К импровизированному лагерю, развернутому Энигмой, вела прорубленная неровная дорога. Застывшие известняковые конструкции, которыми было утыкано пространство, насколько хватало глаз, как могли сровняли с землей, сделав возможным проезд к воронке. Подозреваю, что изначально копали куда-то дальше, но наткнулись на открытый «дорожный люк», который и застопорил весь процесс покорения сектора.

Мы направились по дороге, наблюдая, как облако серых снежных хлопьев накрывает нечеткий силуэт лагеря. По внешнему виду напоминало вулканический пепел, но по факту было в сотню раз холоднее.

— Может, внутри хотя летит меньше⁈ Надоела уже эта липкая хрень! — воскликнула Хоук, снова останавливая транспортник и сдавая назад. Машина слегка забуксовала между двумя известняковыми буграми, засыпанными пыльцой.

— Муравьиный лев окажет тебе теплейший прием, — хохотнул Зяблик, — может, даже чайку нальет, чтобы ты могла согреться с дороги.

— Заткнись, Уайт! — оборвала его Хоук. — Иди лучше скинь наметенные сугробы со стекла. Видишь же, что очистители сами не справляются.

Зяблик послушно выполз из машины и, проклиная летящие сверху хлопья, занялся чисткой лобового стекла.

Мне тоже приходилось время от времени останавливаться, чтобы протереть визор, поэтому продвигались мы медленно. Возможность ускориться появилась, только когда мы ступили на дорогу, проложенную Энигмой. Сверху все еще наваливало, зато импровизированные борта по бокам начали хоть что-то сдерживать.

То, что издалека казалось небольшим лагерем, на деле оказалось пятью времянками, поставленными в ряд. Участок был обнесен невысоким забором — достаточно прочным, с ультразвуковыми ловушками — защита от естественных обитателей Мерзлоты.

Мы подъехали к воротам и ввели коды, предоставленные нам Энигмой. Системе понадобилось несколько секунд, чтобы считать информацию. После этого ворота открылись, и мы въехали внутрь.

Справа от крайнего к воронке вагончика были припаркованы три джипа, оснащенными станковыми пулеметами. Еще одну автоматическую установку я увидел на самом вагончике.

На территории, размером, примерно в половину гектара стояли еще две машины с прикрученными на силовые бамперы ковшами, и одна — на гусеницах, с небольшой фрезой. В отличие от транспортников, залепленных только одним тонким слоем, строительная техника превратилась в три внушительных сугроба.

Дверь одного из вагончиков распахнулась, и нам навстречу бочком вышел клон класса «защитник» с логотипом «Энигма» на плече. Липкая «пыльца» накинулась на новую жертву и в считаные секунды облепила его с ног до головы.

— Давайте внутрь! Скорее! Сейчас вообще занесет, — крикнул он и махнул нам рукой, приглашая в вагончик.

Мы проследовали за дроидом и успели захлопнуть дверь времянки точно в тот момент, когда новый порыв ветра принес очередное облако снежной пыли.

Внутри сидели еще два заводских клона, отличающиеся от первого только расцветкой брони.

— Такая прилипчивая зараза, — проговорил встретивший нас дроид и уселся за небольшой квадратный стол. Собственно, весь интерьер времянки и состоял из этого стола, нескольких стульев и широкого верстака с инструментами и запчастями.

— И долго она будет сыпать? — поинтересовалась Хоук, придвигая к столу еще один стул.

— По-разному бывает, — отозвался дроид что-то печатающий на тач-панели, — но, как правило, за день все стихает. Ее, главное, счищать вовремя, а то она потом застывает, а местный лес заново растет, — дроид обернулся к напарнику, — Малой, не спи там, сегодня технику чистить и дорогу обновить нужно.

Малой, хотя размером он был еще больше, кивнул и, приложив к визору два пальца, сделал вид, что отдает честь.

— По крайней мере, через пару часов уже можно будет передвигаться. Сила урагана пойдет на убыль, — добавил первый, повернувшись обратно.

