— Что ты имеешь в виду?..

— Егор, — спокойно обратился я к нему. — Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Понимаю, насколько тяжело осознавать, что мы не забрали Таню с собой. Она твоя сестра, которую ты искал почти три года. И сейчас, когда мы наконец нашли её, ты переживаешь и хочешь немедленно вернуть домой. Но прошу тебя, соберись.

Он тихо выдохнул.

— Прости… Да, мне тяжело, — признался Егор, опуская голос. — Когда каждый день живёшь с мыслью, что сестра то ли жива, то ли мертва…

Он замолчал на несколько секунд, собираясь с силами.

— Это сводит с ума. Просыпаешься и первым делом думаешь, где она… Засыпаешь с тем же вопросом… Думаю, Леонид сейчас тоже не находит себе места.

— Всё так, — тихо произнесла Анастасия.

Она всё это время сидела рядом со мной, выпрямившись и глядя перед собой. Теперь её взгляд опустился на лежавшие на коленях руки. Пальцы девушки крепко сцепились, выдавая напряжение, которое она старалась не показывать.

Я повернулся к ней.

— Прости, что так вышло.

Анастасия не сразу подняла голову. Я протянул ладонь и взял её за руку, сцепляя наши пальцы и пытаясь хотя бы немного отвлечь. Когда Анастасия всё же посмотрела на меня, продолжил:

— Мне пришлось использовать тебя, чтобы показать Тане, что мы всё ещё ждём её и не сомневаемся в ней.

По лицу девушки стало понятно, что она пытается осмыслить услышанное и связать мои действия на балконе с разговором сестры.

— Значит, — тихо начала Анастасия, — обняв и поцеловав меня, ты пытался сказать ей, что всё ещё любишь её?

Сразу после вопроса она расцепила пальцы, убрала руку и положила обе ладони на колени.

В её голосе не звучало обвинения, однако скрытая боль никуда не исчезла.

Я тоже убрал руку, продолжая:

— Понимаю, что поступил неправильно, сыграв на твоих чувствах. Но другого способа показать Тане, что я понял её, а также запутать врагов, у меня не оставалось.

— Я всё понимаю. Не переживай об этом. Я уже говорила тебе, что не стану устраивать сцены и требовать от тебя чувств, которых пока нет. Просто… В следующий раз хотя бы предупреди меня взглядом, прежде чем начнёшь использовать в тайных переговорах.

— Хорошо.

Анастасия отвернулась к окну, а я почувствовал, что напряжение между нами немного ослабло, хотя неприятный осадок у неё всё равно останется. Как и у меня.

Я действительно не хотел её использовать. Но сейчас речь идёт о куда более насущной и серьёзной проблеме.

Егор, который в этот момент сидел и явно что-то обдумывал, наконец поднял голову.

— То, как вы с Таней разговаривали, выглядело обычной перебранкой людей, которые давно не виделись или тяжело расстались. Не хочешь же ты сказать, что во всех этих оскорблениях скрывался какой-то шифр?

— Именно это и хочу сказать. К примеру, вспомни, как я скрестил руки во время разговора. А потом вспомни, что сделала Таня.

Егор задумался настолько сильно, что его брови опустились, а на лбу появилась глубокая складка. Через несколько секунд он резко посмотрел на меня.

— Она тоже скрестила руки.

— Да.

Я откинулся на спинку сиденья.

— Причём сделала это почти сразу после меня. Таня повторила жест, показывая, что поняла и принимает правила игры. Она очень умная девушка. Вспомните, как во время противостояния за Российскую Империю Таня практически из проигрышного положения за кратчайший срок сравнялась с Анастасией и Леонидом.

Анастасия повернулась и медленно кивнула.

— Таня всегда умела строить несколько планов одновременно. И почти никогда не показывала настоящую цель раньше времени.

— Именно, — продолжил я. — Не знаю, каким образом она попала в этот орден. Однако уверен, что там Таня узнала нечто важное, и полученная информация заставила её остаться.

— Или её удерживают, — мрачно добавил Егор.

— Не исключаю.

— Но на пленницу она не похожа, — заметила Яна. — По крайней мере, внешне передвигалась свободно и не носила подавляющих артефактов. Но её энергоструктура… В районе головы. Она какая-то странная…

Теперь уже все трое внимательно смотрели на меня. Прежде чем отвечать, я сосредоточился на энергии, которую собирал внутри всё время после отъезда из дворца.

Вытянув руку перед собой, я раскрыл ладонь.

Пространство над ней дрогнуло, и в салоне возник последний, четвёртый клинок Александра.

Белое лезвие мягко сияло, освещая лица присутствующих, а по его поверхности проходили тонкие линии силы. Все трое удивлённо переводили взгляды с оружия на меня.

