— Лови, — крикнул Роберт, кидая мне шлем. — Симпатичный и вроде бы целый.

Довольно легкий. Точно легче, чем тот, что сейчас у меня на голове. Притом что более закрытый. По форме нечто среднее между современной лыжной маской и тем красавцем, что я видел в кабинете у Лэйна.

Общий материал напоминает матовый пластик, и даже через Ориджа приятно ощущается тактильно. Сверху легкий орнамент похожий на татуировку в виде леса и взлетающей стаи птиц. Мелкая, но довольно детальная картинка.

Внутри вставки из скайкрафта — ровно на тех местах, где в современных шлемах расположены датчики, подающие информацию в мозг.

— Один в один, как наши, — я запихнул шлем в рюкзак. — Получается, что Майтен ничего не изобретали, а, видимо, нашли образец и просто все скопировали. Дома попробую разобрать его.

— Что значит не изобретали? — возмутился Руперт. — Они за всем этим и стоят, а шишка из Майтен пришелец! Это я вам точно говорю.

— Вот с этим я не буду спорить, — точно пришелец, только не оттуда. — Давайте выбираться уже. Берем самое ценное, и побольше, но чтобы руки не занимать, потом вернемся.

Возражений не последовало.

Боб достал из рюкзака два гибких раскладных контейнера, поделился со мной, и пошла упаковка.

Полные рюкзаки. Три объемных контейнера. Два черных у нас и синий у Руперта, от которого я даже флешбэк словил, вспомнив ИКЕЮ. Плюс клон.

Вытащили все это из пещеры и с трудом, но закинули-таки наверх в бойлерную. А там уже переупаковались.

Руперт что-то настроил на спине своего дроида и рама за его спиной вытянулась и раскрылась. Он подпер клона к стене, присел рядом и зацепил того на специальные крюки — получился рюкзак в виде дроида.

— Классная переноска, — похвалил Боб. — И даже земли не касается. Помочь зафиксировать?

Фермер отказался. Сам обмотался тонким шнуром и пошатнулся, привыкая к новому центру тяжести. Свой баул Руперт набил остатками Ориджиналов и повесил на грудь, чтобы компенсировать нагрузку на спине. Черепаха беременная какая-то, если упадет, то уже не встанет, но, по крайней мере, руки, действительно, свободны.

Тощую «стрекозу» косило вбок, и вместо того, чтобы нормально держать дробовик, Боб все время хватался за стены.

Я выглядел примерно такой же черепахой, ну или парашютистом с двумя парашютами — свой рюкзак перевесил на грудь, а контейнер закинул на спину.

— Ну что, челноки? Двинулись? До рынка далеко еще.

— Свое добро, шарниры не гнет, — ответил Руперт и первым протиснулся в дверной проем.

А потом даже до угла не дошел, как начал стрелять то в пол, то в потолок.

— Что там?

Я крикнул фермеру, одновременно сверяясь с показаниями Искорки — мелкие желто-оранжевые пятна, буквально точки, но настолько много, что весь фон вокруг выглядел оранжевым.

С потолка из всех щелей вываливались мелкие паразиты. Сороконожки и мокрицы размером чуть больше, чем с ладонь. Их даже система не воспринимала, как серьезную угрозу, но выглядело все мерзко. Особенно когда я отмахнулся от извивающейся гадины и шмякнул ее о стену, а из нее потекла зелено-коричневая жижа. Брр, словно жуки на лобовом на трассе.

Еще и Боб заверещал над ухом, словно его на диване режут.

— Чибздец, какая-то херь под шлемом, Алекс! Я чувствую! АААА! — заорал Боб и начал сучить всем телом, пытаясь скинуть с себя что-то, что заползло на «стрекозу».

— Руперт! Помоги Бобу, — крикнул я из коридора, понимая, что фермер ближе, а сам начал отмахиваться гарпуном, вертя им, как мельницей, продвигаясь к самой большой дыре.

Оказалось, что мелкая сколопендра шмякнулась прямо в сочленение капюшона и почти заползла под шлем. Считай, за шиворот!

— Стой блохастый, не дергайся! — услышал я голос фермера, — а то я твоего клона вместе с этой тварью покалечу.

