Сергей Синякин...

Это имя прогремело когда-то в среде любителей фантастики и писателей-профессионалов. 13 лет назад его первая, как многие думали, повесть «Монах на краю Земли» завоевала целый букет премий, в том числе и самую почётную «АБС» (Аркадия и Бориса Стругацких). Опубликованная в журнале «Если» повесть мгновенно была издана в одноименном сборнике серии «Звёздный лабиринт» издательства АСТ и после этого переиздавалась не один раз. Кстати, сборник составили еще повести «Бузулуцкие игры», «Отшельник Патмоса», рассказ «Повесть болотных лет» (иронический взгляд на историю России XX века, заканчивающийся наступлением на болоте «эры свободного кваканья» и написанный ещё в 1988 году), а также серией миниатюр «Метафоры возможного и невозможного». Впрочем, невероятного успеха «Монаха» они не повторили. «Монах» надолго остался визитной карточкой писателя.

Суть повести в том, что Земля окружена хрустальным сводом, звёздочки там размером со снежинку, а свод обслуживают ангелы. Это открыли советские стратонавты ещё в 30-е годы, и это стало главной тайной сначала советского, а затем и всех мировых правительств. Единственного оставшегося в живых воздухоплавателя Штерна гнобят в лагерях, затем в ленинградской коммуналке, потом в психушке — и всегда, всегда под негласным присмотром: сексотом может оказаться самый близкий человек... А звёздочку-то Штерн сохранил! После выстрела «создателя наркологического направления в искусстве», такого же вроде пациента Максима Петлюхи «...Аркадий Наумович нашёл в себе силы вскинуть руки к небесам, пламенная искорка, сиявшая жизненной силон у него на ладони, вдруг вспыхнула так, как она горела на резиновой оболочке стратостата более четверти века назад, и устремилась вверх, чтобы слиться с пронзительной синевой далёкой небесной Тверди, откуда она была захвачена нетерпеливо обгоняющими своё время людьми».

Не сомневаясь в литературных достоинствах «Монаха», надо всё же сказать, что современный читатель, особенно неофит в фантастике, с трудом поймёт ажиотаж и даже некоторый скандал, поднявшийся вокруг повести. Павел Амнуэль из прекрасного израильского далёка объявил, что книга Синякина — опасный показатель состояния русской фантастики, которая теряет традиции научности и чуть ли не сбивается на путь мракобесия (и, кстати, вскорости сам выдал несколько рассказов и повестей с большой примесью мистицизма). Ему достойно ответил Лукин, потом ещё кто-то... Впрочем, полемика быстро заглохла.

Слишком (слишком!) поспешно изменилась ситуация в литературе. Эра свободного кваканья, что поделаешь... Пошли косяком фэнтези и мистика, хоррор и бродилки. Всё — на нашенской родимой почве. А потом и вовсе на чужой.

Это беда не только российской фантастики — общая. Даже А. Сапковский, сроду не писавший «твёрдой» НФ, и тот разразился статьёй «Вареник, или Нет золота в серых горах», поскольку озаботился состоянием фантастики польской.

Но суть дела-то не в этом. Получив первые премии за «антинаучную» фантастику, написав не одну книгу на темы, вроде бы далёкие от науки, Сергей Синякин на самом деле ярый приверженец именно твёрдой научной фантастики. Такой вот парадокс.

Хотя по первому сборнику этого не скажешь. «Бузулуцкие игры» — некий парафраз набросков И. Ильфа к неосуществлённому роману об оккупации Одессы римским легионом (кстати, не знаю ни одного современною писателя-фантаста, который смог бы так весело и умно, с огромным знанием реалий, описать жизнь российской глубинки), «Отшельник с Патмоса» — об авторе «Апокалипсиса» апостоле Иоанне (в своём роде полемика с "Отягощёнными злом» Стругацких). Что же касается «Метафор...» — к ним трудно подобрать даже жанр. (Не буду всуе упоминать ни Монтеня, ни Олешу.)