Я вытянул вторую руку к лезвию, остановив пальцы примерно в пяти сантиметрах от кромки, и медленно провёл ладонью вдоль клинка.

От ладони начали срываться тонкие молнии.

Сначала они имели золотой цвет, однако, приближаясь к оружию, становились синими и втекали в металл, наполняя его энергией, а я начал объяснять:

— Если говорить коротко, Таня сообщила, что, несмотря на мою нынешнюю силу, на Земле остаётся опасность, которая, если доставит проблемы не нам, то точно всему остальному миру.

— Когда именно она это сказала? — спросил Егор.

— Когда заговорила о том, что я опасен в первую очередь для самого себя. — Я продолжал вести рукой вдоль клинка, усиливая его структуру. — Она не утверждала, что мне не хватает силы. Напротив, Таня несколько раз подчёркивала, насколько я силён. Значит, проблема заключается не в личной мощи, а в угрозе, против которой одной силы окажется недостаточно.

— Орден? — предположила Анастасия.

Белое лезвие вспыхнуло ярче, а по салону прошла мягкая энергетическая волна, однако я удержал её внутри небольшого пространства, не позволяя выйти наружу.

— Скорее всего. Сразу после этого я уточнил у неё насчёт Империи, произнеся, что меня интересуют Российская Империя и окружающие её государства. — Я усмехнулся. — Она подтвердила это речью о том, что я не пропускаю ни одной юбки, засяду в собственной державе и стану развлекаться с жёнами.

В этот момент заговорила Анастасия:

— Она специально связала Империю с тобой и жёнами, потому что это то, что ты, как мужчина, должен оберегать. А если связать это с Империей… То ты её император…

Я кивнул.

— Именно. Таня дала понять, что нам требуется усиливать Российскую Империю и союзные государства. Причём как можно скорее. А слова о том, что мир перестал вращаться вокруг меня, — это предупреждение, что угроза значительно шире границ Империи.

Рука на мгновение дрогнула.

Над клинком начала раскрываться первая золотая печать.

Она охватила центральную часть лезвия, медленно вращаясь вокруг собственной оси. Следом появились ещё две, затем пять. Каждая двигалась в отдельном направлении, соединяясь с соседними тонкими энергетическими линиями, а я продолжал:

— Когда Таня заговорила о раздражении, она сообщила, что разговор пора заканчивать. Слишком долгое общение привлекло бы внимание наблюдателей и позволило им заметить наши сигналы.

— Поэтому она сказала, что без раздражения вообще не стала бы с тобой разговаривать, — произнесла Анастасия. — Потому что это единственная эмоция, которую Таня могла открыто показать, не вызывая подозрений…

Печати вокруг клинка вращались всё быстрее, а синие молнии соединяли их в единую систему.

— И ещё Таня сказала, что в ордене имеется нечто, напрямую связанное со мной. — Я посмотрел на светящийся клинок. — Она не говорила только о наших отношениях. Таня предупреждала: внутри ордена существует нечто, способное использовать меня, мою силу или происхождение. И в этом я убедился сам, лично, ещё до возвращения к вам.

Снова заговорил Егор:

— Ты уверен, что вы с Таней поняли друг друга правильно? — Он поднял ладонь, не позволяя мне сразу ответить. — Не подумай, я не пытаюсь обвинить тебя или её. Но может оказаться, что вы просто перебрасывались взаимными оскорблениями, а теперь мы ищем тайный смысл там, где его нет.

— Может, — спокойно согласился я и слегка улыбнулся.

Егор от этого так нехило удивился.

— Но у нас сейчас два варианта развития данных событий. Первый: многочисленные совпадения действительно указывают на то, что я прав, а Таня продолжает действовать на нашей стороне. Второй: она обыграла не только вас, но и меня, намеренно заставив увидеть скрытые сигналы.

— Такое возможно? — спросила Анастасия.

Печати уже полностью закрепились, образуя вокруг лезвия сложную защитную систему, готовую в любой момент соскочить с клинка и сделать своё дело.

— Мы уже выяснили, что Таня достаточно умна, чтобы провести подобную операцию. Но я не допускаю этой мысли… И скоро мы сами во всём убедимся. Ты готов? — обратился я к Александру, который в данный момент был этим самым клинком.

Все снова перевели взгляды на оружие. Тот едва заметно сверкнул белым светом, отвечая на вопрос.

— Предупреждаю, — продолжил я. — Это твоя четвёртая часть. После недавнего повреждения ты пока не сможешь свободно перемещаться между всеми клинками, поэтому придётся сосредоточиться именно в этой.

По поверхности оружия прошла короткая волна света.