Мы представились и показали наши документы. Клоны были сотрудниками Энигмы. Основная их задача заключалась в том, чтобы отслеживать спускающиеся в воронку отряды. Вести учет и, если вдруг понадобится помощь на поверхности, вовремя ее оказать. В то, что потерянные дроиды каким-то чудом сами выберутся наружу, здесь уже никто не верил.

— Сколько сейчас отрядов в воронке? — продолжила Хоук.

— Тех, кто подает признаки жизни — ни одного. Тех, кто там сгинул — семь, но было еще несколько залетных авантюристов, — ответил первый клон после небольшой паузы. — Пару месяцев назад здесь было не протолкнуться. Когда первый раз гонорар повысили. А сейчас вы первые за неделю.

Хоук открыла на своей тач-панели еще какой-то документ и протянула ее дроиду. Тот сверил данные с теми, что были у него, и вернул ей тач-панель.

— Все в порядке. Когда ураган подстихнет, можете осмотреть воронку. Если нужны тросы или лебедки для спуска, дайте знать. Как найдете дроидов Энигмы… — клон замолчал, что-то обдумывая. — Хотя, зачем я это говорю. Никто еще не нашел.

— Ты просто про Ястребов еще не слышал, — начал хорохориться Зяблик.

— Ага, зато и про Файтерс и про Синих стражей я и раньше слышал, а в итоге что?

— Что? — спросил Уайт.

— В итоге и те и другие там сейчас, — клон указал пальцем куда-то себе под ноги.

— Прям и Файтерс? Всем составом? — недоверчиво переспросил Уйат и я, наверное, первый раз услышал в его голосе неуверенность.

— Не скажу, я их не переситывал, — хмыкнул клон. — Так что вашим родственникам передать? Может, снарягу какую оставите?

— Нет, давай по протоколу все, чтобы потом с выплатой награды проблем не возникло, — я вмешался, хотя названия этих отрядов тоже слышал, а то и на стене легенд у Данди видел.

— Ну как знаете, малой, что там у нас по протоколу?

— Ну… Эм… Черт, давно что-то по нему ничего не получалось. Щас, — клон подвис, копаясь в памяти системы. — После нахождения дроидов Энигмы, порядок эвакуации следующий… Скинул вам. При невозможности эвакуации нужно маячками отметить дроидов. Босс, где у нас маячки?

* * *

Через два часа ураган действительно стих. Сыпать сыпалось, но передвигаться мы уже могли свободно, и видимость на площадке стала получше. А в переходах между застывшими «волнами», наоборот, появился легкий туман, словно испарения от земли какие-то пошли.

— Пойдемте, ребята, — обратилась к нам Хоук, — посмотрим, что к чему. Она отошла от окна, к которому липла в ожидании конца урагана и распахнула дверь.

Клон открыл нам ворота с другой стороны лагеря, и мы выехали на узкую дорогу, ведущую к воронке, которая оказалась еще уже той, по которой мы добирались до временного лагеря.

Припарковались метров за сто до края воронки и подошли к обрыву. Огромная — метров двести в ширину яма — вся внутренняя поверхность которой была изъедена известняковыми порами разного размера. Словно губка.

Я придвинулся к неровному краю дыры и заглянул внутрь.

А нет, не все здесь естественные поры.

Трещины, почерневшие воронки от взрывов разной величины, острые выступы, образовавшиеся от внешнего воздействия. Следы от лебедок, попытки продолбить что-то вроде ступенек. Я заметил даже гусеничные следы, по ширине сопоставимые с крупным роботом-сапером.

— Да… — задумчиво протянула Хоук, оказавшаяся рядом. — Народ тут развлекался, как мог. Зато всех монстров уже распугали и загнали в самые недра.

— Ну и где нам теперь искать нашего львенка? — поддакнул Уайт.

— Найдем, куда он денется, — я пожал плечами, разглядывая карту местности. — Сообщений о том, что его ликвидировали, не поступало.

Искорка передала изображение. Пористый известняк был везде. Сигналы пропускал плохо. Вроде где-то и мелькала какая-то красная точка, но где конкретно и что это за точка, было непонятно.