И... открою секрет... эти вещи были в творчестве С, Синякина совсем даже не первые.

Еще за десять лет до «Монаха» в Волгограде были изданы два его сборника: «Трансгалай» (юмористическая фантастика) и «Лебеди Кассиды». Второй составили три повести «твёрдой» ИФ. И тираж был у неё... страшно сказать... сто тысяч экземпляров. А потом допечатка (поскольку всё продали) — ещё 70 тысяч. Вот что случалось при страшной и тоталитарной советской власти! Теперь даже большие московские издательства всё больше по три-пять тысяч издают. Двадцать тысяч — уже исключение. А уж если и допечатают, то втихую, чтоб авторские не платить.

Хотя... есть кое-какие уточнения. Во-первых, издали книги на излёте перестройки, в 90-м и 91-м годах. А во-вторых... чего греха таить, это был ещё не Синякин. Не тот Сергей Синякин, чей стиль узнаваем безошибочно, чья фантазия неуёмна, но всегда работает на сюжет и характеры. Недаром эти повести он никогда не переиздавал.

И недаром, наверное, замолчал после этого на десять лет.

Ну и некогда, наверное, было...

Волгоградский мальчишка, отличавшийся от сверстников только одним — любовью к фантастике (его библиотеке, состоящей в основном из советских изданий НФ, позавидует любой библиофил), после армии пошёл служить в милицию и прошёл там путь от рядового патрульного до начальника убойного отдела Волгоградского ГУВД. Работа адова, чего скрывать. Именно поэтому он, кстати говоря, не пишет детективов, зная всю тамошнюю кухню изнутри — за одним исключением: в сборнике «Горькая соль войны» опубликована повесть «Точка в розыске». Но и этот детектив весьма своеобразен: действие происходит за несколько дней перед началом обороны Сталинграда, а герой, хоть и бывший оперуполномоченный уголовного розыска — боевой офицер, после госпиталя прикомандированный к НКВД. И ловит он вовсе не воров, а диверсионную группу. Так что в сборнике, посвященном войне (в основном Сталинградской битве), эта повесть выглядит вполне органично.

Но я забегаю вперёд.

«Монах» получил в 2000 году сразу четыре премии: «Сигма-Ф», «Бронзовую улитку», «Мраморного сфинкса» и уже упомянутую АБС. Легко закружиться голове! Но только не у битого жизнью, много повидавшего и нашедшего наконец свой стиль С. Синякина.

Словно шлюзы открылись!

В 2000 году выходит ещё один сборник: «Владычица морей». Одноименная повесть (в дальнейшем она была переведена в Польше) описывает создание подводного флота еще при... Петре Великом. Там же — страшноватый «Феникс»: о человеке, у которого бандиты убили всю семью, а теперь он вершит собственное правосудие. За ним гоняются бандиты и милиция, его убивают, а он постоянно воскресает и продолжает творить, что называется, беззаконие. Или, напротив, высший библейский закон — «око за око»? Фантастика, между прочим, научная, — герой изобрёл репликатор. «Труп остаётся трупом. Восстанавливается только матрица». Еще в сборник вошёл «Скучный вечер на Марсе», он же «Марсианский Декамерон», и «Время Апокалипсиса». Натурального Апокалипсиса.

2002 год — ещё три сборника: «Злая ласка звёздной руки», «Люди Солнечной системы» и «Вокруг света с киллерами за спиной». В первый вошли, кроме одноименной повести о внеземном вторжении, еще «Партактив в Иудее» и «Поле брани для павших». Причём первая повесть — своеобразное продолжение «Бузулуцких игр»: легион-то остался в нашем времени, а вся партийно-хозяйственная верхушка угодила в I век нашей эры, где и заняла свои ниши согласно характеру, навыкам и знаниям. Первый секретарь райкома, например, стал зваться Иксус Крест... Впрочем, заканчивается всё более или менее благополучно. Тоже мне Иисус...

«Люди Солнечной системы» — это самая что ни на есть научная фантастика.