— Рассчитываю на тебя… Позаботься о ней.

Клинок снова вспыхнул.

На этот раз свечение получилось резче и явно передавало недовольство. В его реакции чувствовался немой вопрос: не ошибся ли я и понимаю ли вообще, с кем разговариваю.

Я внимательно посмотрел на оружие и чуть улыбнулся.

— Прекрасно понимаю. Именно поэтому доверяю это тебе.

Я посмотрел в пространство, и перед клинком открылись небольшие чёрные врата. Я отпустил оружие.

Белый клинок влетел в портал, а окружавшие его печати вспыхнули, после чего врата закрылись, не оставляя в салоне ни единого следа энергии.

* * *

Таня медленно шла по длинному дворцовому коридору, сохраняя ровную осанку и спокойное выражение лица. Музыка из главного зала постепенно стихала, уступая место редким голосам слуг и охраны.

Девушка остановилась возле одной из дверей и положила ладонь на позолоченную ручку. За ней находилась не та комната, в которой Таня хотела оказаться. Но выбирать не приходилось.

Медленно открыв дверь, она вошла внутрь и сразу закрыла её за собой.

Помещение обставили роскошно. В центре стояла широкая кровать с тяжёлым балдахином, возле окна располагался диван, а вдоль стен тянулись шкафы, выполненные из тёмного дерева. На столе оставили фрукты, напитки и несколько запечатанных подарков от хозяев приёма.

Таня не стала включать свет.

В комнате сохранялся полумрак, и только слабое сияние ночного города едва проникало через окно, очерчивая мебель и её одинокую фигуру.

Девушка закрыла дверь на внутренний замок и прислонилась к ней спиной. Некоторое время Таня неподвижно смотрела в сторону окна. Затем двумя движениями скинула туфли.

Они упали на пол, и короткий стук оказался единственным резким звуком в комнате.

Постояв ещё немного, девушка начала медленно опускаться вдоль двери. Ткань платья собралась вокруг ног, а спина скользнула по гладкой деревянной поверхности.

Наконец Таня села на пол и обняла колени руками, продолжая смотреть перед собой и слушать тишину.

За прошедшие годы Таня привыкла к ней.

Тишина сопровождала её во время заданий, долгих перелётов и ночей, когда нельзя доверять никому рядом. Она не позволяла забыть, ради чего девушка продолжает всё это делать и почему не имеет права вернуться домой раньше времени.

Но в этот момент внутри самой девушки не было тишины. Её нарушали воспоминания.

Таня вспоминала каждый жест, каждое движение и каждое выражение лица людей, которых так давно не видела вживую и вблизи…

Волнение Анастасии. Злость Егора. Спокойный и внимательный взгляд Сергея…

Девушка сильнее сжала ноги, прижимая их к груди.

Она и сама не заметила, как из глаз потекли две дорожки слёз. Они быстро скатились по щекам и упали на ткань платья.

Он жив… И вернулся…

Таня плакала, немного склонив голову набок, однако не издала ни единого звука. За годы в ордене она научилась выражать эмоции беззвучно, не позволяя даже случайному наблюдателю понять, что происходит внутри неё.

Её любимый нашёл её… Хотя Таня считала это невозможным.

Она продолжала плакать, вспоминая первую встречу с ним во дворце китайского императора. Тогда девушка не знала, что должна чувствовать после завершения миссии.

Она радовалась, да… Но одновременно понимала, что для всей семьи и Империи теперь считается предательницей.

Но сегодня всё изменилось… Он снова всё изменил…

После разговора на балконе Таня наконец почувствовала, что её не вычеркнули из семьи и не собирались забывать.

Волнение на лице сестры оказалось настоящим. Страх и непонимание в глазах брата тоже невозможно подделать. Они переживали за неё, и очень сильно.

А Сергей смотрел так, что Таня сразу поверила: он наверняка всё понял.

Понял смысл жестов, ответов и намеренно выбранных оскорблений. Он даже смог прочитать предупреждения в каждом движении и каждом взгляде, хотя девушка давно научилась идеально скрывать эмоции.

Слёзы продолжали душить её, однако плакала Таня всё так же беззвучно, хоть её грудь и содрогалась. И как бы ни пыталась — не могла остановиться. Эмоции, от которых она когда-то отказалась, чтобы не провалиться, сейчас захлёстывали её с новой и новой силой.

— Прости меня, Таня… — послышался в голове тихий, женский, нежный и окружающий теплом, едва слышимый голос.

Девушка резко вскинула голову.

