Максим вышел из метро и, построив в телефоне маршрут, свернул в ближайший переулок. Идти предстояло минут пятнадцать, если не все двадцать. Офис компании находился на краю Москвы, в одном из спальных районов. На улице моросил мелкий холодный дождь.

Максим раскрыл хрупкий китайский зонтик, который заботливо положила ему в портфель Яна, и застегнул молнию кожаной куртки. Порыв сильного холодного ветра испортил ему прическу – уложенные феном волосы разлетелись в разные стороны. Зонтик чуть было не вырвало из рук.

Углубившись внутрь квартала, Максим пошел вдоль длинного кирпичного дома. Здесь ветер дул уже не так остервенело. В нескольких окнах на первом этаже горел свет. Максим приблизился к одному из них и заглянул внутрь. На ковре, в центре комнаты, сидели два маленьких мальчика. Один складывал кубики в маленькую пирамидку, другой что-то рисовал в альбоме. Максим пригляделся – на рисунке был изображен пес с крыльями, какие обычно бывают у ангелов. Первый мальчик был немного старше второго. У него были темные густые, немного вьющиеся волосы, красивое интеллигентное лицо и большие голубые глаза. Второй, напротив, напоминал хулигана: рыжий, весь в веснушках, мелкий и курносый. Мальчики играли мирно, словно не замечая друг друга. Глядя на них, Максим неожиданно вспомнил двух своих сыновей – они были примерно того же возраста и чем-то похожи на этих чужих мальчиков. В груди опять закололо, дышать стало тяжелее. Он вытащил из кармана таблетку валидола и швырнул ее в рот. Немного полегчало.

Как давно он не видел своих детей? Он попытался посчитать, но сбился. В голове все путалось. В глазах защипало и захотелось плакать. Он шмыгнул носом и провел по глазам тыльной стороной ладони. Затем вытащил из кармана телефон и набрал номер жены. Гудки монотонно сменяли друг друга, но ответа не было. Он подождал около минуты и сбросил вызов. Знал же, что жена не ответит, и даже был в этом уверен – она ни разу не ответила ему с момента их последнего разговора. Но все-таки не терял надежды.

Дождь пошел с новой силой. По оконному стеклу потекли струйки воды, сливаясь друг с другом и образуя причудливые узоры. Максим всмотрелся в один из них и явно увидел букву Д. Ветер смазал картинку на стекле, и буква Д превратилась в Е, а та последовательно – в Т и И. В итоги получилось слово ДЕТИ. Максим обернулся – перед ним мелькнул знакомый силуэт деда в телогрейке. Максим сделал шаг к нему, но силуэт, обратившись сначала в маленькое облако, растворился в воздухе и исчез.

– Что ты хочешь мне сказать, дед? Зачем мне все эти знаки?! Ты думаешь, я еще не понял? – прокричал Максим в сторону облака. – Я все понял! Я понял! Верни все обратно, прошу тебя!

Максим упал на колени, обхватил голову руками и завыл на весь двор. Из окон на него уставились изумленные лица. Из подъезда выбежал старый дворник. В руках у него была кочерга.

– А ну прочь отсюда! Ты чего орешь на весь двор?! Вон пошел! Козел! – Дворник, не приближаясь, тряс в воздухе кочергой.

Максим встал. Подошел к дворнику. Вырвал у него из рук кочергу и швырнул ее в кусты. Затем развернулся и пошел своей дорогой в сторону офиса. Испуганный дворник что-то крикнул ему вслед, поматерился, подобрал кочергу и скрылся в подъезде. Дождь немного утих.

Компания находилась на первом этаже жилого дома. Вход был с улицы. Максим нажал кнопку звонка, и ему открыла рыжая девушка. На вид ей было лет двадцать пять. Не красивая, но и не страшная. Сильно худая. С ровными белыми ногами и совершенно незапоминающимся лицом. В одном ее ухе блестела маленькая серьга, сделанная в виде рептилии. То ли дракона, то ли ящерицы.

– Вы к Валентину Анатольевичу? – сухо спросила она.

– Да, к нему.

– Вы – Максим? Новый сотрудник отдела продаж?

– Совершенно верно. Я – Максим.

Девушка пропустила его внутрь, в небольшой коридор. Справа он увидел вешалку, обремененную под завязку разнообразной одеждой – куртками, пальто, плащами, в том числе даже из целлофана. Внизу – груду столь же разношерстной обуви: от дорогих кожаных туфель до рваных дешевых кед. В нос ударил запах старой поношенной кожи. Максим не выдержал, прикрыл рукой нос и чихнул.

– Давайте мне куртку. Я придумаю что-нибудь. Обувь здесь снимайте. Я вам тапки дам.

– Спасибо, – вяло ответил Макс. Вид помещения ему абсолютно не нравился. Это была обычная квартира. Вернее, несколько квартир, объединенных вместе. Все остальное – мебель, обои, люстры, да вообще все – мало чем напоминало привычные ему офисы. Сотрудники блуждали между комнатами в домашних тапочках. На некоторых были футболки со странными надписями на английском. Мимо Максима прошел явный панк, с ирокезом. По пути он достал сигарету и сунул ее в рот. Из одной комнаты раздался звонкий и приятный мужской голос:

– Максим пришел? Пусть заходит.

Рыжая девушка провела Макса в кабинет. Он напоминал переделанную кухню – в маленьком помещении, помимо стола, нескольких стульев и крошечного дивана, оказались небольшая раковина с краном и тумбочка, на которой возвышался электрический чайник.

