Глава

Восемь

К тому времени, как мы добрались до Range Rover, Келлан уже был одет в джинсы и облегающую белую рубашку. Он прислонился к Bugatti, и теперь реакция Уоррика при виде этой машины стала совершенно понятной. Другими автофанатами в Голден-Кло, конечно же, оказалась моя стая, подобранная по запаху.

А как иначе? У кого еще были бы деньги на такое хобби?

Обойдя Range Rover, я обернулась, натянула рубашку и шорты и провела рукой по косичкам, чтобы убедиться, что они пережили превращение. Кроме нескольких выбившихся прядей, они были в порядке.

Этой встречи было не избежать, поэтому я выпрямила спину и подавила влияние своей волчицы, направляясь к Bugatti. Келлан не двигался, продолжая держать дистанцию и ожидая меня у своего суперкара стоимостью в миллион долларов. Кивнув на эту красотку, я спросила:

— Тебе вообще хоть удавалось дать ей волю?

Он выпрямился с хищной грацией. У ручья у меня не было возможности оценить его рост, но он был выше меня сантиметров на пятнадцать, если не больше. Он не был таким массивным, как Хантер, но его атлетическое телосложение было далеко не маленьким.

Я никогда не была в окружении такого количества мужчин, рядом с которыми чувствовала бы себя по-настоящему миниатюрной.

— У нас есть трек прямо за Голден-Кло, — произнес он своим ровным, рокочущим голосом. — Даже Альфа Уоррик, бывало, пару раз выводил туда свою тачку.

Уоррик грубо рассмеялся у нас за спиной.

— Если ты имеешь в виду, что вы с братьями пару раз надирали мне задницу, то да, конечно, выводил.

Келлан не отводил своего пронзительного взгляда от моего лица, даже чтобы обратить внимание на другого альфу.

— Ты гоняешь, красавица?

Богиня… Властность Хантера наполняла меня яростью, но я была бессильна противостоять мягкой настойчивости Келлана.

— Мото, — прохрипела я, чувствуя внезапную сухость в горле. — Мне пришлось оставить свой байк, но, если честно, я предпочитаю два колеса четырем.

Его губы дрогнули.

— Прямо как Слэйд. Возможно, тебе придется потягаться с ним.

Я понятия не имела, кто такой Слэйд, но, скорее всего, он был еще одним членом моей стаи.

— Не уверена, что это хорошая идея. — Мне казалось неправильным отказывать в чем-либо этому идеальному златовласому мужчине, но я должна была быть честной. — Я не знаю, что тебе рассказал Хантер, но меня не интересует стая. По многим личным причинам. Я… — Слова застряли у меня в горле, и я очень хотела, чтобы Келлан отвел взгляд. Я тонула в его голубых глазах, и на этот раз, когда я его отвергла, обиду было невозможно не заметить.

Почему это было так больно?

Я никогда не собиралась встречать свою стаю и узнавать их как живых, дышащих оборотней с настоящими эмоциями. Силу моих чувств после встречи с Келланом, которая длилась меньше двух минут, было трудно объяснить. Неужели именно это всепоглощающее влечение к своим парам погубило маму? Эта непреодолимая потребность прибиться к своей стае и раствориться в ней.

Выражение лица Келлана смягчилось, когда он шагнул ближе, и, клянусь, наши запахи начали смешиваться, словно давно потерявшие друг друга друзья.

— Хантер бывает упрямым и властным, признаю, но обещаю, что остальные из нас… — он запнулся, — ладно, не Слэйд, но мы с Фином не позволим им сделать то, чего ты боишься. Никто из нас никогда тебя не обидит, Эммелин. Мы бы и не смогли, даже если бы захотели… ты наша пара по запаху.

Теоретически это была правда, но я была омегой. Статус, о котором они, по-видимому, знали очень мало.

— Просто поедем со мной домой и познакомься с остальной стаей, — продолжил он низким, успокаивающим тоном, словно знал, что я на грани срыва. — Узнай нас получше, прежде чем принимать решение, которое изменит ход всех наших жизней.

Он протянул руку, и в этом жесте не было ни капли давления. Мои пальцы дрогнули, и я буквально боролась с собой, чтобы не коснуться его. Сделав это, я бы потеряла частичку себя, которую отчаянно пыталась сберечь. Все отношения начинаются хорошо, иначе люди бы в них не вступали, но все определяет то, что происходит дальше.

Я не могла допустить этого «дальше».

— Нет, — выдавила я. — Я не могу. Прости, Келлан. Мне чертовски жаль.

Развернувшись, я бросилась к Уоррику и Коре, которые дали нам возможность побыть наедине. Перед глазами все расплывалось, когда я рванула на себя дверь и нырнула на заднее сиденье.

— Эмми, ты в порядке? — спросил Уоррик, оглянувшись на меня.

— Просто поехали, пожалуйста, — отрезала я, пряча дрожащие руки под бедра. — Пожалуйста.

Лицо Коры выражало сочувствие, но она молчала, пока ее партнер выезжал с парковки. Келлан не сдвинулся с места, и его лицо посуровело, когда он смотрел нам вслед.

— Они тебя так просто не отпустят, — предупредил Уоррик, когда мы направились к городу. — Тебе нужно продумать дальнейший план, потому что эта стая безжалостна в достижении своих целей.

Я встретила лишь двоих из них, и этого было более чем достаточно, чтобы понять, на что они способны. Хуже всего было мое отчаянное желание принять то, что они предлагали: стаю, безопасность и четырех сексуальных альф, которые, без сомнения, разрушили бы любое мое представление о приличном сексе.

Но еще хуже всего этого была возможность любви, которую я увидела сияющей в глазах Келлана.