— Врира⁈ — мысленно обратилась она, быстро оглядывая тёмную комнату. — Ты здесь⁈ Как ты смогла дотянуться до меня⁈ Тебе уже лучше⁈

— Да, — последовал тихий ответ. — Прости… — Голос на мгновение дрогнул. — Прости за то, что из-за меня и моих ошибок в прошлом ты оказалась втянута во всю эту историю. И за то, что до сих пор не можешь вернуться к родным и любимым.

— Нет, что ты, — поспешно ответила Таня, утирая слёзы с глаз и щёк и даже пытаясь улыбаться. — Ты ни в чём не виновата и не вини себя ни в чём. Без тебя я никогда не узнала бы правду. Со мной действительно всё хорошо. Не переживай. — На губах девушки появилась слабая, но совершенно беззвучная улыбка. — В конце концов, я будущая космическая императрица, и я не могу сидеть без дела и обязана защитить его и остальных… — Её губы чуть дрогнули. — Даже… если на это потребуется ещё три года…

Врира тихо засмеялась, а затем ласково, словно мать, ответила:

— Я уверена, что среди всех ты будешь самой лучшей императрицей… Ведь уже сейчас ты несёшь на своих плечах судьбу всей планеты. Ты очень храбрая и сильная, Таня… Ему очень повезло с тобой, и он это знает и ценит тебя.

Они некоторое время «помолчали». Всё это время ноги девушки постепенно немели от кончиков пальцев до лодыжек. Но не из-за неудобной позы. Из-за страха, также наполнявшего живот холодом и мешавшего дышать.

Таня хотела задать вопрос, однако не решалась. Она боялась услышать неправильный ответ. И всё же решилась.

— Как думаешь, он понял?.. Понял, что я пыталась ему сказать? — уточнила Таня.

Врира молчала несколько секунд.

— А что ты сама думаешь?

Девушка закрыла глаза.

— Не знаю, — честно ответила она. — Но хочу верить, что да… — Таня сильнее прижала колени к груди. — Он ещё ни разу не подвёл ни меня, ни кого-либо из нас… Даже когда всё выглядело потерянным.

— Мне пора, — тихо произнесла Врира. — Мои силы на исходе… Таня, скоро всё останется на тебе…

— Я… понимаю.

— Я ухожу, но всё же отвечу на твой вопрос: ответ находится рядом с твоей бронёй.

Связь оборвалась.

Таня удивлённо нахмурилась, не понимая, к чему относились последние слова. Она медленно поднялась с пола, расправила платье и подошла к шкафу, стоявшему возле стены. Девушка открыла дверцу.

В глубине находилась её чёрная броня, собранная. Но рядом с доспехом было ещё кое-что…

К стенке прислонили белый светящийся меч. Глаза Тани широко раскрылись, а сердце сразу забилось быстрее.

Она узнала оружие.

От него исходила знакомая энергия фамильного меча Рода.

— Не может быть… — Всё же она нарушила тишину одними губами.

Чуть дрожащей рукой Таня потянулась к клинку, и пальцы коснулись рукояти.

В то же мгновение вокруг меча раскрылись многочисленные печати. Они сорвались с лезвия и устремились по руке девушки к сердцу.

Таня дёрнулась, собираясь отступить, но печати уже проникли внутрь тела.

Часть направилась к источнику, остальные поднялись к голове.

Девушка не успела активировать защиту. За одно мгновение в её сознание ворвался поток чужих воспоминаний, и Таня, стоя посреди всего этого, словно сама стала немым участником событий.

Она увидела масштабные космические сражения. Сотни кораблей сходились в огне, уничтожая друг друга яркими лучами. Дальше было множество битв, незнакомых врагов, уничтоженных кораблей и самых разнообразных миров…

Она увидела Яну, Ольгу. Увидела невероятно красивую женщину. Ещё двух неизвестных девушек и парня.

Воспоминания стремительно скользили по сознанию, не позволяя сосредоточиться на отдельных событиях, и одновременно с этим Таня ощущала, как наложенные ранее Врирой и ею защитные печати укрепляются новыми.

Чужими. И одновременно родными.

Каждый новый символ находил предназначенное место в уже существующей системе, соединяясь с прежними контурами и закрывая уязвимые участки.

Защита становилась не просто прочной стеной. Она превращалась в непреодолимую преграду, которую наверняка никто не сможет пробить.

Дальше события перескакивали на ситуации в Российской Империи: сражения, победы, парад, Аня, Гриша, Славка, улыбающаяся, тянущая к ней руки и радостно смеющаяся Вика… И все остальные…

Всё это калейдоскопом тёплых чувств заполняло её разум и сердце.

Последнее, что увидела девушка, — салон движущегося лимузина, где находились Сергей, Егор, Настя и Яна.

Сергей смотрел на белый клинок, а затем произнёс:

— Рассчитываю на тебя… Позаботься о ней.