Молодой зверлинг был очень похож на Ваську-Кота, но… этого не может быть, потому что этого не может быть никогда! Генерал-лейтенант, один из заместителей главы ФСБ, в рядовой… да и не в рядовой интриге Мира Меча? Нонсенс!

Руководить — да, но самому бегать по Мирам Иггдрасиля, да ещё обнулив прокачанного персонажа? И ладно бы, после обнуления выбрал новую внешность, если уж очень остро понадобилось. Но так… Зачем⁈

Пока я думал, молодой зверлинг огляделся по сторонам с растерянным видом деревенского дурачка и сделал недвусмысленный жест рукой. Жест, который мы придумали ещё в курсантские времена.

Выхожу вслед за ним, стараясь держаться естественно. Знаки вполне недвусмысленны — идти за ним, потом направление и вот…

— Все слова — потом, — жёстко говорит зверлинг, проходя мимо, — столкнёмся у храма Великого, там и разговоримся.

Фланирующей походкой иду к храму Великого — так здесь называют Единого, он же «Единое Множество». Был уже здесь — достаточно стандартное культовое сооружение, немного «сладенькое». За разработку этой Песочницы отвечали в своё время янкесы, ну и воплотили классический такой голливудский лубок об античности. Вроде бы всё правильно… почти… но карамельно и не слишком-то исторично.

Впрочем, это я зажрался. Придираюсь. Если верить отзывам специалистов по архитектуре и психологам, всё более чем…

… хотя, как по мне, слова вроде «Новое виденье» и «Интересный эксперимент» нормальных разумных должны вызывать некоторый скепсис. Этакий подвид искусства, которое не для всех. Комикс от античности.

На всякий случай зашёл в Храм и пошатался — в Иггдрасиле нет очень уж жёстких канонов поведения в культовых сооружениях. Делаю вид, что любуюсь фресками на стенах, хотя выпестованное художественной школой чувство прекрасного не видит ничего интересного — обычная псевдоклассика в жанре комикса.

Зверлинг что-то там изобразил у алтаря — в стиле «Снизошло Божественное Откровение». Ну да в Мире Иггдрасиля этим никого не удивишь, Бог-ИскИн частенько разговаривает со смертными и бессмертными.

Вышел, стараясь держаться на виду и…

— Высокородному эльфу требуется оруженосец, — раздался голос зверлинга. Помня о зрителях, изображаю скепсис.

— Как же знатный аристократ может обходиться без оруженосца, который почистит лосей, сбегает за информацией и начистит оружие…

— Гм… — дуюсь от спеси, всячески показывая, что «Высокородный аристократ» внимает. Убедил…

Прохожие НПСы смотрели достаточно равнодушно — желание стать оруженосцем у новичка вполне понятно. Разве что белобрысая нимфа из храмовых проституток с лёгким интересом смотрела на нас. Правда, интерес этот был несколько своеобразный…

Бессмертные игроки, коих здесь было полно, наблюдали за сценой более заинтересованно. Кто-то корчил презрительные гримасы, путая оруженосца со слугами… впрочем, эльфы этим часто грешили, особенно если их оруженосцы принадлежали к иным расам. Другие завидовали, что не догадались подлизаться к «Высокоуровневому НПСу» раньше зверлинга. Всё как всегда…

Изображая «Высокородного аристократа» гуляю по городу, заодно показывая всем «приобретение»-зверлинга. Выгулял… и теперь мучительно думаю, как же мне легендировать появление в Песочнице? Не факт, что Ва… зверлингу сейчас до этого, так что надо думать самому. А то «легенда» Эрла Ксавьера больно удобная, не хотелось бы делать её одноразовой.

Ноги меряют мощённые мраморными (убить хочется дизайнера, что придумывал эту Песочницу!) плитами улицы с невысокими домами — сплошь с колоннами и портиками. Лубок, немного спасают только многочисленные статуи и барельефы, а так — один в один безликий американский пригород для среднего класса. С поправкой на античный антураж в несколько специфическом стиле.

Возле лавочки, торгующей артефактами, меня осеняет. Бред, разумеется, но для «Аристократа, недавно вышедшего из леса», вполне допустимо вляпаться в такую глупую авантюру…

Хозяин магазинчика в топорщащейся, какой-то накрахмаленной тоге, меня и слышать не захотел.

— У меня свои поставщики, — отрезал он, — длительные перекрёстные договора, которые работают не первое десятилетие.

