить тираннозавр, а пластмассовый птеродактиль взмахнул крыльями. Никто ничего не заметил: люди были не очень наблюдательны, а те, кто стал свидетелями этого явления, подумали, что перед ними роботы. Но Эллиотт знал, что это не так. Нет, он мог оживлять их и не понимал почему. Может быть, скоро ему пришлют письмо из школы волшебства? Он начал задавать себе смешные вопросы.

Чтобы не смотреть на церковь, Эллиотт начал разглядывать витрину булочной, на которой стояли слегка потрёпанные фигурки Санта-Клаусов. Тут его внимание привлёк крик: какая-то женщина звала собаку, выбежавшую из машины через открытую дверь. Машинально повернувшись на звук, Эллиотт вдруг встретился взглядом с каменной крылатой змеёй, которая сидела на краю церкви. У неё была широко раскрытая пасть и раздвоенный, как у дьявола, хвост. Загоревшиеся глаза статуи теперь невозмутимо следили за мальчиком. Конечно, никто не обращал на это внимания: все были слишком заняты своими делами и не смотрели на церковных гаргулий. С гулко бьющимся сердцем Эллиотт поспешил покинуть многолюдную площадь. Его друзья тоже ускорили шаг, чтобы не отставать.

Наконец они отошли от центра города и добрались до жилого района с выстроенными вдоль дороги аккуратными домиками с палисадниками. Здесь не было ни каменных рептилий, ни афиш фильмов с изображением динозавров, и на их пути не случилось никаких неприятностей. Габриэль и Тамара перешли на другую сторону улицы и помахали Эллиотту.

– Увидимся через пару часов! – прокричала ему Тамара.

Гедеон открыл дверь своего дома, а потом остановился и сказал другу:

– Повеселитесь вечером! Расскажете потом, как вам фильмы.

– Ты уверен, что не хочешь прийти?

– У меня не получится: провожу сегодня вечер с мамой. Уже три недели не видел её, так что отказаться не могу.

– Ты прав. Хорошего вечера.

Гедеон скрылся за дверью, а Эллиотт прошёл ещё несколько метров до своего дома. Прежде чем войти, он посмотрел на небо и улыбнулся: ветер разогнал тучи, и сквозь облака начали проглядывать кусочки неба. Может быть, ему наконец-то удастся увидеть знаменитую комету, которая сегодня ночью пролетит рядом с Землёй…