Через секунду Джеймс пошевелился, поднял голову и посмотрел на меня — ещё сонный, но уже встревоженный.

— Как ты себя чувствуешь?

— Спасибо, немного лучше, чем вчера. А почему ты здесь? — Я нахмурила брови.

— Через час зашёл проверить тебя. Ты ворочалась, я спросил, всё ли в порядке, но ты не ответила. Я подошёл ближе и понял, что у тебя жар. Не стал будить тебя, старался сбить температуру маминым способом, прикладывая полотенце к твоей голове, — Джеймс кивнул в сторону тумбочки и я проследила за его взглядом.

— Я ничего не помню...

— Это нормально, — он встал, разминая плечи. — Я заварю чай. И поешь немного. Это обязательно.

Он вышел, а я встала, чтобы заправить кровать. Джеймс. Тот самый, которого ещё недавно я на дух не переносила, — сидел ночью у моей кровати и прикладывал полотенце. Кто бы мог подумать.

Я умылась, почистила зубы, привела себя в порядок и вышла на кухню. На столе уже стояли две кружки с чаем, тарелка с блинчиками и мёд. Сев за стол, я обхватила кружку ладонями и наконец решилась:

— Прости, что вчера всё на тебя вывалила. И спасибо за всё. Особенно за то, что дежурил ночью. Я уже и не помню, когда обо мне так заботились.

Он посмотрел на меня — и в этом взгляде было столько тёплого волнения, что я даже смутилась.

— Не за что, Эйни. Правда. Думаю, на моём месте так поступил бы каждый. — Он замолчал, будто решая, стоит ли говорить дальше. — Но есть кое-что, чего я не понимаю. Где был Нолан? Почему ты оказалась одна в такой ситуации?

Я поджала губы и отвела взгляд.

— Мы почти не общаемся. Только по работе. И, судя по тому, что он вчера не поздравил меня, у него есть дела поважнее.

— Ясно, — Джеймс отставил кружку в сторону, и его голос стал жёстче. — То есть ты лежишь с температурой, а он не удосужился даже пару слов написать. — Он выдохнул, сдерживая себя. — А ведь так старательно строил из себя неравнодушного.

— А чей это дом? — Я быстро перевела взгляд на шкафчики. Отличный способ сменить тему, ничего не скажешь.

Джеймс улыбнулся.

— Мой. С шестнадцати лет работаю у отца в фирме. Я честно выполняю свои обязанности, он честно платит. Я мало на что трачу — стараюсь откладывать, вот купил этот дом, потому что часто приезжаю к Дину и его родителям. Чтобы их не стеснять, остаюсь здесь.

— Я думала, ты очередной мажор, — вырвалось у меня, прежде чем я успела прикусить язык.

— Это потому что я умный и красивый? — Джеймс рассмеялся. — Все так думают, но на самом деле я просто много работал. Хотя без отца, конечно, не обошлось. Ему я благодарен.

— Ты молодец, раз сам заработал. — Я слегка улыбнулась и на минуту замолчала, помешивая чай. Потом спросила: — А Дин в курсе, что вчера случилось?

— Нет, я ничего ему не говорил. А надо?

— Нет. — Я покачала головой. — Из всех — только Нолан в курсе, что у меня дома происходит. Но о вчерашнем знаешь только ты... Ладно, Джеймс, спасибо за завтрак. Мне уже лучше, я пойду собираться.

— Куда? — Он удивлённо посмотрел на меня.

— Как куда? Домой. Не могу же я тут оставаться. Я и так впервые ночевала неизвестно где.

— Ну уж нет, — Джеймс поставил свою кружку на стол. — Только сбили температуру, а ты уже рвёшься домой? Туда, где тебе не дадут отдохнуть? Даже не думай. Пару дней здесь — и я сам тебя отвезу.

— Но...

— Либо ты остаёшься здесь, либо я еду с тобой и лечу тебя там. Выбирай.

Я выдохнула.

— Хорошо, я останусь. Спасибо.

— Тебе нужно лечь поспать, — сказал Джеймс, убирая со стола, — а мне надо заскочить к Дину и купить продуктов. У нас тут, кроме маминых блинчиков, шаром покати.

— Если усну, разбуди, когда вернешься. Я что-нибудь приготовлю.

— Готовить? Ты? — Он сделал вид, что глубоко оскорблен. — Я, между прочим, прекрасно готовлю. Потом еще не захочешь от меня уезжать.