Пока парни были заняты спасением Боба, я раскидал большую часть того, что успело выбраться. Кромсал, топтал и давил баулом, тяжело вальсируя вокруг своего крабика. А тот, вообще, устроил полнейший геноцид своим дальним родственникам.

Я подобрался к пролому в вентиляционной шахте и активировал энергетический удар, сплющив ржавые стенки и ими же заткнув темную дыру в потолке. Повторил с другой стороны, откуда насекомые сыпались, будто из перевернутого ведра. Там закрыть щель не получилось, но мелкие гады от напора энергии начали хрустеть и лопаться с противным звуком.

— Ходу, ходу, — я погнал дроидов вперед, отправив еще две волны энергии себе за спину и просадив запас энергии почти до половины. — Боб, ты как?

— Выпить надо, — прошептал Роберт, — и помыться хочется.

— На ферме тебя обработаем. А то вдруг она успела яйца отложить. Станешь потом ходячим зомбодроидом.

— Не слушай его, — я решил подбодрить Роберта, услышав, как он начал проклинать Мерзлоту.

Уже никуда не сворачивая, мы прошли мимо бывшего жилого модуля и склада. Заскочили в операторскую за монолитом, прошли помещение с мертвым Ориджем, где было больше всего костей рапторов и обломков дроидов.

До дыры с торчащим из нее когтем раптора мы добрались без приключений. Нашли там перемазанного в слизи крабика и пять трупов «субмарин».

* * *

Когда мы, наконец, оказались на ферме Руперта, я уже сам был готов проклинать Мерзлоту, грозясь, что ноги моей здесь больше не будет. Батарейка Ориджа просела до тридцати процентов, а моя так вообще колыхалась где-то на донышке. Смартфон в мое время с таким запасом уже не включался, и даже с воткнутым шнуром питания сначала лишь моргал красной батарейкой.

Боб, мне кажется, уже вырубился. Фермер еще не успел гостеприимно сказать: «вот в этом сарае можно пересидеть», как по берлоге раздалось тихое сопение с редким нервным похрапыванием.

Мы обсудили с Рупертом будущую дележку, и довольно быстро пришли к соглашению. Он хотел себе весь лом с Ориджиналов, а я себе весь необработанный скайкрафт. Все остальное поделим уже в кредитах, когда продадим на аукционе.

— А что ты будешь делать с ломом? — я не удержался и спросил Руперта.

— Крышу, — он кивнул и показал пальцем в ночное небо. — Они следят за нами, а мне это не нравится.

На этих словах он постучал пальцем по защитной шапочке, приподнял ее в знак прощания и рассинхронизировался.

— Искорка, что думаешь? Получится у него?

«Согласно моим данным, над нами сейчас нет спутников», — ответил дрон.

— Супер! Я не про спутники, я про данные. Что еще у тебя есть?

«У меня есть доступ к всемирной сети. Но на данный момент я не могу интерпретировать все данные, процесс обучения еще не завершен».

— А что-то базовое? Где мы? Что это за планета? Кто здесь жил до нас? Чьи скелеты мы нашли? — я, как начал задавать вопросы, так остановиться уже не мог. — У меня реально тысяча вопросов!

«Что бы вы хотели узнать?»

— Где мы?

«Участок номер триста двадцать восемь. Зарегистрирован на Руперта Патерсена. Цель изыскания — ферма для сбора ресурсов. Дата регистрации…»

— Стой! Спасибо, конечно, но реестр я и сам могу погуглить. Давай иначе, — я задумался, как сформулировать вопрос. — Как называется планета, на которой мы находимся?

«Эйч-Пи-ноль-один-три. Класс жизнепригодности — гипопсихропланета», — чуть ли не скороговоркой выдал дрон.

— Ну, про гипопсихо что-то там понятно, — я подавил зевок и встряхнулся. — Это стандартный класс для таких температур. А первую часть можешь расшифровать?

Искорка издала шипящий звук, как будто какие-то шестеренки внутри прокручивались. Никогда не поверю, что ИИ может так долго соображать. Скорее всего, что-то в системе было не в порядке. Мои мысли подтвердились голосовым сообщением, которое дрон выдал в эфир минуты через три после того, как я задал вопрос.

«Невозможно сформулировать ответ. Часть данных повреждена. Необходима повторная загрузка модулей памяти», — наконец, ответила Искорка, даже показалось, что вздохнула.

— А где взять эти модули памяти?

