Тайна, мистическое созерцание, духовность, бесконечная даль, мечты – ассоциативный ряд, который вызывает в сознании синий цвет и его вариация более светлого, небесного оттенка. Синий занимает важное место в геральдике, символизируя благородство, верность, добрую славу. Выражение «голубая кровь» означает аристократизм, а «голубая мечта» – красивое, заветное и часто несбыточное желание.
В психологии цвета голубой считается успокаивающим, расслабляющим, создающим комфортную, доверительную атмосферу. Он согласуется со стремлением к покою, отдыху и умиротворению. И именно в таком значении неоднократно упоминается в романе. Слабые голубые ночники загораются в коридорах клиники Стравинского, сменяя белые дневные лампы; после грозы небо возвращает себе безмятежную голубизну – и тоска покидает взвинченного Ивана Бездомного, который наконец успокаивается и созерцает голубую даль; самые счастливые сны прокуратора Понтия Пилата – о том, как он идет по прозрачной голубой дороге вместе с бродячим философом и любимой Бангой.
Христианская символика связывает синий цвет с возвышенным, неземным чувством, присутствием Святого Духа. Синий и голубой широко представлены в иконописи. Это традиционный цвет хитона, в котором изображают Богоматерь, а также апостолов Петра, Павла и Андрея. Синюю накидку-гиматий обычно носит в иконописных сценах Иисус Христос.
Особую роль играл этот цвет в религиозных обрядах древних иудеев. Он был известен как тхелет – по названию красителя животного происхождения, который придавал тканям синий, голубой или пурпурно-голубой оттенок. Тхелетом называли и саму ткань, окрашенную таким образом, она была важным элементом одежды иудейских первосвященников. Священнослужители облачались в голубую накидку (ефод), надевали нагрудник с голубыми вставками, в пояс были вплетены голубые нити, на лбу голубым шнуром крепилась золотая пластинка. И сегодня в белую ткань ритуального облачения талит (или таллиф – молитвенное прямоугольное покрывало на голову) вотканы голубые и черные полосы.
У древних иудеев голубой выполнял также функцию оберега – он считался действенной защитой от нечистой силы. Кисти из голубых нитей принято было вшивать в углы прямоугольных верхних накидок.
В романе в одеяниях голубого цвета предстают три персонажа – все они фигурируют в ершалаимских главах и созданы на основе Евангелий. В голубой хитон Булгаков облачает чистого душой и безобидного Иешуа Га-Ноцри, проповедовавшего царство истины. Правда, в момент его знакомства с Пилатом хитон выглядит уже старым и порванным – реальная жизнь безжалостна к наивным проповедникам. Потрепанным и посеревшим от грязи стал и многострадальный – давно уже не голубой – таллиф Левия Матвея. А вот у кого с одеждой все в порядке – так это у Иуды из Кириафа. На следующий день после гибели Иешуа на кресте мы видим его, красивого и нарядного, на улицах Ершалаима «в белом чистом кефи, ниспадавшем на плечи, в новом праздничном голубом таллифе с кисточками внизу и в новеньких скрипящих сандалиях. Горбоносый красавец, принарядившийся для великого праздника, шел бодро, обгоняя прохожих, спешащих домой к праздничной трапезе», шел и еще не знал, что в этом праздничном наряде он встретит свою смерть.