— Чуть не забыл, — он протянул Лу Пяо сверток пергамента, — Здесь задания для наших новых работников. В основном слежка, за богачами и чиновниками, только пусть не попадаются им на глаза. Пять серебряных на расходы. Если не хватит, продай что-нибудь из вещей того борова.
— Хорошо. Но, брат Чжан, я не умею читать.
— Просто найди того, кто умеет. Я писал, как можно проще, — Чжан Мин похлопал по плечу преданного бандита, — Рассчитываю на тебя. Буду в самой дальней комнате поместья. Случись чего, можешь меня прервать, но только в самом крайнем случае.
— Я понял, брат.
Взяв ведро с чистой водой на всякий случай и драгоценные пилюли, что обошлись в целое состояние, Чжан Мин решительными шагами направился к дальней комнате. На деревянном полу он сел, скрестив ноги, и открыл нефритовую коробку. Воздух наполнил аромат лекарственных трав.
— Не самые дорогие, но даже на них мне едва хватило денег, — Чжан Мин рассматривал гладкие травяные жемчужины размером с фалангу большого пальца, — По виду они хуже тех, что нашла Сяо Мэй. Сколько же тогда стоили те… лучше об этом не думать.
Обычно пилюли использовали осторожно, с перерывом в несколько дней и медленно усваивали, но он спешил, поэтому решил принять их одну за другой. Несколько минут Чжан Мин просто сидел медитируя, прогоняя лишние мысли, концентрируясь, а когда достиг нужного состояния разума, без колебаний проглотил первую пилюлю.
Горечь разлилась по горлу, а уже через мгновение внизу живота вспыхнул жар. Энергия хлынула в меридианы, как паводок в пересохшее русло. Стиснув зубы, он боролся с ней, направлял, чтобы не потерять ни капли драгоценной силы. Время перестало существовать, остались только он и бушующая Ци. Хотя пилюли сильно уступали по качеству тем, что нашла Сяо Мэй, они идеально подходили для второго этапа Закалки Тела.
Когда действие первой пилюли начало стихать, он проглотил вторую, а через некоторое время третью. Жизненная сила забурлила внутри него, словно хотела разорвать на части и выйти на свободу. По позвоночнику пробежалась волна обжигающего жара и кости с треском встали на положенное им место, окончательно выправив фигуру портового носильщика. По всему телу заскрипели суставы и мышцы, будто снасти старого корабля, превращая Чжан Мина в более подходящий сосуд для боевых искусств.
Четвертая пилюля растворилась на языке, а в следующий миг энергия взорвалась диким штормом. Вены у него на шее вздулись, кожа покраснела, словно ее облили кипятком. На несколько вдохов мышцы свело судорогой, а позвоночник выгнуло дугой. Сердце билось так яростно, что, казалось, сейчас проломит грудную клетку, а потом его вырвало черной вязкой слизью. Мир на мгновение потемнел.
Цепляясь за остатки сознания, Чжан Мин продолжал направлять и сдерживать жизненную энергию по методу из свитка. Подобно кузнечным мехам его легкие втягивали воздух, а после с шумом выпускали наружу вместе с паром, как древнее чудовище. Борьба продолжалась четверо суток, его одежда полностью пропиталась жирным зловонным потом, и грязь густыми каплями стекала на пол.
— Воды, — пробормотал он пересохшими губами.
Тяжело дыша, Чжан Мин дополз до ведра с водой и выпил сразу половину, после чего вернулся к медитации. Энергия время от времени пыталась бушевать, мышцы то и дело подрагивали от напряжения, но постепенно могучая сила пилюль затихала, усваивалась, становясь частью его жизненной силы. На утро шестого дня Чжан Мин открыл глаза.
— Немного не хватило, — прохрипел он. — Почти…
«Может и к лучшему, что денег не хватило. Из жадности я бы принял и пятую, но скорее всего сдох бы здесь», — подумал он, — «Нужен небольшой толчок, и я перейду на следующую ступень».
Оставляя за собой грязные следы, Чжан Мин вышел из уединения и прошел к главному залу поместья. Ни во внутреннем дворе, ни в доме не слышалось разговоров, на пути ему не попалось ни одного человека, а в главном зале на полу сидел незнакомый старик с кистью в руке, окруженный исписанными пергаментами. Перед ним стоял низкий столик, и он старательно выводил иероглифы на бумаге.
