По четвергам я всегда выхожу с Колби на пробежку. Даже если все вокруг идет кувырком, стабильный график тренировок помогает мне сохранять душевное равновесие. К счастью, Эмметт пришел в назначенное место даже чуть раньше. Он был одет соответствующе, послушно тащился за нами, не ноя, что мы бежим слишком быстро или слишком медленно, — и вообще воздерживался от любых нежелательных комментариев.

Но когда мы остановились, я заметила, что Эмметт с трудом переводит дыхание. Возможно, он молчал, потому что едва справлялся с нагрузкой и просто не мог говорить.

«Все прошло лучше, чем я думала», — сказала Колби мне вслед. Эмметт уже вернулся в свой номер над пабом, а я развернулась, чтобы пробежаться еще несколько кварталов до дома.

Колби была права. Мы обе пересекались с Эмметтом всего несколько раз, когда он вместе с Рэйвен приезжал на праздники в Портленд, а в прошлом году вместе провели время на «Комик-Коне» в Роуз-Сити. Правда, на этом фестивале они по большей части уделяли внимание беготне по мероприятиям и своим парным костюмам — в духе средневекового фэнтези, с настоящими кожаными доспехами. В тот их приезд Рэйвен и рассказала нам о своей мечте: выйти замуж в Элиан-Холлоу — городе вечного Хэллоуина. И я тогда пообещала ей помочь в организации свадьбы ее мечты. В этом году я летала повидаться с ней, но Эмметт был в отъезде, так что мы с Рэйвен развлекались чисто девчачьей компанией. Ели боулы с асаи, суши и пиццу, сходили в обсерваторию Гриффита, музей Гетти и несколько других художественных галерей. Прогулялись вдоль берега, и я убедила Рэйвен покататься на байдарках по каналам района Внис — лос-анджелесской Венеции. Конечно, я получила массу удовольствия, но поняла, что Южная Калифорния все-таки не для меня.

После пробежки я заскочила домой — где живу с дедушкой и провела все детство, — чтобы принять душ, позавтракать и забрать Джека на прогулку. Впрочем, он все еще спал на лежанке в моей комнате. Проснувшись, Джек притащил оранжевую бандану из своей корзины в гостиной, и мы направились в центр города. Пару раз остановились понюхать кусты — это очень важно. Когда я заводила собаку, то надеялась, что она будет получать удовольствие от долгих пробежек, но по своим запросам Джек вполне соответствовал образу «книжного песика».

В магазине все пошло по привычной схеме. Я очень обрадовалась, увидев, что со вчерашнего дня у нас появилось несколько новых заказов на новеллы Рекса Эббота с его автографом и личными пожеланиями, а также еще один — на подарочный набор с сюрпризом. К счастью, у меня еще осталось несколько октябрьских коробок, а Рекс вернулся в город, так что может подписать книги.

Стэнли, скелет в моем книжном, был там, где ему и полагалось: в своем кресле у кассы — присматривал за магазином. Я повязала ему на шею одну из хэллоуинских бандан Джека, так что у него теперь тоже был стильный шарф и он мог встретить праздничный сезон при параде. Однажды Стэнли сломался, но теперь снова был на посту и выглядел ничуть не хуже прежнего. Может, даже лучше: он столкнулся с трудностями и вышел из них счастливый, с улыбкой на лице.

В некотором смысле магазин совсем не изменился с тех времен, когда им управляли бабушка с дедушкой. Расположение секций на моей памяти ни разу не менялось, хотя ассортимент книг все время варьировался в соответствии со вкусами потребителей и предложением издательств. Надеюсь, эти две характеристики идеально сочетались и подходили читателям, заглянувшим в «Ленивые кости». Хотя основным товаром оставались книги, у меня также было несколько полок с хэллоуинскими сувенирами от местных художников и компаний. Я всегда ищу новые предложения, которые, как мне кажется, могут пользоваться спросом. Но за последние годы магазин неуловимо изменился. В прошлом феврале, когда поток туристов снизился, я не без гигантских усилий отремонтировала массивные деревянные стеллажи: освободила их от книг и по одному перетащила в подсобку, чтобы там отшлифовать и перекрасить в белый.

Я осмотрела старый автомат для продажи сигарет, переделанный для выдачи игрушек, и урвала момент, чтобы заполнить его закупленными оптом стикерами и мелочами, которые так нравятся нашим юным посетителям. У детей всегда популярно все светящееся и липкое — особенно когда этим липким можно в кого-нибудь кинуть. Прошлым вечером моя сменщица протерла кресла-мешки и тщательно пропылесосила пол под ними — одна из обязательных ежедневных задач: иначе в детской зоне становится грязно.

