Аркадий Аполлонович Семплеяров – второстепенный персонаж романа, яркий образчик высокопоставленного советского чиновника 1930-х годов. Обладатель звучного баритона, он чувствует себя хозяином жизни, занимает лучшие и самые дорогие места в театре – ближайшую к сцене ложу, где сидит с пожилой женой, «дорого и модно одетой», и с дальней родственницей, «молоденькой и хорошенькой». Причем, как выясняется чуть позже, у него есть еще одна пассия, к которой он наведывается тайком от всех.

Он занимает высокий, внешне солидный и при этом совершенно бессмысленный пост – председателя Акустической комиссии, прообразом которой послужил, вероятно, Главрепертком – комитет по контролю за репертуаром, главный цензурный орган страны. Булгаков, прекрасно знавший эту организацию изнутри, так как неоднократно обивал ее пороги, согласовывая свои пьесы, относился к ней весьма скептически. И перенес этот скепсис на Акустическую комиссию, из которой Аркадия Аполлоновича, как сообщается в эпилоге, без всякого ущерба для дела перевели на грибозаготовочный комбинат, поскольку «…не клеились у Аркадия Аполлоновича дела с акустикой, и сколько ни старался он улучшить ее, она какая была, такая и осталась».

Но это будет потом, а при первой встрече с ним читатель видит упивающегося своим положением Семплеярова, который без тени смущения прямо из ложи «настойчивым баритоном» требует от выступающих артистов разоблачения фокусов «с бумажками» и возвращения на сцену конферансье. Выражается он при этом сухим, казенным языком, используя бездушные канцеляризмы: «Разоблачение совершенно необходимо… Зрительская масса требует объяснения». Тон у него покровительственный, а у его супруги – надменный. Но только до того момента, пока Коровьев не устраивает для этой лицемерной супружеской четы настоящее разоблачение, касающееся амурных похождений Аркадия Аполлоновича.

Семплеяров – вариация фамилии армянского композитора, дирижера и педагога Александра Афанасьевича Спендиарова (1871–1928), одного из основоположников армянской классической музыки, ученика Н. А. Римского-Корсакова (от которого в романе получил свою фамилию финдиректор Римский). Булгаков хорошо знал Спендиарова, в середине 1920-х годов музыкант бывал в гостях у Михаила Афанасьевича и его второй жены Любови Евгеньевны Белозерской. У Спендиарова тогда был нелегкий период в жизни, и Любовь Евгеньевна вспоминала его «необычайно озабоченным, а поэтому каким-то отсутствующим».

Основным прототипом Аркадия Аполлоновича, этого любвеобильного чиновника от искусства, считается революционер со стажем, советский государственный и политический деятель Авель Сафронович Енукидзе (1877–1937), член Центрального комитета ВКП(б). В 1925–1927 годах он был председателем Комиссии по контролю за повседневной деятельностью Академии наук, а параллельно с 1922 года (и вплоть до 1935-го) возглавлял Правительственную комиссию по руководству Большим и Художественным театрами. А это значит, что весь репертуар МХАТа, с которым сотрудничал Булгаков, проходил утверждение лично у Енукидзе. Сохранилась переписка К. С. Станиславского с Авелем Сафроновичем, в которой обсуждались правки, внесенные Булгаковым в пьесу «Дни Турбиных» по требованию Енукидзе, когда в 1932 году спектакль разрешили возобновить. От него же зависела и судьба заграничной поездки Булгакова весной 1934 года. Однако Енукидзе не рискнул взять на себя такую ответственность и направленное писателем прошение отправил для согласования в ЦК партии, а уже оттуда спустили отказ. Булгаков, до последнего остававшийся в неведении, пережил это очень тяжело.

Любопытно, что персонаж по фамилии Семплеяров, фигурировавший в тексте романа с 1931 года, как раз в варианте конца 1934 года появляется в сеансе черной магии и подвергается скандальному «разоблачению». До разоблачения самого Авеля Сафроновича тогда оставалось всего несколько месяцев. В июне 1935 года на Пленуме ЦК ВКП(б) была принята резолюция – вывести Енукидзе из состава ЦК ВКП(б) и исключить из рядов ВКП(б) с формулировкой: «За политическое и бытовое разложение».

Но окончательная расправа наступила в феврале 1937 года, когда Енукидзе арестовали и обвинили в измене Родине и шпионаже, в причастности к покушению на А. А. Жданова, тогда первого секретаря Ленинградского обкома, в участии в «военно-фашистском заговоре в РККА» («Дело Тухачевского»). Кроме того, он был одной из ключевых фигур «Кремлевского дела» (создание антисоветской организации и подготовка покушения на И. В. Сталина), по которому проходил также Б. С. Штейгер, прототип барона Майгеля.

Специфика дела Енукидзе состояла в том, что он единственный из советской партийной верхушки был официально обвинен в половых извращениях. В суде рассматривались свидетельства о сводничестве, разрушении семей, развратных действиях в отношении женщин, совращении малолетних, вплоть до девочек 9–10 лет. Расстрелян в октябре 1937 года.

Булгаков, отметив в образе Семплеярова его любвеобильную натуру, со своим персонажем поступил намного гуманнее, чем поступили с его прототипом. Писатель просто отправил его подальше от Москвы и от искусства, в город Брянск – заведовать мирной заготовкой грибов.