– Максим, привет, я – Валентин Анатольевич. Дядя Евгения. Коллеги твоего, – сказал сидевший за столом весело и непринужденно.

– Бывшего коллеги… – улыбнулся в ответ Максим.

– Ну да, уже бывшего. Ладно! Пора тебе перевернуть страницу. Жизнь начинается заново.

– Это точно! – Максим сел за свободный стул и посмотрел на Валентина Анатольевича.

Тот был красивым чернявым мужчиной лет пятидесяти, с небольшим животом, но при этом совсем не толстым. Лоб его закрывала стильная челка, которую он то и дело закидывал в сторону. Карие добрые глаза располагали к общению.

– Ну ты, главное, чувствуй себя как дома. У нас тут все по-семейному. Нет этих ваших заморочек корпоративных. Мне Женька про них много рассказывал. Непросто вам в этих корпорациях-то!

В комнату заглянул крупный крепкий человек с невыразительным и грубым лицом. Его нижняя губа слегка выпячивалась вперед, как у обезьяны. Он положил на стол начальника какие-то бумаги, что-то невнятно сказал и удалился.

– Это, кстати, наш главный продавец, Толик. – Валентин Анатольевич поднялся, прикрыл дверь и даже понизил голос: – Выглядит он, конечно, не ахти, но мужик что надо!

– А где он учился? – заинтересовался Максим.

– А он не учился. Это сын моего друга хорошего. Мы с ним вместе весь Афган прошли, с отцом его.

– Понятно, – сник Максим, но вида не подал.

– Да ты не подумай ничего. Ему и не надо учиться. Он вполне предприимчивый от природы, хотя и смурной. Я вот тоже нигде не учился, а, видишь, бизнес создал!

– Да, я думаю не важно это, – соврал Максим, – учиться то есть.

– Конечно, не важно. Мы вообще в продажи ребят из регионов набираем. Они голодные, в хорошем смысле. Горы свернуть могут. Не то что эти зажравшиеся москвичи. У папы и мамы на шее сидят. А ты сам-то откуда?

– Из Подмосковья.

– Это хорошо. А то уж я думал – из Москвы. Подмосковье – та же деревня. Только ухоженная.

– Так и есть!

– В общем, Макс, думаю, сработаемся, – и Валентин Анатольевич протянул Максу руку. На ней не было двух пальцев.

– Думаю, да, – Макс почувствовал тяжесть рукопожатия нового босса.

– И еще… – Валентин Анатольевич отвел до этого веселый взгляд в сторону, на мгновение о чем-то задумался и добавил: – Там, я знаю, Женя тебе сумму обозначил…

– Да, он сказал мне месячный оклад. Я только забыл спросить – грязными это или нет? Хотя…

– Дело в том, что у нас тут система оплаты немного другая. То есть все, как я обещал, я за свои слова ручаюсь, ты не подумай ничего. Но фиксированная часть пойдет в белую, а остальное – в конверте, так сказать. И… по итогам года, – Валентин Анатольевич последнюю фразу произнес немного виновато, нехотя. Словно и не хотел говорить, но его заставили.

– Так сколько мне в месяц будут платить?!

Начальник назвал сумму, она была в два раза меньше той, что ожидал Макс.

– Остальное – в конце года. У нас так все работают, – развел руки Валентин Анатольевич, – подумай…

– Хорошо, – с трудом выдавил из себя Максим, – я согласен. Когда начинать?

– Вот и славно, – оживился Валентин Анатольевич, – вот и здорово. А теперь можешь пройти к нашему начальнику отдела кадров! Оформиться, так сказать.

– А кто это?

– Ты ее уже знаешь! Это Наташа. Рыжая девушка, которая тебя встретила. Она у нас, как говорится, и пахарь, и жнец, и на дуде игрец! В общем – молодец она! А после – к ребятам. Они тебя уже ждут! – и начальник снова протянул Максу увесистую руку.

– Хорошо, спасибо, буду стараться! – Максим пожал руку Валентина Анатольевича и вышел из кабинета.

Оформление не заняло много времени. Макс, даже не читая трудового договора, расписался в нескольких местах, что-то спросил про страховку и оплачиваемый отпуск. Наташа, слушая плеер, нехотя отвечала. Ей было все равно. По ее лицу Макс видел, что она о нем думала. И понял – его тут совсем не ждали. Видимо, Женек, который чувствовал вину за тот вечер, упросил своего дядьку найти Максу работу. Но хоть на этом спасибо. Ведь денег совсем не было, а надо было как-то существовать, да еще кормить Яну. Ее крошечной стипендии и нескольких уроков репетиторства ей одной с трудом хватало на жизнь. Которая тем не менее все же продолжалась. А может быть, и только начиналась.

Максим вышел в коридор. Прошел мимо туалета с ванной. Свернул направо и открыл дверь в просторную комнату, которая раньше, похоже, служила спальней, а теперь была заставлена столами с компьютерами и оргтехникой. В комнате сидели три человека, хотя столов было пять. Максим покашлял для вида в кулак. Присутствующие повернулись в его сторону.

– Здравствуйте, я – Максим. Я новый руководитель отдела продаж.

Ему никто не ответил. Лишь Толик, усмехнувшись, провел рукой по своему прыщавому лбу и уставился в компьютер.