Через пять минут после того, как я повернула табличку у входа стороной с надписью «Открыто», колокольчик над дверью звякнул. Вошел Рекс, таща огромную коробку.

— Обычно с коробками отсюда уходят, — пошутила я, хотя, учитывая размеры наших книжных поставок, я погрешила против фактов.

Ухнув, он водрузил свою ношу на прилавок и сообщил:

— Она не столько тяжелая, сколько неудобная.

Теперь, когда Рекс поставил коробку, она оказалась выше него.

— Ты очень вовремя. Есть несколько заказов на твои автографы. — Я выбила по прилавку радостный ритм.

— Может, хотя бы отнесем ее в подсобку и откроем?

— Конечно. Но имей в виду, если это холодильник, то у нас один уже есть.

— Нет, кое-что получше. И полегче.

— Становится все таинственнее и таинственнее.

Я отвела Рекса в подсобку. Обычно, работая одна, я стараюсь не уходить из торгового зала. Но у нас есть камеры, подключенные к экранам у кассы и в служебном помещении. В некотором смысле жутковато, но в современном мире это часть бизнеса. Видеонаблюдение позволяет мне ловить редких воришек. Я не могу винить тех, кто ворует еду, но у нас в городе прекрасная библиотека, так что красть книги совершенно ни к чему.

Рекс сгрузил коробку на верстак, потом выдохнул и переставил на пол.

— Я нашел это вчера и подумал о твоем магазине.

Я отступила на шаг.

— Ну же, открывай, — подбодрил меня Рекс.

Коробка была заклеена скотчем, так что я разрезала его швейцарским ножом — когда я на работе, он всегда лежит у меня в кармане. Сверху содержимое было засыпано пенопластовыми шариками, и Рекс помог мне вычерпать их в бумажный пакет: мы используем их снова, раз уж их не принимают в переработку.

Наконец показалось что-то черное, и через мгновение я поняла, что это башенка кукольного домика в виде викторианского особняка, похожего на «Сонную лощину». Но, в отличие от пансиона, эта постройка была выкрашена в черный и оранжевый цвета. Правда, краска облупилась. Изнутри стены когда-то были оклеены обоями, но в некоторых комнатах бумага отошла, а в других покрылась пятнами.

Когда-то этот кукольный домик любили, но много лет он простоял забытый.

— Я подумал, игрушечный особняк с призраками будет забавным украшением детской зоны, — сказал Рекс. — Но я не обижусь, если ты не оценишь эту идею.

— Он изумительный.

— Над ним придется поработать, но ты человек творческий. Готов поспорить, что ты сможешь привести его в порядок и добавить хэллоуинский антураж. Может быть, призрака в окне. Или библиотеку с крошечными книжечками. — Рекс вытащил домик и водрузил его на столешницу.

Общий вид заброшенности сам по себе делал игрушку похожей на дом с привидениями. Я представила, как он будет выглядеть свежевыкрашенным, но потом мысленно состарила его, чтобы он казался видавшим виды. Интерьеры с новыми обоями. Каждая комната будет связана с чем-то, что мне нравится в Элиан-Холлоу. Где-нибудь пристрою шкаф — в нем будет множество крошечных бутылочек с ядами. В одну из спален поставлю гроб вместо кровати. Белая собака породы пиренейская горная — такая же, как Джек, — будет охранять дом. В одной из комнат разместится библиотека, населенная призраками. А в ней — мини-версии книжных бестселлеров.

Фанаты «Псов-призраков бухты Гамлета» будут в восторге. Можно даже назвать этот особняк поместьем «Вороний лес» — воздать должное фильму — и устроить вокруг маленькое кладбище. На Рождество повешу на дверь венок, а рядом поставлю украшенную жутковатыми игрушками рождественскую ель.

— Не уверена, что разрешу детям его трогать, когда с ним закончу, — в шутку сказала я.

У меня руки чесались от желания поскорее заняться домиком, хотя я понимала, что до Хэллоуина у меня просто нет времени закупить все необходимые материалы.

— Тебе нравится?

— Я в восторге. Только жаль, что я сама не додумалась украсить магазин кукольным домиком с привидениями. Сколько я тебе должна?

— Должна? Это подарок, — сказал Рекс. — Я все еще пытаюсь наверстать упущенное за целую череду рождений и праздников, на которых я отсутствовал.

