Сотни молний сорвались с почерневшего неба и прошили долину от портала до дальних полей, где спящих только разложили ровными рядами. Туши лопались и вспыхивали, грохот докатился до самых утёсов. На месте аккуратных секторов остались дымящиеся зоны ужаса в эпицентре небесного бедствия. Разорванные на части тела раскидало повсюду.

Я висел в полусотне метров над землёй в облике «Мага» и цедил ману в тучи, направляя каждый следующий залп туда, где больше всего шевелилось безголовых. Жалости к спящим у меня нет ни капли. Эти консервы свозят сюда не на курорт. Их размораживают для того, чтобы жрать наш мир, — и каждый недобитый сегодня-завтра пойдёт потрошить чьи-нибудь деревни. Так что работаем по полной программе, пока хозяева не очухались и не сообразили, откуда прилетело.

Очухались они, к слову, быстро. Смотрители засуетились между секторами, выдёргивая из общей массы боеспособных, и хаос внизу начал постепенно утихать, организовывались отряды по спасению.

Дисциплина завидная… Вокруг настоящий апокалипсис, а они действуют сплочённо, группами вытаскивают поражённых, но чудом не сдохших безголовых от удара молнии. Похвальное рвение, только вот поздно…

Первая волна грозовой кары закончилась, и ей на смену пришла вторая. Такая же.

Меньше всего досталось периферии. И туда побежали те, кто надеялся выжить.

Резерв маны просел до дна уже на третьей волне. Я влил в себя первое зелье, за ним второе, третье… Не зря пару ящиков с собой взял.

Идея использовать силу природы для облегчения формирования грозовых туч и молний была больше моей, чем Алисиной. Она же подсказала, как это реализовать, поковырявшись в своей памяти прошлых жизней. Но не суть. Главное, что тучи держали заряд сами, а мне оставалось лишь направлять удары и подкармливать небо маной, что выходило в разы дешевле, чем если бы я лепил каждую молнию с нуля.

Пастухи очнулись после второй порции молний. Гранёные стволы засветились, и первые лучи пошли вверх, выцеливая источник внезапных проблем. Но я не просто так высоко в небе завис. Стрелкам приходилось выкладываться на полную, истощая собственные запасы, чтобы достать меня. Только вот из меня слишком уж маленькая цель вышла. Даже уворачиваться не пришлось. Ни разу не попали. Но я всё равно следил за выстрелами очень внимательно, чтобы успеть отреагировать и уйти прочь с траектории луча.

В них самих бить молниями смысла не было: они, может, немного от мощного импульса и пострадают, но скорее уж свои пушки перезарядят. А может, и вовсе не получат урона… Сами энергеты, да ещё и ружья их энергию молний аккумулируют для выстрелов. Поэтому я сосредоточился на основной массе врага.

Третья волна молний вошла в режим апокалипсиса и долбила в землю несколько раз в секунду. Я перестал управлять бедствием. Пусть бьёт куда придётся. Это уже неважно. Сейчас главное — заткнуть портал, а то уже начало выбираться подкрепление.

Я опустился ниже и сконцентрировал свою силу. Начал выращивать ледяную глыбу прямо перед порталом. Вскоре она выросла до размера валуна, затем — скалы́, а вскоре посреди орочьей степи высился огромный пятидесятиметровый айсберг, одной половиной сидящий в нашем мире, а другой — где-то там, внутри портала. Мана лилась в «пробку» рекой, и очередной флакон зелья отправил вязкую жидкость в желудок. Взял короткую передышку.

По ту сторону портала ответили почти мгновенно. Лучи прошили толщу, оплавленные стенки поплыли, но тут же схватились, стоило мне направить в пробку тонкий постоянный ручеёк маны. Дыры зарастали быстрее, чем враг успевал их проделывать. Пробить такое можно разве что тараном, но даже башнеподобные монстры будут недостаточно велики, чтобы пробиться через подобную толщу льда. По крайней мере быстро они не справятся.

Ну, что же… Вторая часть плана завершена.

По всему полю боя стояло уже несколько десятков молниевых куполов, защищающих пастухов и ту часть монстров, что успела набиться под защиту от молний. Гроза и дальше бушевала, но сама по себе. Мне же пора было перейти на что-то ещё.

Я собирался заняться самыми опасными противниками, и для этого мне пришлось «переодеться». Первым делом я нырнул в тень камня и скрылся внутри. Уже там доспех перетёк в «Тень». Невидимый, я прошёл сквозь завал и вышел к тройке пастухов, что сгоняли уцелевших безголовых в подобие строя.

Соваться к ним с «Тенью» в лоб глупо. Форма слетит от первого же пропущенного удара, а урона она не прибавляет. Потому в густой тени панциря осадной твари я снова сменил модель. «Стрелок» оказался моим выбором, и «Лебедев» занял своё место в руке.

Первая пуля снесла ближнему пастуху половину головы, вторая вошла соседу под нагрудную пластину. Криты и удвоенный урон делали каждым попаданием сквозные дыры.

Третий успел развернуть ствол, и грани ружья налились светом. Но у меня реакция быстрее, движения резвее. Третий выстрел потушил его амбиции и надежды.

Минус три, но многие теперь знали, где я. И ответ прилетел с трёх сторон разом. Старшие пастухи тоже меня заметили после этого и начали концентрировать заряды, направляя оружия в мою сторону.

Я упал в тень опрокинутой телеги и через тьму ринулся подальше от этой области. И очень вовремя!

Множество выстрелов и молния, ударившая с небес в телегу, осветили всё вокруг, и тень распалась. Я был уже в метрах сорока, но даже так меня едва не вышвырнуло прочь.

Форма доспехов вновь изменилась, и я выбрался. Буду не в тени, а самой незримой «тенью».

Отправился на противоположную часть поля боя. Там ещё пара пастухов, стоя рядом с обозными телегами, загоняла под купол панцирного монстра. Я обошёл их по дуге и атаковал их в спину из невидимости. Эффект неожиданности сработал. Два выстрела почти в упор прикончили гадов, разряд персональной молнии оглушил панцирного, если вообще не поджарил его, — и я снова исчез.

Очередной враг оказался на пути, и я уже не выбирал, с кем сражаться. Смена формы, меч в руке. Модель «Воин» синергирует с холодным оружием и превращает защиту тварей, как и их сильные характеристики, в бесполезный мусор.

Рядом же нашлась пострадавшая, полуживая осадная монстрюга. Её я тоже добил серией ударов.

Следом за башнеподобным подтянулась ещё одна пара бронированных, и с ними разговор вышел ещё короче. Первому «Эхо» развалило панцирь встречным ударом, когда тварь поднялась на дыбы для навала. Второй попробовал на меня снести с разбега, но промахнулся: я ушёл в сторону и пустил ему в подбрюшье молнию, отчего тварь задёргалась и скрутилась креветкой.

Один из широких лучей всё же прошёл впритирку, когда я менял позицию. Прямо перед переходом в форму «Тени». Отследил взглядом снайпера и, как только свечение погасло, пошёл к нему на сближение. Он орал, чтобы остальные стреляли туда, где он меня чуть не зацепил. Я же вышел из тени за его спиной и вонзил кинжал в шею, после чего исчез на глазах у пятёрки соседей, что начали выбираться из-под куполов под ослабевающую грозу.

Трупы продолжали появляться на поле боя с завидным постоянством.

Со стаями безголовых лучше всего работал Маг. Одна такая стая голов в сорок рванула на меня из-под щита, когда я убивал панцирных. Не тратя энергии и запасов маны на фокусы, я по каждому прошёлся цепной молнией. Урон у неё слабый, но масштабный. Слабые сдохли, сильных оглушило, но они едва дышали. Добить их было делом техники.

Проверил резервы энергии. Основной запас практически восстановился, а вот в Маношаре всего семьдесят единиц маны. Надо пока биться без магии. Мана ещё понадобится… Много маны!

Я использовал почти все свои формы, кроме «Зверя» и «Лидера», с десяток раз. Первый блокирует магию, а значит, ни восстановления маны ускоренного не будет, ни возможности спрятаться в тень на земле. А неуязвимость второго пока была не нужна.

Ближе к середине зачистки пастухи попытались перекрыть мне кислород. Кто-то из уцелевших старших догадался, что невидимый гость ходит по темноте, и стволы начали методично прожигать самые густые тени у завалов и телег. Задумка неплохая, только вот под грозовыми тучами все их не развеешь. А если я в форме «Тени», то они мне для скрытности вовсе не нужны.

Пока они выжигали пустые закоулки, я бил из-под самых их ног, из теней, которые отбрасывали их же тела. Тактика работала безотказно. Враг раз за разом терял меня из виду: ждал в одном месте, а получал с другого. «Стрелок» бьёт с холма, через минуту «Воин» уже рубит у льда, и поди пойми, сколько нас тут вообще воюет. На месте их командиров я бы тоже занервничал.

Алиса вела счёт вместо меня, подсказывая, где остались самые опасные из противников. Больше всего бесило то, что из портала подкрепление не приходит, а вот со стороны орочьих степей уже три отряда присоединились к «веселью».

