28. (1) Да будет смыта вся накопленная тобой грязь! Ищи истинные родники, ищи чистые воды, чтобы там со святым духом кровь Христова очистила тебя от множества пятен. Чтобы полное убеждение снова призвало злополучных людей к здравому разуму (sana mens), требуется большое воздействие, чтобы по исцелении и выздоровлении разума (mens), не осталось ни малейшего следа от прежней заразы.
(2) Итак, что есть идолы или какова их сущность (substantia), будет показано устами пророков и гласом божьим: обо всем этом будет сказано подробно, чтобы не показалось, будто это следствие моей необдуманности, но передано нам по божественному указанию и представляется подтвержденным небесным голосом. Какова их сущность, показывает достойный почитания глас мудрости, которая гласит в книгах Соломоновых: «Они почитают богами всех идолов языческих, у которых нет в употреблении ни глаз для зрения, ни ноздрей для привлечения воздуха, ни ушей для слышания, ни перстов рук для осязания и у которых ноги негодны для хождения. Хотя человек сделал их, и заимствовавший дух образовал их, но никакой человек не может образовать бога, как он сам. Будучи смертным, он делает нечестивыми руками мертвое, поэтому он превосходнее божеств своих, ибо он жил, а те – никогда» [355]. Чего еще нам желать? Мудрость пришла к нам с божественным гласом и научила всему, что видно в таинствах божьих, показала, что было спасительно (salubre), чтобы уязвимое и падающие человечество не устремилось к своей погибели и смерти.
(3) Тот же совет предоставляет и святой дух в псалмах, поскольку в сто тридцать четвертом псалме мы встречаем, что там написано: «Идолы язычников – серебро и золото, дело рук человеческих: есть у них уста, но не говорят; есть у них глаза, но не видят; есть у них уши, но не слышат, и нет дыхания в устах их. Подобны им будут делающие» [356]. Если мастер, который для показа своего дарования изваял или отлил подобие (simulacrum), подвергается божественному наказанию за злословие, чего же ожидать тому, кто говорит, что продал бога?
(4) А Иеремия, давая людям наставления по велению бога, обращается к народу с такой речью: «Скажите же в сердце вашем: тебя должны чтить мы, господи. Ангел мой с вами. Я исследую души ваши. Язык их осквернен мастером, сами же они также позолочены и посеребрены и не могут говорить. Люди изготовляют для них золотые венки и надевают их на головы своим богам, как делают девы, любящие украшать себя. Их жрецы срывают с них золото и серебро и тратят их на себя. Они дают его блудницам и одевают серебряных, золотых и деревянных богов своих, словно это люди» [357]. Затем он добавляет также, чтобы прогнать всякое, даже трепетное сомнение: «Над телом и головами их летают летучие мыши, ласточки и птицы. Поэтому вы понимаете, что они – не боги. Не чтите их. Они покрывают богов золотом. Однако если с них не счистить грязь, они не блестят. Если их бросить в плавильную печь, они ничего не чувствуют. В них нет жизни, даже если за них заплатили много денег. У них нет ног, и люди переносят их» [358]. Затем он добавляет, чтобы усилить и подтвердить [это] мнение: «Итак, если вы поняли поэтому, что они – не боги, не чтите их» [359]. И чтобы показать бесстыдство их жалких жрецов, он добавляет: «Жрецы сидят в храмах в пыльных одеждах с выбритыми головами и подбородками. Голова у них непокрыта. Они громко кричат своим богам, как некоторые на поминках» [360].
(5) То, что цари и народы изрекут о них, этот же пророк объявляет вещим голосом: «Позднее народам и царям станет понятно, что они не боги, и нет в них никакой божественной силы. Они не могут ни утвердить царя в стране, ни послать дождь людям. Они не могут различить справедливость и воздать справедливость несправедливо обиженному. Они не могут сделать ничего. Когда пожар вспыхивает в храме этих позолоченных и деревянных богов, их жрецы убегут спасаться, а сами они обратятся в пепел вместе с внутренними балками. Они не могут оказать сопротивление царю и врагам. Каким образом их примут и сочтут богами? Они не могут спастись от разбойников. Боги деревянные, золотые и посеребренные, и сильные срывают с них золото и серебро» [361].
(6) Срывайте, срывайте без страха украшения с храмов, священнейшие императоры! Этих богов отлил либо огонь на монетном дворе, либо пламя плавильной печи. Заберите все подношения для своего пользования и владения! [362] После разрушения храмов вы только [усилитесь] добродетелью (virtus) божьей. Вы победили врагов [363], укрепили свою державу (imperium) и, чтобы еще большая слава сопутствовала вашим добродетелям, изменяя и презирая порядок времен [года], в зимнюю пору (чего еще никогда не было и не будет) проехали по вздутым и свирепым волнам Океана [364]. Под вашими веслами содрогалась волна почти неведомого нам моря, а британец содрогнулся пред ликом нежданно [явившегося] императора. Чего же вы еще желаете? Перед вашими доблестями (virtutes) отступили стихии.
(7) О том, что бог велит не изготовлять идолов, объявляют постановления святейшего закона (sacrosancta lex). Ведь такое предписание мы встречаем и в «Исходе»: «Не делайте себе богов серебряных или богов золотых» [365]. И опять-таки в этой же книге встречаю я глас божий: «Не сотвори себе идола и никакого изображения» [366]. Позор злополучным провозглашает святой дух, поскольку желает призвать обратно заблудших, а не потерять их, и возглашает через Исайю: «Стыдом покроются надеющиеся на идолов, говорящие истуканам: “Вы – наши боги”» [367]. Он также дает закон, который благочестивый народ обязуется непрестанно соблюдать по обету и который велит: «Господу богу твоему поклоняйся и ему одному служи» [368]. И во «Второзаконии» известны подобные наставления бога, который говорит: «Да не будет у тебя других богов перед лицем моим» [369]. Он также добавляет, чтобы внушить их душам весомость величия своего: «Видите, видите, что это я, и нет бога, кроме меня: я умерщвляю и оживляю, я поражаю и я исцеляю, и никто не избавится от рук моих» [370].