Это было не совсем правдой, но комок, застрявший у меня в горле, не позволил возразить.

Рекс вытащил из коробки еще одну, поменьше.

— По пути домой я купил кое-какую кукольную мебель. Женщина в магазине, где ее делают, кинулась мне помогать, едва услышала, все это для моей дочки. Мне не хватило духу сказать ей, что дочка достаточно взрослая, чтобы владеть книжным магазином.

Переглянувшись, мы рассмеялись и начали строить планы по переделке игрушечного особняка.

День пролетел незаметно: фестиваль привлек в город нескончаемый поток посетителей. В октябре торговля идет особенно бойко, и успехи за сезон определяют, будет год удачным или нет. Рождество — надежная подстраховка. Но если в Хэллоуин продажи не взлетели, даже идеальное Рождество не спасет.

К обеду пришла Тара, наш давний продавец-консультант, и дальше мы слаженно работали вместе. Во второй половине дня я оставила на нее магазин, тем более что на свою смену пришел новый сотрудник, Аттикус.

Отведя Джека домой (и почувствовав себя виноватой, когда он грустно на меня посмотрел), я направилась в центр города: предстояло еще одно обсуждение свадебной вечеринки.

Не сказать чтобы Рэйвен была несносна в своем желании все контролировать, но платья для нас выбирала тоже она. Наша дорогая невеста связалась с относительно недавно открывшимся секонд-хендом «ВедьМыПрекрасны», где было много винтажной и имитирующей винтаж одежды, и присмотрела нам наряды в стиле выпускных балов восьмидесятых и девяностых. Рэйвен оплачивала счета за одежду плюс наняла визажиста и парикмахера.

В «ВедьМыПрекрасны» атмосфера всегда просто невероятная. Сегодня манекены в одной из витрин были одеты по моде двадцатых, в духе «Великого Гэтсби». За другим стеклом красовались платья пятидесятых с хэллоуинским принтом. Войдя, я миновала вешалки с винтажной и стилизованной одеждой. Красиво, но для меня слишком вычурно, хотя на ком-нибудь другом эти платья наверняка смотрелись бы великолепно. Я направилась прямиком к темно-оранжевому диванчику и таким же креслам возле примерочных. Там сидела Рэйвен с папкой на коленях. По пути я зацепилась взглядом за рейл с дизайнерскими джинсами в дальнем конце магазина. Недавно я очень удачно там поохотилась: урвала за четверть цены совершенно новые штаны первоклассного бренда, некогда продававшиеся в «Нордстроме»[6].

— О, ты пришла первой, Бэйли. Это отлично. — Рэйвен закрыла папку и сунула ее в шопер, на котором был изображен Эдгар Аллан По.

Шопер я узнала: я продавала такие в прошлом году и послала один Рэйвен на Рождество. Из подсобки вышла Марни, владелица секонда. Сегодня она надела черную блузку с тыквенным принтом. Пряжка ремня была тоже в виде тыквы.

— Готовы начинать? — спросила она.

— Да, пожалуйста, принесите платья, — сказала Рэйвен и повернулась ко мне: — Спасибо, что реагируешь спокойно. Кажется, ты единственная из моих друзей, кто не закатывает скандалов.

Меня подмывало сказать, что Колби тоже не склонна ругаться направо и налево. Но она все-таки быстрее, чем я, теряет терпение в обществе Айви или Гармони. Тем более — их обеих. Так что я предпочла сменить тему:

— Надеюсь, Эмметту понравилась наша сегодняшняя пробежка.

— Еще как! Огромное спасибо, что взяли его с собой. Без тренировок он становится беспокойным — совсем как лабрадор.

Пока мы говорили, я обводила взглядом обстановку. Магазин был элегантным, создавал впечатление, что все тщательно продумано, — ничего общего с ощущением «боже, что это за груда барахла?», обычным для секонд-хендов.

Когда Марни выкатила из подсобки вешалку с платьями восьмидесятых, у меня брови взлетели на лоб. Эти наряды были еще ярче, чем вывешенные в торговом зале, — все с бесконечными бантами, кружевами и перьями. А цвета! Золотой, серебряный, безумные оттенки розового, голубого и зеленого. Как будто духа восьмидесятых стошнило в углу рядом с примерочными.

— Ты все еще хочешь выйти замуж в красном? — спросила я.