Отвлекусь от основной темы. Давайте подумаем — почему этот жанр почти не виден сегодня в потоке книг? Поток-то огромный! Либо же то, что за НФ выдают, на самом деле грубая подделка?

Ответ напрашивается сам собой: чтобы что-то описывать, это «что-то» надо знать. Знающих же, эрудированных людей среди нынешних писателей (даже не будем брать это слово в кавычки) — ой, маловато!

Синякин знает.

Если «без дураков», второй сборник написан в лучших традициях советской фантастики. Без космических пиратов, без монополий, разграбляющих пояс астероидов, в общем — без «бабла». За исключением, правда, «Ловушки для нарушителя», в которой ощущается некое присутствие современных реалий. «Перекрёсток» — воплощение мечты фэна: открыл дверь — и оказался в овеществленном будущем, причём за каждой дверью — другом. Это будущее, описанное... ну, кем — читатель должен сам разобраться. Как и с некоторыми героями, за фигурами которых явственно видны прототипы. Что же касается повести «Звери у двери» — это вообще дополнительная глава «Стажёров», с теми же героями, теми же проблемами и в той же стилистике. Можно подумать, что её писали Стругацкие. (Кстати, Борис Натанович одобрил и благословил.) А в заглавной повести появляется полноценный герой — герой без страха и упрёка. Конечно же, космонавт. Как Быков, Юрковский, Жилин...

Этот сборник — прощание писателя с советской фантастикой. Дальше пойдёт иное. Собственно, уже и пошло, ибо «Бронзовая улитка» 2002 года получена Синякиным за «Кавказского пленника», посвященного в том числе (и главным образом) чеченской войне.

Впрочем, вернёмся к «Вокруг света с киллерами за спиной». Смешная и, в общем, безобидная вещь — о русском миллионере, бегущем от наёмных убийц, причём один из киллеров, чтобы подработать, ещё и путевые очерки печатает, — маскирует «Реинкарнатора» — очень злую сатиру на нашу действительность, в том числе и на политическую жизнь. Хорошо, что власть имеющие фантастику не читают...

В 2003 году «АСТ» (где все книги Синякина, выходившие в столице, и печатались) издало роман «Операция прикрытия». Речь в нём шла о тайной операции Берии, связанной с пришельцами. Интрига слишком тонка и запутанна, чтобы её пересказывать в двух словах. На следующий год вышел роман «Пространство для человечества» — вроде бы с уже не раз использованной идеей: уменьшить человека до размера насекомого. Тут можно вспомнить Брагина, Я. Лари, даже Никитина. Но вот затевает это НКВД, а из режимного лагеря постепенно вызревает практически коммунистическое общество.

Я думаю, когда издатели поняли, что именно они выпустили в свет — у них волосы дыбом встали. Так недолго потерять уважение либералов! Да и иных неуказанных по умолчанию. Кроме того, стрельбы и трупов что-то маловато...

В общем, с тех пор книги Сергея Синякина в столице уже не выходили. Правда, его произведения печатались в журналах «Если» и «Полдень, XXI век», ныне почивших в бозе. И даже три года назад Сергей Николаевич получил премию журнала «Полдень. XXI век» за лучшую публикацию года. Это была повесть «Младенцы Медника».

Конечно, можно было поискать другого издателя. Можно было изменить тематику, забыть о проблемах, а то и в серию куда-нибудь влезть — в «Метро» там, в «Сталкера»... Что, мало таких нынче? Да легион! (Правда, с потерей качества.) А проблемы — это, знаете, сегодня неформат! (Во всяком случае, издатели фантастики считают именно так.)

Но это был бы уже не Синякин.

Писать он не перестал. Чего ради? Журналы Синякина время от времени брали. Да и ситуация с книгоиздательством в Волгоградской области уникальная: не знаю другого региона, где областные власти постоянно, из года в год, дают Союзу писателей деньги на издание книг. Тиражи небольшие, книг этих не достать — они расходятся по библиотекам, — но тем не менее!