— Да ты почти идеальный, — усмехнулась я.

— Почти?! — Джеймс удивлённо вскинул брови.

Я в ответ только улыбнулась, выпила лекарства и встала из-за стола.

— Пойду прилягу.

Джеймс уехал, и я осталась наедине с собой. Было странно находиться в чужом доме, но тишина и уют меня успокаивали. Я лежала в постели, но мысли не давали покоя. Почему всё это случилось со мной? Брайан посмел поднять на меня руку — это не укладывалось в голове. Как мне теперь возвращаться туда, где собственная мать даже не попыталась меня защитить? Нолан... Эта Аманда... Ещё месяц назад я была уверена, что между мной и Ноланом что-то есть, а теперь он даже не смотрит в мою сторону. И теперь Джеймс снова появился в моей жизни... Что мне со всем этим делать? Вопросов было так много, что я не заметила, как провалилась в сон.

Меня разбудил какой-то шум. Я вздрогнула и, всё ещё сонная, вышла из комнаты. Звук доносился из кухни. Я осторожно заглянула — и выдохнула с облегчением.

Джеймс стоял у плиты, что-то помешивая, и даже не заметил, что я смотрю на него. Я прислонилась к косяку и молча разглядывала его. Адекватный, заботливый — кто этот человек и куда делся тот наглый парень?

— Даже не слышала, как ты вернулся, — сказала я, всё ещё стоя в дверях.

Джеймс обернулся, и на его лице появилась тёплая улыбка, от которой у меня внутри что-то дрогнуло.

— Я тебя разбудил? Прости. Я старался делать всё тише, но вышло как обычно.

— Нет, всё нормально. — Я улыбнулась в ответ. Его забота покоряла меня с каждой минутой.

— Ты хоть немного поспала? — Джеймс достал из холодильника молоко, налил в стакан и поставил греть в микроволновку.

— Да, уснула почти сразу, как ты уехал. — Я присела за стол. — Сколько сейчас времени? Даже не знаю, где мой телефон.

— Три часа. — Он отошёл от плиты и, глядя на меня, добавил: — Так, обед готов. Бульон — обязательно. А на второе паста с овощами. Решил, что котлеты — это слишком для начала.

— Котлеты? — Я не сдержалась и рассмеялась. — Действительно, к котлетам я пока не готова.

Мы вместе накрыли на стол и через несколько минут уже сидели друг напротив друга. В доме Джеймса мне понравилось, как всё было обустроено не только в комнате, где я спала, но и в кухне. Это пока те места, в которых я смогла осмотреться. Вместо привычного обеденного стола у окна расположили светлую барную стойку с высокими стульями и полочками, на которых стояли разные специи и вино. Высокий холодильник, печь с духовкой, небольшие шкафчики и столешница в цвет барной стойки, где готовил Джеймс.

От запаха еды закружилась голова — кажется, я и правда проголодалась.

Я попробовала бульон и прикрыла глаза от удовольствия.

— Джеймс, ты меня удивляешь с каждой минутой. Спасибо за твою заботу.

— Мне несложно. — Он отвёл взгляд. — Я должен загладить своё поведение. То, как я вёл себя тогда... Это было не по-джентльменски.

Я хотела сказать, что я уже давно его простила, но он опередил меня.

— Кстати, Дин сегодня был на работе, пришлось ехать туда. Обстановка там, мягко говоря, не очень.

— А что случилось? — я удивлённо посмотрела на него. — По-моему, впервые в нашем кафе что-то пошло не так.

— Нолан вчера устроил разборки со своей дамой. Прямо в кафе. Дэрин отправила его на два дня домой освежиться. Не успел узнать подробности, Дин был занят и не в духе.

— Похоже, вчера у всех был весёлый день, — хмыкнула я. — Странно, Дин мне ничего не писал.

— Ты болеешь, вот и не стал дёргать. Может, хочешь, чтобы он пришёл?

Я подняла на него глаза.

— Нет. Мне хватает того, что ты видишь меня такой.

Джеймс нахмурился.

— Эйни, так нельзя. Ты не можешь держать всё в себе. У тебя есть люди, которым не всё равно. Дэрин, например, она же тебя обожает. И в обиду не даст. — Он вдруг осёкся. — Погоди. Она что, тоже ничего не знает?