— О! Командир! Ты закончил! — из боковой комнаты выглянул Лу Пяо, — Как прошло?
— Неплохо, — уклончиво ответил Чжан Мин, потом показал на старика с кистью, — Это кто?
— Эм… ученый или писарь, я не разбираюсь. Ты сказал найти того, кто умеет читать. Вот я поймал его на улице, — улыбался Лу Пяо явно очень гордый своей находчивостью.
— Ну ладно. Вы ему хотя бы платите?
— Не беспокойся, брат Чжан! Он работает за еду и очень доволен.
— Значит сбор сведений проходит хорошо?
— Еще как, даже наши ребята подключились. Мы уже весь город перерыли. Все знаем о каждом из твоего списка.
— Хорошо. Позже проверю. Пусть парни нагреют воды, хочу смыть с себя всю эту грязь.
Выкинув старую одежду, Чжан Мин пару часов мылся и отмокал в бочке с горячей водой, пока не избавился от мерзкого запаха. Переодевшись, он отправился к старому трактирщику и, впервые за несколько дней, поел. По возвращении в поместье сразу принялся изучать отчеты о наблюдении, написанные незнакомцем, приведенным с улицы.
Бандиты Безумной Сабли хорошо постарались и собрали довольно подробное досье на несколько богатых домов и чиновников Баохе. Здесь говорилось обо всех их родственных связях, кумовстве, мздоимстве, превышении полномочий, иногда убийствах и даже изнасилованиях. Казалось, он читал не об элите города, а закоренелых преступниках, опьяненных властью. Хотя обо всем этом он знал еще до получения подробного досье, так как прожил здесь довольно долго, а слухи гуляли разные.
«Воду в решете не утаишь. Люди все знают, просто связываться боятся», — размышлял он, — «Меня больше интересуют их родственные связи. Как глубоко они пустили корни?»
— Что ж. Парни отлично поработали. Все сделали как я просил.
— Спасибо, брат Чжан. Мы старались! — светился от счастья Лу Пяо.
— Вот отличный кандидат. Ближайшие дни почти вся семья поднимется на гору предков… Эм, — Чжан Мин отложил один из листов пергамента, — Только не пойму, у них похороны или свадьба. При чем тут невеста?
— Все верно. Сын главы семьи умер. Парню стукнуло восемнадцать, а женится он не успел. Вот его и женят.
— Э? Не понял. Мертвого что ли? — удивился Чжан Мин. — Что за дурацкая свадьба мертвецов!
— Нет что вы. Невеста живая. Молоденькая девушка … Старая традиция, — объяснил Лу Пяо, — Надеюсь ее хотя бы заставят выпить яд, прежде чем похоронят вместе с мужем, — вдохнул бандит, даже ему подобное казалось слишком жестоким.
— Почему не взять уже мертвую? Какая разница?
— Точно не знаю, такая вот традиция… Наверно ее семья получила богатые свадебные подарки. Так что все в выигрыше.
— Хорошо, хорошо, — Чжан Мин злобно смотрел на листок пергамента, — С этих тварей мы и начнем.
— Чего начнем? — заволновался Лу Пяо.
— Не отвлекайся. Еще вот эти четверо отлично подойдут, — Чжан Мин отложил еще четыре листа пергамента, — Трое важные городские чиновники, а последний имеет хорошие родственные связи. Ого! Этот парень вообще судья, женат на племяннице префекта провинции.
— Да, хотя он не главный судья, но все его слушают и до смерти бояться, — ответил Лу Пяо, но почувствовал нехорошее предчувствие.
— Хм. Он мой любимчик, при том ни у одного из пяти нет сильной охраны. Так, кстати отправь парней проверить это еще раз. Пусть издалека понаблюдают.
— Брат Чжан. Ты сказал подходят, а для чего? — преданный бандит впервые задумался над тем, зачем вообще собирал все эти сведения.
— Ты когда-нибудь ходил по острию ножа? Теперь у тебя будет шанс. Мы с тобой пройдем по самой кромке и пусть провидение решит нашу судьбу.
— Звучит не очень… — признался Лу Пяо, — Кстати вчера вечером доставили ответ от клана Хэнъян. Нам пора возвращаться, — с надеждой он посмотрел на Чжан Мина, а тот лишь улыбнулся.
— Мы немного задержимся.
— Сделаем как скажешь, — обреченно вздохнул Лу Пяо.