«Ты там поаккуратнее с переодеваниями, — не удержалась она, когда я снова нырнул в темноту за сменой облика. — Со стороны выглядит лихо, но, если хоть один луч поймает тебя между моделями, это плохо кончится. Сперва подбирай места для трансформации!»

«Да…» — коротко ответил я, переодеваясь в «Стрелка» и перезаряжая на ходу магазин пистолета.

Спустя час с небольшим долина приняла начальство вторженцев в свои объятия. Теперь на месте образцового хозяйства дымилось кладбище под открытым небом. Остались бестолковая масса рядовых да отряды добытчиков, регулярно возвращающиеся в царство хаоса на всех парах, но не имеющие ни малейшего представления, что им делать. Командиров здесь больше не осталось.

Настал черёд четвёртой части плана. Я потянулся к древесной сфере и разбудил всё, что засеял за день. Отклик пришёл со всей долины разом, от кромки льда до дальних гряд. И мне на пару мгновений стало не по себе от масштаба собственной работы…

Сотни тысяч тел дрогнули и начали подниматься. Встали все, кого я сумел убить. Вместо нервной системы — корни. Вместо приказов начальства — зов природы и заложенная тяга к уничтожению врага, что сражается против меня.

Перерождённые дендра были самыми слабыми, но самыми многочисленными бойцами в моём арсенале призывателя. Тела погибших иссыхали на глазах и оплетались изнутри корнями, что превращали мёртвую плоть в живую древесину.

Управлять этим войском оказалось даже проще, чем отрядом людей: я задавал направление, а остальное они делали сами без заминок. Есть в этом какая-то ирония, пожалуй… Армия, прибывшая захватить этот мир, воскресла, чтобы его защищать. То же самое делал и Дир в первой своей битве против полчищ безголовых монстров. И тогда вылезло божество — альфа-пастух, как я его окрестил, — и уничтожило мёртвую армию. Сейчас же… Алиса молчит. Богоподобных гадов не видно и не слышно.

Дендра вставали стенами поперёк степных троп и сцеплялись ветвями, врастая друг в друга. Часть из них уходила под землю целиком, и там, на глубине, бывшие твари расползались корневой сетью, стягивая долину в единый живой узел.

То, что они так умеют, было для меня приятным открытием. Разрабатывая план, «Глубокий анализ» предположил, что такое возможно. И вот практика доказала, что это действительно так. Я был счастлив, потому что степь получила подземный корневой лес, которого мне так не хватало.

Очередная порция зелий маны хлынула в рот, и мана принялась восстанавливаться. Опустошение, восстановление, опустошение, восстановление… Цикл за циклом, зелье за зельем. Форма «Мага» ускоряла процессы, снижала затраты маны, позволяла дотянуться сознанием до самых дальних корней где-то в километрах от портального перехода, что каждые десять секунд глухо содрогался от потусторонних усилий.

Очередной возвращающийся отряд добытчиков наглядно показал, зачем всё это я затевал. Полсотни гружёных тварей упёрлось в стену из переплетённых тел. Потоптавшись, они сунулись напролом и увязли в ветвях. Дендра не гнались за ними и не геройствовали, они просто стояли и держали, окутывая их корнями, и медленно давили, душили их, не давая пройти к порталу. Спустя пару минут от отряда осталась лишь собранная тварями добыча.

Полчаса я носился, добивая тех, кто ещё не помер, поднимал дендра и отправлял их к границам очерченной зоны.

«Плохие новости, — вынырнула Алиса из наблюдений за порталом. — С равнин идёт большой сводный отряд. Добытчики стянулись со всей округи, несколько тысяч голов. И топают они прямиком сюда. Похоже, кто-то из уцелевших сбежал, и сейчас они хотят провести безумную и глупую контратаку…»

Я посмотрел на запасы маны и то, как быстро они восстанавливаются.

«Успеваем в самый раз. — Я окинул взглядом зачищенную зону вокруг айсберга. — Лучше скажи: когда там Система начнёт работать? Вокруг портала никого из монстров не осталось».

«Не знаю… Продолжай держать оборону. Мы в любом случае должны оставаться начеку», — ответила она.

Пара тысяч — это опасно. И это не единственный подобный отряд. Прорвать слабых дендра они смогут легко, если я не окажу им поддержку. Либо же моя армия должна стать сильнее и серьёзнее. Настала пора снова помагичить.

Сфера «Лесного Царя» вновь съела всю имеющуюся у меня ману, и в одном из секторов обороны застыли перерождённые дендра. Они, как и сплетённая под землёй корневая сеть, получили новый приказ и начали перестраиваться. Земля во многих местах вспучилась буграми, выпуская первых корнелюдов взамен слабых дендра.

