(1) Особое же значение слов у этого поэта является [теперь] столь знакомым, что наблюдения такого рода в отношении Вергилия уже перестают быть заслугой; да и никакими [словами] он не пользовался более точно, чем словами, сопровождающими священнодействия или жертвоприношения. (2) И, во‑первых, я¹² не хотел бы пропустить то [место Энеиды], в отношении которого многие заблуждаются:

считая, что Вергилий не сказал “положу” (proiciam) о возлагаемом мясе [жертвы, а сказал “брошу”], потому что прибавил [слова] “в волны” (in fluctus). Но [это] не так. (3) Ведь и по учению гаруспиков, и по указанию понтификов это слово [“бросаю”] является общепринятым у приносящих жертву, [например], Вераний так изложил обсуждение этого слова из первой книги Пиктора¹⁴: “Пусть они бросают внутренности [жертвы], пусть приносят [их] богам на жертвенники, или подставку, или жаровню, или туда, куда должно приносить внутренности [жертвы]”. (4) Итак, [слово] “бросать” (porricere), [а] не [слово] “класть” (proicere) является надлежащим словом при жертвоприношении, и, так как Вераний сказал “на подставку, или жаровню, или туда, куда должно приносить внутренности [жертвы]”, вместо подставки и жаровни нужно воспользоваться морем, потому что говорится о жертвоприношении морским богам. (5) Ведь [от лица Коринея] он восклицает:

Эти [стихи] уведомляют, что внутренности [жертвы] согласно обряду можно было бросать в море, [а] не класть.

Этот возглас является надлежащим в священнодействиях, так что [словом] “ответчик” называется [тот], кто, приняв обет, вверяет себя божествам; [словом же] “приговоренный” [называется тот], кто уже исполнил данные [божеству] обеты. Но нет нужды, чтобы я много вещал об этом¹⁶, так как ученейший муж Евстафий несколько раньше [уже] изложил эту часть [вопроса] более полно¹⁷.

(7) Бывает, что глубокую мысль этого Поэта¹⁸ часто находят в одном слове¹⁹, которое [простой] народ посчитал бы сказанным случайно. Ведь во многих местах мы читаем, что не могла бы одна только речь умилостивить [богов], если бы тот, кто умоляет богов, не прикасался бы также к жертвеннику руками. (8) Поэтому Варрон в пятой книге [сочинения] О делах божественных говорит, что [слово] “жертвенники” (aras) сперва произносилось [как] “asas”, потому что совершающие жертвоприношение были вынуждены держать сосуды (vasa). А кто сомневался бы, что сосуды обыкновенно держат за ручки (ansis)? Итак, при замене букв [слово “жертвенники”] начали произносить “aras”, как, [например], прежде говорили “Валезии” и “Фузии”, ныне [же] говорят “Валерии” и “Фурии”²⁰. (9) Все это Поэт изложил в этом [вот] стихе:

Разве не подумал бы ты, что сюда прибавлено о внявшем [боге], не потому, что он только говорил, но потому, что он [еще] и за жертвенник держался? И также [это имеет место], когда он замечает:

И так еще [в стихах]:

он показывает ту же самую силу слова вследствие обхвата [жертвенника]. (10) И притом Поэт, столь глубокого ума, сколь [и] прелестного дарования, так истолковал некоторые из старинных слов, которые, он знал, относятся исключительно к области священнодействий, что [даже] при изменении звучания слова [его] понимание оставалось неизменным.

(11) Так вот, в первой книге О праве понтификов у Пиктора помещено это [вот] слово “ликовать” (vitulari²⁴). О значении этого слова Титий так сообщает: “Ликовать – [это] значит радоваться с пением песен”. Варрон тоже сообщает в пятнадцатой книге [сочинения] О делах божественных таким образом: потому что жрец имеет обыкновение ликовать в каких-либо священнодействиях, греки называют это παιανίζειν.

(12) Сколь немногими словами ученая изысканность Марона выразила эти столь многие особенности толкования:

Ведь если “ликовать” – [это] значит радоваться с пением песен, то есть παιανίζειν, то неужели превосходное объяснение слова не сохранено в [выражении Вергилия] “пение радостного παιᾶνος (пэана)?²⁶”

(13) И, чтобы нам подольше задержаться на этом слове [“ликовать” (vitulari)], [напомним, что] в книге О богах, которую сочинил Хюлл, он сообщает, что богиню, которая ведает радостью, зовут Витула²⁷. (14) Пизон утверждает, что [словом] “витула” (vitulum) называется победа. Относительно этого он приводит то доказательство, что на следующий день [после] июльских нон, после победы, когда дело было благополучно завершено, хотя накануне этруски обратили народ (populus) в бегство (fugam) – отчего [июльские ноны] называются Популифугиями (Populifugia) – согласно определенным священнодействиям совершается ликование (vitulatio).

(15) Некоторые считают ее имя [“Витула”] почитаемым, потому что она могущественна в поддержании жизни (vitae tolerandae), потому, говорят, этой богине [также] совершают жертвоприношение за плоды, так как плодами поддерживается человеческая жизнь. Откуда мы знаем, что такое бывает? [Мы знаем об этом], потому что Вергилий пишет:

Как бы он сказал “витула” вместо “ликование” (vitulatio), [если бы не то], о чем мы высказались выше, что [это] имя присуще священнодействию, совершенному вследствие радости? (16) Однако мы бы напомнили, что в этом случае следует употреблять творительный [падеж²⁹]:

то есть когда я воздам благодарение богу не овцой, не козой, а ликованием (vitula); [иначе выражаясь], он как бы сказал: “когда я принесу в жертву за плоды ликование (vitulam)”, что значит “когда я воздам благодарение богу ликованием (vitula)”.

(17) Энея он показывает жрецом и на основании сообщения о его трудах. Ведь жрецам была предоставлена возможность заносить на доски упоминания о совершенных деяниях, и это они называют Анналами, и притом великими, так сказать, составленными великими жрецами. Откуда от лица Энея он провозглашает: