Смотрит Оккам, бритву навострив,

в зеркало и видит в нём Окка́ма,

вязы, францисканский монастырь,

дождь, летящий косо или прямо;

прямо или косо – не поймёшь.

Красный дождь, сквозь зеркало летящий.

– Отчего он красен, этот дождь?

– Оттого, что он не настоящий.

Отсекает Оккам двойника,

шепчет поминальную молитву.

И дрожит окка́мова рука,

стиснув окровавленную бритву.

Я забыл, где Оккам, где Окка́м,

лишь бурлит меж мёртвыми листами,

барабаня в зеркало-капкан,

красный дождь, никак не перестанет.