Глава

Двадцать два

Первая половина моей стажировки прошла в тумане из резких приказов и хихиканья за спиной, когда я ошибалась. Брэдли, ублюдок, очевидно, ожидал, что я с порога пойму, как пользоваться их системой заказов, и буду знать меню наизусть.

— Я же уже сказала, что заберу меню домой и выучу. В следующий раз ошибок не будет. — Я пахала весь день, взмокла и была зла как черт. Я слишком медленно читала, чтобы поспевать за Брэдли без предварительной подготовки, что вообще-то не должно было стать проблемой сегодня, ведь я, блядь, всего лишь стажер-наблюдатель.

После обеденного ажиотажа, за пару часов до ужина, Брэдли решил, что на сегодня с меня хватит, и завершил мою смену полным перечислением всех моих косяков. Одна из официанток, стоявшая неподалеку — фигуристая девушка примерно моего возраста — сочувственно мне улыбнулась. По крайней мере, не я одна считала его козлом.

У меня возникло искушение рассказать Хантеру, как его менеджер обращается с персоналом, но я не была уверена, поверит ли альфа мне на слово или назовет нытиком, неспособным выдержать и дня работы. Брэдли отлично изображал дружелюбие и был еще лучшим газлайтером. Сегодня он с легкостью выставил меня идиоткой, даже когда вина была на нем, а я отказывалась доставлять кому-либо из них удовольствие, выставляя себя в дурном свете.

Вернувшись в раздевалку, я сунула меню в карман пальто и взяла телефон, чтобы проверить чат. Уведомлений была куча, и от усталости я чуть было не закрыла приложение. Морально я была не готова иметь дело с новыми мудаками сегодня.

Опустившись на стул, я решила, что игнорировать их будет хуже, да и домой мне как-то нужно было добираться, поэтому открыла чат. Первое сообщение было утренним, и мне стало совестно, что я не ответила Келлану раньше.

Золотой мальчик: Просыпайтесь и пойте, милые оборотни. В Доме Ривз великолепное утро.

Перерыв длился несколько часов, прежде чем в разговор вмешался Хантер.

Папочка Альфа: Продолжай в том же духе, Келлан, и мы очень легко превратим это великолепное утро в кошмар.

* Слэйд покинул чат *

* Ворчливый Медведь покинул чат *

Обожаю наблюдать, как я им нравлюсь все больше и больше.

Папочка Альфа: Надоедливый щенок, ты все еще забираешь Эмми с работы?

Золотой мальчик: Я уже два часа сижу у входа. Красотка, как закончишь, дай знать. Кстати, зацени Ворчливого Медведя.

* Изображение прикреплено*

Я кликнула по изображению, которое прислал Келлан, и хихикнула при виде Финли, распластавшегося на льду. Он раскинул свои массивные руки так, словно пытался подтягиваться на них.

Золотой мальчик: У кого-то сегодня был тяжелый день. Придется уложить его спать сегодня, Папочка Альфа.

* Папочка Альфа сменил свое имя*

Альфа-Хантер: Если бы ты знал, сколькими способами я могу убить тебя и избавиться от твоего тела, ты бы заткнулся, Келлан. Некоторые варианты даже включают пауков.

Золотой мальчик: Икккк! * эмодзи с грустным лицом * * эмодзи с испуганным лицом * Я доверил вам всем свой самый глубокий, темный страх. Я чувствую себя преданным.

Альфа-Хантер: Моя работа — следить за тем, чтобы никто за пределами нашей стаи не приставал к тебе. Я никогда ничего не говорил про членов стаи.

Золотой мальчик: Есть, капитан. Я буду хорошим мальчиком. Обещаю.

Может, я и плохо знала Хантера, но готова была поспорить на кучу денег, что он писал все эти сообщения, стиснув зубы. Переписка закончилась двадцать минут назад, так что я быстро напечатала ответ.

Милая пара: Только что закончила работу. Спасибо, что подождал, Келлан. Прости, что так долго.

Через несколько секунд он ответил.

Золотой мальчик: Я бы ждал тебя вечно, Крошка. Тебе никогда не нужно благодарить меня за то, что я твой альфа. Это, блядь, честь для меня.

Золотой мальчик: И еще, не покидай ресторан. Я сейчас зайду и заберу тебя.

Вздохнув, я откинула голову на шкафчик и попыталась выдохнуть накопившееся за день напряжение. Надеюсь, когда я закончу стажировку у Брэдли, я смогу заниматься своим делом и выполнять работу без постоянных домогательств.

Сегодняшний день заставил меня усомниться в своих способностях так, как никогда раньше.

