Две недели спустя на календаре наконец-то была та самая дата. Нолану — двадцать один. В этот день у меня была смена с Грейс и Дином. Вообще, меня должна была подменить Бетти — моя напарница, — но она, как назло, заболела. Так что пришлось брать с собой приличную одежду и переодеваться в кафе.

Нолан позвал всех нас отметить его день рождения у себя дома. Его родители — фермеры, и ещё пять лет назад они смогли позволить себе купить хороший дом.

Когда мы приехали, я невольно замерла на пару секунд. Дом был шикарный. Двухэтажный, с деревянной верандой ручной работы, которую сделал отец Нолана, мистер Харрис.

Вдоль участка — цветы. Я не знала, как они называются, но они были чудесны. Пышные зелёные кусты, а ближе к дому — молодая магнолия, посаженная совсем недавно. Конечно, здесь большое участие приняла мама Нолана, миссис Харрис. Похоже, она и есть главный садовод в этой семье. А недавно на этом же участке построили маленький домик для гостей. По рассказам Нолана, на праздники у них собираются друзья и родственники, и все дружной компанией гуляют по несколько дней.

Веранда уже была украшена, и нас ждал накрытый стол. Родители Нолана уехали, но оставили всё на нас — они знали: если рядом я и Грейс, волноваться не о чём. Вообще, его семья — и он сам — были замечательными людьми.

Нолану доверяли на все сто. Он помогал родителям с фермой, при этом успевал учиться, работать и заниматься баскетболом, который просто обожал. Чуть позже ненадолго заехала Дэрин. Она не оставила именинника без подарка и, конечно же, торта, который приготовила специально для него.

Народу было мало: все наши из кафе и лучший друг Нолана, Уил. Когда дело дошло до подарков, я вручила ему свой — качественный именной баскетбольный мяч, гравировку на котором я заказывала специально.

Я подошла к Нолану и протянула ему подарок, стараясь скрыть волнение:

— Нолан, с днём рождения. Это для тебя.

Он взял коробку, с любопытством взвесил в руках, а когда открыл — я увидела, как Нолан улыбается всё шире. В тот момент я поняла: копить на этот подарок определённо стоило.

— Эйни! Какой крутой мяч! — Он провёл пальцами по гравировке, прочитал своё имя и покачал головой.

— Спасибо. Я очень рад.

Мы обнялись, и я, стесняясь, поцеловала его в щёку.

К десяти вечера, когда мы уже натанцевались и устали, пришло время торта от Дэрин.

Он был невероятным: мягкий ванильный бисквит, слои сливочного крема, манговый конфитюр на одной половине, кокосовый крем — на другой. Сверху торт был покрыт тонким слоем белой глянцевой глазури, которая красиво поблёскивала при свете. А на ней, как главное украшение, — баскетбольный мяч из белого шоколада, точь-в-точь как тот, что я подарила.

Грейс разрезала торт, я налила всем чай, и как только Нолан попробовал кусочек торта, закатил глаза от удовольствия.

— Я не понимаю, как можно делать такие безумные торты. Это нечто!

— Согласна с тобой, Нолан. Афигенно вкусно. — подхватила его Кора.

— Нолан, ты хоть успел сфоткать торт?

— Грейс, — протянул Нолан, — вот почему ты только сейчас говоришь об этом?

— Нолан посмотрел в сторону разрезанных кусочков.

— А я-то что? Я соцсети не веду, — пожала плечами Грейс.

— Думаю, что Дэрин сделала это за нас. Она же каждый свой торт фотографирует, так что в понедельник спросишь у неё, — сказал Дин, доедая второй кусок.

— Точно! — Я посмотрела на Дина, и он подмигнул мне.

— Завтра всем на работу, пора закругляться, — вздохнула Грейс, а потом оглядела нас и улыбнулась: — Но пешком никто домой не пойдёт. Я попросила мужа заехать за нами. Он возьмёт наш семейный минивэн — поместимся все, даже с запасом. Сегодня он в роли таксиста.

— Спасибо, добрая Грейс, — с улыбкой поклонился Дин. — Мы будем тебе безмерно благодарны. Ты, как всегда, заботлива.

— С тебя — большая кружка твоего фирменного кофе.

— Слушаюсь и повинуюсь. Тебе невозможно отказать, — ответил Дин.

