Как только новый директор Дома культуры Сугробин впервые вошел в кабинет — раздался телефонный звонок.

— Здравствуй. Ты включен в координационный Совет по эстетическому воспитанию. Сегодня в четырнадцать ноль-ноль — заседание.

— Да я новый. Пять минут всего директорствую…

— Знаю!

— Еще с сотрудниками даже не познакомился.

— Познакомишься. Подождут — не кинозвезды. До встречи…

Сугробин стал просматривать папку, плотно набитую бумагами… Но звонок тут же оторвал его от дела.

— Добрый день. Вы утверждены членом жюри по проведению конкурса на лучшее санитарное состояние населенных пунктов. В шесть часов вечера — организационная встреча.

— Собирался встретиться с участниками самодеятельных коллективов…

— Успеете! Явка без опозданий!..

Через несколько минут позвонили из райисполкома и уведомили: «Вы в составе инициативной группы по учреждению местного общества книголюбов». Директор не успел возразить. Так же стремительно и категорично руководителя очага культуры спустя четверть часа проинформировали о том, что он зачислен в бригаду по обследованию подсобных помещений торговых точек, в президиум общества любителей природы и назначен заместителем (на общественных началах) председателя Освода.

Робкие возражения с ходу получили достойный отпор: в одном случае директору популярно разъяснили, что и посетители Дома культуры участвуют в товарообороте, в другом — напоминали, что культпросветработники тоже «уважают ландшафт, пейзаж и другие красоты окружающей среды», а в третьем — с металлом в голосе внушили, что «в водоемах регулярно купаются и вверенные вам кадры».

Незадолго до обеда позвонили поочередно: из общества «Знание», редакции и милиции. Сугробин безропотно записал в конце большого листа очередные поручения: «Заведующий внештатным отделом районной газеты. Лектор-общественник. Заместитель начальника народной дружины…»

Время уже обедать, а директор дальше первой страницы в объемистой папке так и не продвинулся.

«Вот это оперативность и ритм! — устало размышлял Сугробин. — Вчера утвердили, сегодня приступил, а уже имею общественное поручение».

Очередной телефонный звонок то ли от перегрузки аппарата, то ли от «звукового переутомления» хозяина кабинета казался куда резче и оглушительнее охранного звонка, что во время проверки срабатывает у входа в магазины.

— Вы включены…

— Да я же… (И мысленно промолвил: «Десятое поручение. Одно утешение: все же не дюжина».)

— А вы ко всему и имеете самое прямое отношение!

— Когда же я буду вгрызаться в свое служебное дело?..

— Недооцениваете! — и абонент с возмущением шмякнул трубку на рычаг.