Зяблик уселся на край обрыва и начала разворачивать лебедку.

— Ну что? Полезли? Я первый, вы прикрываете? — спросил он, закрепляя крюк на неровной поверхности.

— И повторим судьбу всех предыдущих отрядов? — я еще раз посмотрел вниз и отступил от края. — Давайте искать другой проход.

Возражений не последовало, и я, отойдя от воронки до ближайшего нерасчищенного участка, нырнул в «лес». Выбрал узкую тропинку и остановился, включая все свои и заемные органы чувств.

Слух, нюх, сканер системы, данные от Искорки и «ведьмачье» чутье шлема. Сфокусировался сразу на всем и, собирая общую картинку из разных данных, пошел вперед.

На другой стороне воронки появился первый след. На экране Искорки мелькнула красная точка под землей, пронесся по стенам тоннеля и скрылся где-то глубокого, в бесконечных «губчатых» переходах. А в одном из следующих завихрений появился бледный, почти остывший шлейф энергии.

Проход сквозь крупные «поры» в этом месте под небольшим углом уходил вниз, сворачивая в сторону через несколько метров. Энергетический след, который оставил довольно крупный монстр, уводил именно туда.

Я пролез между «известняковыми перьями» и вошел в пещеру с довольно низкими сводами. Удивительно, конечно, как Мерзлота это все построила. Застывшие слой за слоем снежные наросты настолько сильно скрепились, что пол под ногами слегка пружинил, но выдерживал. Точно, пористая губка, ну или трехмерный лабиринт. И ни конца, ни края не видно — повороты и изгибы.

— Ястребы! Я нашел другой вход, — обратился я к напарникам по внутреннему каналу связи. — Отгоним машины к охране и начнем спуск.

Я вышел из пещеры и вернулся к Хоук с Зябликом. Мы откатили транспорт за ворота и пешком вернулись к проему.

— Что ты там увидел? — спросила Хоук.

— Пока что только энергетический след. Пойдем по нему и выйдем на его обладателя.

Мы дошли до входа в тоннель и нырнули внутрь. Еле видимые остатки энергоследа завели нас в левый отнорок, а потом вниз, практически на целый уровень ниже. А потом еще ниже и еще дальше по направлению от воронки. Но примерно через километр мы стали забирать левее и, практически развернувшись, пошли в нужную сторону.

«Известняк» вокруг уплотнился, но все равно пропускал свет. Мягкое, почти молочное, равномерное свечение лилось словно со всех сторон.

— Алекс! Ты уверен, что тут есть проход? — озадаченно спросила Хоук, пролезая под низкой аркой.

— Здесь все сплошной проход, главное — выбрать нужное направление. Как с лабиринтом, — с этими словами я перепрыгнул сваленную груду пористых камней и оказался перед сплошной дырчатой стеной.

— А мне что-то совсем так не кажется. Тут же тупик! — воскликнула Хоук.

— Зяблик? Это ты чем-то скребешь? — спросила девушка, поворачиваясь к Уайту.

— Чего сразу я-то? Может, это Алекс или кто-то из прошлых отрядов заблудился. Мне кажется, я видел следы. Скорее всего, мы не первые, кто в обход пошел.

Я дал команду остановиться и прислушался. И, правда, что-то скребется. Не забитые песком суставы Ястребов и даже не чибзик, сперевший очередной пакет с чипсами у Боба.

Что-то впереди, прямо в стене, от которой идет слабое свечение.

Даже дышать в кресле перестал. Активировал в руке Ориджа скаутган, прицелился в стену и начал всматриваться в пористую структуру. Казалось, что в любой момент из каждого отверстия может что-то выскочить.

Но стена напала целиком.

Здоровый, размером с двухкамерный холодильник, кусок откололся и рухнул на землю, подняв снежное облако. А потом зашевелился и поднял голову.

Я думаю, что это была голова. Это место было уже, чем остальное тело, и по краям торчало несколько острых каменных отростка, напоминавших рога. Шкуру монстра сложно было отличить от стены. Он не просто мимикрировал, как хамелеон, он сам полностью состоял из пористого «известняка».