Последнее, что я слышала, — что Рэйвен, вдохновившись стилем Лидии из «Битлджуса», выбрала красное свадебное платье, а на ее будущем муже будет черно-белый костюм в полоску. Пока мне удавалось молчать и не напомнить, что свадьба почти Битлджуса и почти Лидии кажется скорее пугающей, чем романтичной. И когда я думала о выборе Рэйвен, у меня в голове всплывал стишок: «Платье красное, поверьте, — пожелаешь себе смерти»[7]. Но я напомнила себе, что это мнение противоречит традициям, распространенным по всему миру. В Индии, Китае и множестве других стран невесты носят красное. А вот белый цвет много где считается траурным.

Лицо Рэйвен просияло, с самого приезда в Элиан-Холлоу она не выглядела такой счастливой.

— Да, и оно роскошное! Не настолько пышное, как в фильме, и чуть более откровенное. И такое классное! И теперь надо, чтобы вся свадьба соответствовала стилю.

Я рассеянно уставилась на объемных розовых чудовищ, свисающих с вешалки. К счастью, ни одно из них не подошло бы мне по размеру.

— Я присмотрела для тебя кое-что особенное, — сказала Рэйвен, снимая с вешалки блестящее фиолетовое платье.

— Цвет мне нравится, — заметила я. Более или менее нравится. Я не фанатка металлика.

Я взяла свой наряд и направилась в примерочную. Поставив под скамейку любимые поношенные кеды и аккуратно сложив на нее одежду, я натянула платье. Облегающий лиф сдавил ребра, но мне удалось застегнуться сверху донизу. Я на пробу сделала вдох. Лиф был достаточно тугим — не настолько просторным, чтобы спадать, но все-таки не чересчур тесным. По крайней мере, он не врезался в тело и я могла не бояться устроить гостям сюрприз, слишком глубоко вдохнув. У воздушной юбки подол был несимметричным, но благодаря отделке из перьев для восьмидесятых платье выглядело просто идеальным.

Из примерочной я услышала, что пришла Колби.

— Я спрошу маму, было ли хоть одно платье на ее выпускном в колледже похоже на эти, — сказала она.

— Думаю, золотое тебе подойдет, — предложила Рэйвен.

— Главное, что не розовое.

Я вышла из примерочной, чувствуя себе нелепо. Руки жили своей жизнью, хотя мозг приказывал выпрямиться и стоять спокойно. Рэйвен и Колби обернулись, чтобы рассмотреть меня. Колокольчик над дверью звякнул: появились Гармони, Айви и фотограф Нейт.

— Неплохо, Бэйли. Только тебе еще нужны колготки в сетку и пышная челка, — сказала Колби.

— И мейкап в стиле зомби. Об этом позаботится наша визажистка, — добавила Рэйвен.

По ее задумке, мы должны были выглядеть как призраки в комнате ожидания из «Битлджуса». Участницы выпускного бала, встретившие свой конец и теперь гадающие, что с ними будет дальше. Этого не было в фильме, но я поняла ее замысел: идея соответствует сюжету, по крайней мере концептуально.

Марни порхала вокруг меня.

— Согласна: Бэйли платье по фигуре. Его не нужно подшивать.

— Ты все еще придерживаешься тематики бала в колледже? — спросила Гармони. Ее сердитый тон звучал так, словно она не могла поверить, что от идеи, которая так явно не нравилась, старшая сестра все равно не отказалась.

Рэйвен выглядела раздраженно, но ответила сдержанно:

— Как я уже сказала тебе восемь миллионов раз — да.

— Но в этом твоем ужасном фильме в комнате ожидания не было никаких выпускниц! — заметила Гармони. — Только футбольная команда.

— Я просто им вдохновляюсь, а не пытаюсь его скопировать, — сказала Рэйвен.

— И у нас будет фанфик про свадьбу, — пробормотала Колби мне на ухо.

Я чуть не фыркнула, а моя подруга направилась в примерочную с пышным золотым платьем. Колокольчик над дверью магазина звякнул.

— И ты оставила выбор платьев на последний момент. Их следовало обсудить сто лет назад, — заявила Гармони и, как обычно, нараспев добавила: — А я ведь тебе говорила, что подгонка по фигуре требует времени.

Рэйвен стиснула зубы.

— Сейчас впервые выдался шанс вытащить вас на примерку. И я не жду, что платья будут сидеть идеально.

— Ну и пожалуйста. Что мне примерить? Хочу розовое. — Гармони по-прежнему растягивала слова.