С этого ракурса я заметила, что мое имя на шкафчике было изменено на «Эммелим», а предыдущее «Эмелин» было зачеркнуто. Гребаный Брэдли, хотя это было почти смешно. Теперь там было две «м», и я была уверена, что он каким-то образом выставит виноватой меня.

Я отвлеклась, когда телефон запищал у меня в руке, и опустила глаза, чтобы прочитать сообщение.

Альфа-Хантер: Ты в порядке, Эмми?

Сталкер снова нанес удар.

Оглядев потолок, я обнаружила в углу камеру с мигающей красной лампочкой.

Милая пара: Снова шпионишь за мной, Альфа-Сталкер?

Золотой мальчик: Для тебя — Папочка Альфа-Сталкер.

Альфа-Хантер: Отвечай на вопрос, маленькая омега.

Я услышала этот вопрос, хотя это было текстовое сообщение. Голос Хантера всегда становился ниже и протяжнее, когда он называл меня маленькой омегой, и это начинало сводить моего зверя с ума.

Милая пара: В полном порядке. Просто за одну смену нужно очень многому научиться. Надеюсь, я освоюсь, когда выйду в зал. Брэдли… очень напряженный.

Келлан ответил, и в тот же миг его запах стал сильнее, давая понять, что он входит в ресторан.

Золотой мальчик: Уволь его, Папочка Альфа. Сейчас же! Или я выпущу ему кишки и использую их как наживку для рыбы на заднем дворе.

Не всегда было легко понять, шутит Келлан или нет, но от этого сообщения у меня по спине пробежал холодок. Однако это был скорее интерес, чем страх, и у меня возникло искушение подразнить его зверя, пока тот не вырвется наружу.

Секунду спустя Келлан ворвался в раздевалку, и в тот же момент звякнули оба наших телефона. Он притянул меня к своей груди, и мой вздох получился громким и гулким, когда он заключил меня в такие крепкие объятия, что между нами не осталось ни миллиметра свободного пространства.

Святая богиня.

Мир перестал вращаться, гравитация исчезла, и жизнь, какой я ее знала, перевернулась с ног на голову. Меня держали в самых крепких и теплых объятиях, какие я когда-либо испытывала. Меня никогда не обнимали так, словно все мои рваные, сломленные частички собирались воедино, и одной лишь своей силой он мог сделать меня целой.

— Келлан! — выдавила я, царапая его хватку, пока дыхание застревало в легких. Сначала я подумала, что это паническая атака, которых у меня не было с тех пор, как я нашла маму. Но потом я поняла, что не могу дышать, потому что задыхаюсь от непролитых слез и нежеланных эмоций.

— Красотка, — прохрипел он, и смятение в его голосе было невозможно скрыть, когда он уткнулся лицом в изгиб моей шеи. — Что не так? Что случилось? Я не шутил. Я его, блядь, убью.

Моя волчица начала скулить, и если бы он не отпустил меня через две секунды, я бы опозорила нас обоих, разрыдавшись прямо на нем.

— Келлан, — прошептала я так сдавленно, что едва смогла выговорить слова. — Пожалуйста.

Он не отреагировал на мой слабый, жалкий толчок. Его волк взял верх, пока он держал меня, и с громким свистом я наконец перестала бороться и погрузилась в его тепло, проваливаясь в объятия. Всего на несколько минут.

Несколько минут, чтобы ощутить всю прелесть его утешения. Слезы беззвучно потекли по моим щекам, и я повернула голову в сторону, надеясь, что он не почувствует их влажное тепло на своей коже. Наши телефоны пищали снова и снова, а потом телефон Келлана начал звонить.

Без остановки.

Без сомнения, Хантер прилип к камере, гадая, что происходит.

Не отпуская меня, Келлан потянулся вниз и ответил на звонок, нажав кнопку громкой связи.

— Какого хрена происходит с нашей омегой? — ледяная ярость Хантера полилась из динамика.

Я была занята тем, что пыталась шмыгнуть носом беззвучно, но, подняв голову, поняла, что камера направлена прямо на мое лицо.

— Она плачет, Келлан. Приведи ее ко мне. Сию. Же. Секунду.

Связь прервалась, и Келлан наконец взял своего зверя под контроль, мягко отпуская меня и ставя на ноги. Я отчаянно вытирала слезы, но они исчезали не так быстро, как я надеялась.

Келлан провел большим пальцем по моим щекам и сказал:

— Я с тобой, красавица. Ты сюда больше никогда не вернешься, и я не удивлюсь, если Хантер сегодня же сожжет это здание дотла.