(8) И в «Апокалипсисе», то есть в святом Откровении, показано то же, потому как там написано: «И увидел я другого ангела, летящего по средине неба, который имел вечное Евангелие, чтобы благовествовать живущим на земле и всякому племени и колену, и языку, и народу; и говорил он громким голосом: убойтесь бога и воздайте ему славу, ибо наступил час суда его, и поклонитесь сотворившему небо и землю, и море и все, что в них есть» [371]. Также господь наш Иисус Христос, храня отцовские установления закона, объявляет это по достойному поклонения постановлению, потому как говорит: «Слушай, Израиль! Господь бог наш есть господь единый; и возлюби господа бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею, – вот первая заповедь! Вторая подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. В этих двух заповедях весь закон и пророки» [372].
(9) За этим божественным и достойным почитания указанием следует бессмертное святое заключение господа. Ведь, чтобы показать яснее путь спасения, он говорит также: «Сия же есть жизнь вечная, да знают тебя, единого истинного бога, и посланного тобою Иисуса Христа» [373]. Вы знаете порядок священных поручений (mandata) – чему должны следовать, чего избегать вы научены достойным почитания бессмертным голосом. Послушайте же снова, какая гибель ожидает презирающих, к каким бедствиям принудит их неотвратимость достойного почитания закона.
(10) К этим словам примыкает заключение достойных почитания поручений: «Приносящий жертву богам, кроме одного господа, да будет истреблен» [374]. Если бы ужасное наказание касалось только святотатца, если бы строгость закона угрожала только согрешившему, он вполне противостоял бы своей необдуманностью святотатству упорной ярости. Однако теперь угроза обращена против его рода и потомков, а это ведет к тому, что совершенно не останется места ни для какого семени, не останется и следа от нечестивого (profanus) рода. Он говорит: «Приносящий жертву богам будет истреблен». Подумай, что ты творишь, злополучное и скорбное убеждение (persuasio)! Твое преступление вредит очень многим, очень многих губит, и обильная вина разделяется между всем существом (substantia) твоего рода. Почему влияние упорядоченного закона так свирепствует против приносящих жертвы, ясно выражает указание во «Второзаконии». Там ведь мы встречаем следующее указание: «Жертвы приносят демонам, а не богу» [375]. Не отдавайся оскверненным и грязным духам, не надейся на помощь потусторонних (inferi) [сил], не молись тем, кем ты уже должен повелевать по милости божьей.
(11) Тот демон, которого ты почитаешь, содрогается, когда слышит имена бога и его Христа, и чтобы ответить нам на наши вопросы, едва подбирает слова дрожащим [голосом]. Приближаясь к человеку, он [чувствует, будто его] разрывают, жгут, подвергают побоям, и сразу же признается в совершенных преступлениях. Не почитай его, не молись ему, не преклоняй пред ним колен, опустившись долу, ибо так велит запрет достойного почитания закона. Отсюда строгость вины, отсюда пугающий приговор наказания, поскольку, получив благодаря снисхождению божьему свободу, ты предпочел избрать иго рабства. Высочайший бог не прекращает поражать это преступление спасительным словом, но по своему милосердию спешит исправить заблуждающихся людей частыми угрозами. Послушай, что говорит божественный голос через пророка Исайю: «Они поклонялись делу рук своих, тому, что сделали персты их. И преклонился человек, и унизился муж, но я не прощу их» [376].
(12) Также и к вам, неблагочестивые люди, обращается гневное божество (numen) и священным гласом порицает ваши заблуждения. Ведь далее он говорит через того же пророка: «Им ты делаешь возлияния и приносишь жертвы: ‘‘Могу ли я быть доволен этим?” – говорит господь» [377]. Однако спасительный бог сдерживает свое негодование, отсрочив суровость, [в надежде, что] вы, возможно, раскаетесь и каким-то образом оставите желание святотатственной погибели. И вот в том же порыве негодования он снова убеждает смягченным голосом и сдерживает раздражения своего гнева. Итак, он говорит через пророка Иеремию: «Не ходите во след иных богов, чтобы служить им и поклоняться им, и не прогневляйте меня делами рук своих, и не сделаю вам зла» [378].
(13) Почему же ты закрываешь себе уши, обратившись к святотатству? Почему, пылая столь упорной яростью, спешишь ты к своей смерти и погибели? Бог сделал тебя свободным: тебе решать – жить или умереть. Почему ты несешься к пропасти? Став на скользкий путь и уже споткнувшись, почти падая, взвесь, наконец, свои нетвердые шаги. Вот уже выносят приговор, вот уже определяют вину. Божественная умеренность долго щадила твои преступления, долго смотрела на твое злодеяние, как бы не замечая его. Ты стремительно подошел туда, где уже нет [места] надежды, нет [места] обетам и, чтобы знать яснее, узнай об исходе наказания. Полный ответ об этом содержится в «Апокалипсисе», потому как там написано: «Если кто поклоняется зверю и образу его и принимает начертание на чело свое, или на руку свою, тот будет пить вино ярости божией, вино цельное, приготовленное в чаше гнева его, и будет мучим в огне и сере пред святыми ангелами и пред агнцем; и дым мучения их будет восходить во веки веков, и не будут иметь покоя ни днем, ни ночью поклоняющиеся зверю и образу его» [379].