Моя спина закаменела. Возможно, сестра Рэйвен так себя вела, чтобы у меня появилась возможность проверить, не порвется ли платье, если я напрягу мышцы.

— Можешь угомониться, Гармони? У меня от тебя голова разболелась. — Рэйвен закрыла глаза, словно считая до десяти.

— Ты же понимаешь, что тебе самой было бы легче, если бы я занялась платьями, — не унималась Гармони. — Я знаю отличного дизайнера. Мы могли к нему обратиться, и все вышло бы так стильно…

— Просто примерь свое чертово розовое платье, Гармони, и постарайся заткнуться на пять минут. Да, мы в курсе, что тебе не нравятся такие наряды, и Хэллоуин тоже не нравится, — подала голос Айви. — А то я начинаю думать, что твоя сестра…

— Да как ты смеешь! — Гармони, уперев руки в бока, развернулась и злобно уставилась на Айви.

— Просто закрой рот. — Айви отбросила светлую прядь, падавшую ей на глаза.

— Я хочу, чтобы у моей сестры была такая свадьба, какой она достойна! И…

— Хватит! — рявкнула, выходя из примерочной, разодетая в пух и прах Колби. Ее золотое платье сверкало. — Это свадьба Рэйвен, так что просто делай как велено. По крайней мере, прекрати ныть.

— Да кто ты такая, чтобы указывать мне, что делать? — возмутилась Гармони.

— Не стоит меня злить, — сообщила Колби. — Поверь, последствия тебя не порадуют.

Рэйвен тихо заметила:

— Гармони, ты можешь просто уехать, если тебе действительно настолько не нравятся эти платья. Айви, мне кажется, изумрудно-зеленое будет смотреться на тебе безупречно, если ты не против его померить.

Айви схватила зеленое платье и проследовала в соседнюю примерочную, а Гармони уставилась на свою сестру.

— Ты выгоняешь меня со свадьбы? — ошеломленно спросила она.

— Нет, даю тебе возможность не участвовать в том, что тебе не по душе. Решай сама.

Пока Колби разглядывала себя в зеркало, раздался щелчок. Нейт. Моя лучшая подруга недобро сощурилась.

Рэйвен обернулась к нему.

— Пожалуйста, не снимай примерку платьев, — сказала она. — Совершенно ни к чему запечатлевать этот день.

— Точно? — спросил Нейт с улыбкой.

— Да, Нейт. Но спасибо за усердие.

Сарказм в голосе Рэйвен меня позабавил, и, судя по тому, что Нейт расплылся в кривой усмешке, ему фраза тоже показалась остроумной.

— Напиши мне, если передумаешь. — Он развернулся и ушел.

— Он странный, — заметила Колби. Она встала в пол-оборота, и ее золотое платье полыхнуло на свету. — И платье тоже странное.

— И, как и Нейт, оно просто великолепно. Странное, но великолепное, — сказала Рэйвен. — Хорошо, что не пришлось объяснять ему, почему фотографировать женщин в примерочных магазина — это жесть, даже если он не заглядывает в зашторенные кабинки.

Фотограф меня по-прежнему не впечатлял, но я вынуждена была согласиться с Рэйвен в том, что касалось платья. Облегающий лиф в переливчатых золотистых стразах, одно плечо открыто, на другом бант, пышные оборки — на Колби все это смотрелось на удивление элегантно. Воздушная юбка, похоже, состояла из нескольких видов ткани, в том числе из тюля.

— Боже! — воскликнула Марни. — Я выцепила это платье просто потому, что подумала: оно подойдет под мерки Колби. И цвет прекрасный.

— Она могла бы затмить невесту, — сказала Гармони.

— Не могла бы, — отрезала Рэйвен.

Из примерочной вышла Айви в изумрудно-зеленом платье на тоненьких бретельках. Ее плечи выглядели совсем костлявыми, лиф мешком висел на узкой талии.

— Хм, — протянула Марни. — Возможно, мне удастся быстро его ушить, но давайте сперва посмотрим другие зеленые платья. Или темно-синее.

Гармони перебрала несколько нарядов, но наконец согласилась, что розовый металлик с нижней юбкой из черного тюля смотрится на ней лучше всего.

— Слегка напоминает стиль молодой Мадонны, — сказала ей я, и Гармони просияла.

— Это еще куда ни шло, — заявила она.

Айви остановилась на зеленом платье с бархатным лифом и атласной юбкой. Марни отложила выбранную нами одежду в сторону. Можно было не сомневаться, что она появится как по волшебству, когда мы встретимся в домике на острове Брандси, чтобы подготовиться к свадьбе.