На этой волне Синякин даже ухитрился впервые издать сборник волгоградской фантастики! «Квинтовый круг» вышел в 2008 году. Кроме совершенно новых, незнакомых читателю, имен, в сборнике отметились Ю.Тупицын, В. Першанин, Лукины, незаслуженно забытый и тоже «неформатный», но когда-то известный автор «Техники-молодёжи» Г. Мельников, сам же Сергеи опубликовал там три рассказа.

Впрочем, за эти годы и у самого Синякина кое-что было издано. В Волгограде.

В 2004 году — сборник «Заплыв через реку Янцзы». Открывается он романом «Так начинают споры с Солнцем», который повествует о литературной жизни. Причем загробной. При этом поэт-неудачник становится настоящим поэтом и завоёвывает любовь и верность своей музы (по имени Нинель, между прочим) только после смерти. Вещь злая и оптимистичная.

Там же — продолжение и развитие «Метафор возможного и невозможного» под названием «Осколки зеркала» и без малого десяток повестей и рассказов, в том числе знаменитые «Монах...» и «Кавказский пленник», а также «Пресс-хата», где черти к взаимной выгоде сотрудничают с милицией, и «Коньячные реки, колбасные берега» о рае для алкоголиков (главный там — Веничка Ерофеев!).

В том же году «ПринТерра» издала сборник «Обратная сторона добра», где, помимо уже известных вещей, впервые были опубликованы повести «И поверг ангел серп» и «Ловля рыбы в реке Лета». Книга скорее траурная, чем оптимистичная. Впрочем, Синякин часто пишет о смерти. Наверное, потому, что бешенно любит жизнь. Что же именно является обратной стороной добра — читатель сам поймёт.

«Сталинградские зернышки», изданные в 2005 году, были удостоены премии «Сталинград» (в 2010-м). Мальчишка, днями пропадавший на тогда ещё пустом Мамаевом кургане, живший в атмосфере недавно минувшей войны, не мог не написать о ней. Расширенная и дополненная версия этой книги («Горькая соль войны») получила в 2012 году Государственную премию Волгоградской области.

В 2009 году вышла книга, можно сказать, уникальная, обозначенная как антифашистская. Многие деятели литературы, впрочем, называли ее... фашистской. Это легко понять: даже в случае победы Гитлера в космос первым полетел русский! Другое дело, что он полетел туда в роли, так сказать, известной Лайки... Кроме всего прочего, там же и повесть, которую когда-то рецензировал сам Станислав Лем: «Группенфюрер Луи XXIV». Эта повесть тогда ещё не была написана... О романс, посвящённом Евно Азефу, я говорить не буду. На мой взгляд, называть Иуду «Сыном человеческим» — всё-таки перебор.

А совсем недавно Синякин опубликовал «Книгу о странных вещах». Где-то очень весёлую, где-то страшную. «Милицейские байки», например, — очень весело и смешно. Как и «Кладбищенские истории», несмотря на вроде бы мрачную тематику. А повесть «Жила-была ведьма» производит светлое впечатление, но... ещё и впечатление незаконченности.

В книге, которую вы держите в руках, опубликованы только космические вещи С. Синякина. Более того, почти все они посвящены Марсу. И это истинная «твёрдая» НФ.

Большая часть вошедшего в сборник была опубликована ранее в журналах («Полдень, XXI век» и «Шалтай-Болтай»), а также в сборниках, в том числе в сборнике 2007 года «Марсианская роза».

Марс — последняя надежда человечества найти следы жизни в Солнечной системе. Недаром то и дело туда отправляют автоматы, а сейчас даже объявили набор добровольцев с билетом в один конец...

Синякин считает, что жизнь на Марсе есть. Если почитать эту книгу внимательно — веришь: есть!

Ну а если нету — будет.

Жажда непознанного, которую так живо описывает Сергей Синякин, ещё не оставила человечество.

Будем на Марсе — проверим!