Я вздохнула, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Нет. Во-первых, о том, что у меня происходит дома, знать никому не обязательно. Нолан и так в курсе — и что? Помогло? А во-вторых... то, что случилось вчера, было впервые. Раньше Брайан меня не трогал. Я сама не знаю, что на него нашло.

Джеймс покачал головой.

— Зря ты так. Одной всегда очень трудно справляться с проблемами, тем более такими серьёзными. А если он в следующий раз такое же вытворит, что тогда? — Он отложил ложку и внимательно посмотрел на меня. — Дэрин... Она о тебе всегда с таким теплом говорит, что я, ещё не зная тебя, всё думал: что же это за Эйни, если сама Дэрин от неё без ума? Поэтому, если тебе что-то понадобится, помощь любая, сразу обращайся к ней. Ты же знаешь её, она за своих всегда заступится.

— Я не знала, что она ко мне так относится. То есть... Я, конечно, чувствовала её заботу, но чтобы настолько... — Я отвела взгляд, чувствуя, что краснею, и плавно ушла от этого разговора: — Спасибо за обед, всё безумно вкусно. Какие ещё секретные навыки имеются? — С искренним интересом спросила я.

— Я же говорил, что умею готовить. А секреты... Терпение, Эйни. Всему своё время. — Он подмигнул мне. — Но вообще — да, я потрясающий.

Джеймс не подпустил меня к мытью посуды, так что я просто сидела и смотрела, как он ловко справляется с тарелками. Когда всё было убрано, он повернулся ко мне, вытер руки и вдруг сказал:

— Чуть не забыл, — он взял с полки небольшой тюбик. — Мазь от синяков. В аптеке сказали, что помогает быстро.

Я не успела ничего сказать. Джеймс уже подошёл ближе, выдавил немного мази на пальцы и осторожно коснулся моей щеки. Движения были лёгкими, почти невесомыми. Я стояла молча, боясь вздохнуть, и чувствовала только тепло его рук и странное, непривычное волнение. В этот момент я поняла — что-то изменилось во мне. Кажется, именно в эту секунду я впервые посмотрела на Джеймса по-настоящему.

Он убрал тюбик на полку, а потом вдруг взял меня за руку.

— Идём. Тебе нужно лежать и пить больше воды.

Мы зашли в комнату, я села в кресло, а Джеймс встала у окна.

— Мне нужно съездить домой, взять кое-что из одежды. Не думал, что задержусь здесь, — он на секунду замолчал и посмотрел на меня, — но вышло иначе. И мне нравится такой поворот.

— А родители не будут переживать, что ты не ночуешь дома?

— В Сент-Луисе я живу отдельно, так что отчитываться перед ними мне не надо. Да и они не из тех, кто следят за каждым моим шагом. Представляешь, они почему-то уверены, что я у них умница и сам во всём разберусь. — Джеймс довольно улыбнулся. — Хотя я с ними полностью согласен.

— Умница? — я приподняла бровь, не в силах сдержать улыбку.

— А что, есть сомнения? — он изобразил притворную обиду. — Между прочим, я готовлю, убираюсь, забочусь о больных и даже не прошу ничего взамен. По-моему, идеальное определение.

— Нет, никаких сомнений. Я усмехнулась и покачала головой. — Ты и правда молодец.

Мы ещё немного поболтали, а потом Джеймс уехал, и я осталась одна. Часы показывали пять вечера, так что ложиться спать было уже бессмысленно. Я вспомнила про телефон и потянулась к сумке. Перебрала всё, что там было, и нашла его на самом дне. Нажала кнопку — бесполезно, батарея села. Хорошо, что зарядка всегда при мне. Когда я включила телефон, на экран тут же посыпались сообщения. Мать звонила пять раз — видимо, сегодня пойдёт снег. Пропущенные от Дина. И неожиданно — Кора.

Я собиралась набрать Кору, но мне позвонил Дин. Я взяла трубку и услышала его взволнованный голос.

— Эйни, привет! Наконец-то я дозвонился! — выпалил он с явным облегчением. — Ты куда пропала? Как ты?

— Привет, Дин, — я постаралась, чтобы голос звучал бодрее, чем я себя чувствовала, но хриплость меня подводила. — Спасибо, немного лучше. Лечусь. А ты как?

— Я в порядке. Жду, когда ты уже выйдешь, а то с Бетти как-то день проходит не так, — грустно сказал он. — Ещё...

— Что такое?

— Дэрин попросила передать тебе подарок. Может, я зайду завтра?