— А я провожу Эйни до дома, — вдруг заявил Нолан. — Прогуляться нам не помешает.

Через пятнадцать минут приехал муж Грэйс.

— Нолан, не опаздывай завтра, — прощаясь, крикнула Грейс.

— Постараюсь, «сестричка».

Грейс была старше Нолана почти на одиннадцать лет, но они всё равно общались как брат и сестра — с постоянными подколками и лёгкостью, будто и правда родные. Мне всегда нравилось наблюдать за ними со стороны.

Мы с Ноланом всех проводили, занесли всю посуду с веранды в дом, выключили свет и вышли на улицу. Нолан, не спрашивая, повернул в сторону моего дома.

— Эйни, как там у тебя дома? — прервал тишину Нолан.

— Всё нормально, лишь бы не сглазить, — я шутливо постучала костяшками по своей голове.

— Ты не думала о том, чтобы снять себе отдельное жильё? Тебе было бы гораздо спокойнее, если бы ты переехала.

— Я уже прокручивала этот вариант у себя в голове, — вздохнула я. — Но нет, самой мне не потянуть.

Нолан задумался на пару секунд, а потом сказал:

— Давай я поговорю со своими родителями. У нас есть соседний домик — ты сегодня его видела, он хоть и маленький, но там есть всё необходимое. Ты могла бы жить одна и ничего не тратить. Хотя бы первое время.

Мы как раз подошли к моему дому и остановились друг напротив друга. Я подняла на него глаза. Я видела, что он говорил абсолютно серьёзно.

— Спасибо, Нолан, но я не хочу быть кому-то обязанной. Тем более твои родители ничего не знают о моих проблемах, а я не хочу, чтобы у них поменялось мнение обо мне.

— Но ты же знаешь их, они хорошие и всё поймут. Даже лишних вопросов не зададут. Тем более этот дом никем не используется, и никому обязанной ты не будешь.

— Это сложно, — я опустила глаза. — Можно я подумаю и отвечу немного позже?

— Хорошо. Просто я не могу даже думать о том, что тебя обижают твои родные. Ты этого не заслуживаешь.

— Нолан, ты же знаешь, я все свои заработанные деньги откладываю на переезд в Бостон. А жить отдельно — это всё равно дополнительные траты, даже если я перееду в домик твоих родителей. Вода, свет, еда, и всё равно какая-то плата за аренду. За всё нужно платить. Я не могу жить совсем бесплатно, а каждая копейка сейчас на счету. Спасибо за твою заботу, мне очень приятно слышать это от тебя.

Тишина затянулась на несколько секунд. Он смотрел на меня, я — на него. И всё, о чём я могла думать в этот момент, — как сильно хочется подойти ещё ближе и просто поцеловать его.

Но не успела я решиться, как меня отрезвил телефонный звонок. Отец Нолана сообщил, что они с мамой уже вернулись домой. Я ещё раз поздравила его с днём рождения, и мы попрощались.

Придя домой, я быстро зашла в свою комнату, взяла пижаму и пошла в душ. Я долго стояла под горячей водой, хотелось смыть не только усталость, но и этот вечер. Вернее, не сам вечер, а мысли, которые он оставил. Я вышла из душа, забралась под одеяло и потянулась к тумбочке. Несмотря на то, что завтра рано вставать, я всё равно достала дневник. Мне нужно выговориться хоть кому-то. Дневник — единственный, кто слушает.

«Мы стоим напротив так близко,

И я тону в глазах твоих светлых.

Это всё, что мне нужно в пасмурный вечер».

«Привет, друг!

Сегодня был день рождения Нолана. Мы здорово провели время всей нашей компанией, а потом он проводил меня до дома. И знаешь, он предложил мне переехать в домик его родителей. Сказал, что там есть всё необходимое и я могла бы жить одна.

Но я не хочу. Не потому, что не ценю его заботу, — наоборот. Просто я буду чувствовать себя неловко. Как будто я кому-то обязана. Как будто я не справляюсь сама. А я справляюсь. Пусть трудно, пусть через силу, но это моя жизнь. И я не хочу, чтобы его родители смотрели на меня с жалостью.

Интересно, что он чувствует ко мне? Нравлюсь ли я ему — или это просто желание помочь? И как мне быть с Бостоном, если я вдруг пойму, что влюбилась?

Отказаться ради своей мечты? А стоит ли?