— Я предлагаю артефакты более высокого класса, — надуваюсь я.

— И зачем они здесь? — равнодушно спрашивает хозяин, — кто их купит-то? Бесы в большинстве своём нищие, а если и есть донаторы, то серьёзные артефакты им всё равно доступны только с определённого уровня. В Гераклионе эти артефакты им бесполезны — активировать не смогут. А в Большом Мире и выбор артефактов побольше. Покупать, конечно что-то будут… но слишком мало. Ссориться же из-за этого с проверенными поставщиками…

Он пожал плечами, выразив скепсис, и отвернулся, даже не пытаясь торговаться. С секунду я постоял, раздувая ноздри и изображая оскорблённого аристократа, который решил снизойти к быдлу, а быдло в ответ не завиляло хвостиком и не припало к хозяйскому сапогу.

Выдох… рука тронула рукоять шпаги, и я вылетел из магазинчика, пытаясь хлопнуть дверью. Плетения погасили мою попытку и дверь закрылась мягко. Старательно дёргаю глазом, изображая для немногочисленной публики нервный срыв.

В остальных магазинчиках история завершилась схожим образом.

— В гостиницу, оруженосец! — сдавленно шиплю я, играя на публику. Не то чтобы публика здесь притязательная или ей это очень уж интересно, но функции записи никто не отменял. Мало ли кто потом просмотрит?

Зверлинг быстрым шагом успевает за мной, время от времени срываясь на бег. Плетение «Скатертью Дорога» в городе вообще-то не принято использовать, но у эльфов оно «вшито» в инстинкты, используем подсознательно.

Бегом поднявшись в комнату и там уже кошусь на оруженосца. Тот отрицательно качнул головой. Что ж, поговорим за городом…

Гераклион покидал очередной несостоявшийся торговец, но стражам у Портала не было до нас никакого дела. Сколько таких они видят каждый день…

Снова портовый городок… и снова зверлинг мотает головой. Чего же тебе… Неужели Следилки успели налепить⁈

— Мой слу… оруженосец не будет ходить в… этом, — брезгливо показываю на бедноватый наряд зверлинга. В ближайшем ломбарде покупаем секонд-хенд немногим лучше и короткую пехотную полусаблю с набором метательных ножей — самое то для новичка.

Но разговорился зверлинг только в бане — пар и текучая вода неплохо смывают почти все Следилки. Вроде как случайно, если что…

Откровенно нервничаю, ситуация мягко говоря… пугает. Такая паранойя, особенно если оправданна, говорит о Больших Неприятностях.

Жест «сиди молча» и…

— Привет, Лис, — устало говорит зверлинг, сидя на бортике бассейна и едва шевеля губами, — я это, да. Васька-Кот.

Он тут же выдаёт несколько историй, которые Васька гарантированно не стал бы рассказывать никому — курсантами пережили ряд приключений и не всегда… достойных. Ну да молодость, тестостерон и нехватка жизненного опыта и у меня просчитать последствия… А у кого такого нет⁈

— В общем, такое дело, — продолжил он, — есть возможность склонить ИскИн на свою сторону. Пока без подробностей, но сам понимаешь — что это значит.

Киваю медленно, а Васька продолжил:

— Ситуация настолько серьёзная, что меня оцифровали. Да не дёргайся ты! Сделали установку — дорог, да и не каждого, ой не каждого… пришлось мне вот — ставки очень уж высоки. Что обнулился при этом, это вообще ерунда, сам знаешь.

Киваю машинально — действительно, Васька не успел прокачаться до достойного уровня, хотя у него его, как и прочих высокопоставленных чиновников, возможности были нешуточные. Но возможности — это одно, а реалии… В общем, как это нередко бывает, «паровозили» в основном разного рода бездельников из Совета Федерации и прочих. А у тех, кто реально за что-то отвечал, времени на это просто не было, даже с учётом ускорения четыре к одному в Иггдрасиле.

— Вкратце, — продолжил он, — есть некое Сердце Бога, то есть место, где ИскИн особенно уязвим. Не физически, а так… сложно объяснить, сам не понимаю. Что-то вроде того, что там он более очеловеченный, что ли… Можно поговорить, убедить…

— А… другие? — напрягся я.

— Хрен их знает! — эмоционально отозвался друг, — Вроде бы только мы знаем, но факт — даже если шпионов нет, такие вещи можно вычислить.