Из видимого оружия — острые каменные отростки на морде и по бокам. Но при должной сноровке и торчащий наружу хребет на горбатой спине, мог легко разделать даже «защитника».

Искорка с запозданием «представила» мне муравьиного льва. Емко рассказав о его особенностях, предпочтениях и недостатках. Последних оказалось преступно мало. Под панцирем из камня обещалось основное тело, покрытое ядовитыми ворсинками. Причем с такой концентрацией яда, что кислота его свойствам позавидует. А сердце или это был мозг — некий управляющий орган, который на проекцию добавила Искорка, был черти знает в какой жопе. И это не фигурально.

— Не пробивайте панцирь, — крикнул я Ястребам, — там кислота под шкурой!

— А как тогда? Душить его что ли? — удивилась Хоук, отступая на пару шагов.

— Можем его затопить! — воскликнул зяблик.

— Чем?

— Ты слезами, а я, кажется, уже обоссался, — нервно хохотнул Уайт.

Шутку монстр не оценил. Окончательно отлип от стены, приподнял морду и, шипя, бросился на нас. Явно намереваясь размазать меня по стенке, вдавив в нее хребтом.

Я потянулся за пирамидкой, но Искорка тут же выдала предупреждение, что мы не только умоемся ядом, но и завалит нас прилично.

Черт, я не знаю, как ломать или резать ЭТО, не повредив панцирь! Утопить, действительно, бы подошло, но что-то воды поблизости никакой. Разорвать дистанцию, чтобы стрелять издалека, план отличный, но локация подкачала. Мы уже отскочили за угол, а потом сразу же за следующий, практически упершись в стену. А лев уже шуршал по камням, не давая шанса оторваться.

Я начал быстро-быстро мельтешить по разделам навыков Ориджа, что есть в наличии или что можно создать в помощь.

Крабики — мимо, вероятность необратимого повреждения скайкрафта система оценила в более чем восемьдесят процентов. Двойник здесь не поможет. Энергетический удар, по сути только отбросит, опять же с риском завала. Стоп!

Глаз наткнулся на данные мастер-схемы, которую я нашел давным-давно. Сетка, которую я принял за гамак или некую антенну для сбора энергии из окружающей среды. Давно надо было с ней разобраться, а сейчас, конечно, не время и не место. Особенно если это действительно гамак окажется, но надо попробовать. В умелых руках и гамак — оружие.

— Отвлеките его, — я крикнул Ястребам, врубил маскировку и сиганул в узкий сквозной проход.

— Интересно как? — донесся возглас Зяблика, когда лев проскочил мимо моего укрытия и попытался дотянуться до Хоук.

Я услышал звук глухого удара. Либо нашли способ и просто месят как могут, либо все уже плохо.

Так быстро мастер-схемы я еще не активировал. Ни вздохнуть, ни сосредоточиться, ни остатки скайкрафта посчитать. Просто схватил все заначки — ремонтные нити и капсулы, только пули приберег. Перешел в режим создания и быстро «проклинал», соглашаясь на все. И уже через секунду у меня в руках оказался моток, который (судя по описанию) должен был разложиться в подобие двухметровой сетки с крупными ячейками.

«Поздравляю, создана энергоэффективная батарея POWERFROST второго поколения, — донеслось от Искорки. — батарея способна поглотить энергию из окружающего пространства. Особенность второго поколения — снижение стрессовых нагрузок на энергороводящие шины. Скорость поглощения и накопления энергии зависит от режима использования…»

Искорка продолжала что-то бубнить, а я уже выскочил из ниши и бежал за толстым энергоследом. Лев загнал Ястребов в тупик и пытался достать Зяблика, стоявшего над упавшей Хоук. Плечо на ее броне было смято, а из-под накладки на ребрах торчал сломанный каменный отросток.

Зяблик тоже был весь в царапинах, но еще держался, пытаясь хоть как-то боксировать. Уворачивался от морды зверя и долбил кулаком в область затылка. Но льва это будто вообще не заботило.