А ещё вчера я случайно встретила в «Центре» Дина. Это кафе в самом центре нашего городка.

Дин познакомил меня со своим братом — Джеймсом. Он потом сказал, что я понравилась его брату. Но мне это не нужно. Меня никто не интересует, кроме Нолана.

Последние два месяца я просто не могу на него насмотреться. Поначалу он был для меня просто парнем, с которым приятно работать. Но потом что-то пошло не так. Мой пульс учащался каждый раз, когда я шла на смену и понимала, что сейчас его увижу. И я скучала, когда мы не виделись. Есть ли у него кто-то? Мы никогда не лезли в личную жизнь друг друга — всегда обходили эту тему стороной... Но эта Аманда... Кто она? Ладно. Не знаю. Но почему-то мне страшно даже думать об этом.

Я отложила дневник, выключила свет и ещё какое-то время лежала в темноте. Мысли крутились вокруг сегодняшнего вечера: его взгляд, его слова, это неловкое молчание у дома. Мы были ближе, чем когда-либо.

Утром я открыла глаза и поняла, что улыбаюсь. Впервые за чёрт знает сколько времени. Потому что я наконец поняла: Нолану на меня не всё равно. Он думает обо мне.

Эта мысль согревала меня всё утро. Позавчера я получила зарплату и, как обычно, первым делом купила продуктов домой, так что сегодня можно было позволить себе нормальный завтрак.

Я вышла из комнаты, прошла на кухню и выдохнула: дома только я. Пока грелся чайник, я уже готовила завтрак: на сковородке поджаривались бекон и яйца, а сверху медленно плавился ломтик сыра. На тарелке уже ждали нарезанный кружочками помидор и два ломтика тостового хлеба. Сама не знаю, зачем проснулась в полшестого, но теперь была этому даже рада — утро получилось шикарным.

Позавтракав, я собралась и вышла из дома. Я потянулась к наушникам, но не успела я их надеть, сзади раздались шаги. Я резко обернулась и увидела Нолана. Он стоял в паре шагов от меня и пытался отдышаться.

— Я думал, что не успею. Фух.

— Доброе утро! Что-то случилось? — Увидев его, я не сдержала улыбку.

— Нет, просто хочу вместе пройтись до работы. Я кофе нам взял, будешь?

— Конечно! — Я обрадовалась его заботе и взяла стаканчик с кофе. — Спасибо. А ты чего так рано?

— Да что-то не спалось утром, решил, что хороший повод нам побыть наедине..

— Эм-м, что-то на тебя это не похоже, — ляпнула я первое, что пришло в голову, потому что не ожидала от него такое услышать. Нолан улыбнулся, ничего не сказав в ответ.

До открытия почти час, поэтому мы шли не спеша, болтая о чём только приходит в голову этим ранним утром. На пороге кафе нас встретила Грейс.

— Привет, Эйни!

— Привет, Грейс!

— Нолан, а тебя что, солнце разбудило? — усмехнулась Грейс. — Ты сегодня непривычно рано.

— Нет, я забрался в твой минивэн и приехал вместе с тобой, просто ты не заметила, — не растерялся Нолан. — Я принёс нам по кусочку торта. Мама сказала накормить вас завтраком.

— Я всегда за. Тем более у меня есть чай, который тебе понравится. Уверена, ты захочешь ввести его в меню, — ответила Грейс и пошла ставить чайник.

Нолан пошёл переодеваться, а я сразу в зал, чтобы подготовить нам стол для завтрака. Через пять минут Нолан ещё не вернулся, поэтому я подошла к раздевалке, в надежде, что он уже освободил её, как вдруг услышала его голос:

— Привет. Нет, я не смог. Попробую в другой раз. Всё, мне надо бежать.

Я подошла чуть ближе к двери, пытаясь разобрать, с кем он говорит. Через пару секунд дверь резко открылась, и мы столкнулись лицом к лицу.

— Ты что, подслушивала? — Нолан прищурился, но в уголках губ я увидела улыбку.

— Нет! Я думала, что раздевалка уже свободна, но услышала голоса. Не успела открыть дверь, ты меня опередил, — я попыталась заглянуть ему за плечо. — Ты там не один?

Нолан отступил в сторону, показывая пустую раздевалку.

— Я по телефону разговаривал. Друг просил помочь книгу найти. Я думал, в нашей университетской библиотеке есть, но не нашёл.

