– Вы понимаете, что обезьяны идут на город? – спросил Дональд.
– Ну и что? – растерялся Андрей.
– Действительно – ну и что? – сказал Дональд и неприятно рассмеялся.
Обезьянье ку́бло – попробуй, дёрни какую-нибудь.
Каждая держит соседа за надлежащую часть.
Плотное множество, про эволюцию – напрочь забудь.
Этот кластер, клубок, комок называется «власть».
Это есть круговая, точней, шаровая порука.
Погляди, как скрючены лапы, хребты, хвосты.
Эта шара особей (слава родной науке!)
без гвоздя и клея подогнана точно встык.
Каково сгустились, активностью обуяны!..
Электричества – ноль, но зато синдром кучевой.
Неизменный фарш, наши сукины обезьяны,
начинившие суд, полицию – много чего.
Что теперь – на попятный, мухой в гости к арахне?
Или вновь к идеалу костьми дорогу мостить?
Респектабельностью революция и не пахнет,
но и в этом кодле прогрессу не прорасти.
Да одной Кущёвки, батеньки, с лишком достаточно,
чтоб любым европейским премьером заткнули очко…
Перспективы наши, понятно, светлы и паточны,
а уставшую нацию держат за дурачков,
для которых скоро сгодится и чай с сахарином.
Где вы, братцы-варяги?! История – колесо!
Я под пыткой не отдал бы им Курил с Сахалином,
но за медные деньги ссудил бы Сибири кусок.
Приходи, желтолицые! Мы не таких принимали.
Вы хотели Урала? Идите к нам на Урал!
Наши женщины вашим визитом смутятся едва ли,
а сынов Поднебесной встречают уже «на ура»…
Там у вас трясёт, а мы от просторов пьяны,
то ли глина на трактах сибирских, а то ли гной…
…А у них на Хоккайдо тоже живут обезьяны,
ну, и с нашими смогут поладить, им не впервой.