А они наверняка есть, — чуть помедлив, добавил он.

— Соответственно — лучше предполагать, что у врагов тоже есть информация, — мрачно констатировал я, не договаривая, что помимо врагов, есть и друзья… с которыми никаких врагов не надо! Не знаю, как на Западе и в Китае, но у в Конторе, да и не только там, коллегам в карман срут так, что никакой вражина не повторит.

— Да, — подтвердил Васька, — Но даже если бы не было… Лёш, Рагнарёк приближается.

Пережидаем решившего поплескать поблизости орка, ухающего в ледяном бассейне, в это время рассказываю важным голосом Ваське обязанности оруженосца с поправкой на свои высокородные хотелки.

— Что, снова? — спрашиваю одними губами, когда орк наконец вылез и удалился, — Вроде как уже выяснили расстановку сил?

— Если бы… — вздохнул Васька, — Китай-то в стороне остался, да и европейские элиты мы не чистили, там агентов влияния у янкесов — каждый второй как минимум. Наш ядерный щит помощнее будет, но у них и другое оружие есть… В тот раз не успели воспользоваться или до ума довести. А сейчас вот в США военный бюджет не разворовывают, как раньше, да на патриотизм у рабочих и инженеров давят. Кому патриотизма не хватает, те живенько так в «Пособничестве» обвиняются или в «Грязной крови».

— Слушай, — перебиваю друга, — а что там с грязной кровью-то? Вроде как орали о «Американской Расе», когда выбивали негров, азиатов и латиносов. А теперь оказывается, что есть «чистые» не-белые и «грязные» белые. Это как?

— А… разные этнические группы, — криво усмехнулся друг, — А ещё социальные и прочие. Те же китайцы на десятки национальностей делятся, и кто там из них сумел влиться, кто не сумел… так и остальные. Даже у чёрных — есть кафры, бушмены, готтентоты… Чёрт ногу сломит! Эфиопов вот не трогают. Евреев, понятное дело — англосаксы давно с ними перемешались. Хотя и там не всё так однозначно… ну да как обычно. Но кого из «грязных» не тронули, тех всё равно по расовым признакам делят — одни чище, другие грязнее. Но без подробностей — не интересовался толком.

— Не так откровенно, — поспешил уточнить Васька, — В расовые теории не лезут, говорят всё больше о менталитете и генетике, которую у всех, в общем, одна, но у кого-то гены более «активные» и поэтому полезные, а у кого-то неправильные. Всё, дескать, можно выровнять, но позитивной дискриминации по расе, этносу и прочим показателям не будет.

— Вой стоит… — он усмехнулся зло, — Но впрочем, с другой стороны, все эти меньшинства, у которых больше всего прав, задрали почти всех. Когда СМИ запустили «правильную» пропаганду, а громких леваков начали, пусть и в рамках Закона, гнобить за неправильное освещение, спрашивая всерьёз за туфту и фейки, а не как раньше, всё быстро изменилось.

— Ладно, подробности позже сам выясню, — хмыкнул я, осознавая, что несколько отстал от политической повестки Земли. Нет, на политинформации нам давали «повесточку», но я отслеживал в основном родное, исконно-посконное, привычно деля на десять. А Запад… наши пропагандоны так давно заврались и зарвались, что слушать их — себя не уважать, — А с этим… Сердцем что?

— По законам жанра, — развёл руками Васька, — Квест, мать его.

Вздыхаю… ну да, Мир Меча, куда без Квестов… Хотя с другой стороны, ведь если убрать игровой антураж, то получается вполне жизненно. Поиск важной информации и вербовка на недружественной территории.

— Слушай… а зовут-то тебя как ныне? — запоздало поинтересовался я.

— Кот. Джеймс Кот, — представился Васька. С трудом давлю улыбку…

— А если серьёзно? — уточняю на всякий случай. С него станется пошутить!

— Да серьёзней некуда, — усмехнулся тот, — Это на Земле такие имена уши режут, а здесь — каждый третий минимум чудит.

Вспоминаю, что сам на абы кто, а Рейнеке-Лис, и затыкаюсь. В самом деле, наверняка одних только вариантов на тему Бонда уже тысячи, если не десятки тысяч. Тем более, что после обретения ИскИном Иггдрасиля самостоятельности, эту информацию так просто не раздобудешь.