— Вот и славно. На подготовку в нас всего пара дней. Вот бы выманить все четыре семьи из города, но тут ничего не поделать.
— Судья уехал с семьей в загородное поместье, — вдруг встрял в разговор старик, не поворачивая головы и продолжая писать. — Его не будет в Баохе некоторое время.
— О! Два из трех. Идеально. Готовь парней, пусть проверят оружие и разомнутся, — распорядился Чжан Мин. — Не говори им куда идем. Пусть думают, что еще одна банда.
— Хорошо. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — покачал головой Лу Пяо и отправился передать приказы, бормоча под нос о погоде, — Холодает. Скоро зима. Вчера утром стоял туман. Тут бы дома сидеть перед печью, ан нет…
По приказу Чжан Мина все ценные вещи из поместья вынесли и продали, даже мебель. Хотели заложить дом, но никаких законных бумаг на землю или строительство не нашли. Большеротый Ван построил его по своему желанию, видимо за взятку. На вырученные деньги, Чжан Мин купил черную одежду для тридцати человек, сносное оружие, луки и несколько комплектов кожаной брони.
Бандиты Безумной Сабли добровольно вызвались поучаствовать в предстоящем деле, хотя никто из них не знал деталей и основной цели. Обычно они бы сумели догадаться о намерениях Чжан Мина, но сама по себе идея казалась безумной и просто не приходила им в голову. Через два дня суеты, подготовки, подкупов нужных людей, полностью вооруженные бандиты покинули поместье Большеротого Вана.
Той ночью небо над городом Баохе заволокли тучи. Улицы погрузились в непроглядную темноту, а вдали прогремели раскаты грома. По крышам домов забарабанили дождевые капли с каждой минутой все громче и громче, пока своим шумом не перекрыли все остальные звуки. По мостовым понеслись ручьи, начали собираться в лужи.
Несмотря на непогоду несколько десятков человек с закрытыми тканью лицами бежали по улицам в сторону богатого района. Под ногами хлюпала вода, разлетаясь брызгами в разные стороны, одежда промокла насквозь, но они двигались вперед, словно не замечая ливня. Непогода скрывала их передвижения от посторонних глаз. Жители города попрятались по домам и не высовывали носа, даже стражи укрылись в казармах, собравшись вокруг печек.
Когда отряд добрался до стен роскошной усадьбы сыхэюань, в небе сверкнула молния, осветила окрестности, а через некоторое время ударил гром, будто бог войны подбадривал их и бил в небесные барабаны. Ненадолго люди, одетые в черное, присели под стеной в ожидании, а к ним из переулка выбежали два человека, наблюдавшие за усадьбой весь день.
— Как мы и докладывали, хозяин с женами уехал за город. С ними много охраны.
— Сколько человек внутри?
— Нам не удалось узнать. Мы заглядывали, но видели только слуг.
— Никто больше не приходил?
— Никого не было, новый главарь.
— Хорошо, — Чжан Мин поднял руку, отдавая приказ на штурм.
— Вы уверены? — его за рукав потянул бывший бандит Безумной Сабли, — Это дом очень почитаемого человека в Баохе. Как бы неприятностей потом не было.
«Я того и добиваюсь», — подумал Чжан Мин, но вслух произнес с улыбкой, — Все будет хорошо.
Через мгновение он перепрыгнул через стену и стрелой бросился к воротам. Охрана пряталась от дождя в доме, слуги не выходили под ливень, поэтому двор пустовал. Чжан Мин отодвинул запорный механизм на воротах и распахнул створки пропуская внутрь усадьбы разбойников вперемежку с бандитами. Как стая волков, почуявших кровь, они разбежались по двору в поисках добычи. Одни устремились к главному дому, другие к пристройкам, амбарам и прочим строениям. Сверкнула молния, освещая их жадные лица.
Над головами прогремел гром, заглушая предсмертные крики людей. Чжан Мин услышал яростный лязг оружия и бросился туда. Несколько сильных охранников успешно выдержали неожиданное нападение бандитов и громко кричали, чтобы поднять тревогу. Подобно снаряду, выпущенному из пушки, Чжан Мин врезался в них с разгона. Особое построение для обороны, разрушилось и защитники усадьбы получили раны.
— Кто такие? Как посмели? Вы знаете чей это дом? — проревел глава охраны.
— Знаем, — ответил Чжан Мин. — Дом вора, убийцы и насильника, только очень богатого. Весь город знает.
