Я следил за тем, как первородная материя плавно огибает мою руку. Лёгкая прохлада ощущалась не кожей, отклик шёл откуда-то из глубины — оттуда, где живёт Алиса и куда не дотягивается ни одно системное сканирование. Материя обняла всего лишь кисть, а чувство было такое, словно она бережно взяла в ладони саму мою душу.

Серая волна растеклась по предплечью, поднялась к плечу и перебралась на шею. Дальше в дело пошли затылок с макушкой. Было непривычно. Старался не то что не шевелиться, но даже не дышать…

«Не дёргайся, оболтус, — хмыкнула Алиса, следя изнутри за всем процессом, но я и так не дёргался. — Она, можно сказать, живая, часть тебя, и сейчас знакомится с твоими предпочтениями».

«Пусть знакомится, только это… У меня нос чешется. Можешь выйти и помочь?»

Алиса фыркнула, добавила, что так мне и надо, и появилась чуть в стороне, с удовольствием наблюдая за тем, как меня поглощает первородная материя. Добавила ещё, что я выгляжу по-идиотски: сгорбился и всё такое. Пришлось разогнуться, пусть моим будущим доспехам это не очень-то и понравилось.

Прохлада скатилась по спине, обняла ноги, пощекотала седалищные мышцы или, как сказал бы Брячедум, да и большинство присутствующих, жопу. Хорошо хоть, что этим и ограничилась, пошла ниже и сомкнулась где-то на пятках.

Гомон зевак стих сам собой, а материя местами утончилась, местами уплотнилась и сменила текстуру. Кожа, металлические наклёпки, пластины, ремни… На мне сидела самая обычная броня гарнизонного стражника. Кожаная куртка с нашитыми пластинами и кольчужными рукавами, поверх неё простенькие наручи из тусклого металла. В таком добре у нас полгарнизона службу несёт, разве что ржавчины на моём нет. Новенькое.

Столько богов, столько месяцев труда, и на выходе комплект из оружейки редкого ранга⁈ Или что там солидные и бравые защитники гарнизонов носят…

Я открыл рот, чтобы уточнить, а так ли задумывалось изначально, когда до меня дошло понимание происходящего. «Глубокий анализ» выручил, не дал опозориться на глазах у остальных.

Это духовные доспехи, сплетённые с моей душой. Собственного вида у них нет, облик взят из моей головы. Из того, что я видел, помню и способен представить. Пока я снимал старое железо, думал о рядовой броне. Вот доспех и преобразился в привычное. Захочу парадный мундир, получу мундир.

— Ну, чего застыл⁈ — Брячедум топтался рядом и заглядывал мне в лицо. — Жмёт? Трёт? Скажи хоть что-нибудь, изверг!

— Погоди, Бряч… Дай почитать, что вы там наворотили.

Проверять догадки я полез в свойства, а гном демонстративно засопел. Ничего, потерпит. Не каждый день мне мистериумный комплект доспехов из первородной материи в руки падает.

Доспех «Обещание»

Качество: Мистериум

Прочность: 1

Примечание: прочность доспеха неотделима от жизни носителя. Доспех жив, пока жив его владелец.

Защита: 0

Ранг вопросов не вызывал. Мистериумы в моём хозяйстве уже прописались: Реликварий и семейники Алисиного пошива. А вот название заставило подзависнуть на пару мгновений. Такое необычное, совсем неожиданное.

Чем дольше я на него смотрел, тем меньше хотелось шутить. Чтобы эта вещь появилась на свет, каждый причастный что-то пообещал. Алиса ручалась перед Системой, что её плавильня послужит этому миру. Брячедум клялся наставнику, что рука не дрогнет. Вулкар отвечал за ученика перед другими богами, и даже Система поставила своё слово на то, что затея не выйдет ей боком. Я в этой цепочке крайний, и мои обещания при мне. А обещания положено выполнять, тут у нас с доспехом взгляды совпадают полностью. Это напоминание мне о том, что сила даётся не просто так. И даже не в счёт имеющихся заслуг, а в счёт грядущих.

Прочность в единичку у мистериума выглядела издевательством ровно до примечания. Доспех живой, и мерить его положено моим собственным пульсом. Сдохну я, умрёт и он.

Что ж… Стимулов беречь свою шкурку хватало и раньше, теперь добавилась материальная ответственность перед создателем этого шедевра.