— Нет! — я яростно замотала головой. — Нет! Серьезно. У меня просто гормоны, и я никогда… — я с трудом сглотнула. — Меня никогда по-настоящему не обнимали. Это застало меня врасплох, и, чтобы ты знал, эти слезы полились без моего разрешения. — Предательские слезы. — Но тебе не нужно ничего делать с этой работой. Это отличный ресторан, и персонал у вас замечательный… — за исключением одного, — так что я не удивлена, что он так популярен.

Он смотрел на меня так, словно знал, что я несу чушь, но в то же время понимал, что я достигла своего предела откровенности. Приобняв меня за плечи, он повел меня через служебный выход к огромному пикапу TRX RAM на парковке.

Келлан открыл для меня дверь.

— Это малышка Фина. Он одолжил ее мне, а сам поехал домой с Кензо.

— Обожаю большие машины, — сказала я, хватаясь за ручку, чтобы забраться в кабину. — Он, должно быть, чувствует себя королем дороги.

Келлан сухо усмехнулся.

— Хотелось бы ему.

Когда он сел на водительское место, то подождал, пока я пристегнусь, и только потом нажал на кнопку запуска. Мощный двигатель взревел, и я спросила:

— Мы едем домой, да? Мне не нужно увидеться с Хантером.

Он удивленно и насмешливо вскинул бровь.

— О, моя бедная, заблудшая омега. Мы едем прямиком к Хантеру. Встреча с тобой — единственное, что остановит его от сноса ресторана. И, возможно, любых других зданий, которые попадутся ему по пути домой. Поверь, в интересах Голден-Кло, чтобы ты усмирила зверя.

Тихая паника сопровождала меня всю дорогу до города, и когда Келлан заехал на частную парковку перед зданием «Ривз Индастриз», я начала прикидывать свои шансы сбежать отсюда домой.

Келлан обхватил мой подбородок, его длинные пальцы легли мне на щеки.

— Ты справишься, Эмми. Ты буквально единственный оборотень, который может войти в его ярость и выйти невредимым. Не бойся своего альфу.

Если так, то почему мне нужно было, чтобы он держал меня за руку всю дорогу до верхнего этажа?

Когда мы вошли в вестибюль, дамы за стойкой регистрации тут же начали любезничать с Келланом, но я была слишком взволнована, чтобы удостоить их даже взглядом. Мы направились прямиком к лифтам, нас никто не остановил, а когда мы вошли внутрь, кнопка двадцатого этажа уже была нажата.

Меня заманивали прямо в логово разъяренного зверя.

— Дыши, — прошептал Келлан мне на ухо. — У него было десять минут, чтобы успокоиться. Уверен, все будет в порядке.

Когда я метнула в него свой самый сильный, самый убийственный взгляд, он, черт возьми, просто рассмеялся. Тот факт, что ни один из альф в моей жизни меня не боялся, был трагедией, сравнимой с историей Ромео и Джульетты.

Подъем в небеса занял всего мгновение, и, несмотря на мой страх перед этими замкнутыми металлическими коробками, большую часть пути я молилась о поломке.

Когда двери лифта открылись, я с удивлением обнаружила, что верхний этаж выглядел пустынным. За стойкой регистрации не было ни одного оборотня, все двери кабинетов были закрыты, и если бы не громоподобная энергия, просачивающаяся из дальних комнат, я бы подумала, что Хантер уже уехал.

Келлан усмехнулся.

— Хм-м, может, стоит дать ему еще десять минут.

— Ненавижу тебя, — пробормотала я, чувствуя, как все скручивается в животе.

— Ой, как больно. А я-то думал, что я твой любимчик.

Он надул нижнюю губу и выглядел так нелепо, что это немного ослабило мою панику.

— Этот список постоянно меняется. Лучше не почивать на лаврах.

Он быстро поцеловал меня в щеку, что стало приятным отвлекающим маневром.

— Понятия не имею, что такое лавры, но спорю, я могу почивать на них лучше всех.

В этом я не сомневалась.

Дальнейший разговор прервался, когда дверь в кабинет Хантера медленно открылась. Мгновение спустя в проеме появилась его гигантская фигура, и его темный взгляд впился в меня.

Безмолвный приказ окутал мою волчицу, и, несмотря на мой статус омеги, я беспомощно поспешила вперед.

Оглянувшись, я увидела, что Келлан застыл на месте у открытого лифта.

Наши взгляды встретились, и он выдавил улыбку.

— Я буду прямо здесь, красавица. Задай ему жару.

Я не успела ответить, как уже стояла перед возвышающимся, разъяренным альфой, чей волк сиял в почти золотых глазах.

Хантер Ривз был вне себя от ярости, и я гадала, переживу ли я последствия.