Нет, нет, нет, — мысленно запаниковала я. — Только не домой. И не завтра. Он не должен увидеть меня с синяком. И он же не знает, где я. Так, стоп. А почему он молчит про Нолана и Аманду? Ну Дин... Я тряхнула головой, возвращаясь к разговору, и как можно спокойнее ответила:

— Прости, но пока я не в лучшем состоянии. Давай, когда выйду на работу, тогда и заберу, хорошо?

— Ладно, договорились. Главное — поправляйся! — уже бодрее сказал он. — И не пропадай больше, а то я здесь с ума сойду.

Вечером вернулся Джеймс, мы поужинали, и я сразу пошла спать. Состояние у меня было отвратительное. Температура то поднималась, то приходила в норму, и так весь день. Горло разболелось ещё сильнее, никакие таблетки не помогали, только тёплый чай лишь на время гасил боль. Джеймс привёз из дома протёртый с сахаром имбирь с лимоном и намешал мне в кружку с чаем. Хорошо, что я не чувствовала этот вкус.

Весь следующий день я проспала. Джеймс будил меня, чтобы поесть и выпить лекарства, а потом я опять засыпала — всё как в тумане. Видимо, организм наконец-то взял своё.

Утром я проснулась сама — не от будильника и не от прикосновения Джеймса с лекарствами. Просто открыла глаза и поняла, что наконец-то выспалась и чувствую себя лучше. Вот уже третий день я жила у Джеймса, время пролетело незаметно.

В доме было тихо. Я вышла из комнаты и поняла, что Джеймса нигде нет. Странно — он не говорил, что куда-то уедет.

Пока его не было, я позволила себе немного осмотреться. Дом оказался небольшим, но удивительно уютным: две спальни и гостиная, выдержанные в светлых, спокойных тонах. В гостиной стоял большой тёмно-серый диван, на котором лежали мягкие подушки, возле дивана — изящный стеклянный столик, а на стене — телевизор. На полу — пушистый ковёр, в котором ноги просто утопали. Ни единого намёка на беспорядок — каждая вещь знала своё место.

На полках несколько фотографий в тонких рамках. На одной — Дин и Джеймс в окружении родных, на другой — сам Джеймс с родителями и маленькой девочкой лет четырёх. Значит, у него есть младшая сестра. «Вот откуда в нём столько заботы», — вслух сказала сама себе. Теперь всё встало на свои места.

Через час Джеймс вернулся. Я поправляла подушки в своей комнате и не успела выйти. Он постучал в дверь.

— Эйни, можно?

— Конечно, заходи.

Я обернулась — и замерла. В дверях стоял Джеймс. В одной руке он держал огромный букет, в котором смешались белые, розовые, голубые, жёлтые и светло-зелёные розы, в другой — маленькую коробочку. От неожиданности я даже забыла, что хотела сказать.

— Я думал, ты спишь, — он мило улыбнулся.

— Нет. Я не смогла уснуть. И, кажется, даже успела по тебе соскучиться.

«Я что, сказала это вслух?» — подумала про себя я.

— Я же говорил, что ты будешь от меня без ума, — он подмигнул.

Я улыбнулась и закатила глаза, а Джеймс сделал серьёзное выражение лица.

— Пусть с опозданием, но я не мог не поздравить тебя. Это тебе. — Джеймс протянул мне букет и коробочку. — С днём рождения, милая Эйни.

— Я... Я даже не знаю, что сказать, — пробормотала я, чувствуя, как краснеют щёки. — Ты и так столько для меня сделал... Спасибо, не нужно было.

— Даже ничего не говори. В этом случае я ничего не хочу знать.

Я покрутила коробочку в руках.

— А что там?

— Открой, — Джеймс чуть склонил голову и улыбнулся.

Я села на кровать и открыла коробочку. Внутри лежал кейс в приятном молочном цвете — лёгкий, приятный на ощупь. Он металлический? Я стала рассматривать дальше. Крышка держалась на магните и открылась легко, почти невесомо. А внутри — проводные наушники молочного цвета, точь-в-точь в тон родному оттенку кейса. У нас таких точно не найти. Может, их вообще нигде не продавали. Или таких просто не существовало — до этого самого момента. Джеймс нарушил тишину первым.

— Я заметил, что твои наушники уже доживают последние дни, — он улыбнулся краешком губ. — А раз ты пользуешься плеером, значит, беспроводные тебе ни к чему. Я мог бы придумать что-то особенное, но знал, что другой подарок ты просто не примешь.