Корневая сеть из сотен тысяч тел щедро делилась материалом, чтобы пробудить десятки тысяч корнелюдов. Эти мои воины в два раза могучее перерождённых дендра и смогут в разы лучше сопротивляться натиску безголовой гвардии.

Без новых доспехов, Маношара и запредельных характеристик с понижением расходов на применение заклинаний я бы и тысячи не пробудил. А теперь на моей стороне около пятидесяти тысяч. И это лишь часть. Будет ещё как минимум в три, а может, и в четыре раза больше! Нужно лишь дождаться восстановления маны.

Я, наконец, позволил себе довольную улыбку. Пожалуй, хозяева безголовых сильно удивились бы, узнай они, во что превратилась их отборная штурмовая армия добытчиков.

Мы держали оборону. Я метался, уничтожая подбегающих командиров, разрушая молниевые покровы, останавливая бронированных и башнеподобных тварей, что могли без проблем с корнелюдами справиться. Благо девять из десяти врагов были безголовым мясом, а с ними корнелюды хорошо справлялись.

Каждые пару минут я поднимал всё больше и больше корнелюдов, прикрывая открытые направления, пока вдоль всего фронта не поднялась стена из воинов природы. Оставался последний штрих, чтобы укрепить защиту…

Я укрылся за ледяной глыбой, сменил модель и впервые надел на себя «Лидера». Командирский доспех охватил тело, плащ упал на землю, а к ближайшим десяти воинам отправилось благословение, делающее их сильнее на половину от моих характеристик. Остальным досталась аура: всякий союзник, который видит или ощущает меня в радиусе километра, получает десять процентов от моих статов и плюс десять процентов ко всем видам защиты. А ощущали меня все древесные воины. И с моими характеристиками выходила солидная такая прибавка.

Первая проверка защиты случилась уже через три минуты, когда полтысячи добытчиков вылетели из темноты на восточные позиции. Туда же шагнула моя ударная десятка. Авангард врага перестал существовать раньше, чем Алиса успела дать им своё благословение.

— Всё лезут и лезут… Снова с трёх сторон идут волнами, — появилась Алиса рядом во плоти, повела ладонью, и по строю прокатилась волна принятия в стаю.

«Священное пламя» вспыхнуло на ветвях ближайших корнелюдов и побежало дальше, от исполина к исполину, пока вся долина не осветилась тысячами живых факелов. Выглядело это жутко даже по меркам сегодняшней ночи…

Горящие высоченные корнелюды стояли стенами на подступах, и огонь тёк по ветвям, не обжигая их. Выглядит, конечно, фантастически. Но после того, как волосатые лапы Мэда покрывались этим же, я бы сказал, духовным пламенем с божественной начинкой, уже не так пробирает. Но поражает сам вид десятков тысяч горящих древесных воинов, что стеной защищают проход к порталу.

После благословения оказалось, что Алиса ещё и усовершенствовала своё пламя, потратив ещё больше божественности. Первый же корнелюд, которого врагам удалось завалить, рухнул на землю, но оставил последнее слово за собой. Божественное пламя вырвалось из разрушенного тела и накрыло всех, кто толпился рядом, огненным куполом. Добытчики горели пачками, и строй тварей просел у места прорыва. Соседние исполины без спешки затоптали уцелевших.

— А вот это ты хорошо придумала. — Я проводил взглядом второй такой фейерверк. — Каждый погибший боец создаёт огненный ад для врагов. И пройти через него без последствий невозможно. Признаю, это потрясающий ход!

— Эх, вот бы мне за такую разработку кое-кто премию выдал… Жаль, что я сама тут за бухгалтера. — Хвост за спиной Лисоньки довольно качался из стороны в сторону.

— Я выступлю спонсором премии, не переживай. Закончим здесь, и премирую по высшему разряду. Так, что хвост отвалится!

— А вот этого уже не надо! Он мне очень дорог!

Битва за портал продолжалась. Одна армия развалилась, вторая появилась. Монстры атаковали, я защищался, стараясь не думать о том, сколько зелий я выпил. И дело не в жадности, а в том, что у меня уже пузо торчало… Столько топлива ни в один бензобак не залить. Норма превышена как минимум вдвое!

Волны накатывали одна за другой. Враг быстро выучил урок про взрывающихся великанов и начал растягивать строй, избегая плотных скоплений, только легче ему от этого не стало. Разреженные порядки корнелюды выкашивали ветвями легко, а стоило добытчикам снова сбиться в кучу для прорыва, их встречал очередной живой факел с сюрпризом внутри. И выбора у тварей не было: степь за спиной больше ничего им не предлагала. Поэтому они упрямо пёрли вперёд.