— Понятно. — Я улыбнулась и кивнула в сторону зала. — Ну что, пойдём пить чай?

— Пойдём, — ответил Нолан.

Грейс заварила зелёный чай, и уже с первого глотка я поняла — это что-то особенное. Мягкий, с тёплым ореховым привкусом и едва уловимым вкусом сладкого риса. Генмайча — так назывался чай. Его привезли родители Грейс из Японии: после того как её муж Роберт начал хорошо зарабатывать, они могли раз в год позволить себе путешествия. Грейс добавила ещё в чашку замороженных ягод — они медленно таяли, делая вкус ещё глубже и свежее. Ничего подобного я раньше не пробовала.

Мы сидели перед открытием втроём за угловым столиком у окна. В зале было тихо. Мы завтракали сэндвичами от мамы Нолана и пили удивительный чай от родителей Грейс.

— Ты была права, — Нолан посмотрел на Грейс. — Это необычно и вкусно. Но не думаю, что здесь он кому-то будет нужен. В основном пьют кофе и твой невероятный морс. А для себя ты можешь в следующий раз попросить родителей привезти побольше. Мы с радостью будем пробовать новое, — Нолан сделал глоток, прикрыл глаза на секунду и довольно улыбнулся, наслаждаясь моментом.

После завтрака Грейс дала мне пакетик ещё одного чая — названия я даже не запомнила, но, как она сказала, по-простому его можно назвать «Медовая орхидея». Уже жду не дождусь, когда смогу его заварить.

Смена в кафе прошла хорошо, ничего нового. А вот в ресторане меня ждали новости.

Я зашла на кухню и увидела Лари — он стоял у плиты и что-то помешивал в кастрюле. На секунду он отвлёкся, бросил на меня короткий взгляд и тут же отвернулся.

— Привет, Эйни.

— Привет, Лари! — Я подошла к вешалке, где висел мой фартук. Как дела? Что нового?

— Тут тобой интересовались, — сказал он, не отрываясь от работы. — Какая-то девица приходила.

Я удивлённо посмотрела на Лари.

— Да? А кто она? И что ей было нужно?

— Не представилась. Но пыталась выяснить, кто тебя встречает и провожает. Томас мне рассказал, когда она уже ушла, так что я её не видел. — Лари обернулся, задумавшись, постучал щипцами по столу и добавил: — Странная особа, честное слово.

Кто бы это мог быть? Моё сердце забилось чуть быстрее — не от страха, а от неприятного холодка внутри. Я тут же направилась к нашему бармену Томасу, который как раз был свободен.

— Привет, Томас, — я подошла к барной стойке и облокотилась на неё, стараясь говорить спокойно. — Расскажи мне про ту девушку, что расспрашивала обо мне. Как она выглядела?

Томас оторвался от бокалов, которые протирал.

— И тебе привет, Эйни. Ну-у... — Он прищурился, вспоминая. — Она была с чёрной короткой стрижкой, как она называется...

— Каре? — Я улыбнулась.

— Ах да, каре. И в прозрачных очках.

— А сколько ей примерно лет? — Я чуть нахмурилась, пытаясь представить образ.

— Ну, на вид не больше тридцати, — Томас поставил бокал на место и развернулся ко мне. — Заказала кофе с коньяком и села за стойку. Я сперва даже не понял, что ей надо: просто сидит и смотрит на меня. Сначала решил, что мы с ней, может, пересекались где-то, и спросил: «А мы с тобой знакомы?»

— А она что? — спросила я.

А она покачала головой и говорит: «Нет, я Эйни знаю, но мы с ней давно не виделись». И тут же стала расспрашивать: есть ли у тебя парень, кто тебя встречает и провожает. — Томас развёл руками. — Я даже растерялся, честное слово.

— И что ты ей ответил?

— Сказал, что никого с тобой не видел, и ещё что ты всегда такси берёшь с кем-то из наших. Ну, на всякий случай, чтобы она не думала, что ты одна ходишь.

— Ладно, — я на секунду задумалась. — Спасибо, Томас.

— Да не за что, Эйни. Если что, мы своих в обиду не дадим, не волнуйся. — Томас подмигнул мне.