— Мне очень приятно. Правда. — Я всё ещё крутила кейс в пальцах, не в силах оторвать от него взгляд. И ты прав — другое я бы не взяла. Наушники — прелесть. Но кейс... Где ты его нашёл? И когда ты успел?

— Заказал ещё вчера, а сегодня забрал. И ещё кое-что — я привёз торт. Дэрин, конечно, не знала, кому он достанется, но это неважно. Всё, что она готовит, — идеально. Так что даже не сомневайся, — он улыбнулся.

— Мне ли этого не знать, — я улыбнулась в ответ.

— А теперь пойдём завтракать, — Джеймс взял меня за руку и потянул в сторону кухни.

Мы сидели за столом, ели торт, пили чай и просто болтали. Ни о чём важном — и в этом было всё. Впервые за много лет я почувствовала себя счастливой. С синяком на лице, с тем, что творилось дома... С осознанием, что уже завтра мне предстоит вернуться туда, где я пустое место. Но сегодня я здесь. Мне спокойно. Мне уютно. И я ничего не боюсь.

Было так хорошо, что не хотелось портить момент. Но я всё же решилась:

— Завтра утром я поеду домой.

— Уже завтра? — Джеймс заметно погрустнел. — Может, останешься ещё на денёк? У тебя ещё два выходных, и я свободен до следующей недели. Просто... Мне с тобой хорошо. Не хочу, чтобы ты уходила.

— Да, мне уже лучше благодаря тебе. — Я выдержала паузу. — И мне с тобой тоже хорошо.

Джеймс замер. А потом, пытаясь сдержать улыбку, спросил:

— Стоп. Мне не послышалось?

— Тебе не послышалось, — я посмотрела ему прямо в глаза. — Но завтра мне надо домой. Если утром будешь спать, я просто прикрою дверь.

— Как я буду спать, если мне нужно везти тебя домой?

— Я вызову такси. Мне и так неловко, что я напрягала тебя все эти дни.

— Эйни, я тебя сюда привёз, я и отвезу обратно. Тем более мне нужно убедиться, что когда ты зайдёшь домой, у тебя всё хорошо. А потом я поеду по своим делам.

— Хорошо, — сдалась я. — Я уже понимаю, что с тобой спорить бесполезно.

День пролетел незаметно. Мы сидели в гостиной, за окном моросил дождь, капли тихо стучали по стеклу. Мы болтали обо всём подряд: о кафе, о его учёбе, о том, чем занимаемся в свободное время.

Мне было интересно с ним, легко и спокойно. Я слушала Джеймса и вдруг поймала себя на мысли, что его голос успокаивает. Очень. Я сама не заметила, как стала слушать не то, что он говорит, а как.

Эйни, соберись. Ты вообще понимаешь, о чём думаешь? — мысленно сказала я себе. Чтобы переключиться, спросила:

— Джеймс... Можно вопрос?

— Конечно, — он заинтересованно посмотрел на меня.

— Хочу узнать про Кору. Она сказала, ты взял номер и не позвонил. И мне показалось, что она сильно расстроилась, потому что ты ей понравился. Что между вами произошло?

Рассказывать, как именно Кора переживала, я не стала — пусть лучше он сам объяснит.

Джеймс вздохнул.

— После того как я подвёз её в тот вечер и поехал к тебе в ресторан, она позвонила Дину и попросила мой номер. А на следующий день с самого утра начала писать мне сообщения. Я столько в жизни от одного человека не получал, — он усмехнулся. — Я честно ей написал: «Ты классная, но нам не по пути». Но Кора не поняла и продолжала атаковать меня. После этого я перестал отвечать, а потом вообще заблокировал.

— Вот оно как, — медленно проговорила я. И кто из них мне врёт? Он или Кора?

Мы ещё немного посидели в гостиной, а потом разошлись по комнатам. Впервые в своей жизни я была в чужом доме с парнем, которого совсем не знала. Но ощущение, что Джеймс стал мне ближе, кажется, мне нравилось всё сильнее.

Утром я собрала все свои вещи, и мы поехали. Джеймс молча вёл машину, но по глазам было видно — он не хотел меня отпускать. Когда мы подъехали к моему дому, он припарковался и посмотрел на меня:

— Как только поймёшь, что там и как, — сразу напиши, я буду ждать здесь.

— Обязательно. — Я улыбнулась и вышла из машины.