Новый день начинался с конца.

Ты смотрел (но не видел лица)

в удивлённое зеркало с трещиной

посерёдке, и в зеркале том

неизменно свивался фантом

с головой ослепительной женщины

и узорчатым телом змеи…

Новый день начинался с зимы

по твоим ощущениям внутренним.

Даже если одетым в постель,

всё равно промерзать до костей,

чтоб позднее зарядкою утренней

приводить себя в чувство, хотя

что ни утро – летят и летят

расписные снежинки над дачами

или, может быть, это норд-вест

засыпает окошки окрест

парашютами из одуванчиков.

Всё известно заранее, друг:

через час из оттаявших рук

сигарета погасшая выпадет;

через два зазеркальный фантом

в амальгаму упрётся хвостом

и глаза изумрудные выкатит.

А полезешь за словом в карман —

наберётся на целый роман,

пожелтевший страницею каждою.

Ты вмурован в него, тчк.

И щекастая морда сурка

заслоняет замочную скважину.