— Я знаю, — я улыбнулась в ответ и пошла на кухню, прокручивая в голове описание: короткое каре, прозрачные очки, до тридцати. Нет. У меня не было таких знакомых. Совсем. Две недели спустя на календаре наконец-то была та самая дата. Нолану — двадцать один. В этот день у меня была смена с Грейс и Дином. Вообще, меня должна была подменить Бетти — моя напарница, — но она, как назло, заболела. Так что пришлось брать с собой приличную одежду и переодеваться в кафе.

Нолан позвал всех нас отметить его день рождения у себя дома. Его родители — фермеры, и ещё пять лет назад они смогли позволить себе купить хороший дом.

Когда мы приехали, я невольно замерла на пару секунд. Дом был шикарный. Двухэтажный, с деревянной верандой ручной работы, которую сделал отец Нолана, мистер Харрис.

Вдоль участка — цветы. Я не знала, как они называются, но они были чудесны. Пышные зелёные кусты, а ближе к дому — молодая магнолия, посаженная совсем недавно. Конечно, здесь большое участие приняла мама Нолана, миссис Харрис. Похоже, она и есть главный садовод в этой семье. А недавно на этом же участке построили маленький домик для гостей. По рассказам Нолана, на праздники у них собираются друзья и родственники, и все дружной компанией гуляют по несколько дней.

Веранда уже была украшена, и нас ждал накрытый стол. Родители Нолана уехали, но оставили всё на нас — они знали: если рядом я и Грейс, волноваться не о чём. Вообще, его семья — и он сам — были замечательными людьми. Нолану доверяли на все сто. Он помогал родителям с фермой, при этом успевал учиться, работать и заниматься баскетболом, который просто обожал. Чуть позже ненадолго заехала Дэрин. Она не оставила именинника без подарка и, конечно же, торта, который приготовила специально для него.

Народу было мало: все наши из кафе и лучший друг Нолана, Уил. Когда дело дошло до подарков, я вручила ему свой — качественный именной баскетбольный мяч, гравировку на котором я заказывала специально.

Я подошла к Нолану и протянула ему подарок, стараясь скрыть волнение:

— Нолан, с днём рождения. Это для тебя.

Он взял коробку, с любопытством взвесил в руках, а когда открыл — я увидела, как Нолан улыбается всё шире. В тот момент я поняла: копить на этот подарок определённо стоило.

— Эйни! Какой крутой мяч! — Он провёл пальцами по гравировке, прочитал своё имя и покачал головой.

— Спасибо. Я очень рад.

Мы обнялись, и я, стесняясь, поцеловала его в щёку.

К десяти вечера, когда мы уже натанцевались и устали, пришло время торта от Дэрин.

Он был невероятным: мягкий ванильный бисквит, слои сливочного крема, манговый конфитюр на одной половине, кокосовый крем — на другой. Сверху торт был покрыт тонким слоем белой глянцевой глазури, которая красиво поблёскивала при свете. А на ней, как главное украшение, — баскетбольный мяч из белого шоколада, точь-в-точь как тот, что я подарила.

Грейс разрезала торт, я налила всем чай, и как только Нолан попробовал кусочек торта, закатил глаза от удовольствия.

— Я не понимаю, как можно делать такие безумные торты. Это нечто!

— Согласна с тобой, Нолан. Афигенно вкусно. — подхватила его Кора.

— Нолан, ты хоть успел сфоткать торт?

— Грейс, — протянул Нолан, — вот почему ты только сейчас говоришь об этом? — Нолан посмотрел в сторону разрезанных кусочков.

— А я-то что? Я соцсети не веду, — пожала плечами Грейс.

— Думаю, что Дэрин сделала это за нас. Она же каждый свой торт фотографирует, так что в понедельник спросишь у неё, — сказал Дин, доедая второй кусок.

— Точно! — Я посмотрела на Дина, и он подмигнул мне.

— Завтра всем на работу, пора закругляться, — вздохнула Грейс, а потом оглядела нас и улыбнулась: — Но расходиться пешком не придётся. Я попросила мужа заехать за нами. Он возьмёт наш семейный минивэн — поместимся все, даже с запасом. Сегодня он в роли таксиста.

— Спасибо, добрая Грейс, — с улыбкой поклонился Дин. — Мы будем тебе безмерно благодарны. Ты, как всегда, заботлива.

— С тебя — большая кружка твоего фирменного кофе.

— Слушаюсь и повинуюсь. Тебе невозможно отказать, — ответил Дин.