Недолго думая, глянул в особенности…

Особенности:

«Свободная форма» — доспех сплетён с душой носителя и принимает любой облик по его воле. Облик не влияет на свойства. По желанию носителя доспех сворачивается в компактный предмет

«Резерв души» — доспех несёт в себе запас первородной энергии и направляет её в одну из семи моделей по выбору носителя. Переход между моделями занимает пять секунд

Количество моделей: 7

Свободная форма объясняла маскарад. А ещё она обещала роскошь, о которой я и мечтать забыл: свернуть всю эту сбрую в браслет на запястье и ходить по дому в нормальной удобной одежде. Лишь за это можно Вулкару с Брячем в ноги кланяться.

Пять секунд на переход между моделями и то, что этих моделей семь штук, — звучало не очень понятно, но кое-какие мысли скопом побежали бродить по сознанию. Таких формулировок я ещё не читал, и оттого фантазия разыгралась буйная.

Ещё и смена в пять секунд… Это быстро в обычной жизни, где на переодеться может уходить до часа у девушек и у меня минут десять, если Алиса или Маша недовольны моим прикидом для похода в ресторан или, на худой конец, в таверну. А вот в серьёзной драке…

«Семь моделей, — мурлыкнула Алиса. — Ох, молодцы! Вот это они постарались…»

Алиса, видимо, уже всё изучила, жадно проглотив системное описание. Ну и я решил не затягивать…

Модели:

«Страж» — доспех принимает облик тяжёлой брони.

Броня: 500 единиц.

Дополнительно поглощает 90% урона от любого преодолевшего броню источника. Повышает Выносливость и Волю на 100%.

«Маг» — доспех принимает облик чародейского облачения с лёгким защитным плетением.

Броня: 40 единиц.

Магическая Выносливость, Сопряжение и Резонанс увеличены на 100%.

Владение и мастерство всех системных стихий, кроме Пустоты, увеличены на 25.

От значений «Стража» мои брови сами поползли вверх. Девять десятых любого удара уходит в никуда, ещё и до этого доспех откусывает полтысячи урона. Да под такой бронёй можно завтракать в эпицентре битвы десятка аватаров! Правда, магию он, судя по всему, вообще не блокирует, так что есть шанс оказаться зажаренным в этой модели…

Модель «Мага» впечатляла ничуть не меньше. Удвоенное Маглио по всем трём направлениям разом, и сверху четвертак мастерства ко всем стихиям. Для понимания масштаба: за восемь единиц одной только молнии я на днях выложил восемь сотен капель эфира. А здесь четверть сотни единиц мастерства даром и ко всему сразу!

Пустоту доспех обходил отдельной строкой, и я его прекрасно понимаю. С этой дамой лучше не заигрывать даже первородной материи. Эта сила вне Системы, и с ней лучше не играть.

При этом всём, увы, модель практически не защищает. Сорок единиц даже некоторые эпические нагрудники блокируют, а под ними ещё поддоспешники, как правило, имеются. В общем, защита совсем жиденькая.

Ладно. Что там дальше?..

«Тень» — носитель невидим, неслышен и неощутим для живых существ и поисковых заклинаний, способен проходить сквозь препятствия. Полученный урон разрушает форму.

«Воин» — доспех принимает облик боевого доспеха.

Броня: 80 единиц.

Характеристики Тела увеличены на 100%.

Урон и разрушительная сила оружия ближнего боя в руках носителя увеличены на 100%.

«Стрелок» — доспех принимает облик лёгкой походной брони.

Броня: 65 единиц.

Скорость, Ловкость и Восприятие увеличены на 150%.

Вероятность критического удара повышена на 40%.

Урон дальнобойных атак увеличен на 100%.

«Тень» в предстоящем рейде мне точно пригодится. Идеальная маскировка с одной неприятной оговоркой: меня не видно, но я всё ещё существую. Бить самому форма не мешает, зато любой пропущенный удар разваливает её на месте, а на повторную сборку уйдёт время — пять секунд. И в эти пять секунд я буду фактически голым перед врагом. Накроет какой-нибудь параноик площадь широким заклинанием просто на всякий случай, и дальше я пойду по степи видимый и хорошо прожаренный. В общем, подарок царский, но пользоваться им надо с головой.

«Воин» говорил сам за себя. Сотня процентов ко всему Телу и удвоенная мощь оружия. «Эхо» в моих руках и без того разговаривает громко, а с такой поддержкой его услышат даже глухие.

«Стрелка» я оценивал с прицелом на пастухов и их лучи. Полторы сотни процентов на Скорость, столько же на Ловкость с Восприятием, повышенный крит и двойной урон всему, что летит в цель. Был бы мой пистолет человеком, он бы от радости сейчас что-нибудь станцевал.

Осталось ещё две формы. Пока что мне всё нравится, хоть и есть оговорки в части применения форм.

«Зверь» — доспех срастается с телом носителя, формируя когти, клыки и костяной панцирь.

Броня: 150 единиц.

Регенерация ускорена в пять раз, болевой порог поднят, Выносливость увеличена на 100%.

Урон в ближнем бою увеличен на 150%.

Маглио обнулено, доступ к мане и заклинаниям закрыт.

«Лидер» — доспех принимает облик командирского доспеха.

Броня: 80 единиц.

До 10 отмеченных союзников получают прибавку в 50% от характеристик носителя. Союзники, видящие, слышащие или ощущающие носителя в радиусе 1000 метров, получают прибавку в 10% от его характеристик, а их собственные магические свойства и виды защит усиливаются на 10%.

«Нерушимое слово» (доступно в модели «Лидер») — купол абсолютной защиты радиусом 10 метров вокруг носителя. Не пробивается известными видами воздействия. Длительность до 5 минут. Расход: 1 капля Эфира в секунду.

«Зверь» тянул на форму самого крайнего случая, когда магия отрезана или бесполезна. Обнулённое Маглио меня не пугало, у меня всё ещё оставался Эфир. Или его тоже заблокирует? Надо испытать…

А вот на «Лидере» я серьёзно завис. Десяти отмеченным по половине моих характеристик — это… солидно. И чем сильнее я буду, тем мощнее будет отряд, стоящий со мной плечом к плечу.

От одной мысли о силе удара Герды с такой прибавкой я расплылся в ухмылке. Интересно, сможет она сравниться с Тарном или ещё нет? Наверное, пока рано, но ничего. У нас ещё есть время, чтобы стать могущественнее. И мне, и ей. А уж как Маша и остальные начнут сражаться…

И это ещё не всё! Каждый боец, которому я попался на глаза в радиусе километра, станет лучше на десятую часть от моих характеристик. Для некоторых гарнизонных бойцов это буквально получится усиление на пятьдесят процентов, а то и больше. Магов тоже не обделили. В общем, звучит если не ультимативно, то близко к этому.

А вот «Нерушимое слово» — это величайший козырь. Разумеется, с величайшим ценником… Капля Эфира в секунду, триста капель за полные пять минут! У меня в загашнике сейчас лежит всего тринадцать, так что абсолютно неуязвимым я могу побыть секунд тринадцать…

«Это очень солидный доспех, как и ожидалось. Моё терпение вознаграждено на двести процентов!»

«Ага! Семь жизней в одном комплекте, — светилась Алиса от гордости не хуже той сферы. — И все семь твои».

Мысли паровозом пробежались по мозгам, и были оценены Алисой, пока я стоял, прикрыв глаза перед лицом уважаемой публики, обсуждающей обстановку и прибытие гнома. Мало кто понимал, что именно он привёз и насколько это великолепно.

Но не всё было расчудесно… Слабое место было очевидным. В обликах Мага и Стрелка защиты на мне кот наплакал. Случайный замах какого-нибудь Князя Демонов снесёт меня заодно с моим заклинанием, и пяти секунд на смену формы в «Стража» мне никто не выдаст. Придётся выстраивать каждый бой заранее, под врага, и держать в уме цену любой ошибки.

Ну и главное. Все эти проценты множат то, что у меня уже есть. Доспех меня не растит, он умножает. Так что базу надо качать и дальше, увеличивать прочность собственного тела, поднимать мастерство магии хотя бы до семидесяти пяти. Насколько же долгий путь совершенства мне предстоит…

А ещё нужно переходы между моделями гонять до полного автоматизма, чтобы доспех менял форму раньше, чем мысль окончательно осядет в сознании.

«Испытаем в степях», — подытожила Алиса и завозилась внутри.

— Ну⁈ — не выдержал Брячедум. — Говори уже! Жмёт где?

— Бряч… — Слова я подбирал непривычно долго. — Этот шедевр способен переломить исход многих битв. А ещё больше войн он способен остановить, не дав им начаться. Я сделаю всё, чтобы он вообще не понадобился. Пусть о нём просто знают. Пусть в ближних державах рассказывают, что спорить с носителем этой брони — затея дурная, и преклоняются перед мастерством создателя. Моё дело быть живым светочем и вести к миру. Ну а если война всё же придёт, я стану тем, кто её быстро закончит.

Я поклонился гному в пояс. Брячедум крякнул, шмыгнул носом и сделал вид, что ему в глаз попала соринка.

— Вулкар твой мастер. Ему я также готов поклониться за его мудрость и старания. Боги Дракории внесли свою лепту, и я обязательно буду помнить об этой щедрости. И верну сполна долг. Спасибо.

Слышит меня бог-кузнецов или нет, неважно. Пусть все присутствующие знают: Дракория тоже внесла свой вклад.

— А ты… — Я повернулся к Алисе, что стояла рядом невидимая. — Ты отдала силу, которую копила себе на возвышение. Я повидал в этом мире много богов, щедрых на слова. И на такое не способен почти никто из них. Спасибо тебе, моя богиня.

Поклон ей я отвесил ниже, чем кому-либо и когда-либо. Алиса дёрнула хвостом и уставилась куда-то в сторону ворот, появляясь перед остальными.

— Пу-пу-пу… Захвалил. С тебя ужин по возвращении. И не дай бог хоть одна уточка сгорит!

Договорив, она покрасовалась напоследок перед публикой и растаяла, вернувшись в привычное тёплое местечко у меня в душе.

— Ургаш! — нашёл я взглядом старого орка. — Спасибо за кров и за то, что приняли нас в своих землях как своих. Я сделаю всё, чтобы они так и остались вашими.

— Возвращайся с победой, человек. Остальное сочтём после. — Ургаш грохнул кулаком в нагрудник.

— Отец… — Я шагнул к нему и коротко склонил голову: — Спасибо за всё. За мудрость и заботу, за то, что вёл меня на этом пути. Я не посрамлю нашей фамилии.

— Знаю, — усмехнулся он. — Иначе и быть не может.

— В этом мире не всё держится на одном человеке. — Я обвёл взглядом отряд. — И, когда рядом такие наставники и такие друзья, за него можно быть спокойным. Этому миру есть за что бороться и есть что терять. А значит, всегда найдутся те, кто встанет на его защиту. Спасибо вам. Всем вам.

Я поклонился своим и на этом закончил. Не люблю длинные проводы…

* * *

Граф наблюдал за всей сценой и тихонько выдыхал, стараясь прогнать из головы назойливое желание понять, сколько в талантах будет стоит этот артефакт. Почему-то ему казалось, что, если собрать все легендарки в руках бойцов Домена и продать их, всё равно на такой доспех не хватит. Характеристик обновки он не видел, зато отлично слышал дрожащий от волнения голос Алекса. Он так говорил только тогда, когда слова весили больше золота. Если уж Алекс кланялся в пояс и подбирал каждое слово, значит, гномья работа были бесценна.

— Это уже третий мистериум? — вполголоса уточнил Имирэн.

— По счёту — да. По факту… Эти доспехи совмещают в себе десяток артефак… — ответил Граф, но договорить не смог.

Раздался хлопок и дуновение ветра, и место, где стоял Алекс, опустело сразу после очередного поклона в сторону каждого из членов их стаи. Малышка первой очухалась и обиженно, тоскливо завыла на весь двор. А через удар сердца со стены донеслись выкрики караульных, и десятки рук указали вверх.

Алекс стоял на зубцах надвратной башни. Серая гарнизонная куртка стекала с него и переливалась в другое: светлые пластины охватывали грудь и плечи, а по их кромкам разгоралось голубое свечение. Доспех заиграл на солнце гранями горного хрусталя, и клинок в руке Алекса отозвался этому сиянию собственным светом. Со двора в этой фигуре с трудом узнавался их Алекс.

— Ну чисто герой из сказок, — выдохнула Герда. — Приходит, куда нужно и когда нужно, и разом всё исправляет.

— Героев сказок отличает одно, — отец Алекса не отрывал взгляда от сына. — Они никогда не побеждают в одиночку. У них всегда есть дом, куда нужно вернуться, и близкие, ради которых стоит выжить. Любимые, которых надо защищать. Вы все молодцы. Это вы воспитали в моём сыне лучшее и сделали его тем, кем он стал. Я горд, что у него такие друзья.

Фигура на башне вскинула руку в прощальном жесте, оттолкнулась от зубца и ушла в северное небо. Двор провожал человека молча, пока голубая искра не растворилась над степью.

Отец Алекса повернулся к Маше, протянул руку и мягко погладил её по голове.

— А ты очень хорошая девочка. Пережить то, что выпало тебе, и вырасти такой доброй и порядочной, — это настоящий подвиг. Спасибо, что приглядывала за моим сыном. Пусть так будет и впредь…

Маша открыла было рот, но ответить не успела: отец Алекса растаял в воздухе. Без вспышки, без единого звука. На утоптанной земле не осталось даже отпечатков сапог. Его просто стёрло из этого мира.

Двор замер. Все — от караульных на стенах до отряда у казармы — молча смотрели на пустое место. Никто не взялся бы сказать, куда пропал этот человек.

Граф переводил взгляд с башни на место, где стоял отец Алекса, и не понимал, что только что произошло. Сын ушёл на север, к срыву. А вот куда и как ушёл его отец, не знают, возможно, даже сами боги…