— За выражениями за своими следи! Или ты не догоняешь? Это дети?

Лицо Демида становится красным от злости. Стас прищуривается.

— Дети? Это малолетняя преступница, без базового воспитания, а не дети! Вот кто она! Ты сам не видишь?

Ногти впиваются в ладони.

— Стас, перестань!

Аксенов с нескрываемым презрением смотрит на меня.

— А что перестань? Мало тебя дочь твоего трахаря унизила перед всеми! Моего ребёнка сюда не впутывайте! Зачем она тебе, Московский? Молодых нет?

Краска приливает к лицу. Демид сжимает кулаки. Следующее — всё как в замедленной съёмке. Он бьёт Аксенова кулаком в нос. Нос у Стаса — слабое место. Аксенов держится за него, а из его ноздри идёт кровь. Я закрываю глаза. Боже, нет, только не это. Нет...

Я слишком хорошо знаю Стаса... А может, ошибаюсь, может, я его вовсе не знаю...