— Закрой свою поганую пасть! Как ты смеешь? — обнажив меч, глава охраны атаковал наглеца.
Ему повезло достичь второго этапа закалки тела, к тому же он владел настоящим боевым искусством и не сомневался в своей силе, особенно против жалких воров. Однако Чжан Мин не испугался и встретил его еще большей силой. Хотя он не владел настоящим искусством меча, лохматый пьяница научил его лишь основам, но благодаря тренировкам выковал себе гибкое и могучее тело.
Под проливным дождем сверкнули клинки. Глава охраны наносил сильные и быстрые удары, подкрепленные годами тренировок и битв. Чжан Мин использовал хитрости и преимущество в скорости, чтобы выстоять против него. Он постоянно двигался, использовал препятствия, перекатывался, иногда бросался кусками дерна, пока уклонялся от слишком ловкого меча.
— Трус! — орал мужчина, вытирая рукавом грязь с лица. — Жалкий сопляк! Ублюдок. Собачий сын!
Их бой длился считаные мгновения, но двор усадьбы успел превратиться в месиво из грязи, срезанных веток и осколков каменных статуй, что стояли вдоль дорожек главного двора. Чжан Мин смутно ощущал в атаках противника некий шаблон, набор приемов, которые тот умело перемешивал во время боя. Следующая минута яростного сражения прошла на равных, но Чжан Мин обладал большей выносливостью и запасами Ци. Чем дольше продолжалась схватка, тем сильнее чаша весов клонилась в его сторону.
Пнув комок грязи мужчине в лицо, Чжан Мин поднырнул под удар и проткнул ему живот. Болевой шок нарушил баланс, всего на краткий миг, но он чуть не стоил руки главе охраны. Кровь текла по животу, ногам и рассеченному рукаву халата. Мужчина пытался отступить, начал действовать так же грязно, как противник, чтобы избежать последнего добивающего удара, но Чжан Мин преследовал его, не позволяя перевести дух.
— Жалкий ублюдок! — кричал глава охраны.
Сверкнула молния, осветив его искаженное лицо в тот момент, когда меч Чжан Мина пронзил ему сердце. Под оглушающий грохот грома тело упало на мокрую землю, а кровь смешалась с дождем. Чжан Мин поднял лицо к небу и шумно вздохнул, таких схваток ему предстояло пережить еще много, если он хотел успеха своему плану.
Во время нападения его отряд не понес больших потерь, лишь двое убитых бандитов и несколько человек с легкими ранами. Их перевязали и даже дали лекарство, найденное у охранников. Усадьбу быстро обыскали, перерыли вверх дном. Разбойники действовали быстро и брали только самое ценное. Во дворе стояли две ручные телеги, но довольно вместительные. Они быстро наполнялись разным добром: одеждой, утварью, сундуками с монетами.
Бандиты и разбойники отряда очень боялись своего командира, особенно после такого яркого боя. Пускай и с неохотой, они выполнили приказ не убивать тех, кто не сопротивлялся и просто связали вещами, попавшимися под руку. Держаться подальше от женщин у них получалось хуже. Пока Чжан Мин не видел, некоторые успели облапать служанок, хотя дальше заходить побоялись.
— Господин, нельзя оставлять свидетелей, — бандит показал на связанную прислугу. — Лучше их того …
«Мне как раз и нужны свидетели, кто же будет слухи распускать», — подумал Чжан Мин, но вслух лишь уверенным тоном произнес, — Все будет хорошо. Не беспокойся.
— Господин, мы нашли склад лекарств, — сообщил разбойник с хитро прищуренными глазами, — Думаю там есть, чем поживиться.
— Забирайте все. Потом разберемся. Ночь только началась. У нас много дел.
После боя тонкая грань, отделявшая его от третьего этапа закалки тела стала хрупкой, как сухая кора. Пока бандиты обгладывали большую усадьбу до костей, Чжан Мин сел на просторной веранде скрестив ноги и вспоминал только что произошедший бой. Желваки на его лице перекатывались от напряжения. Энергия внутри начала бушевать, накатывать волнами, а потом просто снесла хлипкую преграду, отделявшую один этап от другого. Глухой взрыв потряс опоры и крышу веранды, а поврежденная ограда отлетела в сторону.
— Уф-ф-ф! — Чжан Мин выдохнул горячий пар и открыл глаза, — Третий этап…