Пастухи тоже появлялись и стали периодически создавать большие и опасные бреши в обороне. Лучи резали древесину исправно, корнелюды умирали быстро, но я незамедлительно реагировал на появление каждого гада и сворачивал шею, пока энергет был увлечён уничтожением моей стены. Вскоре количество трофейных стволов достигло сотни…

Чтобы компенсировать гибель защитников, я стал заранее встречать монстров и «Тенью» пробегать между самыми большими ордами, заражая их. Новые защитники выбирались и вставали в строй сразу после гибели носителей.

На небе уже давно бегало солнце, когда начались долгожданные перемены. Земля вокруг айсберга покрылась странным паром, из трещин в земле поднимался белёсый туман. Вопреки всякой нормальной погоде он полз вверх, к промороженной стене. Белёсая дымка втекала в лёд и просачивалась сквозь толщу, уходя на ту его сторону.

— Началось, — обрадовала Алиса. — Система дотянулась. Превосходство установлено! Не отвлекайся на неё: ей не помочь и не помешать. Смотри, чтобы твари сюда не прорвались!

Контуры льда поплыли, пространство вокруг сжалось, стягиваясь к невидимой точке за толщей. Импульсы изнутри пошли чаще, твари стали долбиться отчаяннее. Десять минут кряду нарастало это невидимое напряжение, пока в какой-то момент частота импульсов не превратилась в монотонный гул, а следом не оборвались. Тишина.

Брешь закрылась без всяких спецэффектов. Айсберг, лишившийся половины, потерял равновесие и завалился вперёд. И вот осталось лишь ледяное плато, что вскоре растает, и развороченная от войны земля да пар, что продолжал лениво подниматься вверх по ледяной преграде, которая так и не поддалась врагу.

[Внимание! Точка Срыва успешно закрыта.]

— Закрылся… — Алиса на мгновение прикрыла глаза, проверяя что-то. — И Альфа так и не явился.

— Видимо, у него нашлись дела поважнее. И знаешь, я даже не в обиде.

Я на всякий случай выждал ещё минуту, разглядывая развороченную землю и прислушиваясь к ощущениям. Никаких искажений, никакого давления извне. Только степной ветер разгонял пар над воронкой.

Вот теперь можно выдохнуть… У нас получилось! Один из двух Срывов перестал существовать, и никакое подкрепление больше не хлынет в степь через эту дыру.

Хотелось заорать на всю долину что-нибудь торжествующее, но я ограничился тем, что стукнул кулаком по ближайшей глыбе и отправил в рот ещё одно зелье. Алиса молча прислонилась плечом к моему плечу, и с минуту мы просто смотрели на лёд, под которым умер портал.

— Ой, мне божественность компенсировали… Из остатков портала. Он ведь был из этой энергии соткан. Большая часть ушла на закрытие, а оставшаяся ко мне отправилась! — обрадовала новостью Алиса.

— Вот и замечательно. Того и гляди до седьмого ранга дорастёшь.

— Если ещё парочку Срывов закроем…

— Ну, насчёт Срыва безголовых не знаю… Опасные монстры, однако, его охраняют. Но в целом у нас уже есть рабочий рецепт, верно?

— Главное, не зазнавайся! — предупредила меня довольная и наевшаяся божественности лиса. — Кстати, здесь почему-то божественный защитник не вылез, но вот в других Срывах они наверняка придут. И от таких, как они, ты можешь разве что бежать!

— Это пока бежать, — заметил я. — Надо наращивать силы, как бы сложно это ни было. Демонов убивать, всяких засранцев вроде Фиора общипывать…

— Вот да! С него бы я и начала. Но не сейчас. Ты ещё недостаточно откормлен. Ой, то есть недостаточно силён, — оговорилась она, вызывая улыбку на моём лице.

Второй портал так-то довольно близко, и в любой момент сюда может нагрянуть очередная армия. Но, пока этого не случилось, я буду как можно дольше удерживать здесь оборону и уничтожать возвращающихся добытчиков-мутантов. А уж потом отправлюсь на юг, порадую орков и Архонтов. Хотел бы я увидеть лица советников, когда до них дойдёт весть о закрытии Срыва.

Оборона моя перестроилась. Нет смысла держать всех широким, легко уничтожаемым строем. Пусть они смыкаются в отряды пехоты и идут вперёд, навстречу армиям монстров.

Я откупорил следующий флакон зелья маны и вернулся к работе. День только начинается, и работы у Клинка Системы всё ещё выше крыши.