Мессия, поспеши, не медли и не стой!

Прихода твоего все поколенья ждут

В слезах за родом род – и новые грядут

Мольбу и вопль, о царь, взнести перед тобой.

Наш сумрак озари! Зажги фитиль льняной.

Венец венцов – Сион освободи от пут.

Воспрянут те, кто слаб, и сильные падут,

Когда увидит мир горящий факел твой.

Как свет дневной ворвись, не постучавшись в дверь!

На взмыленном коне свой царский лик яви!

Смотри, изранен я: вся плоть моя в крови.

А если на осле[11] ты въедешь к нам – поверь,

Унизишь ты себя. Тогда мечту прерви

Явленьем ран твоих – и больше не зови!

Душа моя пока ещё едина

С убогим телом, но не я лелеял

Отборный колос: сорняки я сеял,

И въелись в кожу желтозём и глина.

И меры я не знал. Моя личина —

Тот вольный дух, что надо мною реял.

И если б мне Всесильный сон навеял,

Душе свободу дать была б причина.

Что мне ещё сказать – ведь я седею,

Промчались годы, сгинули в тумане.

Бездомный странник и нагая плоть я.

И не мудрец, хоть знанием владею.

И если бы умнее был я ране,

То не носил бы в старости лохмотья!