— А я провожу Эйни до дома, — вдруг заявил Нолан. — Прогуляться нам не помешает.

Через пятнадцать минут приехал муж Грэйс.

— Нолан, не опаздывай завтра, — прощаясь, крикнула Грейс.

— Постараюсь, «сестричка».

Грейс была старше Нолана почти на одиннадцать лет, но они всё равно общались как брат и сестра — с постоянными подколками и лёгкостью, будто и правда родные. Мне всегда нравилось наблюдать за ними со стороны.

Мы с Ноланом остались вдвоём, занесли всю посуду с веранды в дом, выключили свет и вышли на улицу. Нолан, не спрашивая, повернул в сторону моего дома — молча, как будто так и должно быть. Я не возражала.

— Эйни, как там у тебя дома? — прервал тишину Нолан.

— Всё нормально, лишь бы не сглазить, — я шутливо постучала костяшками по своей голове.

— Ты не думала о том, чтобы снять себе отдельное жильё? Тебе было бы гораздо спокойнее, если бы ты переехала.

— Я уже прокручивала этот вариант у себя в голове, — вздохнула я. — Но нет, самой мне не потянуть.

Нолан задумался на пару секунд, а потом сказал:

— Давай я поговорю со своими родителями. У нас есть соседний домик — ты сегодня его видела, он хоть и маленький, но там есть всё необходимое. Ты могла бы жить одна и ничего не тратить. Хотя бы первое время.

Мы как раз подошли к моему дому и остановились друг напротив друга. Я подняла на него глаза. Я видела, что он говорил абсолютно серьёзно.

— Спасибо, Нолан, но я не хочу быть кому-то обязанной. Тем более твои родители ничего не знают моих проблемах, а я не хочу, чтобы у них поменялось мнение обо мне.

— Но ты же знаешь их, они хорошие и всё поймут. Даже лишних вопросов не зададут. Тем более этот дом никем не используется, и никому обязанной ты не будешь.

— Это сложно, — я опустила глаза. — Можно я подумаю и отвечу немного позже?

— Хорошо. Просто я не могу даже думать о том, что тебя обижают твои родные. Ты этого не заслуживаешь.

— Нолан, ты же знаешь, я все свои заработанные деньги откладываю на переезд в Бостон. А жить отдельно — это всё равно дополнительные траты, даже если я перееду в домик твоих родителей. Вода, свет, еда, и всё равно какая-то плата за аренду. За всё нужно платить. Я не могу жить совсем бесплатно, а каждая копейка сейчас на счету. Спасибо за твою заботу, мне очень приятно слышать это от тебя.

Тишина затянулась на несколько секунд. Он смотрел на меня, я — на него. И всё, о чём я могла думать в этот момент, — как сильно хочется подойти ещё ближе и просто поцеловать его.

Но не успела я решиться, как меня отрезвил телефонный звонок. Отец Нолана сообщил, что они с мамой уже вернулись домой. Я ещё раз поздравила его с днём рождения, и мы попрощались.

Придя домой, я быстро зашла в свою комнату, взяла пижаму и пошла в душ. Я долго стояла под горячей водой, хотелось смыть не только усталость, но и этот вечер. Вернее, не сам вечер, а мысли, которые он оставил. Я вышла из душа, забралась под одеяло и потянулась к тумбочке. Несмотря на то, что завтра рано вставать, я всё равно достала дневник. Мне нужно выговориться хоть кому-то. Дневник — единственный, кто слушает.

«Мы стоим напротив так близко,

И я тону в глазах твоих светлых.

Это всё, что мне нужно в пасмурный вечер».

«Привет, друг!

Сегодня был день рождения Нолана. Мы здорово провели время всей нашей компанией, а потом он проводил меня до дома. И знаешь, он предложил мне переехать в домик его родителей. Сказал, что там есть всё необходимое и я могла бы жить одна.

Но я не хочу. Не потому, что не ценю его заботу, — наоборот. Просто я буду чувствовать себя неловко. Как будто я кому-то обязана. Как будто я не справляюсь сама. А я справляюсь. Пусть трудно, пусть через силу — но это моя жизнь. И я не хочу, чтобы его родители смотрели на меня с жалостью.

Интересно, что он чувствует ко мне? Нравлюсь ли я ему — или это просто желание помочь? И как мне быть с Бостоном, если я вдруг пойму, что влюбилась?

