В три часа дня прозвенел последний звонок, а Шон так и не проснулся.

Он вздохнул. Когда же этот кошмар закончится?

Шон решил, что еще раз попробует уломать маму. Нужно убедить ее переехать с улицы Кошмаров.

Он сложил учебники и тетрадки в рюкзак и вышел в коридор. Ребята захлопывали дверцы своих шкафчиков и спешили к выходу. Никто не обращал на него внимания. Он пробыл в этой школе недостаточно долго, чтобы завести друзей.

На мгновение он подумал, что Адди подбежит к нему, готовая идти домой. Но, возможно, и Адди никакой не существовало. Возможно, она была просто частью этого кошмара, от которого он не мог очнуться.

Шон вышел на улицу, навстречу солнечному дню. Деревья дрожали на сильном ветру. Бурые и желтые листья осыпались с ветвей.

Несколько его одноклассников гоняли по лужайке футбольный мяч. Трое мальчишек мчались на велосипедах вдоль улицы Кошмаров. Машины сигналили, проезжая мимо школы.

«Все такое реальное», – подумал Шон. Он не мог припомнить другого такого реалистичного сна – или такого долгого.

«Когда же я наконец проснусь?»

Он поправил рюкзак, переходя улицу Ктулху. Неподалеку от угла какой-то дедок выгуливал очень старую и очень лохматую собаку. Она облаяла Шона, когда он переходил улицу.

Мама Шона была бухгалтером и работала на дому. Он был уверен, что она ждет его там.

Ему отчаянно хотелось рассказать ей про очередной кошмар, связанный со школой. Может быть… может быть… она послушает его и задумается о переезде.

Если бы только он мог проснуться.

Наклонившись навстречу ветру, Шон трусцой побежал к дому, рюкзак подпрыгивал у него на спине.

Две белки наблюдали за ним с лужайки перед домом соседей. Шон пробежал мимо их подъездной дорожки и поднял глаза на свой дом.

И в ужасе завопил:

– Нет! О не-е-е-ет!

Задыхаясь, он смотрел на пустой участок.

Его дома больше не было!