— Как вам вообще удалось столько всего разыскать? — спросила Гармони. В кои-то веки ее голос звучал уважительно. Почти радостно.

— Это секрет фирмы, — ответила Марни с улыбкой.

Она отвернулась, чтобы что-то записать, и Гармони скорчила у нее за спиной гримасу.

— Было здорово, Рэйвен, но мне пора бежать домой, — сказала Колби. — Если мы не встретимся завтра, то увидимся на девичнике в субботу.

Рэйвен воскликнула:

— Стой! У меня для вас подарки! Не забудьте их, они понадобятся вам на свадьбе!

Коли ушла, первой получив пакет. Остальные подарки Рэйвен вручила Гармони, Айви и мне. Я заглянула внутрь.

В пакете были пара черных кедов моего размера, массивные украшения из горного хрусталя, колготки в сеточку и маленькая коробочка в оберточной бумаге. На ярлычке значилось: «Для Бэйли. Спасибо, что ты со мной в этот важный день. Надеюсь, этот подарок сможет выразить мою признательность (и, пожалуйста, не открывай его до свадьбы!)».

— Конверсы? — голос Гармони сочился презрением.

— Мы проведем весь день на острове Бардси, считай, на природе, — ответила Рэйвен. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас повредил лодыжки, разгуливая там на каблуках.

— Мне нравится, — сказала я. — Обувь идеальная!

И я с радостью буду носить их и после свадьбы, а это приятный бонус.

— Я надену все, что ты попросишь, — сообщила Айви. — Но в этом городе хоть что-нибудь сегодня происходит? Пожалуйста, скажите, что мы можем чем-нибудь заняться, кроме как снова пялиться на стены паба.

— У нас с Эмметтом есть несколько предсвадебных дел, и в восемь мы пойдем ужинать в коктейль-бар с его друзьями. Присоединяйся.

— Тусоваться с этими снобами? — проворчала Гармони.

— А кто тебя звал? — спросила Айви.

Гармони вскинулась и метнулась прочь, даже не попрощавшись. Я увидела ее лицо лишь мельком, но мне показалось, что она была и вправду очень задета.

— Скатертью дорожка! — Айви помахала удаляющейся спине Гармони.

— Друзья Эмметта не снобы, — вздохнула Рэйвен. — Гармони просто не сошлась с ними.

— Твоя сестра хоть с кем-нибудь может сойтись? — спросила Айви.

Эта фраза стала для меня последней каплей.

— Напиши мне, если тебе что-нибудь понадобится, Рэйвен, — сказала я, тоже намереваясь уйти.

— Непременно! — откликнулась Рэйвен.

Я хотела было ответить, но Айви воскликнула:

— Рэйвен, ты только глянь!

Моя подруга отвернулась, чтобы посмотреть на спортивное платье в горошек, которое Айви сорвала с вешалки. Так что я направилась к двери.

Уже на пороге я услышала голос Марни: «Бэйли!» Она сделала приглашающий жест, и я подошла к ней.

— Я тут кое-что нашла. Может быть, тебе это подойдет. — Марни протянула мне винтажную куртку-рубашку из шерстяной фланели, модель сорок девятого года. В красно-серую клетку.

— Такая красивая… — выдохнула я.

И возможно, такая непрактичная при моем образе жизни, учитывая, что я гуляю с Джеком в любую погоду. Хотя, возможно, если накинуть сверху плащ, будет выглядеть неплохо. И ее можно носить в погожие осенние дни — такие, как сегодня.

И она похожа на пиджак, так что можно носить ее в магазине или когда нужно выглядеть удобно, но при этом элегантно. Возможно, она пригодится мне, когда я поеду на следующую конференцию Ассоциации книготорговцев Тихоокеанского Северо-Запада, если в шерстяной одежде не будет слишком жарко.

— Когда я ее увидела, сразу подумала о тебе, — пояснила Марни. — Если хочешь, могу отложить ее на пару дней, чтобы у тебя было время подумать.

— Да, пожалуйста.

Марни не ошиблась: куртка словно была создана для меня, но я стараюсь не покупать одежду импульсивно. В основном потому, что главное мое увлечение — это книги.

Мы перекинулись еще парой слов, и я ушла домой. Нужно было уточнить кое-какие вопросы по поводу девичника, и оставалось еще несколько дел, связанных с книжным магазином, — тех, которые нужно закончить до того, как начнется хэллоуинский хаос.