«К сожалению, у меня нет ответа на этот вопрос. В радиусе действия моего сканера их нет».

Я как будто даже услышал извиняющиеся нотки в голосе дрона. Задал еще несколько вопросов про Ориджей и про древних. Про систему управления дроидами, энергию и скайкрафт.

И не узнал практически ничего нового. То есть доступ ко всем существующим «Википедиям» у нее был, а, например, прочитать учебник истории или естествознания древних она не могла. Либо такой не существовал в природе, либо как раз находился в поврежденных модулях, либо я не правильно задавал вопросы.

Например, на вопрос, кто ее создал. Получил довольно подробную информацию в духе: «Бот РСЦ-0713–02 на третьей наносборочной линии в пятую смену, согласно модели дроида-разведчика…».

Вот только, кто такие древние, понятней мне не стало. Могли быть и люди, такие же как мы просто более развитые, так и зеленые человечки из фантазий Руперта. А «дроид-разведчик» могло быть и логичной функцией, а могло быть адаптацией перевода.

Зато в системе появилось больше переведенных данных, расширилась внутренняя база «Бестиария» и данных об аномалиях. Что уже перевешивало все остальные недостатки. А с остальным разберемся по ходу. Если Искорка сейчас не видит вокруг полезных модулей, это не значит, что их нет вообще.

Я на секундочку стянул с головы шлем и сделал большой глоток энерго-тоника. В комнате сладко посапывал чибзик, зарывшись носом в свою подушку из австралийской обуви. Ну не посапывал, а храпел от души, формируя своеобразное эхо от Роберта.

Заразительный, конечно, храп, но я хотел еще кое-что закончить. Вернулся к Ориджиналу, уселся поудобней и разложил перед собой мастер-схемы и скайкрафт.

Активировал свой двуствольный пистолет и начал «колдовать»! Отслеживая на экране весь процесс. Пистолет стал полупрозрачным, остались только линии, превратив его в трехмерный чертеж.

Новые детали (после активации мастер-схем) выглядели также, только светились по краям, создавая эффект, будто вся конструкция висит в воздухе. Причем это можно было собирать, разбирать и крутить на триста шестьдесят градусов.

На все, что предлагала система, я сказал уверенное да и через полчаса, довольный как слон, разглядывал улучшенное оружие.

Во-первых, появился приклад, а вместе с ним и нечто похожее на кожух или рамку, куда вставили пистолет. Сверху появилась полноразмерная планка Пикатинни, дополнительная направляющая снизу (вероятно, под рукоятку или фонарик в дальнейшем). Во-вторых, верхний ствол стал длиннее сантиметров на двадцать, будто на него надели глушитель с прямоугольным сечением. По сути, у меня в руках был уже не пистолет, а карабин с подствольником.

Выросли показатели совместимости и дальности стрельбы, повысилась точность, практически сравнявшись по характеристикам с утерянным «Берсерком». При этом конструкция не была постоянной. Как и с ядом у клинка — это была опция, которой можно было не пользоваться.

Следом пошла третья мастер-схема, которую Искорка расшифровала, как «Быстрый огонь», а сам карабин был обозначен, как «Скаут-ган» (в моем вольном переводе). А по форме девайс оказался похож на обычный пистолетный магазин, под который также трансформировалась рукоятка и немного изменился сам ствол.

На экране это выглядело так, что место перелома стволов будто заварило яркой вспышкой, которая потом побежала по чертежу к нижнему стволу. И там превратилась в окошко для заряжания «подствольника».

Я вышел из режима работы с мастер-схемами и повертел полученный карабин в руках. Создал еще патронов и зарядил магазин, поместилось двадцать штук.

Может, и не прям уж шквальный огонь и режим только одиночными, но все равно пушка-огонь!

— Искорка, а другие типы патронов бывают? А то выстрелы прямо золотые получаются.

«Стрельба из скаутгана возможна разными типами пуль. Для изменения свойств необходимы соответствующие мастер-схемы».

— А совершенно случайно их нет поблизости?

Случайно их не оказалось, зато в уцелевших модулях памяти нашлись координаты аж трех арсеналов, где их можно было поискать. Ближайший, правда, находился в том секторе, где я нашел Искорку.

