Мужчина, женщина, собака

сидят на стульях из бамбука.

Три одинаковых Биг-Мака

лежат на праздничном столе.

А на стене висит винтовка,

и пуля – дура и плутовка —

грустит, ворочаясь в стволе.

Ей хочется на свежий воздух,

она желает вскрытий чудных.

Её мечтания вне рифмы,

как ты, читатель, обратил…

Собака, женщина, мужчина

жуют торжественно и чинно,

и это требует от псины

мобилизации всех сил.

А вот и наш Антоний Палыч!

А приглядишься – доктор Моро

(его не мучают кошмары,

он сам – мучительный кошмар)

с ножом, щипцами и визитом

за театральным реквизитом,

весь дружелюбие и шарм.

А пуля правда дура дурой.

К тому же барышню продуло.

Она чихает и из дула

в смешных дымящихся усах

летит, нацелившись на Моро,

великолепна в роли Мойры.

И режиссёр кричит: «Мотор!». Но

все выбегают в сад.