Раньше ведь как? Ввёл чьё-то имя и расу, и вот — всплывает, в каком он Клане, где последний раз засветился… Не у всех и не везде такое проходило, разумеется — всевозможные расовые и профессиональные бонусы с «потаёнками» были достаточно распространены. А сейчас уже и нельзя вызвать справку от ИскИна — только сам, через Форум. Да и там масса ограничений на информацию — «частная жизнь» и всё такое.

Если ты разыскиваемый преступник или ещё что-то такое же, то да — скрыться куда сложней. И тем сложней, чем более серьёзные государства или организации Иггдрасиля подали на тебя заявку.

— Ладно, с именами проехали, — согласился я, — Со мной-то что? Возвращаемся вместе с тобой на базу «Рарога» или ещё что?

— Дезертирство, — морщится Ва… Джеймс, — понимаю, что неприятно…

Меня аж корёжит, всю жизнь таких вот презирал.

— Слушай… а если просто досрочное расторжение контракта? — нервно предложил я, — У меня «боевых» до хрена и больше. Отгулы, всё такое прочее…

О том, что дезертирство, это не только презрение товарищей, но и вполне серьёзные неприятности в в Русском секторе, ну и союзных до кучи, вслух не говорю, это по умолчанию. А с учётом расстрельных «Троек», о которых говорят всё чаще, и не только как о деле будущего, лучше уйти по-хорошему.

— Если хватает, можно и так, — согласился друг с нескрываемым облегчением.

— Хватает, — уверенно закивал я, — Тем более, я уже начал… вопросы задавать. В жизни не поверю, что не раскололи меня.

— Ну-ка… — заинтересовался Васька.

Рассказываю историю с отрядом и учёбой. Про общаги, строевые смотры у спецназа, нарочито дубоватые армейские порядки. И свои подозрения.

— Мда… — протянул зверлинг ислез с бортика в бассейн, погружаясь по грудь, — правильные у тебя выкладки, в общем-то. Только информации не хватает. Отряд у вас правильный и учат хорошо. Погоди! Просто… это вроде как один большой экзамен, понимаешь?

В голове бешено скачут мысли, информация выстраивается в ряд и многое становится понятней.

— Непрерывное тестирование?

— Оно самое, — пробулькал Васька, — Идёт классическая подготовка спецназа без интеллектуальных излишеств — в науках и магии вас скорее натаскивают, так? Вот… А социальные науки почти не изучаете. Хотя они и нужны. Получается, что идёт отсев на тех, кого в принципе всё устраивает и кто не видит ничего странного.

— Исполнители тоже нужны, — несколько неуверенно отозвался я.

— Верно, — согласился друг, — Потом на тех, кто начинает понимать, что что-то не так. Здесь тоже деление на тех, кого существующий порядок вещей всё равно устраивает. И на тех, кто начинает разбираться в происходящем. Ну и дальше по ранжиру.

— Умно… — озадачился я, — Но разве тестирование не проще? Ах да, разные расы, разные типы мышления, да ещё и меняемся постоянно… Не проще получается. А я уже до заговора додумался, хе-хе…

— Заговор… это вряд ли, — не разделил моего веселья друг, — а вот что кто-то решил сделать из отряда «Рарог» личную гвардию, на это многое указывает. Ещё не заговор, но уже опасно. Общество у нас после войны хоть и объединилось, но далеко не все восприняли случившееся всерьёз. Дескать — им-то можно «пошалить» в свою пользу за счёт государства.

— А разве тестирование таких сейчас не выявляет? — насторожился я, — Или что? Одни животные равнее других? По Оруэллу?

Друг остро глянул на меня…

— Уже и это раскопал? Выявляет, конечно, и неплохо. Другое дело, что у некоторых мышление так устроено, что они искренне считают свою пользу — государственной.

— О как…

— Да вот так, — мрачно отозвался Васька, — Так что проблем есть, и их много — не случайно один из замов главы ФСБ был вынужден оцифроваться, да с таким риском для жизни. Там не только Сердце Бога, но и другие вопросы по ходу решать придётся. Без подробностей, извини.

Киваю молча, Ваську я знаю хорошо, тайны ради тайн он не любит. Так же бессмысленно задавать вопросы, почему в напарники-сопровождающие выбран я. Последнее и без того понятно.

— Ладно, оруженосец Джеймс Кот, — переключаюсь я на «режим аристократа», — хватит разговоров. Моемся, заселяемся в гостиницу, а на рассвете — в путь!