* * *

Проснулся я от резких криков, обнаружив под боком напуганного чибзика. Кричал Роберт, разговаривая с кем-то по тач-панели, и на моей памяти кричал он первый раз в жизни. Пыхтеть, ворчать, пытаться быть строгим — да, но так чтобы орать. Такого не было.

— Что значит скелет не является доказательством? — если бы у голоса был цвет, то сейчас тон Боба можно было бы назвать белым. — В смысле рядом не было представителя фонда, чтобы зафиксировать находку? Вы там чибзданулись все что ли? Разлом полный монстров? Какая еще комиссия?

Чибзик фыркнул и подбежал к Бобу, намереваясь цапнуть его за ногу. Не понравилось, видать, что название его породы так использовать начали. Но Роберт, не глядя, отпихнул зверька, продолжая кричать в трубку.

— Я знать не знаю, кто такой мистер Накамура, — Боб сжал кулаки и выдохнул, пытаясь успокоиться. — И что? Вы меня слышите? Он два ребра нашел и жопу… Да, простите, фрагмент копчика. Но я вам говорю, что мы нашли целое убежище. То есть как уже не важно? Ну, чибздец… Это я не вам. Стой! Стой, нет-нет-нет, не отключайся… Да чтоб тебе сколопендры всеми своими лапами по пендалю отвесили по жжж…копчику!

— Кто ты воин? — я улыбнулся, глядя, как Роберт схватился за голову и стекает по креслу на пол. — С кем воюешь?

— С фондами, — Боб поморщился. — Это пятый уже.

— Судя по твоему разговору, грант нам пока не светит?

— Да пошли они в копчик! Вы, говорит, Америку не открыли. Хотите денег — фиксируйте находку у проверяющего, а потом изучайте. Чтобы рост, вес, возраст, ДНК, паспорт и прописку. И вот тогда приходите к нам. Тьфу, есть хочу. С утра уже бьюсь.

— Не, это не наш путь, — я зевнул и потянулся.

— А у тебя с дроном что?

— Паспорт и прописку он тоже, к сожалению, не выдал. Но пару наводок на интересные места Мерзлоты уже накидал.

— Слушай, — Роберт замялся. — Я поговорить хотел по этому поводу как раз. Я пока паузу возьму, после вчерашнего надо в себя прийти. И как раз всеми этими, — Боб показал на разбросанные бумаги перед собой. — делами займусь. Ты не против? Убежище с Рупертом выгребем до конца, а уж потом я на паузу.

— Нормально все, не парься. Ты молодцом вчера был, а для первого раза, так просто огонь! У «стрекозы» все равно дальности не хватит отсюда.

— Ага, — кивнул Роберт. — Кстати, по тридцать седьмой я уже тоже начал, но пока глухо. Проволочек столько, как будто я целый сектор на себя оформляю, а не карантинный разрушенный объект. Завтра буду Симонову звонить. Обещал помочь.

— Лучше займись аукционом, чтобы было на что ее выкупать.

— Это да, мы с Рупертом уже на связи. Он чистит, моет и фотографирует, а я лоты создаю. Предварительно от ста до двухсот тысяч кредитов мы получим. И это без учета скайкрафта, что мы скайкрафт не продаем. Со шлемом, что будем делать?

— Изучим сначала, а потом уже решим. Все пошли завтракать, не могу больше.

* * *

Через два часа мы появились на ферме Руперта. Встречал нас уже другой дроид (Юпитер, кажется), но защитная шапочка была на месте. Лебедка восстановлена и улучшена, получилось нечто вроде подъемника с площадкой.

— Я уже одну ходку сделал, — Руперт кивнул на ящик, из которого торчала старая тусклая рука Ориджа. — Глубоко не заходил, но жучье словно вымерло. Видать, прижучили мы их осиное гнездо, ха!

— Точнее и не скажешь, — я улыбнулся. — Я тогда вас покину, у меня сроки поджимают.

— Валяй, — кивнул фермер. — Мы как догрузимся, все это к Данди отвезем. Там тогда и встретимся.

Я уселся в катер и ввел в навигаторе координаты Ледяной долины, она же Скользкая смерть. Не всю долину, а город на границе.

Бонневиль — названный в честь озера из нашего мира. У нас соль, тут лед, но, как мне успела рассказать Искорка, и там, и здесь самые большие скорости. А с ней и разная движуха! Транспортники испытывают и даже гонки проводят.