С краю пейзажа сна маячит доктор Рани. Убирает волосы в узел, прячет блестящие от слез глаза. Ты наблюдаешь за тем, как другие духи влетают в чужие сны и вылетают обратно. Призраки разных форм, размеров и цвета глаз.

— Довольны? Всё прошептали? А теперь идем к Реке рождений. Она неподвижна до вашей седьмой луны.

— У меня еще две луны.

— Полторы.

— Не могу. Не сейчас. Джаки нужно найти Вирана. Мне нужно найти моего убийцу. Мне нужно уберечь друзей от чудовищ.

— Дела найдутся всегда. Большинство не имеет смысла.

— Думаю, Джаки меня услышала.

— Вы уверены, что вас убили?

— Так сказал Дядюшка Ворон. И те, кто читал мои уши.

— Да, но вы сами в этом точно уверены?

— Если б я знал, сказал бы.

— Дядюшка Ворон плут. Преты порой ошибаются.

— Бесспорно. Они сказали, что я кого-то убил.

— Они сказали «возможно, убил». Вот что они сказали.

— Махакали — самый главный демон? Или у Махакали есть босс?

Добрый доктор качает головой, все качает, качает, качает.

— Неужели вы ничего не знаете о стране, которая вас кормила и одевала?

Доктор Рани хоть и призрак, а по-прежнему преподаватель, пусть даже и без студентов. Таких, как она, легко отвлечь: они охотно читают лекции.

— Нам надо уничтожить не одного Сатану. По каждой улице, каждой дороге ходят сотни демонов и тысячи як.

Она права. Есть не только добро и зло. Последнее многолико и кишит нечестивцами.

— За каждым злосчастьем, за каждой бедой в этой стране — свой яка.

По словам доктора Рани, Черный Принц провоцирует выкидыши и менструальные боли. Мохини соблазняет тех, кто ночью едет один на машине, яка Рири распространяет рак. Монах с трезубцем — формально призрак, но из-за собственной злости превратился в вампира.

— Призраки, вампиры, преты, дьяволы, яки, демоны. Я правильно понял иерархию?

— В этом хаосе нет иерархии, дитя. Даже от прет не стоит ждать добра. — Преты бывают разного цвета, — поясняет доктор Рани. — Преты мала лишают пищу вкуса, преты гевала делают жидким кал, большинство прет мастерски читает по ушам и славится отменным аппетитом.

Тебе скучно ее слушать, но она хотя бы больше не упоминает о том, что луны твои сокращаются.

Доктор Рани бубнит о демонах, что крутятся в Междумирье:

— Яки увели у меня столько душ, что и не сосчитать.

— А чего хотят яки?

— Они одержимы плотскими удовольствиями, — поясняет доктор Рани. — Если испортилась пища, значит, яки сожрали питательные вещества. Если секс лишился страсти, значит, яки украли наслаждение. Они повсюду, следят за живыми, а дураки сами их приваживают.

— Яки умеют массу всего, но не могут уйти к Свету и родиться человеком, — рассказывает добрый доктор. — Они приносят несчастья, причиняют вред, сеют злобу. Но только если их привадить. И только после семи лун. До тех пор даже Махакали не имеет права тронуть вас, если вы сами не захотите.

— У як нага красивые лица, — продолжает доктор Рани. — Головы, как у кобр, они не могут забыть 1983-й. Яка Кота ездит на кошке, носит жемчуг и не расстается с боевым топором. Яка Бахирава рождается из криков Ситы и появляется, только когда воюют боги или солнце сочится кровью.

— Но вы правы. Махакали — самая грозная из всех. После седьмой луны я не сумею защитить вас от нее.

— Мне нужна еще одна луна, чтобы добыть мои фотографии.

— Хватит уже. Идемте. Оттого что вы будете вмешиваться в дела тех, кто остался Там, Внизу, не будет пользы ни вам, ни им.

— Сена говорит…

— Если вы намерены цитировать Сену, тогда вперед. Не тратьте мое время. Вы видели, на что способна Махакали.

Глаза у доктора Рани почти целиком белые, но ты замечаешь желтые и зеленые искорки.

— У вас осталось два заката. Пожалуйста, берегитесь существ с черными глазами.

— У Сены глаза не черные.

— Это пока. Никто не рождается дьяволом.

— Не может быть, это неправда.

Она говорит, что яками не рождаются, а становятся и у каждого из них есть история, которую они уже не рассказывают. Дядюшка Каннибал — жертва взрыва бомбы в Петтахе. Дикого ребенка «Тигры» заставили убить его родичей. Морской демон покончил с собой из-за травли в университете. Вампир-атеист был членом совета провинции, его зарезал дэвэпэшник. У дамы в черном сари пятеро детей погибли на войне.

— Яки — прескверные игроки, — добавляет она, — и, как большинство завсегдатаев казино, кончают в канаве долгов и расплачиваются с ними, выполняя поручения.

— Ваш Сена задолжал Махакали. Демоны велят призракам приводить к ним души. Это не так уж сложно.

Она умолкает, качает головой. Колчан ее опустел, но ни одна из стрел не достигла цели. Она вырывает страницу из журнала, комкает ее.

— Спасибо, что помогли мне. Снова. Я обещаю вам, доктор Рани. Еще до седьмой луны я уйду к этому вашему Свету.

— Не уйдете.

— А куда мне податься?

— В Реку рождений. Поймаете самый слабый ветер на берегу Бейры. И долетите вдоль каналов к трем деревьям кукубха.

— Обещаю.

— Два обещания стоят меньше одного.

— Мой любимый парень говорил так же.

— Вы сдерживали слово?

— Ни разу.

— Он злился?

— Я не замечал.

— Он причинял вам боль?

Ты смотришь в видоискатель камеры, но не видишь ответов. Чешешь голову, глядишь на свою единственную сандалию.

— Наверняка я это заслужил. До свидания, доктор.

Ветер дует с океана, ты запрыгиваешь на ступеньку.

— Мне нужно выполнить одно обещание.

Тебя уносит ветер, доктор Рани провожает тебя взглядом. Вид у нее печальный, разочарованный, но не удивленный.