«От Бога отрекись!» – толпа теснит,

И скалит зубы злоба с темных рож;

Вцепились в копья, кровь в глазах стоит;

Плевок – и половчей прихвачен нож.

А я один, и ранен тяжело,

Все перебиты, только я живой.

Холодным камнем небо виснет зло

Земля кружит под дрогнувшей ногой.

Оцепенел, все мышцы напряглись;

Вот нож мигнул; смех жалит, как змея,

«От Бога своего ты отрекись,

Жизнь заслужи!» – опять услышал я.

Отречься от Него! Я жить бы мог!

Да, в молодости – мерзко умирать;

Здесь, где тела товарищей у ног,

В кровавой жиже скоро мне лежать.

Но все же странно – и почти смешно:

Измыслить, ощутить Его мечтал,

Зря бился лбом, в стене искал окно,

Молился, сомневался – отвергал:

Отверг Того, Кого мне не понять,

Отверг ту жизнь, что за могилой ждет…

И вот – осталось только вслух сказать,

Ее спасти – жизнь, что во мне поет,

Глупцы! – живая кровь стучит в висках,

Играет, солнца радуясь лучу,

Единственная жизнь – в моих руках!

Я отрекусь… и все же я молчу.

«От Бога отрекись!» – блестит копье,

В глазах их вспышки жадного огня;

Рычит, визжит безумное зверье,

Ждет только знака – растерзать меня.

Отречься! Что ж, на это хватит слов;

Но как же раса, имя, честь моя?

Плевки, презренье подлой своры псов,

Клеймо позора вынесу ли я?

Честь белого – о ней забуду впредь?

Ублюдки черные мне крикнут: «Трус!»

За идолов готовы умереть —

Так я ль страны и расы отрекусь?

Моя страна! Что мне она теперь?

Солдат удачи я в краю чужом;

Всяк человек мне братом стал, поверь;

И весь широкий мир – мой отчий дом.

Моя страна! блаженство мертвецов,

Героев слава, мучеников боль:

Не за меня пролита кровь отцов,

А под ее знамена – нет, уволь;

Свободен, о стране я не пекусь,

Лазейкой тесной к жизни проскочу.

Нет веры, флага – значит, не запнусь:

Я отрекусь… и все же я молчу.

«От Бога отрекись!» – занесены

Их копья, в напряженьи слова ждут;

Густеет тьма и небеса мрачны,

Мгновенья страха вязкого ползут.

Но вот сквозь злобы тесный, темный круг —

Как далеко! – но то же, что всегда —

Лицо, Ее лицо – явилось вдруг,

Отрада, сила, слава и звезда.

Среди морей, когда настигнет шквал,

В пустынях, где живет лишь дикий зверь,

Как этот образ сердце согревал!

Стократ дороже стал он мне теперь.

О, шелк волос над лучезарным лбом!

О, серых глаз прямой и ясный взгляд!

Улыбки нежность!.. Верится с трудом:

Что ж, навсегда с тобою разлучат?

Да, это так… ведь если уступлю,

Как посмотрю тебе в лицо опять?

В твоих глазах я – ровня королю,

Бесчестным трусом не смогу предстать.

Нет! нет! все решено. Вгляделся вновь

В бесчувственный холодный небосвод;

Не вера, не страна – моя Любовь:

Пусть за нее меня погибель ждет.

Тогда, хоть мрак кромешный впереди,

Не отрекусь Живущего во мне;

Над зверем торжествует дух в груди,

Сам Человек оправдан здесь вполне…

«Псы, бейте! Не склоню я головы.

Прольется кровь, но только и всего.

Проклятье – жизни, что сулите вы!

Не отрекусь от Бога моего».

Поникли дрогнув копий острия,

Кивку вождя покорны одному.

«Пустите, – как сквозь сон услышал я, —

Он верно служит Богу своему!»