Отказаться ради своей мечты? А стоит ли?

А ещё вчера я случайно встретила в „Центре“ Дина. Это кафе в самом центре нашего городка.

Дин познакомил меня со своим братом — Джеймсом. Он потом сказал, что я понравилась его брату. Но мне это не нужно. Меня никто не интересует, кроме Нолана.

Последние два месяца я просто не могу на него насмотреться. Поначалу он был для меня просто парнем, с которым приятно работать. Но потом что-то пошло не так. Мой пульс учащался каждый раз, когда я шла на смену и понимала, что сейчас его увижу. И я скучала, когда мы не виделись.

Есть ли у него кто-то? Мы никогда не лезли в личную жизнь друг друга — всегда обходили эту тему стороной... Но эта Аманда... Кто она? Ладно. Не знаю. Но почему-то мне страшно даже думать об этом».

Я отложила дневник, выключила свет и ещё какое-то время лежала в темноте. Мысли крутились вокруг сегодняшнего вечера: его взгляд, его слова, это неловкое молчание у дома. Мы были ближе, чем когда-либо.

Утром я открыла глаза и поняла, что улыбаюсь. Впервые за чёрт знает сколько времени. Потому что я наконец поняла: Нолану на меня не всё равно. Он думает обо мне.

Эта мысль согревала меня всё утро. Позавчера я получила зарплату и, как обычно, первым делом купила продуктов домой, так что сегодня можно было позволить себе нормальный завтрак — яичницу с беконом и сыром.

Я вышла из комнаты, прошла на кухню и выдохнула: дома только я. Пока грелся чайник, я уже готовила завтрак: яйца зашкворчали на сковородке, бекон зарумянился, сверху медленно плавился ломтик сыра. На тарелке уже ждали нарезанный кружочками помидор и два ломтика тостового хлеба. Сама не знаю, зачем проснулась в полшестого, но теперь была этому даже рада — утро получилось шикарным.

Позавтракав, я собралась и вышла из дома. Я потянулась к наушникам, но не успела я их надеть, как сзади раздались шаги. Я резко обернулась и увидела Нолана. Он стоял в паре шагов от меня и пытался отдышаться.

— Я думал, что не успею. Фух.

— Доброе утро! Что-то случилось? — Увидев его, я не сдержала улыбку.

— Нет, просто хочу вместе пройтись до работы. Я кофе нам взял, будешь?

— Конечно! Спасибо. А ты чего так рано?

— Да что-то не спалось утром, решил, что хороший повод нам побыть наедине.

— Эм-м, что-то на тебя это не похоже, — я не ожидала от него этого услышать, поэтому ляпнула, что пришло в голову.

Нолан ничего не сказал в ответ, лишь улыбнулся, и мы пошли в сторону кафе.

До открытия почти час, поэтому мы пошли не спеша, болтая о чем только приходит в голову этим ранним утром. На пороге кафе нас встретила Грейс.

— Нолан, а тебя что, солнце разбудило? — усмехнулась Грейс. — Ты сегодня непривычно рано.

— Нет, я забрался в твой минивэн и приехал вместе с тобой, — не растерялся Нолан. — Я принёс нам по кусочку торта. Мама сказала накормить вас завтраком

— Я всегда за. Тем более у меня есть чай, который тебе понравится. Ты точно захочешь ввести его в меню, — ответила Грейс и пошла ставить чайник.

Нолан пошёл переодеваться, а я сразу в зал, чтобы подготовить нам стол для завтрака. Через пять минут Нолан ещё не вернулся, поэтому я подошла к раздевалке, в надежде, что он уже переоделся и освободил её, как вдруг услышала его голос:

— Привет. Нет, я не смог. Попробую в другой раз. Всё, мне надо бежать.

Я подошла чуть ближе к двери, пытаясь разобрать, с кем он говорит. Голос у него был странный — не такой, как обычно. Через пару секунд дверь резко открылась и мы столкнулись лицом к лицу.

— Ты что, подслушивала? — Нолан прищурился, но в уголках губ я увидела улыбку.

— Нет! Я думала, что раздевалка уже свободна. Но услышала твой голос, хотела зайти, но ты неожиданно вышел. — Я попыталась заглянуть ему за плечо. — Ты там не один?

Нолан отступил в сторону, показывая пустую раздевалку.

— Я по телефону разговаривал. Друг просил помочь книгу найти. Я думал, в нашей университетской библиотеке есть, но не нашёл.