Будучи бедной сироткой, я бы убила за малую толику той преданности, что горела в глубине его сине-фиолетового взгляда. Однако, будучи омегой, я знала, что это быстро превратится в ядовитую, смертельную одержимость, которая лишит меня всего и заставит желать смерти. Или чего похуже.

Дорога обратно в дом стаи Аннандейл прошла в тишине, и хотя напряжение было моей виной, я не могла заставить себя что-либо сказать. Была вполне реальная вероятность, что, открой я рот, я бы просто начала кричать и уже не смогла бы остановиться.

Остаток дня я провела в своей комнате, расхаживая взад-вперед и строя планы, пытаясь рассчитать, как долго я смогу безопасно оставаться в Голден-Кло, прежде чем слишком глубоко увязну с этими оборотнями. Я задавалась вопросом, разрешают ли они переводы в другой город. Если бы я смогла хотя бы выбраться из Голден-Кло, у меня появилось бы немного пространства для маневра.

Когда я подняла этот вопрос за ужином, Уоррик быстро меня осадил.

— Мы не то чтобы враги, — начал он, — но перевод в другой город — это серьезное дело. Теперь ты член стаи Голден-Кло. Тебя внесли в списки вчера, после суда. Твои документы и удостоверение личности должны прийти в ближайшие несколько дней.

Мое уныние, должно быть, было заметно, потому что Сьерра наклонилась вперед и похлопала меня по руке.

— Ты не заключенная. Ты можешь свободно покидать наши границы и путешествовать в другие города, но тебе нужно сообщать совету три вещи: почему, куда и когда вернешься. Они следят за своими оборотнями, но это ради нашей же безопасности.

Ну да… Я была одна с подросткового возраста и никогда не нуждалась в стаях, а теперь, оказывается, мне нужен их контроль, чтобы быть в безопасности.

Разговор переключился на другие темы, а я молчала, поедая куски своей мясной пиццы, приготовленной Ричардом. Он был первоклассным поваром, и я буду скучать по его стряпне, когда уеду.

После ужина стая позвала меня смотреть с ними кино, но я не была уверена, что из меня выйдет хорошая компания, поэтому сослалась на усталость и поспешила к себе. В своей комнате я приняла душ и переоделась в мягкую лиловую пижаму, но, не в силах успокоиться, подошла к огромным двойным окнам. Я распахнула жалюзи и ставни, чтобы впустить свежий воздух, и в дуновении ветерка почувствовала легкий запах костра, который окутал меня, пока я любовалась ухоженным двором стаи Аннандейл.

Двор был не очень большим, но места хватало, чтобы создать иллюзию уединения от соседей. Бассейн, расположенный у задней веранды, сверкал в свете фонарей, придавая ему вид курортного отеля. Я так и не научилась плавать — для моей мамы это не было в приоритете, даже до того, как она нашла свою стаю, — но вода всегда действовала на меня успокаивающе. Я надеялась, что у меня будет шанс попробовать поплавать, пока погода не стала слишком холодной.

Проведя час в ночном бдении, слушая, как члены стаи зовут своих детей домой, я уже собиралась закрыть ставни, как вдруг мое внимание привлекло движение в дальнем углу двора. Замерев, я прищурилась, и тени расступились, явив огромного черного волка. Ну, по крайней мере, его морду и два пронзительных глаза.

Я до боли сжала пальцами подоконник, разглядывая его. Он был размером с медведя и казался почти с меня ростом, даже стоя на четырех лапах. Я уже собиралась позвать на помощь Уоррика, когда тянущее чувство внутри остановило меня.

— Пара.

Моя волчица подала голос, подтверждая то, что я подозревала с той самой секунды, как шевельнулись тени, — подозревала, но отказывалась себе в этом признаться. Черный зверь был одним из моей стаи, хотя я понятия не имела, кто именно, знала лишь, что это не Келлан. Судя по его размерам и цвету шкуры, можно было с уверенностью предположить, что это Хантер, но пока я не встречусь с остальными, я не могла знать наверняка.

Смерив его испепеляющим взглядом, я сделала руками жест, означающий «отвали».

Эта их легкая слежка, которой они сейчас увлеклись, меня совершенно не устраивала.

Клянусь, он одарил меня волчьей ухмылкой, и когда его губа приподнялась, в поле зрения попали смертоносные клыки. Однако он не отвалил, как я просила, и я с раздражением закрыла ставни и жалюзи, надеясь, что завтра не проснусь с альфой в своей комнате.

Должен же быть способ не пускать их в этот дом… Наверняка оборотень уровня силы Уоррика учуял бы другого альфу, пробирающегося на его территорию. А это означало, что он позволял этому происходить.

Та угроза, брошенная Хантером в зале совета, могла быть не просто предупреждением не приближаться ко мне. Возможно, они заключили сделку, по которой Хантер мог входить на эту территорию, чтобы присматривать за своей собственностью.

Мысль о том, что Уоррик и остальные согласились на это, заставила по моей спине пробежать холодок беспокойства. Я с самого начала опасалась им доверять именно по этой причине: я не знала их истинных намерений.

Спрашивать было уже слишком поздно, поэтому я просто перепроверила замки на дверях и окнах и забралась в кровать, которая пахла только мной. Ни один другой оборотень не был в этой комнате с тех пор, как я ушла, и это было небольшим утешением.

— Разбуди меня, если кто-нибудь проберется в комнату, — сонно пробормотала я своей волчице, и та лишь согласно проворчала, хотя я не была уверена, что могу доверять и ей.

Не в том случае, если проберется кто-то из нашей стаи.

Предательница.