Я подскочил сзади в момент, когда монстр боднул Ориджа, свалив его на напарницу, и уже разворачивался боком, чтобы пройтись по ним острым хребтом.

Я бросил свой «гамак», словно рыбацкую сеть, которая распрямилась в воздухе и широким квадратом накрыла монстра. И тут же в новом окошке меню врубил максимальную мощность.

«Однако…» — задумчиво пробурчала Искорка.

— Ну это же тоже окружающая среда, верно? — ответил я, молясь уже чуть ли не Айсфару, чтобы задумка сработала.

Ползунок заряда в окошке резко подскочил вверх, а льва словно парализовало. Он запер в движении, издал какой-то сдавленный писк больше похожий на треск, и рухнул на землю. Сверху на него посыпалась пыль из оплавленного известняка.

— Окружающей среде, похоже, такой метод не нравится, — прошептал я, глядя на ползунок. Стремительный рост прекратился, и теперь верхняя граница лишь чуть-чуть подрагивала.

Внимание! Получен новый уровень!

Текущий уровень — 43

Запас энергии пополнен.

Базовые характеристики повышены на 0,18 %.

Система предложила повысить существующий навык, и я выбрал двойника. Подтвердил действие, и система показала мини-фигурку с клинком в руке. Огонь — из состояния едва плотного призрака, который может совершать лишь простейшие взаимодействия с предметами, двойник стал чуть ли не полноценным Ориджем. Пусть только с базовым вооружением: щит и клинок, и всего-то на несколько секунд (на большее энергии пока просто не хватит), но этого вполне хватит для одного удара, который может полностью изменить ход боя.

Я довольно потер руки и улыбнулся новому приобретению. Пока разбирался с настройками, Хоук подлечилась, а Зяблик уже вовсю наматывал круги вокруг трупа монстра.

— Ну что, время для монстрючей пиньяты? — весело спросил Зяблик и опустился на землю у скукоженного тела льва. — Чем ты его так? Что за энергопиявка? Еще есть?

— Нету, — я помотал головой, сматывая сеть.

— Жаль, — вздохнул Зяблик. — А этот еще кислотный?

— Не похоже, — сказал я, смотря на то, как прослойка под панцирем в проекции Искорки постепенно бледнеет и становится серой. — По крайней мере, больше система никаких предупреждений не выдает.

Разбирать льва на запчасти мы прекратили, только когда убедились, что выпотрошили его подчистую. Самыми ценными оказались подкожные железы.

Но Хоук уже вычитала, что «камни» в почках и шейные пластичные позвонки тоже могут уйти за хорошую цену. По самым скромным прикидкам получилось тысяч на пятьдесят на всех. С муравьиного льва хоть ворса клок. Ворс, который изнутри налип на панцирь, кстати, оказался дешевым, и мы решили оставить его крабам-падальщикам, которые стали тут же стекаться в нашу сторону, выползая из пор на стенах.

— Давайте двигать дальше, — предложил я Ястребам, закидывая рюкзак со своей долей добычи за спину и выпуская крабиков вперед.

Мы повернули обратно и вскоре нашли другой проход, который вел в сторону дна воронки. Я еще раз проверил проекцию Искорки. Метров двести и несколько ярусов вниз, и мы будем у цели.

Чем ниже мы спускались, тем отчетливее я чувствовал какие-то волны, которые давили на голову и гудели в ушах. Сначала едва заметно. Я даже не обратил на это особого внимания, а потом все отчетливее. Система молчала, зато шлем начал жужжать, словно внутри настраивались какие-то шестеренки.

— Что-то не то, — сказала Хоук и неожиданно схватилась за ближайший к ней выступ.

— Стойте! Назад! — я со всей силы оттолкнул Хоук, которая шла за мной, ощущая будто всю голову окутало энергооблако, давящее на мозг с такой силой, что, казалось, что в голове сейчас что-то взорвется.

Еще и шлем начал вибрировать. Глаза резануло болью и сдавило виски. Пульс подскочил так, как будто я только что пробежал спринт. Я стал задыхаться. А в следующий момент меня накрыла мощная волна излучения.