Я выдохнула. Просто друг.

— Понятно. — Я улыбнулась и кивнула в сторону зала. — Ну что, пойдём пить чай?

— Пойдём, — ответил Нолан.

Грейс заварила зелёный чай, и уже с первого глотка я поняла — это что-то особенное. Мягкий, с тёплым ореховым привкусом и едва уловимым вкусом сладкого риса. Генмайча — так назывался чай. Его привезли родители Грейс из Японии: после того как Роберт начал хорошо зарабатывать, они могли раз в год позволить себе путешествия. Грейс добавила ещё в чашку замороженных ягод — они медленно таяли, делая вкус ещё глубже и свежее. Ничего подобного я раньше не пробовала.

Мы сидели перед открытием втроём за угловым столиком у окна. В зале было тихо. Мы завтракали сэндвичами от мамы Нолана и пили удивительный чай от родителей Грейс.

— Ты была права, — Нолан посмотрел на Грейс. — Это необычно и вкусно. Но не думаю, что здесь он кому-то будет нужен. В основном пьют кофе и твой невероятный морс. А для себя ты можешь в следующий раз попросить родителей привезти побольше. Мы с радостью будем пробовать новое, — Нолан сделал глоток, прикрыл глаза на секунду и довольно улыбнулся, наслаждаясь моментом.

После завтрака Грейс дала мне пакетик ещё одного чая — названия я даже не запомнила, но, как она сказала, по-простому его можно назвать «Медовая орхидея». Уже жду не дождусь, когда смогу его заварить.

Смена в кафе прошла хорошо, ничего нового. А вот в ресторане меня ждали новости.

Я зашла на кухню и увидела Лари — он стоял у плиты и что-то мешал в кастрюле. На секунду отвлёкся, бросил на меня короткий взгляд и тут же отвернулся.

— Лари, привет! — Я прошла к вешалке, где висел мой фартук.

— Привет. Тут тобой интересовались, — сказал он, не отрываясь от сотейника. — Какая-то девица приходила.

Я удивлённо посмотрела на Лари.

— Да? А кто она? И что ей нужно было?

— Не представилась. Пыталась выяснить, кто тебя встречает и провожает. Томас мне рассказал, когда она уже ушла, так что я её не видел. — Лари обернулся, задумавшись, постучал щипцами по столу и добавил: — Странная особа, честное слово.

Кто бы это мог быть? Сердце забилось чуть быстрее — не от страха, а от неприятного холодка внутри. Я тут же направилась к нашему бармену Томасу, который как раз был свободен.

— Привет, Томас, — я подошла к барной стойке и облокотилась на неё, стараясь говорить спокойно. — Расскажи мне про ту девушку, что про меня расспрашивала. Как она выглядела?

Томас оторвался от бокалов, которые протирал.

— И тебе привет, Эйни. Ну-у... — Он прищурился, вспоминая. — Она была с чёрной короткой стрижкой, как она называется... Ах да, каре. И в прозрачных очках.

— А сколько ей примерно лет? — Я чуть нахмурилась, пытаясь представить образ.

— Ну, на вид не больше тридцати, — Томас поставил бокал на место и развернулся ко мне. — Заказала кофе с коньяком и села за стойку. Я сперва даже не понял, что ей надо: просто сидит и смотрит на меня. Сначала решил, что мы с ней, может, пересекались где-то и спросил: «А мы с тобой не знакомы?»

— А она что? — Я подалась вперёд.

А она покачала головой и говорит: «Нет, я знаю Эйни, но мы с ней давно не виделись». И тут же стала расспрашивать: есть ли у тебя парень, кто тебя встречает и провожает. — Томас развёл руками. — Я даже растерялся, честное слово.

— И что ты ей ответил?

— Сказал, что никого с тобой не видел, и ещё что ты всегда такси берёшь, с кем-то из наших. Ну, на всякий случай, чтобы она не думала, что ты одна ходишь.

— Ладно, — я задумалась. — Спасибо, Томас.

— Да не за что, если что, мы своих в обиду не дадим, не волнуйся. — Томас подмигнул мне.

— Я знаю, — я улыбнулась в ответ и пошла на кухню, прокручивая в голове описание: короткое каре, прозрачные очки, до тридцати. Нет. У меня не было таких знакомых. Совсем.